Часть 6. Инцидент

Последние пару дней были очень быстрыми и насыщенным для Мидории. Выбор старосты, атака журналистов, курс поддержки, освоение одного за всех на пяти процентах, битва с Каччаном и раскрытие ему секрета этой причуды. Но он ему не поверили так что какая разница. И еще он снова сломал свои кости, даже зная как более менее пользоваться причудой. Это было очень больно, но от этого зависила его жизнь. Буквально. Так что он легко отделался, а Всемогущий был некомпетентным учителем. Надо было это понять после его слов о том что беспричудный не может стать- А в целом не важно. Главное что прямо сейчас он учился в лучшей геройской школе в стране если не во всём мире. По крайней мере одной из известнейших. Сейчас они загружались в автобус по списку их мест в классе потому что Иида был приверженцем правил и порядка. Мидория довольно часто жалел что назначил его на должность старосты, но скинуть обязанности на него оказалось приятней чем он думал. Хотя он воспринял это как акт доверия. И всё равно они не ладили, он часто на пару с Хитоши угорали над ним. Не смотря на это Урарака неплохо так с ним разобщилась. Это было уже не важно ведь прямо сейчас он ненавидел его. По списку мест, ха! Да он совсем опалоумел? Их ряд был буквально Адским. Студентка по рекомендации, Шинсо, он сам, девочка-неведимка, которую чуть не исключили в первый день, и Каччан. И что самое худшее он должен был сидеть с ним если там по 2 места. Это была бы просто катострофа. Неужели Иида не понимал? Слава богу когда они открыли двери автобуса там всё было в разброс. У Изуку сразу отлегло от сердца. Пока они ехали их разговор дошёл до того что его в какой-то степени чуть не рассекретили, а над Каччаном издевались. Последняя часть ему нравилась гораздо больше. Когда они прибыли перед ними предстало величественное здание USJ. Да уж, UA точно не экономила на своём обучении и студентах. На входе их встретила герой-спасатель тринадцать. Большинство его одноклассников ликовали потому что тоже не привыкли к тому что все учителя проффесиональные герои. Урарака даже не пыталась скрыть своего восторга ведь это была её любимая героиня. Да и он с Шинсо стояли с неслишком меньшим восторгом. Умение действовать в стихийных бедствиях, спасательные операции после нападения злодея и просто инцеденты которые требуют точных инструкций. Это является одной из основ героической работы. Изуку это усёк после случая с Каччаном и Злодеем Ила. — Кстати что ты думаешь о законе защищающий героев при чрезмерной жестокости? Или халатности? Если вспоминать Старателя, то я помню как в том году из-за превышения полномочий он убил злодея и нарушил равновесие здания из-за чего часть его рухнула и убила нескольких человек. — Пока Тринадцатая продолжала объяснять важные аспекты решил спросить у своего друга Мидория. Давно они не вели дискуссии на тему покрываемых комиссией инцидентов или спорный судебных решений. На самом деле законодательство после того как причуды стали доминировать сильно исказилось. — О да, помню тот случай. Громкий скандал был. Я хорошо запомнил подробности потому что это было в моём районе. Я когда сводку новостей после суда афигел от того как покрывали Старателя, так что нет, этот закон точно надо переписать под геройский кодекс. — Отлично, тогда что ты думаешь о компенсации пострадавшим семьям? Они ведь были ужасно... Пока парни продолжали вести диалог Иида снова стал сверлить их тем самым взглядом и вот-вот грозился подойти. Внезапно в фонтане перестала идти вода и в центре появился чёрный туман. Мысли Мидории стали быстро просчитывать всевозможные сценарии. Он даже не осознавал что говорил в слух некоторые вещи пока некоторые из его одноклассников сначала посмотрели на него, а потом в центр. — Это не учебная тревога! Тринадцатая, защищай учеников! — Айзава-сенсей прыгнул прямо в эпицентр злодеев. Изуку и Шинсо переглянулись. Они оба знали что Сотриголова долго не продержится. Те немногие крупицы информации о его стиле боя не могли врать. Резко перед ними тоже возник этот туман. Тот же самый что и в центре. Следующие что он смог обработать это то, что у него под ногами больше нет пола и он кричал Ииде бежать. Хитоши на него тоже кричал, но он уже был в тёмной гуще.

