Всегда и навечно

✭✭✭Далее от автора: Прежде чем начать, хочу поблагодарить всех, кто задал вопросы. Мне правда приятно, что кому-то было интересно спросить меня о чём-то, и тем более приятно, что кому-то оказался небезразличен «Green Light». ✭✭✭ 1. Какие ваши пять любимых книг или авторов? Что ещё вас вдохновляет — искусство, фильмы, музыка? Спасибо тому, кто задал этот вопрос и дал мне возможность немного поговорить о себе. Выделить несколько любимых книг и фильмов непросто, но я постараюсь связать их с «Green Light», потому что именно об этом мы здесь и говорим. Мне всегда были близки истории о тихой любви — такой, которая не меняет мир, но меняет самих людей. Я пыталась показать это в «Green Light»: любовь может быть большой и значимой даже в самых обычных обстоятельствах. На меня повлияли следующие произведения: «Искупление» (книга и фильм) — за историю о любви, которая могла бы сложиться иначе, и за приём с ненадёжным рассказчиком, из-за которого к финалу понимаешь, что всё воспринимал не так, как казалось сначала. Мне бы хотелось однажды написать что-то настолько же эмоционально сильное и продуманное. «Не отпускай меня» (книга и фильм) — за любовь, выросшую из невинности, и за ощущение безысходности, когда герои хотят большего, но живут в мире, который постепенно всё у них отнимает. Крик Томми в фильме и то, как Кэти пытается его успокоить, — сцена, которая до сих пор стоит у меня перед глазами. «Портрет девушки в огне» — за историю о близости и взаимопонимании, за ощущение зарождающейся любви и за ту тихую грусть, которая остаётся в воспоминаниях. Это не отчаяние, а скорее осознание того, что любовь была настоящей. «Любовное настроение» — за то, как показана повседневная, сдержанная, почти незаметная любовь. И за то, что, несмотря на её «запретность», она кажется искренней и правильной. Мне также близки работы Гильермо дель Торо, особенно «Форма воды» — за историю о любви, которая не переворачивает мир, но меняет пространство вокруг героев, позволяя им существовать в нём по-своему. И отдельно хочу упомянуть «Лабиринт Фавна» — за способность создавать миры, ради которых хочется оставить прежний. То, какими я вижу отношения Драко и Гермионы, во многом вдохновлено «Грозовым перевалом» — историей о любви, которая переходит границы жизни и смерти. Это одержимость, драма, болезненная привязанность. Такой эффект сложно воспроизвести, но в этом романе он работает очень сильно. Когда речь идёт о темах газлайтинга, манипуляции и ненадёжного восприятия реальности — на меня повлияли «Учёная» Тары Вестовер и «Моя тёмная Ванесса» Кейт Элизабет Расселл. Эти книги помогли мне лучше понять внутренний опыт героини и то, через что проходит Гермиона. Если кому-то было интересно, почему «Green Light» получился таким объёмным и написан довольно насыщенным языком, то причина в том, что я выросла на эпосах — таких как «Шахнаме» Фирдоуси, «Хамзанаме» и «Лейли и Меджнун» Низами Гянджеви. Мне хотелось, чтобы «Green Light» ощущался как большая история, охватывающая время и пространство. Я не сравниваю себя с этими авторами, но их лиричность и драматический стиль повествования повлияли на мой собственный способ писать. В каком-то смысле это естественное продолжение того культурного контекста, в котором я выросла. Что касается музыки, в процессе работы я в основном слушала инструментальные композиции Макса Рихтера и Sleeping At Last. Они помогали мне выстраивать атмосферу сцен, особенно трек «Hearing» и строчка «Love is an echo». И раз уж вы задали этот вопрос, я поделюсь ещё одним исполнителем, который мне особенно дорог: Tamino. ✭✭✭ 2. Каковы были ваши намерения, когда вы упомянули «безымянную служанку», участвовавшую в предыдущей экспедиции? Я была уверена, что она — тайная возлюбленная Сафии, и что именно это стало одной из причин запретности их отношений (помимо того, что автор дневника уже была замужем). И, возможно, никто бы не заметил и не придал значения тому, что служанка не вернулась из экспедиции. Когда она цитировала