Часть 2

Вторая неделя началась с дождя. Люмин проснулась от звука капель по стеклу и несколько секунд лежала неподвижно, глядя в потолок. За окном было серо и мутно. Она взяла телефон – половина седьмого. Будильник зазвонит через полчаса, но смысла снова засыпать не было. Встала, оделась, расчесала волосы. Умылась холодной водой, позавтракала хлопьями, пока родители ещё спали. Вышла из квартиры тихо, закрыв дверь почти беззвучно. Дождь закончился, но асфальт блестел, отражая редкие фонари. Люмин шла к метро, слушая музыку в наушниках. Плейлист был старым, собранным ещё в прошлом городе. Грустные инди-песни с гитарами и тихим вокалом. Она слушала их каждое утро – это помогало не думать. На первой неделе не произошло ничего особенного. Пары, конспекты, дом. Она ни с кем не разговаривала, кроме формальных «здравствуйте» и «извините». В столовой ела одна, выбирая столик у окна в дальнем углу. В библиотеке сидела на последнем ряду. В аудиториях – у окна, третий ряд, всегда одно и то же место. Чтобы было безопасно, предсказуемо и незаметно. Именно так, как она хотела. К университету приехала в восемь двадцать. Двор был почти пуст – только несколько человек стояли у входа в корпус, прячась под навесом от моросящего дождя. Кто-то курил, выдыхая дым в серое небо. Кто-то пил кофе из картонного стакана. Люмин прошла мимо и направилась к галерее. Там было светлее, чем в прошлый раз – утренний свет пробивался сквозь стеклянные стены, делая всё почти прозрачным. По бокам стояли скамейки, несколько студентов сидели с ноутбуками. Она шла медленно, разглядывая объявления на стендах. Студенческий совет набирает волонтёров. Лекция о международной торговле. Мастер-класс по резюме. Всё это казалось далёким, чужим. Не для неё. – Эй, подожди! Люмин вздрогнула и обернулась. К ней бежала девушка – невысокая, с короткими тёмными волосами и яркой красной курткой. Она махала рукой и улыбалась широко, словно они были старыми знакомыми. – Ты вчера сидела на макроэкономике, да? – спросила она, остановившись перед Люмин и слегка запыхавшись. – Видела тебя в третьем ряду. Люмин кивнула осторожно. – Я Ху Тао, – представилась девушка, протягивая руку. – Второй курс, медиаискусства. Ну, изначально я на международной экономике, но потом перевелась. Слишком скучно, понимаешь? Люмин молча пожала её руку. – Ты новенькая, да? – Ху Тао наклонила голову, изучая её лицо. – Видно сразу. У тебя такой вид… настороженный, что ли. – Я Люмин, – наконец выдавила она. – Да, перевелась на прошлой неделе. – О, круто! – Ху Тао просияла. – Откуда переводилась? – Из другого города. Семья переехала. – Понятно. – Ху Тао кивнула, явно ожидая продолжения, но Люмин молчала. – Ладно, не буду допрашивать. Просто подумала – может, тебе нужна компания? А то ты всегда одна сидишь. Люмин почувствовала, как щёки горят. – Я… привыкла. – Ну это грустно, – Ху Тао скривилась. – Слушай, если что – я обычно с ребятами в столовой после третьей пары. Можешь присоединиться, если хочешь. Она улыбнулась ещё раз, помахала и побежала дальше, к корпусу рядом. Люмин осталась стоять, глядя ей вслед. Потом покачала головой и пошла на пару. Она не пойдёт в столовую, это глупо. Зачем навязываться людям, которые её не знают? Но весь день мысль об этом приглашении крутилась в голове. На второй паре она поймала себя на том, что думает, стоит ли пойти. На третьей – убедила себя, что не пойдёт. После третьей пары вышла из аудитории и остановилась в коридоре, глядя в сторону столовой. «Просто посмотрю. Если там слишком много людей – уйду.» Она дошла до столовой и заглянула внутрь. Народу было много – студенты толпились у стойки, сидели за длинными столами, смеялись и громко разговаривали. Люмин уже собиралась развернуться, когда услышала знакомый голос. – Люмин! Сюда! Ху Тао стояла у дальнего стола, махая обеими руками. Рядом с ней сидели ещё несколько человек – парни и девушки, все второго курса, судя по виду. Люмин замешкалась, но в итоге пошла к ним. Ноги несли её сами, хотя голова кричала, что это ошибка. – Вот и ты! – Ху Тао просияла. – Думала, не придёшь. Садись, знакомься. Люмин села на край скамейки, положив рюкзак на колени как щит. – Это Люмин, – представила её Ху Тао. – Новенькая. Переводница. Так что будьте