Не в днях считай (День 2)

Утро, хотелось бы назвать его утром добрым, но ни кофе в постель, ни шума за окном, абсолютная тишина и данное слово будет постоянным товарищем Бункерчан. Мишель проснулась как и обещала, пока немение для себя, в шесть утра, кровать была честно говоря не удобной, и Мишель сама не понимала, как Варвара с Кирой могли ютиться на ней? Мишель приподнялась на локтях, потянулась и тихо выдохнула. Кровать — ровный кусок бетонной казармы с тонким матрасом. Идеально, чтобы выспаться? Нет. Достаточно, чтобы не сойти с ума? Тоже сомнительно. — Я вообще не понимаю, как Варвара с Кирой умудряются тут спать, — пробормотала она себе под нос, аккуратно собирая волосы в пучок. Волосы — не ради красоты, а чтобы не мешали делу. Она тихо спрыгнула с кровати и встала на холодный пол. Пыльно. Металлический скрип. Всё как обычно. Но приятно, что вокруг пока никого нет — можно спокойно привести мысли в порядок. Мишель подошла к рюкзаку, достала термос с водой, налила чуть-чуть, чтобы разбудить организм, и посмотрела на Хлорофитум, аккуратно стоящий на краешке полки. — Ты сегодня держишься, да? — тихо сказала она цветку. — Нам всем пригодится твоя зелёная бодрость. В коридоре послышался скрип двери. Михаил. Он выглядел, как будто проверяет, кто жив. — Рано, — сказал он. — Остальные ещё спят. — Я по графику, — с усмешкой ответила Мишель. — В шесть. Без вариантов. Михаил кивнул, будто это было нормально. Его взгляд скользнул по комнате: чисто, никто ничего не ломает, даже Хлорофитум на месте. — Свет включим через десять минут. Остальных разбудим к семи. Сегодня — ревизия запасов и окончательная карта, — сказал он. Мишель кивнула. — Всё по плану. Отличное начало дня. И пока Бункер только просыпался, холодный бетон и металлические поверхности снова напомнили, что их утро будет таким же суровым, как и ночь. Но у Мишель уже была маленькая победа: она встала раньше всех. И это значило… контроль. Маленькая, но важная победа. Кажется Михаил совсем не умеет правильно проверять где, что лежит. Открыв дверь в столовую и попутно чуть не получив по голове табличкой, Мишель обнаруживает что Антон—Второй шеф, уже подготовился... Уснул за табуреткой, словно хотел поесть ещё в пять утра. —Отлично—Подумала Мишель—Его себе в любовники не берём. Наконец-то девушка смогла попасть в кухонную зону, которая мягко сказать её опечалила, пару индукционных плит, небольшой запас еды на кухне, пока немение в открытом доступе, но зато хотя бы есть кран с питьевой водой. —Все бы изучить—Мишель оглянулась— и понять как тут все устроено. Открыв первую полку обнаружились пару консерв, что-то жёлтое, похожее на ананас в консерве или персики, банок всего три штуки, значит надо пополнить запасы, и перестать разглядывать полки шкафчиков и начать готовить. Она снова открыла шкафчик. Три банки с чем-то жёлтым. Повернула одну к свету. — Персики… в сиропе. Роскошь, между прочим. Поставила их обратно. — Не сегодня. В ящике ниже — крупа. Рис. Немного гречки. Пакет сухих овощей. В морозильнике — ничего. Логично. Мишель провела ладонью по столешнице. Пыль. Значит, кухней до этого почти не пользовались. — Так. План простой, — прошептала она себе. — Что-то тёплое. Простое. Без лишнего расхода. Она поставила кастрюлю на плиту, налила воды, отмерила рис — аккуратно, почти педантично. — Одно блюдо на человека, — повторила она слова Михаила. — Но вкусное. За спиной кто-то зашевелился. Антон приподнял голову, волосы растрёпаны. — Я… не спал. — Ты спал на табуретке, — спокойно сказала Мишель, не оборачиваясь. — Это