Сапфо, я окончательно убедилась в своей версии и даже порадовалась собственной наблюдательности. А в итоге это оказался просто ещё один случайный мужчина в поисках? Внимательный вопрос. И в каком-то смысле вы правы. Изначально я действительно планировала сделать служанку возлюбленной Сафии. Но много лет назад, когда я только работала над общим планом истории, мне попалась исследовательская статья 2017 года (Хулан), где разбирался феномен «Bury Your Gays». После этого я пересмотрела первоначальное направление сюжета. Когда я публиковала первые главы, я уже сознательно отказалась от этой линии. В итоге я не хотела использовать смерть лесбийских персонажей как приём для развития истории гетеросексуальной пары. Независимо от моей собственной сексуальности, если я могу избежать воспроизведения вредных репрезентаций в художественном тексте, я считаю правильным это сделать. Кроме того, я не хотела добавлять травму ради самой травмы — в истории и так достаточно подробно показана боль Драко и Гермионы. Для меня важно осознанно подходить к тому, как я изображаю персонажей. Тот призрачный женский образ, выходящий из пещеры Сафии, — это часть её самой, часть её души, которую она оставила позади. Я использовала Сапфо потому, что глубоко откликаюсь на её поэзию и на то, как к ней относилось общество. Особенно на то стихотворение, которое включено в текст. Я верю, что искусство может выходить за рамки времени и сообществ. И надеюсь, что использование её поэзии как одной из смысловых основ «Green Light» и отношений Драко и Гермионы воспринимается как уважение к её творчеству и к его способности объединять людей вне зависимости от идентичности и эпохи. Достаточно рано я решила ввести в сюжет Лукьяна и выбрала для него имя со значением «свет». Имя «Нур» не привязано к конкретному полу, поэтому оно хорошо ему подходило. В то время для Сафии было вполне естественно путешествовать со служанкой, поэтому она и упомянута. А вот путешествие с мужчиной, с которым у неё роман, выглядело бы необычно — и именно в этом заключалась идея. Параллели между историей Сафии и Гермионы выстроены намеренно. Если вам интересно подробнее узнать о феномене «Bury the Gays», я читала статью на эту тему, а также ещё один полезный материал: https://scholarworks.gvsu.edu/cgi/viewcontent.cgi?article=1579&context=mcnair https://screenrant.com/movies-bury-your-gays-trope-explained-history/ ✭✭✭ 3. Почему Гермиона не переехала к Драко сразу после того, как в её дом проникли? Гермиона тяжело переживала внезапную потерю контроля над своей жизнью. Ей важно было ощущать, что хоть что-то остаётся под её управлением — например, её дом или то, что от него осталось. Поэтому она не уехала сразу. Она держалась за это пространство до тех пор, пока ситуация действительно не стала невыносимой. Для Драко мысль о том, чтобы увезти её из места, которое она считала домом, казалась неправильной. Он чувствовал вину за фотографии и за то, что в каком-то смысле разрушил её чувство безопасности. Забрать её оттуда означало бы, как ему казалось, нанести ещё один удар. Поэтому он переехал к ней, чтобы защитить её, и только после её просьбы предложил перебраться к нему. Она спрашивает его, почему он раньше никогда не приводил её к себе, и он отвечает: «Наверное, я всегда думал, что тебе будет комфортнее среди своих вещей». И это искренний ответ. Ему даже не приходило в голову, что утешение для неё может быть связано с ним самим. Мысль о том, что её дом может быть там, где он, ставит его в тупик — он никогда не считал, что он или его квартира способны дать ей чувство покоя. При этом он сам тоже учился справляться с происходящим — так же, как и она. События после публикации фотографий были беспрецедентными, и ни один из них не понимал, как правильно реагировать. Драко особенно остро ощущал ответственность и действовал так, как в тот момент считал лучшим для неё. Можно сказать, что какие-то решения могли быть иными, но растерянность и ощущение потери контроля над ситуацией и