Глава 24

Мы вернулись обратно в Лавандовый дворец. На пути встретилась Анжелика. Она встревоженно спросила, что произошло. Озет ничего не ответил и прошел мимо нее. Я шла за ним, потому успела заметить одну деталь — искорки торжества во взгляде ее хитрых карих глаз. «Ах ты сука!» Я тут же поняла — Анжелика была как-то причастна ко всему происходящему. Неужели она решила отравить соперницу прямо на своем торжестве? Нет, это было бы слишком глупо с ее стороны. Многие наоборот тщательно следили за безопасностью на мероприятиях, так как ответственность за инциденты несли, прежде всего, их организатор и его исполнители. И все же эта наглая девица осмелилась провернуть нечто подобное. Я ее недооценила. Думала, раз она какой-то незначительный персонаж массовки, то и угрозы никакой не представляет. В итоге глупой оказалась я, раз думала, что мотивации персонажей игры примитивны. Я думала, могу предугадать любой их ход. Лорен положили на кровать одной из гостевых спален. «Ладно, ничего страшного не случится. Все будет хорошо. Даже если мы с Лорен сегодня умрем, время обернется вспять и я переиграю этот день. Все будет хорошо. Отравления в этом месте — такое привычное дело. Да, немного неожиданно. Но ничего страшного. Я еще поквитаюсь с этой тварью» Однако ситуация получила иной оборот. Когда лекарь осмотрел Лорен и спросил, что она ела и пила на празднике, я ответила, что она выпила некий странный чай, привезенный из южного континента. — Приведите сюда Анжелику. Пусть расскажет подробнее о сорте этого чая, — распорядился Озет. А после того, как она вошла в спальню, спросил: — Что за сорт чая ты отварила и дала испить кронпринцессе? — Отвечаю Его Высочеству, — Анжелика покорно склонила голову, — это был сорт «шам» — особый сорт, имеющий только целебные свойства. Можете проверить листья чая. В них нет яда, если вы переживаете об этом, Ваше Высочество. Ваша наложница внимательно проверила каждый лист, прежде чем использовать его. — Что скажешь? — обратился Озет к лекарю. — Этот сорт действительно не ядовит. — Тогда почему моей супруге стало плохо? — Хм… — лекарь начал щупать Лорен за живот, и та заскулила от боли. — Похоже, произошло некое воспаление из-за реакции чая с накопившимся в организме веществом… Такие случаи однажды происходили, однако, — мужчина прочистил горло, — не уверен, что мне стоит это говорить… Я заметила странность в ответе лекаря. Он хотел подвести к чему-то конкретному, но не желал говорить это открыто, иначе это звучало бы как обвинение. И все же его намеки вынуждали Озета поинтересоваться: — Говори, о каком веществе ты говоришь? — О лекарственных травах цветка «земного василька», Ваше Высочество. Все присутствующие заметно напряглись. Их лица стали тверже, а слуги и вовсе начали испуганно переглядываться. Людям было известно, что травы этого цветка использовались для предотвращения беременности. И пускай — в этом я была убеждена — Озету было глубоко плевать на пошатнувшуюся возможность беременности своей супруги, имперский закон жестоко карал женщин, осмелившихся препятствовать продолжению священного рода. У меня от услышанного будто сердце провалилось. Лорен сквозь боль заговорила: — Ваше Высочество, я бы никогда не приняла подобные травы! Это ложное обвинение просто оскорбительно. Озет хмыкнул. Тут то и вмешалась Анжелика: — Есть один способ проверить, действительно ли Ее Высочество принимала эти травы. Если она выпьет больше чая «шам» и ее организм даст яркую реакцию, все подтвердится. Ежели реакции не будет, совесть Ее Высочества чиста. Передо мной высветилось окно системы: «Предотвратите отравление персонажа: Лорен Ронтхайм. Последствия отравления: изгнание из запретного города и дисквалификация игрока. Выход на скрытую плохую концовку влечет конец игры» От прочитанного я пришла в ужас. «Дисквалификация? Изгнание Лорен из запретного города? Какого черта?!» Времени думать не было. Вот-вот Озет должен был распорядиться дать испить Лорен еще больше чая «шам». Я прикинула: если у нее случилась подобная реакция от одного глотка, при употреблении большего количества ее организм будет серьезно поврежден. К тому же, если вскроется ее (точнее мой) поступок таким образом, ее либо казнят, либо изгонят с позором как изменницу. И тот, и другой расклад будут плохи. Все происходящее было очень странным, совершенно неожиданным. Я вообще не знала, что меня могут «дисквалифицировать» как игрока и что есть вариант закончить игру прежде, чем истратятся все жизни. До этого игровая система казалась мне понятной, а весь лор — стабильно, пускай и медленно, движущимся по сюжету романа. Но вот что-то пошатнулось, будто кто-то начал мешать шестеренкам крутиться, что приводило в негодность весь механизм. «Значит, ситуации, что Лорен умрет от этого чая — не произойдет… Иначе бы это была очередная ситуация смерти» У меня было два варианта: каким-то образом совершить самоубийство и переиграть день, либо сделать то, что я сделала в итоге: — Ваше Высочество! — я крикнула и упала ниц. — Простите жалкую слугу! Не вините Ее Высочество. Это все я! Я это сделала! Госпожа Анжелика заплатила мне деньги за то, чтобы я добавляла в еду госпожи травы «земного василька». В этом виновата только я! — Что ты такое несешь, Черин? Ваше Высочество, не слушайте мою глупую служанку. Дайте мне чай, и я докажу вам, что никогда не принимала эти травы! — Нет, Ваше Высочество, не делайте этого! Я признаю свою вину! Я действительно травила госпожу «земным васильком». Меня подкупили. Я плохая слуга. Умоляю, простите мою госпожу. Анжелика начала отрицать свою причастность: — Она хочет опорочить мою честь, чтобы прикрыть вину своей госпожи. Какая верная служанка… — Черин? Я не понимаю. Ты правда добавляла мне в еду эти травы? — я услышала в дрожащем голосе Лорен непонимание. Озет, я на краткое мгновение подняла голову и увидела, что он смотрел на меня недовольно и презрительно, как на источник раздражающего шума. — Заприте ее в темнице, — приказал он. Слуги тут же позвали стражников, а те уже скрутили меня. А ведь я даже не сопротивлялась, принимая свое поражение в этой ситуации, — И эту тоже, — он кивнул в сторону Анжелики. — Что? Ваше Высочество! Я ни в чем не виновата! Прошу, смилуйтесь! — вскричала наложница.