***

Он не мог дышать. Он был под водой. Ему нужен был воздух. Он обязан дышать! Ещё один мик и он уже был на корабле. О. Это была Асуи Цую-зови-меня-Цу. Теперь у них было больше шансов на выживание. По крайней мере Изуку в это верил. — Ты в порядке? Керо. — Да... да. Мы одни? — Насколько я смогла понять да. Керо. У тебя есть идеи что нам делать? — Да у неё тоже были стальные нервы. Быть такой спокойной во время злодейского нападения впечатляет. Поверьте, ему есть с чем сравнивать. — Нет- то есть может быть. Я не уверен. Исходя из того что тебя закинули в зону кораблекрушений, могу предположить что злодеи не знают наши причуды, иначе ты бы была в зоне пожаров или руин. Так что может пока расскажешь побольше о себе..? — Думаю ты знаешь что у меня мутация лягушки. Я могу ползать по плоским поверхностям и вытягивать свой язык до 20 метров. — поразмыслив минутку она задёрла рукав своего геройского костюма — а ещё я могу выделять ядовитую слизь, хотя по большей части она просто щипет. Ну и напоследок я умею выворачивать свой желудок если в нём что-то спрятать, керо, и последние 2 вещи бесполезны в нашей ситуации. Обработав эту информацию, Мидория понял что не знает что делать с этой информацией. — Окей, ладно.. я думаю у нас есть около 10 минут прежде чем наш корабль утонет или злодеи доберутся до нас. Так что предлагаю осмотреть корабль. — Получив кивок он пошёл к передней части корабля. Почти сразу он услышал скрежет металла и быстро посмотрел что происходит за бортом. Кто-то взбирался по стене к ним на борт. Цую-зови-меня-Цу тоже прибежала обратно, быстро сорвав спасательный круг с бортика, она кинула его в голову злодея. Он благополучно обратно упал в воду. — Значит осмотр не вариант? — снова получив кивок, Изуку запустил свои руки в кудри и стал их тянуть. План. Им нужен был план. Желательно в котором ни один из них не умрёт. Из глубин его сознания к нему приходили только варианты с высоким шансом его смерти. Поразмыслив, он решил озвучить некоторые не слишком плохие варианты. Но вот Цу они не понравились. — Нет Мидория, керо, что если ты сломаешь опять свои кости так и не выбравшись? Я не смогу себя простить если ты умрёшь. — она отвергла очередную идею в которой Изуку отвлекает внимание и потом удирает от туда с помощью своей причуды. — Что если сделать уклон на то что ты можешь создать мощные водные вихри? Это тоже предполагает поломку твоих пальцев, но все другие твои варианты ведут к твоей вероятной смерти. — Рационально. Внезапно корабль пошатнулся. У них заканчивалось время. Надо было уходить. Вихри, вихри, риски. Их причуды, причуды, причуды... Кажется у Мидории есть план с низким риском его смерти.

