Часть 16

***

Я обречённо посмотрела на время 2:55. Третий час я лежу в глухой темноте, пытаясь заставить себя уснуть. Я уже без надежды поспать открываю телефон. Сообщение от Ильи? Интересно. Открыв инстаргам я не увидела ни соообщения. Пусто. Либо я схожу с ума от недосыпа, либо Илья удалил сообщение. Вероятнее всего удалил. Завтра показательные, мне катать два номера. Один из них будет совместно с Ильёй, зачем я только на это согласилась, мне больно видеть Илью, зная что я лишила его олимпийского золота. Ему наверное тоже.

***

До выхода на лёд остаются какие-то 4 минуты, Илью я сегодня не видела, может он вообще не пришёл? Остаётся надеяться, что у Малинина хватит смелости и ума, чтобы не бросать меня катать номер одну. Когда до нашего выхода оставалось 3 минуты я сорвалась с места, если он не хочет выходить со мной на лёд, пускай сначало скажет мне это в лицо. В памяти вспыло сообщение не дошедшее до меня этой ночью, если оно мне конечно не привидилось. Возможно, там было что-то важное. Я уже добежала до двери, но меня развернули, потому-что была наша очередь выходить на лёд, точнее, теперь уже только моя. Вот так меня ещё не кидали, перед самым выходом на лёд, я не знаю, что делать, катать номер без Ильи? Это будет выглядеть глупо, но другого выхода у меня нет. Я встала в начальную позу, но глаза всё ещё искали Илью, может он сейчас где-нибудь за бортиком? Там я увидела только непонимающие взгляды спортсменов, которые тоже не видели Илью рядом со мной. Hate me, hate me, still tryna replace me (Ненавидь меня, ненавидь меня, все еще пытаешься заменить меня.) Я решила катать поставленный номер одна, а чего мне терять? Может никто и не заметит пропажи Ильи. Chase me, chase me, tell me how you hate me Erase me, 'rase me, wish you never dated me Lies, tell me lies, baby, tell me how you hate me (Преследуй меня, преследуй меня, скажи, как ты меня ненавидишь Сотри меня, раззадори, лучше бы ты никогда со мной не встречался Лги, лги мне, детка, скажи, как ты меня ненавидишь) Я заходя на вращение оглянула арену, за бортиком был Илья, пару мгновений и он перепрыгнув его оказывается на льду. Я не обращала внимания, делала вид что так и надо. Но какое же это безумие. Вращение должно было быть синхронным и Илья подстроившись под меня тоже вкрутился. — Илья! Что за бред!? — крикнула я выезжая с вращения. — Я всё обьясню! — Опять выдумаешь и приплетёшь Алису? — Аделия! — я не дослушиваю, уезжаю. So, baby, this time you're gon' have to seal your fate (okay) Yeah, baby, this time you're gon' have to seal your fate (Так что, детка, на этот раз тебе придется решать свою судьбу (хорошо) Да, детка, на этот раз тебе придется решать свою судьбу.) Заход на тулуп и идеальнейший параллельный четверной. После него начинается моя теперь нелюбимая часть программы, в ней я взаимодействовала с Малининым, уехать на другой край льда не выйдет. It's a thin line between all this love and hate (okay) And if you switch sides, you're gon' have to claim your place (okay) Между любовью и ненавистью тонкая грань (понятно) И если ты перейдешь на другую сторону, тебе придется отстаивать свое место (понятно). Мне пришлось брать Илью за руку, ещё страшнее было смотреть в его голубые глаза, теперь он тоже был предателем, мы оба кинули друг-друга, хоть и по разному. Последние ноты. Tell me how you hate me Lies, tell me lies, baby, tell me how you hate me Скажи, как ты меня ненавидишь Солги, солги мне, детка, скажи, как ты меня ненавидишь Я отвожу взгляд ещё до того как выключится музыка, поклоны, наигранная улыбка и я убегаю со льда, как дура, чувствую как глаза наполняются слезами, выглядело жалко, я неслась