Часть 13

В отделе было пусто. Марта сидела за своим столом, лениво листая отчёты на мониторе, и чувствовала, как желудок предательски урчит. Завтрак она благополучно проспала, яблоко было съедено ещё полчаса назад, а организму рекомбинанта требовалось гораздо больше топлива. — Сдохну, — пробормотала она, утыкаясь лбом в клавиатуру. — Прямо сейчас сдохну от голода, и генерал меня снова воскресит, чтобы спросить, почему я не позавтракала. Дверь лаборатории с грохотом распахнулась. — МАРТА! Лизет влетела в помещение, запыхавшаяся, раскрасневшаяся, с хвостом, который метался из стороны в сторону как бешеный. В руках она держала поднос, на котором красовались пирожок с вишней, огромный сэндвич с ветчиной и стакан сока. — Ты — мой спаситель, — выдохнула Марта, протягивая руки к подносу. — Я тебя обожаю. Выходи за меня. — Обойдёшься, — фыркнула Лизет, ставя еду перед подругой и плюхаясь на соседний стул. — Я пока не готова к серьёзным отношениям. Тем более с тобой, после того как ты моего братца чуть не кастрировала хвостом. Марта, уже впившаяся зубами в сэндвич, поперхнулась и закашлялась. — Я его не кастрировала! — возмутилась она с набитым ртом. — Я просто... тактический приём. — Ага, тактический, — Лизет захихикала. — Весь зал ахнул. Я думала, Лайл сознание потеряет от смеха. Марта прожевала, запила соком и блаженно выдохнула. — Спасибо, Лиз. Правда. Я реально умирала с голоду. — Не за что, — подруга махнула рукой. — Ты как вообще? Выспалась хоть? А то я смотрю, мой братец тебя совсем загонял. После массажа, небось, ручки-ножки отваливаются? Марта замерла с пирожком в руке. Лизет смотрела на неё с таким откровенным любопытством, с таким искренним интересом, что Марта вдруг поняла — она хочет рассказать. Всё. До конца. Потому что Лизет — это Лизет. Она никогда не предаст. Она будет шутить, подкалывать, доводить до белого каления — но никому не расскажет. Никогда. — Лиз, — сказала Марта тихо. — Я тебе кое-что расскажу. Только ты... ну, ты понимаешь. Глаза Лизет загорелись. — О-о-о, — протянула она, подаваясь вперёд. — Это интересно. Это очень интересно. Давай, колись! Марта глубоко вздохнула, откусила пирожок, прожевала — и начала. — В общем, массаж я ему сделала. Нормально так, старалась. Спина у него... — она запнулась, — ну, ты знаешь. Красивая. В смысле, мощная. Со шрамами. Лизет слушала, затаив дыхание. — И в конце, когда я уже уходить собралась, он сказал... сказал, что я хорошо сделала. И что он бы такую массажистку... присмотрел. — Ого! — выдохнула Лизет. — А потом заснул, — быстро добавила Марта. — Прямо так, на кровати. А я ушла. — И? — И... — Марта покраснела, отводя взгляд. — Лиз, я потом, когда в номер пришла... я не могла уснуть. Думала о нём. Всё время. И... Лизет подалась ещё ближе. — И? — Я мастурбировала, — выпалила Марта и зажмурилась. — Представляла его. И кончила. Сильно. Тишина. Марта рискнула открыть один глаз. Лизет сидела с открытым ртом, и в глазах у неё было такое выражение... Марта не могла понять — ужас? Восторг? Шок? А потом Лизет расхохоталась. Громко, заливисто, от души, запрокинув голову и хлопая себя по коленям. — Ох, не могу! — выдохнула она, вытирая выступившие слёзы. — Марта, ты... ты... я просто... ОХ! — Чего ты ржёшь? — обиженно насупилась Марта. — Я тебе душу открываю, а ты... — Я не ржу, я... — Лизет попыталась взять себя в руки, но её снова прорвало. — Просто... мой брат! Полковник! Гроза рекомбинантов! И ты... ты кончила, думая о нём! Это же... это же прекрасно! Она схватила Марту за руки. — Ты понимаешь, что это значит? Он тебе нравится! Правда нравится! А я-то думала, вы просто искрите, как оголённые провода, а тут такое! Марта вздохнула. — Я знаю. И это ужасно. Я теперь даже в глаза ему смотреть не могу. — Можешь, — уверенно сказала Лизет. — И будешь. И знаешь что? Я всегда видела, как он на тебя смотрит. Марта моргнула. — Что? — Ну, — Лизет пожала плечами, — ещё когда ты человеком была. Он частенько на тебя