***

Они плыли к месту где происходило основное сражение. Они смогли выбраться пожертвовав всего одним его пальцем. Было больно, но с этим можно было жить. Создать с помощью его причуды воронку, а потом в тихую уйти с помощью языка Асуи пока злодеи шли на дно было хорошим планом. И они оба почти целы. Когда они подплыли к бортику центральной платформы, там шло сражение между тем голубоволосым придурком и их сенсеем. Был ли этот человек главным среди злодеев? По моему он представился Томурой Шигарику или что-то в этом роде. Тот психоватый тип помешанный на играх раздробил пятью пальцами локоть Айзавы-сенсея. Была ли это его причуда? Это выглядело мерзко и очень больно. Но он продолжал сражаться. За них. Бой стал накаляться. А потом тёмное существо с открытым мозгом переломило обе руки их сенсея как тростинки и ударил его по голове. Что это за нахер. Пульс Мидории участился. Это существо, Ному как его назвал тот парень, с его слов был способен убить Всемогущего. ...Кем были эти злодеи? Они хотят уничтожить символ мира? Как способ заявить о себе? Они оба не знали ответов. Всё что они могли делать это застыть от страха и смотреть как под их учителем растеклась лужа крови. Снова появился тот портальный злодей и сказал что кто-то убежал и Тринадцатая выведена и строя. Наверное это был Иида. Он был готов молиться чтобы это был он, ведь таким образом помощь придёт быстрее. О тяжести травм Тринадцатой остаётся лишь догадываться. – Курогири, если бы ты не был нашим выходом от сюда, я бы убил тебя на месте! — он вел себя как ребёнок в теле взрослого. Ещё минута и у него начнется истерика, он также расчесал свою шею до крови. — Всемогущего тут нет, так что надо убираться от сюда. — он сделал паузу — но перед этим мы убьём пару детишек. — на его лице застыла злобная ухмылка. Изуку был словно в замедленной съёмке. Рука Шигараки потянулась к лицу его одноклассницы. Он собирался раскрошить её лицо также как локоть Айзавы-сенсея. Он застыл. Был в ужасе. Не знал что делать. А что он мог сделать? После того как пятый палец прикоснулся к её коже, появилась она. Кровь. Много крови. Она закричала инстинктивно схватив руку Шигараки. Ёбаный в рот, он видел её череп. Она перестала сопротивляться когда половина её черепа распалась обнажив мозг. Изуку даже не осознавал что кричит пока не понял что рука тянется уже к его лицу. Он был следующим. Он продолжал кричать когда пятый палец опускался уже на его лицо. ...что? Он вот так умрет сразу после Цу и их побега с корабля...? Он не хотел умирать. Больше всего на свете сейчас он хотел жить. Ничего не произошло. Убийца продолжал касаться его лица, но оно не распадается. Почему? Он боялся открыть глаза. Или увидеть то, что будет если открыть глаза. — О, Сотриголова, а ты действительно хорош. — он повернул свою голову назад. – Ному! Добей его! ...Айзава-сенсей тоже умрёт? Кровь на его туловице, на его руках, лице. В его руках тело его одноклассницы. Мёртвой. Её мозг стекал по его спортивной форме. Почему он всё еще жив? Почему из них троих он ещё не умер? почему. Почему. ПОЧЕМУ ОН ЕЩЕ ЖИВ. ПОЧЕМУ ОНА УМЕРЛА. ПОЧЕМУ ОН УМЕР. КРОВЬ БЫЛА НА ЕГО ТУЛОВИЩЕ, РУКАХ, ЛИЦЕ. ЭТО БЫЛА НЕ ЕГО КРОВЬ, НЕ ЕГО КРОВЬ ЕЁ ТАК МНОГО. ЧТО ЕМУ ДЕЛАТЬ. ЧТО. ЕМУ. ДЕЛАТЬ. ОН ХОТЕЛ ЖИТЬ! ОН ХОЧЕТ ЖИТЬ, ТАК ЧТО ЕМУ ДЕЛАТЬ? Держа тело своей подруги он решает ударить одним за всех. Прямо в него. — Ному. Одно единственное слово. Одно чёртово слово. И теперь перед ним в рассеивающимся облаке пыли стоит оно. Высшее существо. И оно собирается убить его. Даже не смотря на то, что он не сломал руку... Он умрёт. Прямо сейчас его руки также сломают как это было с их сенсеем. И он уйдёт в след за ними. Оно наступило своей ногой на голову Асуи. Теперь под его ногой была лужа из ошмётков её черепа и позвоночника. А его тело перекрутят напополам и тоже раздавят. Он умрёт и его никто не спасёт. Нет никаких героев или злодеев. Есть только смерть и такой же раздавленный труп как у них. Никакой Всемогущий не придёт и не скажет что он здесь. Никто его не