вперёд, знала что Илья будет пытаться догнать. Я добежала до раздевалки, для начала нужно переодеться, через несколько номеров мне снова нужно будет выйти на олимпийский лёд и откатать свою программу уже в последний раз. Я увидела время и расстроилась, не хватит для того чтобы поплакать, значит откладываем на вечер и переодеваемся. Чёрное платье пестрящее большими стразами с оттенками белого местами, я обожаю его, оно первое за сегодня, что заставило меня улыбнуться. Снова выхожу на арену. — Аделия! — Илья подбегает ко мне уже у самого бортика. — Нет, Малинин, я не буду с тобой разговаривать. — я снова убежала, теперь на лёд. Этот номер я откатала без мыслей и стресса, просто отдалась музыке и льду, но взгляд с бортика упорно сверлил меня, я боялась смотреть на него, но момент сделал всё за меня. Never mind, I'll find someone like you, Не бери в голову, я найду кого-нибудь вроде тебя. Я смотрю на него, не могу оторвать взгляд, качаю головой и пожимаю плечами, впервые за сегодня вижу его улыбку. I wish nothing but the best for you, too, Я тоже желаю тебе только самого лучшего Я закончила номер и поняла, что сейчас придётся пройти мимо него и он не промолчит, а я уже не так и хочу услышать его обьяснения, мне это не нужно. Киваю Мише Шайдорову на Илью, который стоит у выхода на лёд, рукой показываю «кыш кыш» надеясь, что Миша поймёт правильно. Парень кивает и что-то быстро шепчет Илье, пока я делаю вид, что очень хочу собрать игрушки сама, Шайдоров успевает отвлечь Малинина и я проскальзывая за спинами парней убегаю в раздевалку. Мои любимые догонялки. Но долго прятаться за дверью раздевалки у меня не вышло, через 15 минут мы должны будем выйти на общий поклон, Илья там естественно - тоже будет. Заставляю себя выйти на арену за две минуты до поклона, докатывала Алиса Лью, я с выражением лица, которое Илья называет «Аделия босс» пыталась хлопать Алисе в такт. А вот и мне пришлось выйти на лёд, теперь уже точно в последний раз. Не сразу заметила за своей спиной Илью, зато он сверлил меня взглядом всё это время. — Малинин, если ты продолжишь на меня смотреть, я выцарапаю табе глаза. — Аделия, сколько можно от меня бегать? На арене заиграла музыка приглашающая всех фигуристов на общий поклон. — Я занята, очень, Илья, занята. — Шайдоровым ты занята? — я поперхнулась. — Я сейчас реально накинусь на тебя, не посмотрев на камеры и людей вокруг. — Значит я прав. — Илья перекрикивает музыку и уезжает на аксель, я не хлопаю. Вижу, что он снова заезжает на аксель, еду за ним, пристраиваюсь и приземляю с ним параллельный триксель. —Я тебя не понимаю, Аделия! — В России бы сказали обоюдно, но я говорю взаимно. Остаток гала я провела рядом с Эмбер и ещё девочками из разных сборных, к Илье больше приблизиться не решалась, вдруг у меня опять крышу снесёт, рядом с Малининым такое часто. Вечер заканчивается. Спектакль окончен, как говорится. Завтра самолёт, который полетит в противоположную сторону от Ильи, я вернусь домой, привезу медальку и повешу её где-то на уровне чемпионата области. Я повела себя наверное неправильно, но сегодня у меня случилось, что-то вроде истерики, внутренней, но истерики. Я сидела в раздевалке головой уперевшись в холодную стенку здания, на душе было скверно, Илья стоял перед глазами, я не понимаю, почему всё вышло так непонятно? Я бы может и простила ему тот поцелуй с Лью, но сегодняшний день всё расставил. Я иду по коридорам катка в последний раз, стараясь запечатлить в своей памяти все моменты последнего дня и не замечая врезаюсь в Илью. Некое дежавю с нашей первой встречи, не так ли? Я опускаю голову и проношусь мимо него, зная, что увижу его снова точно не скоро.