Всё те же лица

***

А готова ли я вообще? Я уже которую минуту не могу завязать этот долбаный, высокий хвост на своей голове! То петухи вылезут, то прядь одна останется — я уже не могу! Руки трясутся, словно меня сейчас казнить будут! А ещё я, черт возьми, нервничаю... Сама не знаю почему. Я же уже со всеми знакома, да что уж там, я с ними училась целых четыре года и с некоторыми до сих пор контакт держу! Хотя… Может, потому что я боюсь, какая на меня реакция будет? Ведь в академии я вела себя явно не как прилежная и воспитанная ученица. Да, я боюсь, что могу ляпнуть что-нибудь лишнее при разговоре и у всех сложится обо мне мнение из разряда "время идет, а ничего не меняется". Тут мне надо реально следить за языком. А с кем я вообще там могу поговорить…? С Каэдэ, с Киибо...С Шуичи можно пару слов перекинуться, хотя он и не особо горит желанием общаться со мной. Гонта... Гонта вежливый, не спорю, но иногда его тупость и незнание базовых вещей вымораживали аж до ярости. Ну... может, спустя четыре года после выпуска он улучшил свою эрудицию? А ещё... О! Рантаро Амами! Абсолютный авантюрист! Он нормальный парень, с ним я ладила, но он настолько редко появлялся в академии, что я, как и другие одноклассники, забывала о его существовании, а его появление в академии всегда сопровождалось удивлёнными возгласами и округлившимися по пять йен глазами. Помню, он порой делал мне неплохой такой маникюр и причёски всякие перед какими-нибудь праздниками, по типу того же Нового года. А ещё давал советы по стилю и сказал, что ему нравится, как я добавляю ремни к образу. И ещё он постоянно называл меня именно "Ирума", а не "Миу", цитируя его слова: "Мне твоя фамилия больше нравится по звучанию, чем имя". Со временем я тоже начала называть его по фамилии. Я однозначно, при любых обстоятельствах, не хочу пересекаться с Кокичи — это ж просто пиздец! С какой-то стороны я его понимаю: мы оба неординарные личности, выделяемся в обществе сразу. Но что за херня — у него желание вечно бесить людей намеренно? Да и его неуместная ложь на каждом шагу — к чему вообще? И это он ещё смел называть меня свиньёй за мои манеры?! Так, всё, я не буду размышлять на эту тему. Прошло немало времени, думаю, всё изменилось. Наконец-то сделав себе этот долбаный хвост и завязав его пышной фиолетовой резинкой, я слегка подкрасила ресницы и губы помадой нежно-розового оттенка. Хорошо, что я не сильно нуждаюсь в макияже — меньше времени приходится тратить. Наведя марафет на лице, я побежала в одном нижнем белье из ванной в спальню, где меня ждало уже готовое выглаженное платье. Хорошо, что оно на молнии и мне не надо надевать его через голову. По просьбе Каэдэ за мной заедет Шуичи. Я сначала отнекивалась, мол: "Наверное, ему не очень удобно будет туда-сюда кататься — сначала отвозить тебя, а потом и меня". Но я получила от неё ответ: "Зачем тебе шастать по такси, если тебя могут отвезти?" Шуичи изначально предложил, чтобы мне сразу все вместе поехали, но Каэдэ сказала, что "Я с Цумуги буду всё оформлять, для вас это должен быть сюрпризом!" Ладно, хорошо? Шуичи как раз сообщил, что приедет пораньше, либо сейчас в Токио час пик, а стоять в пробке — максимально ужасный вариант, и мне на сборы осталось как раз меньше десяти минут. И мне надо найти время в своём графике чтобы сдать на водительские права. Натянув платье и застегнув молнию, я бегом начала надевать украшения. Так как у меня платье с открытыми плечами, шею надо явно чем-нибудь украсить. Солнцезащитные очки с темной оправой — на макушку, для пафоса. Розовый чокер на шее и золотая цепочка с небольшим золотым медальоном… и, вроде бы, всё — верх я дополнила. Подойдя к зеркалу, я слегка поправила платье, которое было сшито на заказ. Я изначально пыталась найти нужное мне платье в бутиках, но там всё такое скучное и уродливое, а мне надо что-то классическое, но