Конец 4-го сезона. (NC-17)

Джойс нервно покусывала губу, глядя через тонированное окно автомобиля на большую табличку: «Добро пожаловать в Хоукинс». Поразительно, она не была здесь почти год и не ожидала вернуться так скоро. Конечно, она не была глупой и не тешила себя надеждами о том, что все кончено и вся история вместе с городом навсегда для нее забыта. Похоронена там вместе с надеждой и последним, кто вел эту надежду за ней. Дрогнула, когда ладони коснулись теплые пальцы. Повернула голову, натыкаясь на встревоженный взгляд.  – Ты как? – Спросил тихо, придвигаясь поближе.  – В смятении, – Улеглась на его груди, выдыхая. – я так хотела вычеркнуть всё это из своей жизни. Прошедшие годы, этот город. Жить хотя бы немного…нормально, – Прикрыла глаза, слушая размеренный стук чужого сердца. – а теперь мы снова на грани смерти, город разрушен, дети в опасности. Я боюсь, что в этот раз нам так не повезет.  – Мы справимся, Джойс, – Коснулся её волос, мягко перебирая их. – я обещаю, что с тобой и детьми ничего не случится, слышишь? Я всё для этого сделаю. – Коснулся губами её волос, закрывая глаза.  Сердце неприятно сжалось, вопрос «а что насчет тебя?» с губ так и не слетел. Хоппер всегда обещал ей все и гарантировал что угодно, но только не свою безопасность. Посильнее прижалась к мужскому телу и продолжила следить, как сменяются за окном знакомые пейзажи и как близко они к неизбежному.                                      *** – Что мы теперь будем делать? – Байерс обняла себя за плечи, глядя в окно, где в тени деревьев растворились силуэты детей. Они захотели навестить Макс и Лукаса в больнице.  Увиденное только что на склоне не давало собрать мысли в кучу. Их город…когда-то тихий, мирный городок превратился в огромный портал. Часть домов оказались на другой стороне, повсюду паника и десятки пропавших людей.  – Я не знаю, – Хоппер остановился рядом, устремляя взгляд в ту же сторону. – впервые у меня нет никакого плана, но мы придумаем, ладно? Нам всегда нужно было время, чтобы победить зло, не так ли? – Так опасно еще не было никогда, Хоп, – Джойс обернулась, ловя его взгляд. – ты же и сам это видишь.  – Мы говорим так каждый раз, не заметила? Нам все время кажется, будто хуже уже некуда, но жизнь всё время удивляет.  – Скорее бы она перестала это делать, – Отвернулась, чувствуя на своем плече тяжелую ладонь. – Мы победим, как и всегда, но не ценой чье-то жизни, я тебе обещаю. – И не ценой твоей? – Вновь развернулась к нему, устанавливая твердый зрительный контакт.  – Что? – Ты слышал. Обещай мне, что не пожертвуешь собой, – Вцепилась в его руку, сжимая, что есть силы. – обещай, что будешь оберегать себя также, как и нас.  – Джойс, я… – Обещай! – Голос дрогнул и она сжала губы в тонкую линию, ожидая ответа. – Я не смогу похоронить тебя во второй раз, просто не смогу.  Джим дернул её за руку к себе и крепко обнял, прижимая к своей груди и зарываясь носом в волосы. Водил широкой ладонью по спине и собирался с мыслями: – Я не стану жертвовать собой просто так, обещаю, – Прошептал так, будто боялся быть услышанным кем-то еще. – но если от этого будет зависеть твоя жизнь или детей, я не задумываясь сделаю что угодно, – Услышал тихий всхлип и прижал хрупкое тело еще ближе. Казалось еще немного и она пройдет сквозь него. – надеюсь, что до этого не дойдет, ведь, – Отнял ее от себя, осторожно цепляя пальцами подбородок, чтобы заглянуть в глаза. – ты давно задолжала мне свидание, помнишь? – Конечно, как же забыть то, насколько сильно ты скучал по хлебным палочкам и лазанье, – Улыбнулась, наконец расслабляясь в его руках.  – И по тебе, – Хмыкнул, увидев удивление в её глазах. – почти также сильно, как по лазанье, – Рассмеялись одновременно, прикрывая глаза. Не может быть так хорошо во время конца света. Ну просто не… – я люблю тебя, Джойс Байерс.  Она не успела даже придумать ответ, не то, чтобы озвучить его, как чужие губы легли на её собственные, мягко сминая. Не с такой страстью, как тогда в церкви, но и без всепоглощающего отчаяния, как в тюрьме перед нападением демопсов. Этот поцелуй был скорее…логичным завершением. Всего, что они пережили. И таким же логичным началом того, что им пережить еще придется.  Хоп медленно провел ладонями по ее рукам и пролез под рубашку, чувствуя тепло ее кожи сквозь тонкую ткань футболки. Как же давно он мечтал коснуться её вот так… – Хоп, – Джойс вскинула голову, чувствуя влажные поцелуи на чувствительной коже шеи и прикусила губу, чтобы не выдать то, насколько ложными будут следующие слова: – сейчас не время, Хоп, дети вернутся в любую минуту.  – Не вернутся, – Прикусил её шею, укладывая ладони на талии уже под футболкой. – после больницы они пойдут к Майку и снова в тайне от нас будут придумывать план, как спасать мир, – Дернул её на себя, впечатывая в свою грудь и прижался губами к виску, успокаивая бешено колотящееся сердце. Как влюбленный подросток, ей богу. – я не стану на тебя давить, если не хочешь - тебе достаточно сказать «нет» и я остановлюсь.  – Черт с ним, с этим концом света, – На этих словах она резко дернула полы его клетчатой рубашки в стороны, запечатывая свой ответ поцелуем. Другого Джиму и не надо было.  Подхватил её на руки, с безумной легкостью удерживая на весу и не разрывая поцелуй двинулся медленными шагами в сторону спальни. Возмущенный стон прямо в губы решил проигнорировать, потому что уже знал, какими словами она будет его отчитывать за то, что поднимает её после таких травм. Усадив Джойс на край кровати, сам оказался у её сведенных ног, стоя на коленях. Со стороны, наверное, это выглядело слегка комично.  – И что дальше? – Спросила, слегка прикусив нижнюю губу. Игривый блеск в её глазах говорил больше, чем нужно.  – А дальше я буду растягивать сладость момента, – Стянул её рубашку. – которого ждал, – Ухватил края футболки. – тридцать чертовых лет, – Рванул ткань вверх, вынуждая женщину лишь беспомощно вскинуть руки, облегчая задуманное.  Оказаться полураздетой перед мужчиной было для Джойс в новинку. После Лэнни она так и не смогла никого к себе подпустить, даже добряк Боб не продвинулся дальше поцелуев. А теперь она сидела в одном тонком бежевом бюсте перед человеком, которого увидеть рядом в постели ожидала меньше всего. Еще меньше она ожидала увидеть столько любви и восхищения в его глазах. Джойс не считала себя привлекательной. Нет, определено она не была уродиной или что-то в этом роде, но годы одиночества и пара родов накладывали свой отпечаток на её тело и самооценку. По крайней мере так считала она и её бывший муж, постоянно это озвучивавший. Хоппер же смотрел на нее так, будто ничего прекрасного этого он никогда в своей жизни не видел. Потянулся ближе, обхватывая руками ее бедра и припадая губами к тонкой шее. Байерс откинула голову назад, тихо постанывая от таких поверхностных манипуляций. Мужские губы спускались ниже, исследуя острые ключицы и точеные плечи. Совершенство. Наверное, так думают любящие мужчины о своих женщинах. Так думал и Джим. Остановился у полушария, пока скрытого тканью и поднял глаза вверх, ожидая, пока она посмотрит в ответ: – Сними его, – Прошептал ей в кожу, вызывая табун мурашек по всему телу. – хочу, чтобы ты сделала это сама.  Джойс глубоко вздохнула, не отрывая от него взгляда, чтобы убедиться - он серьезно. Оказывается, было гораздо проще, когда с твоей одеждой расправлялся кто-то, а не ты сам. Меньше неловкости, что-ли, было. Но отступать назад совершенно не хотелось, потому она медленно завела руки за спину и тихо щелкнула замочком, замирая.  – Я попросил снять, а не только расстегнуть, – Улыбнулся, оставляя короткий поцелуй на солнечном сплетении.  Сглотнула, прикрыв глаза и медленно потянула лямки вниз, принимая неизбежное. Откинув белье в сторону, открыла глаза и инстинктивно прикрылась, чувствуя легкий дискомфорт. Она не понимала, зачем ведет себя сейчас как краснеющая девственница, но почему-то очень боялась увидеть разочарование в глазах напротив.  – Ты все еще одет, – Справедливо заметила Джойс, кивая на его полностью скрытое одеждой тело.  – Убери руки от себя и исправь это, – Выпрямился, ожидая, когда она решится. Не просил, не торопил, просто ждал. Знал, что ей нужно время.  Шумно выдохнув, Байерс убрала от себя руки, расставляя плечи и тут же густо покраснела, увидев, куда сразу же упал взгляд человека напротив. И снова одно лишь восхищение. Он будто совсем забыл другие эмоции. Судорожно стянула его рубашку и не помня как успела, но и футболку тоже. Поджав губы, провела кончиками пальцев по жутким шрамам, покрывавшим всю поверхность тела. – Если бы я только знала раньше, – Прикусила губу, давя в себе порцию жалости. Хоппер ненавидел, когда его жалеют.  – Это не твоя вина, – Взял её ладонь в свою руку и коснулся губами прохладных пальцев. – никогда не была твоей. Ты спасла меня, Джойс.  