вытащит из рук того кто убьёт его. Выхода нет. Ному сильне обхватывает его руки. Выхода нет. Он чувствует как его кости начинают трещать. Выхода нет. Оно стало сильнее тянуть его правую руку. Выхода нет. Его плечи были готовы вот-вот оторваться. Выхода нет. Его нет. — А НУ С ДОРОГИ! Что-то на большой скорости врезалась в бок ному. Его хватка ослабла и он упал на пол. Прямо в лужу из ошмётков Цую. Он был на земле. На земле. Со всеми конечностями. Он все еще был жив. Его спасением стал Каччан. Каччан который издевался над ним 10 лет за отсутствие причуд. Каччан который был его другом детства. Каччан. — Ну что, ботаник, всё ещё не можешь угнаться за мной? Что это за реакция? ...Он не заметил их? Ему было насрать что он скажет сейчас. Или потом. Он был тем кто не дал ному раздавить его. Ох, кажется у него была истерика из-за того что его мозг не мог обработать факт своего существования. Прямо сейчас он задыхался в истерике царапая свои руки об осколки черепа. Успокоившись, или то что можно было бы назвать успокоением, он заметил ещё одного человека. Это был Эйджиро Киришима. Он смотрел на него глазами полными страха. Он стоял не в силах пошевелиться. Такое дикое выражение лица бывает только у людей близких к смерти. А. Так он смотрел не только на него, а на то что было под ним. Это была Цу. Он прикрыл свой рот руками стараясь не закричать. Его глаза метались между ним и телом Айзавы-сенсея. Он вздрагивал и пытался пойти на встречу, но физически не мог. Не мог. Он ему не поможет. Они оба услышали дикий крик Каччана. Когда Мидория повернул голову, то увидел как он смотрел на Айзаву, а ному целился в его голову. Каччан увернулся, но это было так близко. Его с правой стороны заморозили. Заморозили? Тодороки стоял с вытянутой рукой — Я знаю ваш грязный план, ублюдки! Я не позволю вам никого убить! Всемогущего в том числе! Всё что было в голове Изуку это то, что бы они бежали от туда. Они должны были уйти и выжить, но всё что выходило из его горла были лишь неразборчивый хрип. У него был рот, но он не мог кричать. Он стоял на четвереньках над телом Асуи и смотрел только на них двоих. Тех кто сражался. А ещё Тодороки заметил его и Айзаву. Он видел его в крови, не зная чья она. ЭТО БЫЛА ЕЁ КРОВЬ. Его взгляд был полон ненависти и ярости. Это первые реальные эмоции которые он смог зафиксировать за всё пребывание в UA. Они тоже погибнут. Они не могли сражаться с этой штукой. Наконец-то он нашел в себе сил и во всю мочь заорал — ВЫ НЕ СМОЖЕТЕ СРАЖАТЬСЯ С ЭТИМ! ВЫ НЕ ЗНАЕТЕ ЧТО ЗДЕСЬ ПРОИЗОШЛО! На его слова никто не ответил. Были проигнорированны. Только Шигараки обернулся когда собирался прикоснуться к Сотриголове. Он собирался добиться его если он жив. После этой мысли тело Мидории понеслось само по себе. Даже подскользнувшись в луже крови он продолжал бежать. Может быть их сенсея ещё можно было спасти и пока такой шанс есть, он не станет стоять в стороне. Он видел что Тодороки и Каччан едва справлясь. Одно неверное движение и они тоже отправятся на скамейку запасных. Или умрут. Он стал замахиваться своей левой рукой когда подбегал к Айзаве-сенсею. Он хотел сдуть Томуру до того как он коснётся Ластика. И он пришёл к страшной мысли. Ему будет всё равно если Шигараки умрёт. А может он не сможет ударить его как обычно, прямо как это было с тем био-механическим оружием. Шигараки снова произносит это слово, наименование. Ному. Правда более панически, похоже он его не заметил сразу. Ха. Биологическое оружие вновь появляется перед ним с намерением убить. Он был близко. Так близко. В его руках уже был Айзава-сенсей. Он не мог проверить был ли у него пульс. Он встретился со взглядом Каччана который уже мчался к ним. Было видно что он устал, но его взгляд... Он никогда такого не видел. Мидория слышал что такое называют взглядом на сто тысяч ярдов. Или нет? Это был страх. Чувство которое, казалось бы, было чуждо Каччану. Он смотрел со страхом за него. В последний момент он успел откинуть бедного Айзаву-сенсея когда кулак ному врезался в его туловище.