не считается бодрствованием. Он сел ровнее. — Я хотел помочь. — Тогда помогай. Нарежь сухие овощи. Мелко. Чтобы хватило всем. Антон встал, всё ещё немного потерянный, но послушно подошёл к столу. — А сладкое будет? — спросил он, кивнув в сторону шкафчика. — Будет. Через месяц. Если доживём и заслужим. Он усмехнулся. — Жёсткая ты. — Я? — она повернулась к нему с лёгкой улыбкой. — Нет. Я просто не хочу, чтобы через три дня мы ели воздух. Вода закипела. Мишель высыпала рис, убавила мощность и впервые за утро почувствовала странное спокойствие. Всё было просто. Конкретно. Вода, крупа, огонь. Без философии. Через несколько минут запах тёплой еды начал расползаться по коридору. И бункер просыпался не от света. А от аромата. От запаха проснулись абсолютно все. Было не удобно, но это лишь первый день, дальше хуже... Или лучше, надо понять. Выйдя в коридор Варвара провела Киру в общественную уборную.... Вернее сказать в женскую уборную комнату. А тем временем мужчины в лице Андрея, Бориса и Глеба сидели у себя в комнате пытаясь понять чем им заняться, Вчерашние слова пролетели мимо уха, прямо так же как и резкое желание выйти наружу у Андрея, только если у его появилось, у остальных пропало. —Мы так и не исследовали убежище... Займёмся?— Усмехнулся Борис. —Боюсь встретится лицом к лицу с Еленой.—Сообщяет Глеб —Ее зовут Олена, О, она из Украины— Поправляет его Андрей. Но все же те тоже покинули комнаты. Главным местом становится столовая, пока немение на первое время. К моменту пока мужчины дошли до столовой, рис Мишель с Антоном уже подготовили пищу и сели. —Не в днях главное сейчас считать, посидим месяца два, может один и посмотрим что будет—Олена потрогала рис пластиковой вилкой. — Месяц? — Андрей уселся напротив, скрестив руки. — Мы через месяц тут мхом покроемся. — Лучше мхом, чем радиацией, — спокойно ответила Олена, даже не поднимая глаз. — И это пример, а не план. Борис молча взял миску. Глеб понюхал осторожно. — Пахнет… нормально. — Это называется “съедобно”, — отрезала Мишель. — Спасибо скажете потом. Антон уже жевал, с видом человека, который в жизни не ел ничего вкуснее. — Вообще-то очень даже, — пробормотал он с набитым ртом. Михаил вошёл последним. Оценил картину быстро: все на месте, еда распределена, паники нет. — Хорошо, — сказал он коротко. — После завтрака — работа. — Какая именно? — спросил Борис. — Исследуем оставшиеся коридоры. Делимся на пары. Без самодеятельности. Отмечаем всё на карте. Кира, сидящая рядом с Варварой, кивнула и подняла блокнот. — Я уже нарисовала центральную часть. Михаил посмотрел на схему. — Неплохо. Добавим сектора хранения и технические помещения. Андрей отодвинул миску. — А шлюз? — Не сегодня, — спокойно сказал Михаил. — Ты же сам говорил про планирование выхода. — Планирование, — подчеркнул Михаил. — А не “побежали посмотрим”. В столовой стало тихо. Только пластиковые вилки царапали миски. Мишель оглядела всех. — Слушайте, если честно… пока всё не так плохо. Есть вода. Есть еда. Есть свет. И даже дисциплина. — Это первый день, — сухо заметила Варвара. — Именно. И мы его пережили. Борис усмехнулся. — Звучит как тост. — Без алкоголя, — добавила Олена. Антон поднял свою пластиковую вилку. — За первый день без катастроф. Даже Михаил чуть заметно кивнул. Никаких героических речей. Никакой драмы. Просто рис. Пластиковые вилки. И люди, которые постепенно начинали понимать: бункер — это не временная пауза. Это режим. И как говорил Михаил, закончивши с пищей Мишель пошла мыть посуду, очень аккуратно, ровно литр выделила