Глава 5. Те, кто устал

      Я не искал их вслепую.       Слухи об оборотнях не ходят открыто, но они всегда присутствуют в подкладке мира — в разговорах травников, в странных поставках редких ингредиентов, в пропавших без вести, которые почему-то «не найдены», но и не объявлены мёртвыми. У меня было достаточно связей в Лютном и достаточно золота, чтобы тихо выяснить, где скрываются несколько семей, не пожелавших ни служить Тёмному Лорду, ни погибнуть показательно.       Я начал с тех, кто ещё сохранял структуру.       Коннор Смит оказался магом — не выдающимся, но крепким, с уверенным источником и дисциплиной человека, привыкшего держать зверя под контролем. Его стая — десять семей, около двадцати пяти взрослых и восемь детей — жила разрозненно, по три-четыре семьи в разных укрытиях, не слишком далеко друг от друга, но и не настолько близко, чтобы один удар унёс всех.       Первую встречу я назначил в магловском лесу, на границе заброшенного карьера. Не на территории манора — туда никто не входил без клятвы. И уж тем более не через аварийный выход в болоте, который существовал только для родичей и для отступления, но не для приглашений.       Я пришёл без сопровождения, не скрываясь и не демонстрируя явную силу. Воздух был влажным, с запахом земли и старой воды. Птицы молчали — не из-за меня, а из-за них.       Они вышли почти бесшумно.       Сначала — двое мужчин, затем женщина с коротко остриженными волосами, и только потом Коннор. Его движения были сдержанными, экономными; маг чувствуется не по вспышке, а по тому, как он стоит — устойчиво, без лишнего напряжения.       — Ты знаешь, кто мы, — сказал он вместо приветствия.       — Да. А вы знаете, кто я.       — Тогда говори.       Я не торопился.       — Вам предлагают два пути, — произнёс я спокойно. — Либо присоединиться к Тёмному Лорду. Либо продолжать жить так, как живёте.       При упоминании имени, которое никто не произносил вслух, несколько человек невольно напряглись. Не из суеверия — из понимания, что за этим титулом стоит структура насилия.       — Нам предлагают ещё один вариант, — сказал кто-то из стоящих позади. — Сдать нас Министерству.       Я кивнул.       — И этот вариант тоже реален.       Пауза была долгой. Ветер изменился, и я ощутил их запах — не звериный, а плотный, живой, с оттенком сырости и дыма. Они, в свою очередь, принюхивались ко мне.       — В тебе нет страха, — заметил Смит.       — Я пришёл не охотиться на вас.       — Тогда зачем?       Я смотрел прямо на него.       — Мне нужен лес, который будет живым. И люди, которые будут защищать его не из страха, а потому что он их.       Он усмехнулся.       — Мы не солдаты.       — И не будете ими. Я не вербую армию. Я предлагаю территорию. Защиту. Структуру.       Я описал условия без украшений:       — Земля внутри родового контура.       — Защита магией дома.       — Камеры для полнолуния в подземельях замка — укреплённые, с подавляющими и смягчающими чарами.       — Обучение детей.       — Право на палочку для тех, кто маг.       — Место в структуре дома.       — И цена? — спросил Смит.       — Клятва верности роду. Защита дома в пределах территории. Не вассалитет. Вы не гвардия. Но и не свободные одиночки.       — Мы не рабы.       — Я не держу рабов, — ответил я спокойно.       Он долго смотрел на меня, оценивая не слова, а тон.       — Почему ты? — спросил он.       Я позволил себе короткую иронию.       — Потому что я могу.       Он кивнул, но сразу не согласился.       — Покажи, что это не просто слова.       Я не мог открыть складку «где угодно». Манор существовал в пространственной складке на своей территории, и попасть туда можно было только аппарацией, портключом или через аварийный выход, предназначенный для родичей. Поэтому я сделал иначе.       — Если вы решите войти, — сказал я, — я дам портключ. Но только после клятвы о неразглашении.       Они совещались без меня.       Через неделю Смит пришёл один в мой дом в Хогсмиде.       Он произнёс клятву о неразглашении — формальную, чёткую, без ловушек. Магия отозвалась ровно. Только после этого я активировал портключ.       Переход был коротким и беззвучным.       Когда мы вышли во внутренний двор манора, Смит остановился. Замок поднимался над озером спокойно, без показной роскоши, но с тем особым весом, который имеют древние постройки, живущие в родовой магии.       Он чувствовал это.       — Здесь нет страха, — сказал он тихо.       — Пока нет, — ответил я.       Я провёл его по внешнему двору, не раскрывая всего. Показал контур защиты, показал подземелья.       Камеры для полнолуния он осматривал долго, касаясь рун ладонью.       — Это не клетка для зверя, — сказал он.       — Это защита для человека.       Он кивнул.       Когда он ушёл, ответа всё ещё не было.       Но через месяц в маноре появились все десять семей.       Клятву приносили все взрослые и дети там же, где и гвардейцы, только слова клятвы были немного другими.       Не вассалитет.       Но и не рабство.