собственными чувствами их буквально захлестнули. ✭✭✭ 4. Почему патронус Гермионы изменился на голубя? Причин несколько. Сначала я думала о драконе, потому что образ дракона проходит через всю историю. Но это показалось слишком очевидным и предсказуемым решением. Мне хотелось выбрать менее прямой вариант, особенно учитывая, что я старалась продумывать детали. Если говорить о литературных причинах, голубь — это легко узнаваемый символ. Во многих культурах он ассоциируется с любовью, свободой и миром. Возможно, это достаточно прямолинейно, но именно эти значения я хотела связать с образом Драко в восприятии Гермионы. Впервые она может вызвать патронуса в пустыне — спустя годы после того, как не могла этого сделать. Уход из Британии, встреча с Драко, возвращение к чувствам, которые она словно потеряла после войны, — всё это естественно складывается в образ белой птицы. Кроме того, визуально белый голубь перекликается с Драко и его очень светлыми волосами. Я дважды делаю на это намёк: «Она находит его в раздражающих пятнах чернил на своих книгах или в редкой белой птице, парящей над пустынным небом». Также это отражено в истории о плакучей иве и белом голубе во второй части — в интерлюдии «A Fate Resigned». Есть и символика выпуска голубей на похоронах и свадьбах. Это может означать конец — буквальный или как прощание с прошлым — и одновременно начало новой жизни. Оба этих значения важны для «Green Light». Белая стрекоза используется по схожей причине — как символ трансформации, роста и любви. Если вспомнить её первое появление в первой главе, она связана с Драко и воспоминаниями Гермионы о нём. Есть и личный мотив, о котором никто бы не знал, кроме меня (а теперь знаете вы): в «Green Light» важную роль играют матери, и мне хотелось добавить что-то своё. Мне рассказывали, что белых голубей часто держат в клетках как домашних птиц, потому что их легко купить и содержать. Их продают на улицах, держат в домах, и они ассоциируются с юностью, невинностью и красотой. Этот образ показался мне созвучным щеглу, которого Драко пытался спасти, и стал ещё одной метафорой тех «клеток», в которых живут Драко и Гермиона. (Да, я действительно слишком много думаю обо всём. И да, со мной, наверное, нелегко. Почему вы спрашиваете?) ✭✭✭ 5. В клятве Драко говорится: «Далеко, где деревья встречаются с садом и солнце обнимает луну, между горами есть океан, где я буду ждать тебя». Затем Сена видит их вместе в саду. Сад — единственное место, где Драко может быть с Гермионой? Она — лишь призрак, привязанный к определённому месту, как это было в пещере? Гермиона жива и вполне материальна. Она не привязана к дому. Я понимаю, почему возникла такая интерпретация, и мне действительно интересно читать подобные версии. Мне нравится, когда финал допускает разные трактовки, и я сознательно оставляла пространство для этого. Я всегда поддерживаю право читателя на собственное понимание истории. Но раз вопрос задан прямо, отвечу прямо. Коротко — как сказала бы сама Гермиона: «Я всё ещё здесь». Если объяснять подробнее: кровная магия, которую используют Драко и Гермиона, предназначена для защиты пространства вокруг их дома — по аналогии с тем, как Сафия защищала пещеру. Именно эти защитные чары вызывают огни в небе, которые Гермиона замечает в 39 главе. Привязка души к месту или человеку — как это делала Сафия с Лукьяном и пещерой — тоже связана с кровной магией, но в их случае она опиралась на погребальные тексты. Это другой принцип. Гермиона жива благодаря методу Грейнджер–Малфой, с помощью которого удалось снять её кровное проклятие. Хочу отдельно отметить два авторских решения, которые подтверждают, что она жива. Судя по комментариям, часть читателей решила, что счастливый финал появился внезапно, будто я добавила его в последний момент. На самом деле это было заложено с самого начала. Помимо намёка в 14 главе, важно обратить внимание на времена повествования. Первая и сорок первая главы написаны в прошедшем времени, тогда как главы между ними — в