себе на мытьё, примерно столько же литров должно быть на человека в укрытии в первые дни. Тем временем Андрей наконец-то возбудившись пошел исследовать укрытие, та заняло у его это как минимум часов шесть, зато за это время было найдено и медицинский кабинет и большой склад и даже что-то похожее на места для генератора... — Генераторная? — тихо спросил Андрей. Борис подошёл ближе, прочитал табличку на корпусе. — Резервный дизельный генератор. Значит, электричество не только от внешней сети. Андрей ухмыльнулся. — Вот видишь. Не зря пошли. — Ты шесть часов шлялся, — напомнил Борис. — Тебе повезло, что Михаил не заметил. — Он заметил, — спокойно сказал Андрей. — Просто решил дать мне выгуляться. Когда они вернулись в столовую, было уже ближе к вечеру. Мишель раскладывала сухие пайки по ящикам — пересортировка. — Ну? — спросила она, даже не поднимая глаз. Андрей сел на стул с довольным видом. — Медкабинет. Большой склад. И генераторная. Мишель замерла. — Генераторная — это хорошо. Олена тут же поднялась. — Насколько большой склад? — Достаточно, чтобы твоя аналитика стала интереснее, — ответил Борис. Михаил появился почти сразу, будто ждал. — Подробности. Андрей выпрямился. — Рабочее помещение с дизельным генератором. Если всё исправно — у нас автономия. Михаил кивнул медленно. — Значит, завтра проверяем топливо. И состояние оборудования. Без самодеятельности. Андрей улыбнулся. — Я ничего не трогал. — И правильно сделал. Впервые за всё время напряжение в комнате стало… меньше. Склад, медкабинет, генераторная. Это уже не просто бетон. Это инфраструктура. А инфраструктура — это шанс. Но даже самый перспективный план требует банальной вещи — сна. К вечеру лица у всех стали одинаковыми: серыми и уставшими. Даже Андрей уже не выглядел первооткрывателем, а просто человеком, который шесть часов шатался по бетонным коридорам. — Сегодня без подвигов, — коротко сказал Михаил. — Проверки завтра. Сейчас отдых. — И душ, — вставила Мишель. — Мы не в пещере живём. — В пещере с вентиляцией, — поправил Борис. Женский сектор снова ожил первым. Варвара вытащила из рюкзака аккуратно сложенную домашнюю одежду. Кира радостно переоделась в мягкую футболку, будто это был обычный вечер дома, а не под землёй. Олена достала сменную кофту и спортивные штаны. — Вот поэтому я всегда беру “лишнее”, — сказала она. — Ничего не бывает лишним. Мишель тоже переоделась — пижама всё-таки пригодилась. Чистая ткань на коже ощущалась почти роскошью. — Вот теперь можно жить, — тихо сказала она, осматривая комнату. — Пусть без кофе в постель, зато без грязи. В мужском секторе всё было менее организованно. — Кто в душ первый? — спросил Глеб. — По очереди. И без споров, — отрезал Михаил. Андрей уже стянул футболку и бросил её на край кровати. — Если вода закончится, я виноват не буду. — Вода не закончится, если ты не будешь мыться полчаса, — спокойно ответил Борис. Душ оказался… рабочим. Тонкая струя, без давления, но тёплая. И этого хватило, чтобы впервые за два дня люди почувствовали себя не выжившими, а просто людьми. Когда свет в секторах приглушили, разговоров стало меньше. Кира почти сразу уснула. Варвара лежала, глядя в потолок. — Как думаешь, — тихо спросила она Олену, — станет легче? Олена не ответила сразу. — Станет понятнее. А это уже легче. В мужской комнате Андрей перевернулся на бок. — Завтра проверим генератор, — пробормотал он. — Завтра, — подтвердил Михаил из темноты. Бункер не стал уютным за один день. Но он стал организованным. А иногда этого достаточно, чтобы уснуть без тревоги.