Зов луны

Гермиона чувствовала это. Чувствовала его дрожь, его голод, его отчаянную потребность быть рядом. И внутри неё волчица откликалась — тянулась к нему, скулила, требовала того же. Её руки сами обвили его шею, пальцы зарылись в седеющие волосы. — Римус, — выдохнула она. — Римус... — Моя, — прошептал он ей в губы. — Моя волчица. Моя.