настоящем. Кроме того, в 41 главе Драко и Пэнси говорят о Гермионе исключительно в настоящем времени. Это сделано намеренно. Прошедшее время в первой и последней главах — это пересказ Сены, когда она возвращается домой после визита к Драко. Настоящее время в остальных главах указывает на то, что Гермиона жива, и поэтому Драко говорит о ней как о существующей — в том числе в той части истории, где рассказывается о произошедшем. И наконец, в «Green Light» много отсылок к Орфею и Эвридике. Несколько раз Гермиона оглядывается через плечо. Если перечитать эти сцены, обычно за этим следует разлука: либо Драко больше нет рядом, либо происходит событие, которое их разделяет. Есть два исключения. Первое — в конце 40 главы, когда Гермиона произносит имя Драко, а он не оборачивается. Второе — в конце 41 главы, когда Сена Хан уходит и тоже не оглядывается. Оба этих момента означают одно: история Драко и Гермионы продолжается. Она не заканчивается их выходом из темноты и не ограничивается тем, что написано на страницах. ✭✭✭ 6. Если предположить, что Гермиона жива, знает ли об этом кто-то, кроме Драко и Пэнси? Знает ли Гарри? Кто-то из их путешествия? Будут ли у них дети, появятся ли друзья, или они так и останутся вдвоём в своём маленьком доме? Я понимаю, что финал открыт для интерпретаций, но если можно получить более определённый ответ — что, по-вашему, ждёт их дальше? Из магической Британии правду знают только Драко и Пэнси. Все остальные верят версии событий, изложенной Сеной Хан. Если Драко и Гермионе когда-нибудь понадобится помощь, скорее всего, они обратятся к Амине — она умеет действовать осторожно и находить нестандартные решения. У меня даже была сцена с Блейзом и родителями Гермионы на её дне рождения, но я убрала её, потому что она выбивалась из структуры истории. Чёткого ответа на вопрос «что дальше» у меня нет. После всего, что они пережили и увидели, обычная, спокойная жизнь кажется им достаточной. Из-за приёма с ненадёжным рассказчиком некоторые детали, переданные от лица Драко, могут вызывать сомнения. Возможно, Гермиона продолжает преподавать, а история о её смерти — это ложь ради защиты детей в школе, что вполне соответствовало бы её характеру. Возможно, со временем появится официальная новость о том, что она мертва, и спустя несколько лет они смогут заняться тем, о чём всегда мечтали: путешествовать, собирать редкие книги по всему миру. Возможно, им достаточно тихой жизни у воды, где они продолжают свои личные проекты, а Гермиона публикуется под псевдонимом. Какой бы вариант ни оказался ближе к истине, главное — они находят опору друг в друге. Я представляю их жизнь нетрадиционной. Даже их «свадьба» не была традиционной, и логично, что они будут нарушать правила, если сочтут это необходимым. Но в одном я уверена: детей у них не будет. Это решение они принимают однажды вечером у камина. Их любовь слишком сильна и замкнута друг на друге, чтобы они могли представить, что разделят её с кем-то ещё. Но дело не только в этом. Они оба выросли в травмированном мире, и этот опыт никуда не делся. Как бы они ни старались защитить друг друга, мысль о том, что ребёнку придётся расти в мире, полном угроз и непредсказуемости, пугает их. Драко, став отцом, был бы одержим страхом — за ребёнка, за себя, за возможную утрату. Его гнев на мир и склонность к гиперопеке могли бы стать удушающими для ребёнка, который не пережил того, через что прошли они. Такая уединённая жизнь подходит им. Но подошла бы она ребёнку? Скорее всего, нет. К счастью, им достаточно друг друга. И для них этого вполне достаточно. ✭✭✭ 7. Рассматривали ли вы возможность написать эпилог? Нет. Меня полностью устраивает тот финал, который есть. Более того, именно с него всё и началось — это была одна из первых идей, и вся история выстраивалась вокруг него. Мне кажется, эпилог ослабил бы тот эффект, который я хотела сохранить: резкость окончания и ощущение лёгкой пустоты — когда история завершена, но внутри остаётся желание ещё немного побыть с