провокационное — пришлось делать на заказ. Всё платье было тёмно-коричневого цвета, который больше смахивал на чёрный, с розовыми элементами. Верх был облегающий, с розовым воротником, с открытыми плечами и объёмными длинными рукавами с розовыми манжетами. Низ был асимметричный, тоже облегающего кроя, переходящий в широкие многослойные рюши темно-розового цвета на уровне голеней. А ещё — розовые туфельки на каблуках! А мне точно стоит приходить, или я буду как изгой там? А Рантаро точно придет? И Киибо! Нет, Киибо точно там будет, да и конфеты я ему подготовила... Я боюсь что все и по сей день видят во мне пошлую, нахальную девицу. Я не спорю с тем фактом что у меня остались задатки той Миу, но всё же! Да и мне по сей день немного неприятен тот факт что многие в классе считали меня мразью, да, я шумная, похотливая, грубая и так далее, но точно не мразь! Почему они забывали кто им помогал на математике? На физике? От учителей частенько отмазывал? Как что-то у них сломается, будь то телефон, компьютер или ещё что-то, так сразу: "Миу, помоги!". И я помогала. Без корысти и какой либо выгоде себе, ко мне обращались все, от Киибо до Кокичи. Я даже, сука, простила Кокичи который сильно испортил мне проект на втором курсе! И после этого я мразь?! Они даже так хуёво не относились к Оме который часто пользовался добротой других людей, нагло лгал в лицо и ради своего же развлечения портил жизнь другим! Та же Цумуги тоже любительница побегать по головам даже если этого шибко и не надо, только она это делает тихо, как и Кируми Тоджо, только Кируми хотя бы помогла мне с уборкой в мастерской и моей комнаты после разработок моих новых изобретений. И ведь им троим это всё прощалось, а Ирума у нас пиздец какая злодейка. Знаете как обидно от такой несправедливости? Я помню как на первом году учебы в академии Каэдэ, Гонта, Киибо и Кайто ещё пытались объяснить другим что я и зло — это антонимы, но видимо никто их слушать не хотел. Даже робот меня понимает лучше чем люди, да и сам факт что Кайто был на моей стороне хоть мы и ссорились тоже частенько! Кстати Кайто... Я помню что мы часто ссорились, но потом забывали всё. Я ему часто помогала с математикой если он что-то не понимал, ещё я помню у него был какой-то уродский, старый телескоп, так я ему новый сделала из-за чего он был мне ооочень благодарен. Но побольшей части нам было всё равно, друг на друга. Мои размышления прервал телефонный звонок. Шуичи. Чёрт, Шуичи! Я сгребла в охапку сумку, телефон и конфеты для Киибо и бросилась к двери. Захлопнув квартиру, я помчалась к лифту — он, к счастью, оказался пустым. Нажав кнопку первого этажа, я поехала вниз. Вызов уже сбросился, но я успела отправить Шуичи короткое сообщение: "Сейчас выйду". Едва двери лифта разъехались, я вылетела из подъезда, не обращая внимания на ошарашенную консьержку. На улице сразу заметила черную машину и ожидающего меня Шуичи. Я подошла к нему. — Привет, ты долго меня ждал? — начала я диалог, поправляя чёлку, которая слегка сбилась у меня на голове. — Привет, минуты три где-то. — холодно ответил Шуичи, параллельно открывая мне дверь в салон автомобиля. — Садись. — Спасибо и прости за ожидание! — Как-то неловко выдавила я из себя и села в машину. Сев в автомобиль, я дрожащими руками потянулась за ремнём безопасности. Пристегнувшись, я торопливо сложила телефон и ключи в сумочку, поставила её на колени и уже поверх неё — коробку конфет, которую везла в подарок абсолютному роботу. Мне было ужасно неловко. Пристегнувшись, я наконец-то почувствовала, как машина тронулась. И снова погрузилась в свои мысли и воспоминания об академии. Выпускной год я помню смутно: это был год долгой рутины, каждый день одно и то же. Подготовка к итоговым экзаменам, подготовка к выпускному, создание новых изобретений, бесконечные обсуждения моего будущего бизнеса с Даичи