Отель.

Последние годы своей жизни Джойс Байерс перестала удивляться. Она вообще по ощущениям забыла, как выражается эта эмоция. Сначала её сын пропал в параллельном мире. В целом, список можно закончить, потому что уже на этом этапе рассказа любой психически здоровый человек упек бы ее в лечебницу. Однако именно так и выглядели последние несколько лет. Бесконечные тайны, магия, параллельные миры и смерть. Множество смертей, так или иначе преследующие их на каждом шагу. Восемь месяцев назад Джойс вновь похоронила своего близкого человека, а вместе с ним и всю надежду на нормальную дальнейшую жизнь. Вернее, думала, что похоронила.  Потерев глаза, женщина осмотрела незнакомый интерьер вокруг, потихоньку вспоминая, как ночью их привезли в этот отель, чтобы переночевать и привести себя в порядок, а потом отправить на служебной машине в Хоукинс. Почувствовав присутствие ещё кого-то, медленно повернула голову вбок, цепляясь глазами за широкую спину, подсвеченную несколькими лучами уже вставшего солнца. Восемь месяцев ада после похорон, чтобы потом рвануть на другой конец мира после одной крошечной крупицы надежды, что он жив и наконец оказаться здесь. Рядом с ним. Он не успел рассказать ей вчера, как выжил, да и не хотелось ничего спрашивать. Она была счастлива, что он снова с ней.  Они не поговорили после допроса людей Оуэнса. Не сговариваясь заняли один номер, вместо двух предложенных. Джойс всеми силами старалась дождаться его из душа, но стоило голове коснуться подушки и она отключилась, чувствуя уже сильно позже, как теплые ладони обняли её за талию и прижали ближе к своему обладателю. Давно она так хорошо не спала. И вот сейчас, повернувшись на бок, она просто смотрела на него и думала обо всём и ни о чем одновременно. Медленно поднесла руку, касаясь кончиками пальцев его кожи. Вернее того мессива, которой она сейчас была. Было страшно даже представить, через что он прошел, если его тело выглядело вот так. Жуткие шрамы разных форм и размеров, гематомы разной степени заживления. Смотря на все это в голове была лишь одна мысль: как он вообще шевелился?  Провела пальцами ниже, касаясь рубцов почти на уровне талии, как вдруг услышала хриплое: – Если бы я не знал тебя 30 лет, подумал бы, что домогаешься, – Джойс ухмыльнулась, убирая руку и ждала, пока мужчина развернется к ней лицом, сверкая счастливой улыбкой.  – И тебе доброе утро, – Подперла рукой голову, оглядывая его лицо и грудь, также покрытые всеми возможными видами увечий. Печаль в её глазах не укрылась от него и от смущения поспешил натянуть одеяло повыше.  – Джойс, – Позвал её, заставляя взглянуть в свои глаза. – не надо, ладно? Всё в порядке, не думай об этом.  – Я так легко поверила, что ты погиб, – Она вздохнула, но взгляд не отвела. От того, что отражалось в них, у него побежали мурашки по спине. – не проверяла, не искала, даже не пыталась. Всего этого, – Обвела глазами его тело. – можно было избежать.  – Ты видела, как в миллиметре от меня взорвалась машина безумной мощности, что ещё можно было подумать? В том, что было можно винить кого угодно, но только не тебя.  – Я повернула ключ. – Потому что мы оба знали, что это нужно сделать, – Он придвинулся чуть ближе, касаясь ладонью её лица. – и не забывай, что потом ты спасла меня. Я сейчас здесь только благодаря тебе, – Улыбнулся, пытаясь заразить этим и её. – ну и немножко благодаря Мюррею, так и быть.  Джойс рассмеялась, представляя лицо учебного, услышь он это сейчас.  – Я рада, что ты жив, – Придвинулась так близко, что их носы почти соприкоснулись.  Хоп нервно сглотнул, обдумывая в голове, что ему сейчас делать. Вроде ведут светскую беседу, а вроде он сейчас сойдет с ума от желания поцеловать её, подмять под себя и… – Как дети? – Сгреб в охапку всю свою выдержку и оторвал взгляд от её губ, снова поднимаясь в глазам. Показалось или в них мелькнуло удивление?  – В порядке настолько, насколько это возможно, – Прочистила горло, отводя взгляд в сторону. Не только Джим здесь думал в противоположном направлении их диалога. – я старалась нормализовать их жизнь в Калифорнии максимально, но как видишь, всё было зря. Джейн ходила в школу, но мне кажется там было что-то не так. Я пыталась спрашивать, но она же молчит как партизан, – Хоп хмыкнул. Да, он знал как тяжело вытянуть информацию из их дочери. Их? – хотелось быть поддержкой для нее после всего, что случилось, но честно говоря я дерьмово справлялась, – Он заметил, как вдруг дрогнула её губа. – она плакала так часто и всё, что я могла сделать - обнять её и плакать тоже. Бедные Уилл и Джонатан, они одни с трудом, но сохраняли хоть какое-то лицо.  – Прости, – Притянул её к себе, крепко обнимая и зарываясь пальцами в спутанные после сна волосы. – я не хотел, чтобы вы переживали это.  – Тебе не за что извиняться, – Прошептала куда-то в его шею, обнимая в ответ. – кому угодно, но только не тебе.  Она оторвалась от него совсем немного, только чтобы заглянуть в глаза.  – Сейчас недостаточно удачный момент, но, – Перевел взгляд на её губы, облизывая собственные. У Джойс от такого перехватило дыхание. – я могу тебя поцеловать? – Я недостаточно показала, что разрешение тебе больше не требуется? – Она надавила на его плечи, нависая сверху. – Не смей больше задавать такие глупые вопросы, понял?  Не дав ему ответить опустилась и наконец коснулась его губ своими. Ощущения были словно в каком-то слащавом любовном романе. Фейерверки, взрывы и подобное. Как глоток воды в долгой засухе, не иначе. Джойс почувствовала руки на своей талии, мягко поглаживающие горячую кожу сквозь ткань футболки. Поняла, что Хоппер намерен перевернуть её, но позиций не сдала, недовольна простонав в поцелуй. Оторвалась от его губы и с лукавой улыбкой опустилась к шее, мягко касаясь губами кожи. Мужчине показалось, что в этот самый момент над ним пропал потолок. О том, что Джойс Байерс будет нависать над ним, оставляя нежные поцелуи на шее он боялся даже мечтать. Представлять, думать, да что угодно. Даже если он прямо сейчас проснется - будет благодарен за этот, самый лучший в его жизни, сон. Но сон не закончился даже тогда, когда она резко сдернула одеяло и заинтересованно сверкнув глазами при виде недвусмысленной выпуклости в его пижамных штанах оседлала его бедра и провела руками по сильной груди.  Впервые в жизни Джиму до безумия захотелось прикрыться, чем угодно. Он знал, насколько безобразно сейчас выглядит его тело и не хотел, чтобы Джойс так внимательно рассматривала всё это. Но стоило ему увидеть лишь отблески возбуждения в её глазах, вместо ожидаемой им жалости, он сдался и схватился ладонями за её бедра, когда она наклонилась и провела языком по одному из шрамов. Такую медицину он одобрял всеми руками и ногами. Женщина не скрывая особого удовольствия водила губами и языком по его груди медленно спускаясь ниже. Ей нравилось, как резко сбилось его дыхание, как пальцы сильнее впивались в её кожу, как он удерживался от того, чтобы прикрыть от удовольствия глаза. Хотел видеть каждое её действие. От осознания этого Джойс заерзала и тут уже Хоппер не выдержал, тихо застонав. Байерс поклялась, что сделает всё, лишь бы услышать этот звук ещё раз. Когда ее губы коснулись кожи ниже пупка, а пальцы зацепились за край штанов с явным намерением их стянуть - мужчина напрягся. Хотел возразить, но взгляд, который она бросила на него говорил, что лучше не вмешиваться. Повторять два раза не нужно было. Откинулся на подушки, вдыхая побольше воздуха и вцепился пальцами в простынь, чувствуя себя неопытным подростком. Не то, чтобы он никогда не участвовал в подобных ласках. Но это была Джойс. А с ней все было не иначе, как в первый раз.  Она, тем временем, в секунду стянула с него одежду. Нет, правда, он даже не успел ничего понять. Вновь оседала его ноги и, блеснув игривым взглядом, обхватила ладонью его, уже сильно нуждающийся во внимании, член. Хоппер приложил максимум усилий, чтобы не вскинуться бедрами вверх, когда её ладонь медленно двинулась вверх и снова вниз по всей его длине. А то, как за своими действиями следила она сама…с ума сойти можно. Джойс иногда поглядывала на его реакцию и была более чем довольна произведенным эффектом. А ведь это было только начало. Сдвинулась чуть ниже по его ногам для удобства и наклонилась, слыша отчаянный вздох сверху. Расплылась в довольной улыбке и наконец коснулась губами головки, совсем невесомо, но Джим уже готов был взвыть. Усмехнувшись, провела языком по всем длине, чувствуя собственную дрожь. Впервые в жизни, кажется, так безумно хотелось доставить кому-то удовольствие. И то, как мужчина плавился от ее движений - заставляло ее бедра сжиматься сильнее. Перестав мучить их обоих, она резко наклонилась, вбирая его в себя почти целиком, помогая рукой там, где не доставала ртом. Хоппер хрипло простонал, определенно одобряя всё, что она делала. А делала она что-то определенно безумное. Медленно двигая голову вверх-вниз она умудрялась выводить зигзаги языком и ощутимо сжимать основание ладонью, создавая какой-то ошеломительный контраст. Джим без преувеличений мог поклясться, что это был лучший минет в его жизни.  