героями. Я в целом не большой сторонник эпилогов. Если что-то важно, это можно встроить в основной текст. Хотя я понимаю, что читателям иногда хочется более явной точки и нескольких сцен из дальнейшей жизни персонажей. В каком-то смысле третью часть уже можно воспринимать как эпилог. А главы 39 и 40 — где они приходят в дом у воды и начинают жить так, как хотели, — по сути выполняют ту же функцию. Но дальше я сознательно оставляю пространство для читателя: каждый может решить сам, что будет потом, и задать себе вопрос «а что если?». ✭✭✭ 8. Работаете ли вы сейчас над книгой с намерением её издать? Да. Если считать писательством то, что я смотрю на пустую страницу и прокручиваю в голове сцены, которые пока не складываются в чёткую структуру. После «Green Light» я планировала большой военный AU по Драмионе с мотивами «Гамлета» и элементами лавкрафтовского ужаса в духе Бронте. Citizen IX, упомянутый в «Green Light», должен был сыграть важную роль — в образе байронического героя, которым Драко становился бы во время войны. Я так и не начала этот проект. Писательство требует времени, и у меня были сомнения, что у такого текста найдётся читатель. Сейчас я больше не пишу Драмиону и стараюсь перенаправить эти темы в оригинальные истории — уже не связанные с «Гарри Поттером», но близкие мне по настроению и идеям. На данный момент у меня есть три совершенно разных проекта. Они пока только формируются, но я надеюсь, что со временем хотя бы один из них будет завершён и опубликован. ✭✭✭ 9. Вопрос о «Nothing Gold Can Stay» (небольшие спойлеры). Гермиона произнесла имя Драко, а Драко не произнёс имя Гермионы. Значит ли это, что он прошёл процедуру, а она нет? Или это был просто авторский приём, и в итоге они оба решили не делать процедуру? Спасибо за этот вопрос. «Ничто прекрасное не длится вечно» для меня очень важная история. Писать эту версию Драко было для меня почти как разговор с Драко из «Green Light» — как будто я хотела сказать ему, что всё в итоге будет хорошо. Итак. Они оба решили сохранить свои воспоминания. Затем они поженились, у них появились дети, и в итоге всё сложилось счастливо. «Драко», — говорит она, будто уже произносила это имя сотни раз. «Драко», — снова говорит Гермиона, так, словно никто никогда раньше не произносил его именно так. Переход от «она говорит» к «Гермиона говорит» сделан намеренно. Это показывает, что он узнаёт в ней именно Гермиону — так же, как она узнаёт его, произнося его имя. В этой истории имя — это форма памяти, поэтому я выстроила фразу именно таким образом. «Как солнце», — думает Драко. Он встаёт и касается её щеки. Она похожа на солнце. Эта строка — небольшая отсылка к «Green Light». ✭✭✭ 10. Вопрос, связанный с «Nothing Gold Can Stay» и «Green Light». Serene говорила, что её тексты — это своего рода мультивселенная. Значит ли это, что разные интерпретации финала могут существовать одновременно? Что разные варианты концовки «Green Light» все верны в рамках этой драмионовской мультивселенной, и в каждой из них они всё равно остаются вместе — то есть в одной версии она может быть нематериальной, а в другой — живой? Мне нравится этот вопрос, потому что я могу позволить себе немного пофанатеть. Но отвечу коротко: да. В одной вселенной Драко и Гермиона живут обычной жизнью — стирают бельё, платят налоги, и у них всё спокойно. В другой они стоят на платформе, протягивают друг к другу руки, и мир перед ними открыт. В третьей они ждут тридцать дней, решая, сохранять ли воспоминания. В четвёртой идут по зимнему пейзажу — злые, упрямые, не готовые сдаться. В ещё одной Гермиона звонит Драко посреди ночи, потому что беспокоится о нём. Если в какой-то версии она существует в нематериальной форме, то он всё равно рядом с ней. Все эти варианты возможны. Любая версия, которую можно представить, имеет право на существование. Пространство и время не отменяют их связь. Это было верно для них раньше, верно сейчас и будет верно дальше. В любой вселенной Драко и Гермиона в итоге находят друг друга.