Часть 7 - Новый друг(Брат?)

Проснулся Изуку с первыми лучами солнца. Они окрасили комнату в мягкий, желтовато-оранжевый цвет рассвета. Голова гудела, рука в которой было два ранения, казалось онемела, а мышцы будто испинали 10 раз. Мальчик аккуратно сел и навалился лопатками на спинку дивана. Здоровая рука поднялась ко лбу, пытаясь заглушить боль прикосновением, но как и ожидалось - ничего. Мидория смирился и отнял руку от лба. Взгляд опустился на ранее заработанные ранения. Кровь запеклась и прилипла к коже, как подсохшая глина, а вокруг образовались разноцветные синяки. Усталый вздох сорвался с губ парня и он попытался дотронуться до ранений, но лишь отдёрнул руку, когда боль резко отозвалась в месте, куда он прикоснулся. – Бесполезно... - полумал Изуку, не надеясь уже хоть как-то помочь своей руке. Само заживёт - вот такой дивиз был у зеленоглазого. Тихо приподнявшись на шатких ногах, Мидория прошел по комнате до выхода. Надо было найти помощь, ведь без неё он умрёт в этой ужасной заброшке(он потом мысленно извинился, за то, что назвал здание ужасным). Покрытие пола было неровным, а где-то и провалившимся, но Изуку шел напролом до выхода. Свет ударил мальчику в глазах с самого выхода, на секунду ослепив. Голова заново начала протестовать и изнутри избивать свой череп молотком. Мальчик пошатнулся и осторожно пошел дальше, прикрывая лоб(на сколько это можно, из-за маски) ладонью, а взгляд опустив в ноги. Дойти до оживленной улицы было не тяжело. Вместо того, чтобы подойти и спросить, что с мальчиком и почему на его лице сломанная, жуткая маска, Люди обходили его стороной. Изуку понял бы, если бы он был взрослым мужиком, то его бы боялись, но... Ребенка? Бояться ребёнка, которому с первого взгляда видно, что нужна помощь? Что за абсурд! Изуку шатался по улицам, надеясь на то, что добрые люди или герои помогут ему, но все шарахались от него и даже не позвали героев. Спустя ещё 10 минут "прогулки", мальчик заметил... Другого мальчика, на вид, чуть старше его самого. Глаза пустые, но полны внутреннего ужаса. Руки в крови и неизвестно чьей. Одежда уже слегка грязноватая, а волосы бледно-голубые, растрепанные. Шея парнишки расчёсана в кровь. Сердце Мидории сжалось и он пошел к тому пареньку. Тот выглядел потерянным и его тоже шарахались прохожие. Младший остановился перед незнакомцем, тот посмотрел на него и замер.

***

Тенко в ужасе. Его собака, сестричка Хана, мама, бабушка, дедушка, отец... Все они мертвы от его рук. И ему понравилось. Это прикосновение с кожей отца-ублюдка, то как его кожа начала разлагаться в пыль, его ужас и страх. Ему всё это так понравилось. Ему понравилась месть. И именно это его и пугает! Его пугает облегчение после убийства! Его пугает собственная причуда. Почему. Почему сейчас? Почему именно так она проявилась? Он потерял всё. Ноги сами повели его в сторону оживленных улиц. Там же должны быть люди, да? Они же ему смогут помочь, да? Там же герои и они точно ему помогут! Так ведь?.. Ответ оказался - нет. Люди его боялись. Он хотел попросить о помощи! Он просил о помощи! А все, как один отвечали:" дождись героев, они помогут", а после убегали поджав хвост, как маленький щенки. Словно он... Опасен. Точно, он опасен. Его причуда убила его семью. Он убил свою семью. Он опасен, он может убить. Он... Злодей? Но он же всегда хотел быть героем... Он хотел спасать людей, а не убивать их... Он же хотел... Его раздумья прервал мальчик появившийся в поле зрения. Тонкая, рванная, грязная кофта, такие же штаны, окровавленные ступни. На лице странная маска, левая сторона сломанная. Через большую трещину виден большой, детский глаз, цветом точно лесная чаща. На уцелевшей стороне маски видна черная точка на уровне глаз, а так же широкая улыбка на уровне губ. Жутко. Волосы цвета глаз, кучерявые, грязные. На левой руке два ужасных ранения, вокруг которых собралась стая синяков. Мальчик тихо кашлянул, хотя это было похоже больше на хрип. Он попытался что-то сказать, но слова словно не выходили из его горла. Парнишку это смутило и вместо слов, он взял Шимуру за руку, так, чтобы все 5 пальцев не касались его кожи. Тенко аху... Кхм, после чего ошарашенно распахнул глаза. Впервые за весь день его тронули, он коснулся мягкой, слегка шершавой кожи мальчика. На глазах невольно навернулись слёзы. Хотелось расплакаться прям тут, в руках незнакомого мальчика, который явно был младше самого Шимуры. Хотелось почувствовать заботу, хотелось почувствовать безопасность, любовь. Ему хотелось быть нужным кому-то! Он хотел, чтобы ему помогли! Теперь пришла очередь мальчика запаниковать, увидев слёзы на глазах другого.

***

О чёрт! Изуку совсем не знает, что делать, когда кто-то другой плачет! Почему он плачет?! Он что-то сделал не так? Тот испугался его?! Что Изуку сделал не так?! Мидория нервно бегал глазами по старшему мальчику, ища то, чем мог бы помочь. Голос его пропал, ещё когда он от него отказался во время жизни в Секте и горло яростно сопротивлялось, не давая издать и звука. Ноги задрожали, ему казалось, что он сам заплачет от паники. Есть предположение, что причуда мальчика постарше была основана на пятиточечном касании, если судит сколько крови было на его руках и что на кончиках пальцев едва заметно шелушилась кожа от соли. Изуку остановил взгляд на лице мальчика напротив, после чего неуверенно сложил руки мальчика вместе, чтобы он не мог коснуться его всеми пятью пальцами и обнял. Тело другого парнишки затрясло и он заплакал, уткнувшись лицом в плечо Изу. Прохожие странно косились на них, но мальчики не обращали внимания. Прошло какое-то время. Старший парнишка успокоился и смотрел на Изуку с благоговением в глазах, тихо шмыгая носом. Изу же в свою очередь, попытался улыбнуться, дабы дать понять, что он дружелюбен. Но улыбка вышла кривая, натянутая и её не было видно из-за маски, хотя кажется другой мальчик и без этого доверился Мидории. – Т-ты... Меня не боишься? Ты мне поможешь?.. – прозвучал хриплый от недавних слёз, тихий голос старшего, на что Изуку сначала покачал головой, отрицая ответ на первый вопрос и взял руку мальчика, давая понять, что не бросит его. Тот робко улыбнулся и последовал за младшим, когда тот мягко повел его по улице. А где-то за поворотом, сжимая зубы до скрипа, сидел беловолосый мужчина, у которого только что, увели объект.