засматривался. Думал, никто не замечает. А я замечала. А когда ты рекомбинантом стала... — она усмехнулась. — Он вообще приклеился. Ты видела, как он на тебя на ринге пялился? — Он сказал, что оценивал противника, — машинально ответила Марта. — Ага, оценивал он, — фыркнула Лизет. — Я тебе как сестра говорю: мой братец запал на тебя. И давно. Марта почувствовала, как сердце пропустило удар. — Думаешь? — Уверена, — кивнула Лизет. — Так что не парься. Всё идёт как надо. Она сжала руку подруги. — И кстати! Вся команда за тебя рада. После вчерашней драки только о тебе и говорят. Ты крута, Марта. Реально крута. Марта улыбнулась — тепло, искренне. — Спасибо, Лиз. — Не за что. В этот момент телефон Лизет, лежащий на столе, зажужжал. Громко, настойчиво, вибрируя так, что чуть не упал. Лизет глянула на экран — и мгновенно покраснела. — Кто это? — насторожилась Марта, мгновенно забыв о своих проблемах. — Да так, никто, — Лизет попыталась незаметно сунуть телефон в карман. — Ага, никто, — Марта прищурилась. — А почему ты тогда краснеешь, как помидор? — Не краснею я! — Краснеешь! Марта рванула к подруге, пытаясь выхватить телефон. Лизет завизжала, отбиваясь, но Марта была быстрее. — Отдай! — визжала Лизет. — А ну покажи! Они сцепились, хохоча, чуть не свалившись со стульев. В итоге Марта всё-таки выхватила телефон и уставилась на экран. Лайл (10:47): Привет! Ты сегодня в лаборатории? Могу зайти? Лайл (10:48): Если не занята, конечно. Не хочу отвлекать. Марта уставилась на сообщение. Потом на Лизет. Потом снова на сообщение. — Лайл? — переспросила она. — Лайл? Друг Куоритча? Тот самый лысый, который вчера мечом в полковника попал? Лизет закрыла лицо руками и застонала. — Это не то, что ты думаешь... — А что я думаю? — Марта сияла, как начищенный самовар. — Я думаю, что у нас тут разворачивается турецкий сериал! Лизет и Лайл! История любви на фоне военной базы! — Прекрати! — взмолилась Лизет. — Ни за что! — Марта плюхнулась обратно на стул, всё ещё сжимая телефон. — Рассказывай! Как вы начали общаться? Когда? Почему я ничего не знаю? Лизет вздохнула, поняв, что отпираться бесполезно. — Ой…Ну слушай..— она покраснела ещё сильнее. Марта слушала, и сердце её наполнялось теплом.                               *** После боя Марты и Куоритча Лизет просто сияла,она была в отличном расположении духа и прекрасно понимала,что они оба неравнодушны друг к другу,но почему то оба тупили,что было грустно и смешно одновременно. Выйдя со спортзала и попрощавшись с ребятами,Лизет зашла в комнату.Она безумно устала и хотела сразу же лечь в кровать,как тут раздался тихий стук в дверь. «Кого принесло так поздно?Неужели Марта?»—различные мысли посещали голову девушки одна за другой,чтобы не томить себя Лизет сразу же пошла открывать дверь. Открыв дверь,она увидела его… На пороге стоял Лайл,лысый и очень даже симпатичный парень.Он был в военной форме и в очках.Она не знала зачем он их носит,особенно в помещении,но пока спрашивать не хотела. —Привет,ты ещё не спишь?—Парень говорил тихо,почти томно. —Сплю конечно,я тебе не говорила разве?Я же хожу во сне— сказала Лизет, громко рассмеялись. Парень тихонько прыснул и покраснел. —Тут такое дело,я бы хотел тебя завтра пригласить кое-куда..Не хочешь пойти? Лизет хлопнув глазами,начала широко улыбаться,понимая,что кто-то явно назначает ей свиданку. —Если это твое «кое-куда»будет нормальным местом,то можно,почему бы нет? —Четко,тогда я завтра тебе напишу,идёт? —Идёт. —Тогда спокойно ночи тебе. —И тебе.—Лизет  все еще улыбалась,не в силах прекратить. Рекомбинант ушёл,попутно несколько раз обернувшись на девушку.Лизет очень нравилось наблюдать за тем,как такой строгий вояка смущается из-за присутствия обычной красопетки. Девушка закрыла дверь.Войдя в комнату окончательно,она громко пискнула и стала хлопать в ладоши,как маленький ребенок.Но очень счастливый маленький ребенок.                           *** — Лиз, это же замечательно! — сказала Марта мягко. — Он хороший? — Хороший, — тихо ответила Лизет. — Дурацкий, лысый, в очках ходит, улыбка глупая... Но хороший. В этот момент в дверь постучали. Лизет подскочила на месте, уронив телефон, который Марта ловко поймала. — Спокойно, — шепнула Марта. — Иди открывай. Лизет глубоко вздохнула, поправила форму, одёрнула жилет, пригладила волосы — и открыла дверь. На пороге стоял Лайл. — Привет, — сказал он, глядя на Лизет. — Я проходил мимо. Думал, может, ты не занята? — Я... — Лизет запнулась, бросила быстрый взгляд на Марту. Марта ободряюще кивнула. — Не занята. Совсем не занята. — Класс, — Лайл просиял.—прогуляемся?Как и договаривались. — Прогуляемся? — переспросила Лизет. — Ну да, тут на территории есть парк. Небольшой, но симпатичный. Лизет обернулась к Марте. Та сияла, как начищенный самовар, и активно жестикулировала: «Соглашайся! Соглашайся!» — Я... — Лизет снова повернулась к Лайлу. — Да. Да, согласна. С удовольствием. — Правда? — Лайл расплылся в улыбке.  —Ага. Лизет засмущалась, но улыбка всё равно расползалась по лицу. — Пойдём?— сказала она.  — Да. Лайл,отходя от двери,дал пройти девушки,на что та галантно,в шутку,сделала маленький реверанс  Из любовную идиллию нарушила Марта. — Лизет! — вкрикнула Марта. — У тебя работа! Ты должна заполнять протоколы о своём участии в проекте! Как и все, кто участвовал! Лизет обернулась на пороге, сверкнув глазами. — Заполнено!!Отстань — крикнула она и подтолкнув Лайла за дверь, вышла , хохоча. Дверь хлопнула. Марта покачала головой, но улыбка не сходила с лица. — С ума сойти, — пробормотала она. — Лизет и Лайл. Кто бы мог подумать. Она допила сок, доела пирожок и с новыми силами уставилась в монитор. Работа продвигалась быстро. Отчёты обновлялись один за другим, документы заполнялись, ненужные сведения летели в утилизатор. К тому времени, когда из столовой начали возвращаться коллеги, Марта практически закончила. Она откинулась на спинку стула и оглядела лабораторию. Входили Прайс,Фират, Милана... Милана, как всегда, скользнула к своему столу в углу, даже не взглянув в сторону Марты. — Привет, ребята, — сказала Марта громко. — У меня к вам дело. Все замерли. — Мне нужны ваши отчёты об участии в проекте, — пояснила Марта. — Кто что делал, какие исследования проводил, какие данные получил. Всё, что связано с «Химером» Сдаёте мне до конца дня. Прайс кивнул. — Без проблем. У меня почти готово. Фират, не отрываясь от планшета, буркнул: — Скину на сервер. Милана промолчала. Просто села за свой стол и уткнулась в монитор. Марта вздохнула. — Милана, — позвала она. — Ты слышала? — Слышала, — глухо ответила та, не оборачиваясь. — Отлично, — Марта решила не давить. — Тогда работаем. Она снова уставилась в монитор, но краем глаза следила за Миланой. Та что-то печатала, но выглядела напряжённой, дёрганой. Что с ней? — думала Марта. — Что у неё в голове? Ответа не было. Только тиканье часов и гул вентиляции. Марта тряхнула головой, прогоняя лишние мысли. Работа есть работа. А с Миланой она разберётся позже. Главное сейчас — доделать документацию и подготовиться к вечерней тренировке. К вечерней тренировке с ним. При мысли о Куоритче сердце снова ёкнуло. — Прекрати, — приказала себе Марта и уткнулась в экран. После двух часов непрерывной работы Марта начала нервничать. — Прайс! — крикнула она через всю лабораторию. — Где твой отчёт?! — Я скинул на сервер двадцать минут назад! — огрызнулся тот из-за стеллажа с реактивами. Марта закатила глаза, быстро пробежалась по папкам на мониторе. Отчёт Прайса был на месте. Фират тоже загрузил свои данные, хоть и с ворчанием. Оставалась только Милана. — Милана! — позвала Марта, подходя к её столу. — Твой отчёт? Милана дёрнулась, медленно повернула голову. — Я сама отнесу, — сказала она глухо. Марта нахмурилась. — Что значит «сама»? Мы договаривались, что все отчёты сдаёте мне. Я отвечаю за проект. — Я сказала: сама отнесу, — повторила Милана, глядя куда-то в сторону. Внутри Марты закипело раздражение. — Слушай, у