и Котоко. Всё, что я помню, — это кабинет нашего класса, лаборатория в академии, которой мне разрешали пользоваться, прогулки по территории с абсолютным бизнесменом и юристом, да моя комната в общежитии. Больше ничего. И ещё о Шуичи... На первом курсе старшей школы я была в него влюблена. Я изо всех сил пыталась привлечь его внимание, но безуспешно. А спустя пару месяцев до меня дошла новость, что у него роман с Каэдэ. Я очень расстроилась. Мне было настолько тяжело, что я решила просто отстраниться от них обоих. Полностью. Я перестала с ними разговаривать, помогать, упоминать их в разговорах. Если кто-то случайно заводил речь о ком-то из них, я тут же мягко переводила тему. Мне было по-настоящему паршиво, я не хотела их ни видеть, ни знать. Однажды я даже подумала: а не попробовать ли отбить Шуичи? Но быстро поняла: бесполезно. Какой бы план я ни придумала, ничего бы не вышло. Да и сама мысль была неправильной. Конечно, они сразу заметили перемену. Ведь раньше я постоянно торчала рядом, придумывала дурацкие прозвища вроде "Бакаматцу", помогала с чем только могла — и тут меня будто подменили. Шуичи это, кажется, не слишком волновало, а вот Каэдэ явно смущало и беспокоило. Она всё время пыталась до меня достучаться: писала сообщения, просила о помощи, подходила сама. Однажды даже специально разбила телефон и пришла ко мне за починкой. Я починила, но молча. Поговорили мы с ней только месяца через два после той самой "обиды" . Я так и не рассказала Каэдэ, в чём было дело, хотя она до сих пор пытается выведать у меня правду. И знаете, честно говоря, я сама от себя не ожидала, что могу так глубоко закрыться от людей. Что касается остальных одноклассников... Ну, я очень надеюсь, что со временем они изменились к лучшему. Но многие мне не нравились, не нравятся и, боюсь, уже никогда не понравятся. Возьмём Химико Юмено. Скучнейший человек: кроме магии её ничего не интересует, поговорить с ней не о чем, а как только становится скучно — начинается нытьё. И магия, серьёзно? Кто в это верит в двадцать первом-то веке? Или Анджи Ёнага. Да, её скульптуры и рисунки прекрасны, но эта бесконечная возня с "Атуа"... Кто это блять? Откуда оно взялось? Похоже, ответы известны только самой Анджи. У меня даже подозрение, что это не вероисповедание, а самая настоящая секта. Рёма Хоши — персонаж не менее удивительный. Ростом с годовалого ребёнка, а голос — как у мужика с многолетним стажем курения. Но, при всём своём почти болезненно-хрупком виде, он интересный собеседник. И кошек любит, особенно русских голубых. В общем, академия "Пик Надежды" — довольно интересное место, сборище удивительных людей. В разном смысле этого слова. — Ты дрожишь. — неожиданно оборвал мои размышления Сайхара. — А...? — я опустила взгляд и только теперь заметила: руки действительно тряслись. Выходит, я снова нервничаю? Видимо, да. Иначе с чего бы мне в сотый раз за день перебирать в памяти школьные годы, прокручивать лица одноклассников и гадать, какой они меня запомнили и как встретят теперь? — Замёрзла? Или дело в чём-то другом? — голос детектива прозвучал спокойно, но взгляд так и остался прикованным к дороге. — Н-нет! Ничего такого, — поспешно выдохнула я в ответ. — Переживаешь из-за встречи выпускников? — проницательно прищурился он. — А это настолько заметно? — спросила я. В ответ на лице Сайхары появилась едва заметная усмешка. — Ничего не меняется, Ирума. Тебя можно читать как открытую книгу. — Шуичи помолчал с минуту и продолжил: — Переживаешь, как они тебя встретят? — — Да. — коротко ответила я. Какой смысл скрывать? Меня уже раскусили. Шуичи вздохнул, не отрывая взгляда от дороги, и спустя минуту снова заговорил: — Если сравнивать тебя в академии и сейчас, то нынешняя ты намного скромнее. Но всё ещё легко вспыхиваешь — на эмоциях можешь и лишнего сказать. Постарайся держать себя в руках, хорошо?