милыми. – Привет, – сказала светловолосая девушка с высоким хвостом. – Я Ёимия. Менеджмент. – Син Цю, – кивнул парень в очках с книгой под мышкой. – Литература. – Кадзуха, – тихо добавил парень с красной прядью в волосах. Он улыбнулся мягко. – Филология. – Альбедо, – сказал светловолосый парень, который сидел чуть в стороне. – Химия. Люмин кивнула всем, не зная, что сказать. Они смотрели на неё с любопытством, но не настойчиво. Разговор продолжился – Ёимия рассказывала про провальную репетицию какого-то мероприятия, Син Цю спорил с Альбедо о книге, Кадзуха молча пил чай. Люмин сидела тихо, слушая и постепенно расслабляясь. Никто не задавал ей вопросов и не требовал участвовать в разговоре. Она была просто… там, и это успокаивало. – Кстати, – Ху Тао повернулась к ней, – ты слушаешь музыку? Видела у тебя наушники. – Да, – Люмин кивнула. – Разное. – Например? Люмин назвала несколько групп – инди, альтернативный рок, что-то электронное. Ху Тао расплылась в улыбке. – Серьёзно? Я тоже их слушаю! – Она достала телефон и показала плейлист. Там действительно было несколько одинаковых названий. Люмин почувствовала, как что-то тёплое разливается в груди. Первый раз за две недели кто-то понимал её хотя бы в чём-то. – Ты официально крутая, – заявила Ху Тао. – Всё, мы теперь друзья. Люмин улыбнулась, слегка, едва заметно. Они просидели в столовой ещё полчаса. Потом начали расходиться – у кого-то была пара, кто-то шёл в библиотеку. Ху Тао обняла Люмин на прощание – быстро, легко, словно они знали друг друга годами. – Завтра снова здесь же, – сказала она. – Приходи, ладно? Люмин кивнула. По дороге домой она слушала музыку и впервые за долгое время не чувствовала себя совершенно одинокой. Может, этот университет не будет таким страшным. Может, она правда сможет начать заново. Вечером она сидела за столом, делая конспект. Телефон лежал рядом, экраном вверх. Пришло сообщение от Ху Тао – она добавила её в групповой чат второго курса. Ху Тао: «Добро пожаловать в ад» Ёимия: «Привет, Люмин!» Кадзуха: «Здравствуй.» Люмин написала короткое «Привет» и заблокировала телефон. Но на душе было легче. На следующий день она снова пришла в столовую. И послезавтра тоже. К концу второй недели она уже знала, где обычно сидит их компания, во сколько они собираются, кто что заказывает. Ху Тао оказалась из тех людей, которые не умели молчать. Она говорила обо всём подряд – о музыке, о парах, о преподавателях, о планах на выходные. Люмин в основном слушала, изредка вставляя короткие комментарии. Но Ху Тао это не смущало. Казалось, ей просто нравилось говорить, и ей было всё равно, много ли отвечают. Ёимия была похожа – громкая, энергичная, всегда в движении. Син Цю, наоборот, был тихим и серьёзным, вечно с книгой в руках. Альбедо вообще редко что-то говорил, но, когда говорил, все слушали. Кадзуха был где-то посередине – спокойный, мягкий, иногда философский. Люмин чувствовала себя с ними нормально. Может быть, даже идеально. Они не задавали лишних вопросов. Не лезли в душу и не требовали ничего взамен. Это было облегчением после всего ада, что она пережила. К концу второй недели она уже не ела одна. Не сидела в дальнем углу библиотеки. Не торопилась домой сразу после пар. Она начинала привыкать. В пятницу вечером, когда она вернулась домой, мама стояла на пороге. – Как дела в университете? Уже освоилась? – Да, – ответила Люмин. – Всё нормально. – Подруги появились? Люмин замялась. – Есть одна девочка. Ху Тао. Мы вместе обедаем иногда. Мама улыбнулась – впервые за долгое время. – Это хорошо. Я рада. Люмин кивнула и прошла в свою комнату. Легла на кровать и уставилась в потолок. Две недели прошли, и она не облажалась. Не сказала ничего глупого, не привлекла к себе ненужного внимания. Нашла людей, с которыми можно сидеть в столовой. Всё шло по плану. Но почему-то, засыпая, она снова думала о том дворе, компании и темноволосом парне. Она больше не видела его. За две недели – ни разу. Может, он перестал ходить на пары, или учился в другом корпусе. Может, она просто не замечала. И это было к лучшему. Ей не нужно было думать о людях, которые жили в другом мире, в мире уверенности, лёгкости, власти. Её мир был другим – тихим, незаметным, безопасным. И она хотела, чтобы он оставался таким.