Улыбнулся, вновь потянувшись за поцелуем, одновременно пальцами цепляя пуговку на её джинсах. Сопротивления не последовало - она лишь вскинула бедра, помогая стянуть с себя давящую ткань и не поняла, как он сумел вместе с ними снять и белье. Оказаться перед ним совсем голой было сродни штурма самой охраняемой тюрьмы в СССР. А может чуть страшнее. Тяжелые мужские ладони легли на её колени, прося расслабиться и позволить раздвинуть их. Джойс прикрыла глаза, откинулась чуть назад, опираясь на вытянутые руки и позволила ему сделать то, что он хотел. Сначала мягкие губы и колючая щетина коснулись коленей. Правого, левого и снова правого. Так нежно и осторожно, будто боялся навредить. Затем продвинулись ближе и она уже чувствовала, как пылает ярко-алым её лицо. Почувствовав дыхание на влажной плоти она выгнулась, выпуская неожиданно громкий даже для себя стон, а когда Хоппер медленно провел языком там, где она больше всего ждала - связь с реальностью оказалась полностью потеряна.  Вверх, вниз, вверх, по кругу и снова вниз. Казалось, что эта сладкая пытка не закончится никогда, но он вдруг начал двигать губами так, как будто целует её, только…в другие губы. Вскинулась, выгибая спину почти до хруста и почувствовала как задрожали ноги и бросило в жар. Что такое оргазм, она, оказывается, тоже успела забыть. Расфокусированным взглядом осматривала потолок, чувствуя теплые поцелуи на дрожащих ногах. Нащупала его руку на бедре и потянула на себя, заставляя почти навалиться сверху и поцеловала, с еще большей пылкостью, чем до этого. Тонкие пальчики опустились к ремню, чуть нервно расстегивая его и всё остальное, почти выдирая молнию. Хоппер усмехнулся в поцелуй, помогая ей раздеть себя и внутри почти ликовал, что она также нетерпелива сейчас, как и он сам.  – У тебя всё в порядке там после, – Опустила глаза, в очередной раз краснея. – всего этого? – Когда ты рядом, – Приподнял ее лицо за подбородок и закончил в самые губы: – всё работает в штатном режиме.  С хитрой улыбкой вновь поцеловал её, хрипло выдыхая в поцелуе от ощущения прохладной ладони, прошедшей по всей его длине. Джойс лишь дразняще дернула бедрами, едва касаясь головки и укусила его за нижнюю губу, смеясь от его недовольного бурчания. Не до смеха стало, когда он перехватил руки и зажал одной своей ладонью прямо над её головой, а вторую опустил между её ног, убеждаясь, что ждать больше не имеет смысла. Медленно вошел, сразу же теряя связь с реальностью и по книжному растворяясь в этой женщине. В её теле, в её запахе, в её хриплом голосе, выстанывающем её имя. В ней целиком и полностью. Хоппер понял, как влип, окончательно и бесповоротно. По ощущениям, все предыдущие годы он существовал только ради этого момента, чтобы начать жить с ней. Байерс вскинула бедра, побуждая двигаться и обхватила его ногами, притираясь до невозможного ближе. Движения сильные, но плавные, сводили с ума, заставляя кровь вскипать до неприличных температур. Они заигрались друг с другом, да так сильно, что ни о каком долгом романтизированном соитии не шло и речи. Джим держал себя из последних сил, подводя её к краю и как раз тогда, когда силы были на исходе, она закатила глаза и выгнулась так, что затвердевшие соски на её восхитительной груди оказались прямо перед его лицом. Не замедлительно воспользовался этим, подхватывая один губами и в два движения присоединился к ней, выстанывая её имя по слогам куда-то в молочную кожу груди.                                         *** – Этого стоило ждать 30 лет, – Спустя время Хоп лежал на спине, играясь с незатейливыми кудряшками на голове Джойс, пока она полу-сопела на его груди.  – Мы могли не терять эти годы, – Вздохнула, оставляя мягкий поцелуй на его коже. – так глупо всё получилось.  – Значит, так должно было случиться, верно? – Улыбнулся, натыкаясь на её до безобразия счастливый взгляд. – Мы там, где должны быть именно сейчас, не нужно думать о других исходах.  – Ты прав, – Вновь удобнее улеглась на нем, прикрывая глаза. – где, интересно, бродят наши дети.  – А вот это уже хороший вопрос…                                      *** Оди с глубоким вдохом вынырнула из воспоминаний, срывая с глаз повязку. – Ну что? Они нас ищут? – Тут же подорвался Уилл, смотря на девушку.  – Нет, они, – Глянула на Уилла и Джонатана, – разговаривали, а потом, Хоп сказал, что любит её. – ЧТО? – Братья Байерсы шокированно переглянулись.  – А потом они поцеловались и я ушла оттуда, – Оди поднялась, отряхивая штаны и неуверенно посмотрела на друзей. – Вы расстроены? – Вовсе нет, – Первым очнулся Уилл, – у них давно что-то происходило, мы просто ждали логичного завершения. – И не думали, что оно будет сейчас, – Пожал руками улыбающийся Джонатан. – зато теперь мы точно одна семья, – Парень подмигнул девочке, хлопая её по плечу.