меня до тренировки осталось полчаса. Мне нужно успеть отнести документы генералу и вернуться. Так что давай сюда отчёт. Быстро. Милана сжала губы, но протянула планшет. — Забирай. Марта взяла планшет, проверила файл — всё на месте. Коротко кивнула и вышла, не оборачиваясь. В коридоре она перевела дух. Ладони слегка дрожали. Ладно, — подумала она. — Потом разберусь. Она поправила одежду и направилась к лифту. Сегодня она позволила себе одеться не в форму. Джинсы-клёш она натягивала минут десять — узкая ткань никак не хотела пропускать хвост. Пришлось извернуться, поджать, просунуть — и в итоге хвост оказался снаружи, свободно свисая до середины икры. Светлая блузка была расстёгнута на верхнюю пуговицу — давала шее дышать. Любимые каблуки — чёрные лодочки на высокой шпильке. Волосы она собрала в высокий пучок, оставив несколько прядей свободно выбиваться. Из зеркала на неё смотрела красивая женщина. Синяя, с хвостом, с жёлтыми глазами — но красивая. — Хороша, — сказала Марта своему отражению и нажала кнопку лифта. Двери открылись. Она вошла, нажала 78-й этаж. И сразу почувствовала, как в лифте душно. Воздух казался спёртым, тяжёлым. — Только не упади в обморок, — пробормотала она. И в этот момент — в последнюю секунду, когда створки уже почти сомкнулись — чья-то нога просунулась в щель. Двери с шипением открылись обратно. В лифт шагнул полковник Майлз Куоритч. Марта замерла. Чёрная обтягивающая футболка сидела на нём как вторая кожа, подчёркивая каждый мускул. Руки — синие, с выступающими венами. Свободные серые штаны. Он выглядел безумно, невыносимо сексуально. От него пахло потом, мылом и чем-то неуловимо мужским — тяжёлым, терпким, опасным. Этот запах заполнил лифт мгновенно. Марта вспомнила ночь. Свои пальцы внутри себя. Его имя на губах. То, как она кончила, представляя его. Щёки залились краской. Она резко отвернулась к стене. Куоритч вошёл, двери закрылись. Он встал чуть позади неё — Марта чувствовала это каждой клеткой. — В таком виде бегать будет трудно, — раздался за спиной его голос. — Я не на тренировку, — ответила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Я к генералу. — А, — протянул он. Она чувствовала его взгляд на своей спине, талии, бёдрах. Медленный, тяжёлый, откровенный. — Марта, — вдруг сказал он. — Ты чего такая красная? Он наклонился — прямо над её ухом. Тёплое дыхание коснулось щеки, шеи, заставив мурашки бежать по коже. — Румяна новые? — в голосе звенела насмешка. — Переборщила. Марта резко обернулась — и уткнулась носом ему в грудь. Слишком близко. Она отшатнулась, вжавшись в стену. — В лифте душно, — выпалила она. — И правда душновато, — сказал он, глядя на неё сверху вниз. — Очень душновато. Он говорил о лифте, но взгляд его говорил о другом. Он видел всё. Её смущение. Её страх. Её желание. — Кстати о массаже, — он улыбнулся той самой ухмылкой. — Ты вчера отлично справилась. Просто профи. Какие ещё скелеты прячешь в шкафу? — Никаких, — выдохнула она. — Жаль. Лифт дёрнулся. Резко, сильно. Марта вскрикнула и полетела вниз — и в тот же миг сильные руки перехватили её, прижав к себе. Она замерла. Его грудь — твёрдая, горячая. Его руки — на её талии, сжимающие, удерживающие. Его запах — везде. Она чувствовала его сердцебиение. Тук-тук. Тук-тук. Тук-тук. Оно было быстрым. Слишком быстрым. Он волнуется. Или возбуждён. От этой мысли у неё перехватило дыхание. Она подняла голову. И встретилась с его взглядом. Секунда. Две. Три. Пять. Десять. Время остановилось. Его лицо было так близко — она видела каждую полоску на синей коже, каждый миллиметр шрама на скуле. Видела, как расширяются его зрачки, как темнеют жёлтые глаза. Видела, как его взгляд скользит по её лицу — и останавливается на губах. Он смотрел на её губы. Медленно. Тяжело. Так, будто видел их впервые. Будто не мог оторваться. Марта забыла, как дышать. Его дыхание — горячее, частое — касалось её губ. Она чувствовала каждый его выдох, каждое движение грудной клетки. Их