Долго держался, чтобы не касаться ее, но на особо резком толчке его рука будто сама собой оказалась в её волосах, сжимая. Сильно, но не больно, это он понял по её одобрительному стону, вибрацией прошедшему через все его тело и блеску в глазах, которые она тут же на него подняла и больше не опустила. Это было ошибкой. Для него - фатальной. Понимая, что больше сдерживаться сил нет, а заканчивать вот так ему совсем не хотелось, он потянул Джойс за руку к себе, все же укладывая её спиной на кровать и нависая сверху. Она с удовольствие облизнула свои губы, с вызовом глядя на него.  Не долго думая запечатал её рот поцелуем, проникая ладонями под футболку. Тот факт, что она все ещё одета казался преступлением. Оторвался от губ, приникая к шее и тут же сжал ладонями оба полушария. Джойс вскрикнула и прижала ладонь к своему рту - не хотелось, потом выслушивать комментарии спящего в соседнем номере Мюррея. Однако Хоппер определенно был другого мнения и скидывая с её тела футболку, зажал её руки над головой одной своей ладонью. Джойс удивленно вскинула брови, закусывая губу и приподнялась всем телом так, чтобы своей обнаженной грудью коснуться его. И сработало это, как надо. Он тяжело выдохнул, сжимая челюсть в попытке держать себя в руках хоть немного и провел кончиками пальцев свободной руки по её животу вниз, чувствуя как вздрагивают мышцы.  – Прекрати издеваться, – Выдохнула, приподнимая бедра, когда он начал водить пальцами по краю белья.  – Какие издевательства? – Проник пальцами под ткань, едва касаясь влажных складок. Этого было достаточно, чтобы понять, что она так же готова, как и он сам. – Не понимаю о чем ты? Байерс выгнулась и закусила губу, однако стон все равно вырвался наружу. Хоппер довольна ухмыльнулся и все-таки стянул наконец ее белье, откидывая его туда же, где валялась и вся остальная их одежда. Отпустил её руки, хватая за бедра и приподнимая их чуть выше, заставляя обвить себя ногами. Джойс схватила его за шею и притянула к себе, заглушая стон от резкого вторжения поцелуем. Испугавшись, что переборщил, он оторвался от нее и приподнялся на локтях, почти полностью выходя из её тела. – Что такое? Больно? – Пытался разглядеть что-то в её глазах, но она будто смотрела сквозь него. – Хоп, ради бога, заткнись, – Снова поцеловала его, самостоятельно двигая бедрами, как бы намекая, что пора бы продолжить.  Долго уговаривать его, конечно же, не пришлось, подстроился под её ритм, постепенно ускоряясь и уткнулся лицом в изгиб её шеи, тяжело дыша. Старался думать о чем угодно, кроме такого, как тепло и тесно было внутри нее, лишь бы продержаться хотя бы чуточку дольше. Всё-таки месяцы воздержания давали о себе знать. Коснулся одной рукой её груди, сжимая, гладил и слышал её несдержанные почти крики.  Когда по ощущениям она была уже очень близко и почти дрожала под ним, вновь приподнялся и, коснувшись губами её лба, сорвался и подвел их к краю вместе, почти одновременно. Такое с ним было впервые.  Джойс тяжело дышала, пытаясь сфокусировать взгляд хоть на чем-нибудь, но могла лишь бездумно гладить мужскую голову, удобно устроившуюся на её груди и пытаться восстановить сбитое напрочь дыхание. Хоппер и вовсе не двигался, слушая сумасшедший ритм её сердца он просто благодарил всех, кого только мог за всё, что произошло за последние дни. И за нее, в частности. Просто не знал, чем заслужил такое счастье в своей давно потерянной жизни.  – Я люблю тебя, – Вырвалось как-то само, он не планировал говорить этого сейчас. Но и не испугался, ведь это была чистая правда. Давно пора было.  – Я знаю, – Спокойно, как будто они обсуждали что-то обыденное. – и ты знаешь, что это взаимно.  Растянувшись в довольной улыбке, Джим лишь крепче обнял её, прижимаясь щекой к уже более спокойно вздымавшейся груди и прикрыл глаза. У них ещё было немного времени на спокойствие, перед началом личного ада.