***

Он был... Он был. Он всё еще был жив и испытывал сильную боль. Везде. Изуку был почти уверен что у него серьёзные травмы всех конечностей. Он даже не мог сказать что болит сильнее. Не будь у него более высокий болевой порог, он бы точно сейчас не очнулся. Он не мог открыть свои глаза. Они были в чём-то липком. Это была его кровь? Он не мог сказать точно. Вдалеке он слышал очень мощные взрывы и другие громкие звуки. Кажется Каччан стал использовать свои наручи-бомбы. Но это его больше не волновало. Его единственными мыслями были выход и Айзава-сенсей. Надо найти сначала его, а потом уйти. Он сделает это. Ему только нужно открыть глаза и встать. По одному делу за раз, давай Мидория Изуку, Ты сможешь. Ты декиру. Он подвигал левой рукой, понял что не вариант, что-то мешало. С правой получилось лучше. Она хотя-бы двигалась. Разлепив пальцами глаза, ему в лицо ударил яркий свет. Всё еще было утро. Да. Утро 9 апреля. Он посмотрел на свою правую руку, которая была немного синей. А нет, в большинстве мест синей. С огромным усилием повернув голову чучуть левее он понял почему не мог двигать левой рукой. Из его запястья буквально выпирала кость. Открытый перелом. Приподняв голову Изуку посмотрел на свои ноги. Его правая пятка была под неправильным углом, а из левого бедра торчала арматура. Бля. Он был уверен что у него было что-то ещё, но ему всё еще надо было найти Айзаву. Поднявшись на правом локте с дикой болью, Мидория понял что он в лестнице. И у него было сильное сотрясение мозга. Так Айзава-сенсей. Он стал ползти не используя левую руку. Каждое микродействие отдавалось адской болью. Его вырвало. Ещё чучуть и он отключится от боли, но ему нужно найти Сотриголову. Каждая атака в центре битвы была грандиозней предыдущей. Как долго они ещё продержаться? И тем не менее он продолжал ползти. По его щекам текли слёзы размызавая кровь и различные кусочки чей-то плоти еще сильнее. Он не должен отключаться. Найти Сотририголову. И он увидел его тело вдалеке, как Мидория надеялся, всё ещё живое. Он продолжал к нему приближаться. Он был уже совсем близко. Он так хотел спать. Когда он дополз до Айзавы, то увидел облако пыли в центре. То как долго эти двое сражались впечатляло. Он услышал хриплые звуки издаваемые его учителем. Слава блядскому богу, он был жив. Всё еще дышал даже после всех травм и ударов. Всё что ему нужно было это оттащить его от линии огня. Что бы у него был шанс дождаться первой помощи. Он не мог потерять его тоже. У него было слишком мало функционала в руках и ногах, поэтому он схватил его зубами за оружие захвата, а уцелевшими рукой и ногой отталкивался назад. Изуку чувствовал что изрезал себе весь рот, но это работало. За ними оставался кровавый шлейф пока он его тащил. Когда он дополз до лестницы, Мидория захватил Айзаву за талию целой рукой и стал использовать обе ноги для толчков ползая спиной вперёд. Из его бедра с дырой от арматуры хлестала кровь, а сломанная пятка страшно болела и хрустела при каждом толчке, но это всё еще действовало. Он мог дойти до выхода. Они оба выживут. Обязанны выжить. Одной из самых желанный вещей также является привлечение внимания. Сейчас. Он был ещё в сознании только из-за непрошибаемой решимости и такой терпимости к боли что страшно представить. Ещё один пролёт и он остановиться, ещё один пролёт и он отключится. Ещё один пролёт его заметят и помогут перенести Айзаву-сенсея. Он не мог больше идти, его конечности стали неметь. Это было от потери крови? Ему нужно было переливание? А нужно ли оно Сотриголове? Почему эта лестница такая огромная? Эти выступы и пролёты не заканчивались. Он хотел домой. Он так хотел домой. Он ненавидит это пустое место, но если туда привести Шинсо... или отправиться с ним на пляж. Он туда хотел даже больше. Это место было полно хороших поспоминаний о их тренировках. И тренировках со Всемогущим... Где же он был? Почему он потратил всё своё время? В голове вертелось только одно. Всемогущего не было здесь.