тела были прижаты друг к другу — его грудь к её груди, его бёдра к её бёдрам. Его руки на её талии сжимались сильнее. Пальцы впивались в ткань блузки, и Марта чувствовала жар этих пальцев даже сквозь материю. Её собственные руки лежали на его груди — она даже не заметила, когда успела их поднять. Под ладонями бешено колотилось его сердце. Она чувствовала каждый удар. Он смотрел на её губы. Она смотрела на его. Его губы были чуть приоткрыты. Твёрдые, мужские, такие близкие. Она видела, как они подрагивают от дыхания. Как он облизывает их — медленно, будто пробуя на вкус воздух между ними. Ещё сантиметр. Ещё чуть-чуть. Она чувствовала тепло его губ на расстоянии. Физически чувствовала — как будто между ними уже не было воздуха, только этот жар, только это притяжение. Его дыхание стало глубже. Она слышала, как он втягивает воздух — и как выдыхает, касаясь её губ этим выдохом. — Марта, — прошептал он. Одно слово. Её имя. И в этом шёпоте было столько всего, что у неё подкосились колени. Она хотела ответить. Хотела сказать хоть что-то. Но горло перехватило спазмом. Она только смотрела на его губы. На то, как они движутся. Как приоткрываются ещё чуть-чуть. Он наклонился ниже. Их губы почти соприкоснулись. Она чувствовала его дыхание на своих губах — горячее, влажное, прерывистое. Чувствовала, как его руки сильнее сжимают её талию, притягивая ещё ближе. Чувствовала, как его грудь вздымается от частого дыхания. Дыхание участилось. Сердце колотилось так, что, казалось, ещё чуть-чуть — и выпрыгнет из груди. Она видела его глаза. Видела, как зрачки расширяются. Видела, как он смотрит на её губы. И он потянулся к ней. Медленно. Плавно. Неотвратимо. Марта потянулась к нему. И в этот момент она почувствовала, как что-то обвило её талию. Тёплое, гибкое, сильное. Хвост. Её хвост переплелся с его хвостом — они сплелись сами, инстинктивно, на уровне древних рефлексов, о которых Марта даже не подозревала. Это движение придвинуло их ещё ближе — тела соприкоснулись, и Марта ахнула. Куоритч выдохнул — тяжело, хрипло. Их губы были в сантиметре друг от друга. Ещё чуть-чуть — и... Лифт дёрнулся — и поехал. Рывок был таким сильным, что их качнуло, но Куоритч удержал её, не отпуская. И выдохнул — разочарованно, тяжело, так, что Марта всем телом почувствовала этот выдох. Хвосты медленно расплелись, но оба продолжали нервно подёргиваться, выдавая напряжение. Марта замерла. А потом, медленно, с огромным трудом, начала убирать его руки со своей талии. Он не сопротивлялся. Позволил. Но когда её ладони коснулись его предплечий, чтобы отодвинуть — она почувствовала, как под пальцами напряглись мышцы. Он не хотел отпускать. Она не хотела убирать. Но рамки приличия. Но работа. Но... но... Марта убрала его руки. Отступила на шаг. Вжалась в стену, пытаясь унять бешеное сердцебиение. Куоритч тактично кашлянул в кулак. Отвёл взгляд — но на губах его играла улыбка. Не насмешливая, нет. Довольная. Предвкушающая. — Разберусь с поломкой лифта, — сказал он, глядя куда-то в сторону. — Чтобы больше не дёргался. И хвосты чтобы не мешали. — Хорошо, — выдохнула Марта. Двери открылись. Её этаж. — До встречи на тренировке, — сказала она, выскальзывая в коридор. — Полковник. — До встречи, Марта, — ответил он, и в его голосе слышалось что-то такое, от чего у неё снова подкосились колени. — Не опаздывай. И... форму надень спортивную. А то джинсы жалко будет, когда порвёшь. Двери закрылись. Марта стояла в коридоре и жадно хватала воздух ртом. Ей казалось, что в лифте нечем было дышать — и только сейчас, на свободе, она поняла, насколько сильно не хватало кислорода. Сердце колотилось как бешеное. Щёки горели. Губы всё ещё помнили почти-касание его губ. А хвост... хвост всё ещё дрожал, вспоминая, как сплетался с его хвостом. — Господи, — прошептала она, прижимая планшеты к груди. — Господи, что это было? Она постояла ещё минуту, приводя дыхание в порядок. Поправила волосы. Одёрнула блузку. Заставила себя успокоиться.