Часть 1

      На улице стало слишком опасно. Каждый третий прохожий кажется маньяком. И Ин Хо знает это не понаслышке, ведь он сам ведёт несколько таких дел. В том числе и дело маньяка-вербовщика, охотящегося за беременными. У этого человека явно есть какие-то психические заболевания, потому что ни один нормальный человек не смог бы выдумать такое. Вербовщик абсолютно точно действовал по какому-то плану, который полиция пыталась разгадать вот уже битых три недели. Все жертвы были связаны чем-то, но каждый раз Ин Хо терял этот критерий в водовороте мыслей. По рассказам немногочисленных родственников убитых, они незадолго до смерти договаривались с кем-то о покупке рисоварки. Во вторник, ровно в семь вечера, они уходили на встречу и больше не возвращались. Родным приходило сообщение с предложением выкупа за миллион вон. По отработанной версии полиции Вербовщик заводил девушек в тёмный переулок и одним точным ударом вырубал их.       Каждый день Ин Хо доводил жену до больницы, в которой она работала, и приходил, чтобы вместе уйти домой. Он строго-настрого запретил Сын Хи ходить куда-либо без него. — Но она, конечно же, не послушалась меня. Как же иначе то. Надо же тянуть сюжет дальше. Эй, автор, что у нас там дальше? семейная драма? Я же правильно понимаю? — Твой раздражённый тон сейчас не уместен. Это не просто семейная драма, это, вообще-то, трагедия для тебя. Но ты, конечно же, можешь не слушать меня.       Но сегодня, когда Ин Хо пришёл в больницу, врачи из хирургического отделения, с которыми она вместе работала, сказали, что Сын Хи уже ушла. Кажется, за рисоваркой. Всё внутри Ин Хо похолодело, он прислонился к ближайшей стене. Слишком быстро он набрал её номер, и слишком долго она не отвечала. Руки Хвана задрожали, и телефон чуть не выпал из них. Кто-то побежал и налил ему воды. Ин Хо набрал ещё раз и ещё раз — ответа не последовало. Холодный пот выступил на лбу, и волна дрожи прошлась по его телу снизу вверх. Ин Хо продолжал названивать Сын Хи, продолжал надеяться на что-то. На что я могу надеяться?!! Я же видел шапку работы, ничего позитивного меня не ждёт уж точно.       Вдруг на его телефон пришло сообщение. Новая волна дрожи окатила Ин Хо от его содержания: там был указан адрес и подпись: "Привези сюда один миллион вон, и тогда она, возможно, останется жива" Хах. Кто бы сомневался. Ну что ж, поехали, что ли. Чем быстрее отмучаюсь...       Здесь не может быть ошибки: всё было в точности, как рассказывали родные убитых женщин и девушек. Ин Хо затрясло, ноги подкосились, и он потихоньку стал сползать по стене. Из глаз тонкой струйкой стекали слёзы; это была не паника, это была уже истерика. В коридоре раздались приглушённые шаги. Ин Хо не поднимал головы, он подтянул ближе к подбородку колени и упёрся в них лбом, его плечи слегка подрагивали. Чья-то уверенная рука, сжавшая его плечо, вернула его в реальность. Это был Сон Ки Хун, главный хирург и по совместительству однокурсник и лучший друг Сын Хи.       — Господин Хван, прошу вас, возьмите себя в руки. Ещё не всё потеряно. Сейчас надо действовать, — его ровный голос словно восстанавливал силы Ин Хо. — Я понимаю вашу панику, но всё-таки прошу успокоится. Я помогу вам. В сообщение указано, что вы должны привести деньги один?       — Нет... И это значит, что мы можем приехать вместе, — Ин Хо поднялся с пола, держась за стену, и, пошатываясь, зашагал к выходу.       — Господин Хван... Подождите... У вас есть миллион вон? — Браво. У меня просто нет слов. Каким же идиотом ты меня сделала, боже мой... То есть никто даже не догадается вызвать туда полицию? — Ин Хо, а ты можешь не мешать мне рассказывать историю? Пожалуйста.       Ин Хо так и замер, с поднятой в воздух ногой, потом медленно опустил её и склонил голову. Ки Хун осторожно подошёл и протянул ему свою золотую карту.       — Бегите в ближайший банк и снимите нужную вам сумму, а я пойду заводить машину. Пароль: 0457.       Ин Хо коротко кивнул, посмотрел на него благодарно и тут же сорвался с места. Ки Хун улыбнулся ему в ответ, вернулся в свой кабинет, взял со стола телефон, накинул на плечи серое пальто и вышел из здания, направляясь к машине. Он завёл двигатель и включил кондиционер, чтобы проветрить салон. Ин Хо вернулся так же бегом, и, открыв дверь, упал на сиденье, тяжело дыша и прижимая к корпусу набитую деньгами сумку. Машина сразу сдвинулась с места и выехала на ночное опустевшее шоссе.       Они ехали молча. В салоне висело практически осязаемое напряжение, оба чувствовали его, но не решались нарушить. Они познакомились примерно пять лет назад. Всё произошло очень сумбурно, и в памяти обоих многие детали их первой встречи подстёрлись, смазались. Напряжение, сквозившее между ними, осталось, так же как и наполненный искрами воздух, с самой первой встречи. Кажется, я начинаю понимать к чему ты ведёшь...       Ин Хо познакомился с Сын Хи на своей операции. Он стал донором почки для своего сводного брата, а она была на стажировке и попала на его операцию. Хван смутно помнил их конфетно-букетный период отношений: кажется, он приезжал к ней в общежитие. Всё девушки с её курса обречённо вздыхали, видя как он, улыбаясь, болтает с Сын Хи. Часто он замечал на себе прожигающий взгляд одного типа, Сын Хи говорила, что это её лучший друг. В итоге она всё-таки познакомила их, весь вечер щебетала без умолку, а Ин Хо и Ки Хун старались смириться с фактом своего нового совместного существования. Потом они с Сын Хи поженились, и Ки Хун вроде как был рад за подругу, но неотрывно смотрел на Ин Хо, которого это начинало конкретно так напрягать. Сейчас они с ним постоянно пересекались, Ки Хун регулярно заходил к ним в гости. И сейчас, оказавшись вдвоём в одной машине, им оказалось просто не о чем говорить. Да и, если честно, момент был не совсем подходящий.       Они выехали за город. Прошёл уже почти час с момента, как Ин Хо прочитал это зловещее послание. Машина остановилась перед каким-то ржавым недостроенным амбаром. Вокруг ни единого признака жизни, лишь густая стена из деревьев. Мужчины вышли из автомобиля, хлопнули дверцы, и уши Хвана заполнила идеальная тишина, нарушаемая лишь тихим шелестом листьев и потрескиванием единственной мигающей фонарной лампочки над их головами.       Ин Хо осмотрелся: вокруг действительно был только лесок да старый амбар, даже освещение отсутствовало. — Типичное место, в котором скрываются маньяки. Прямо как в какой-нибудь книге. Да, автор? Я же ничего не упустил? — Кое-что ты упускаешь...       — Господин Хван, у вас же, надеюсь, есть какой-нибудь план? — Ки Хун зябко ёжится, ощущая мороз по коже от жуткости этого места и тянущей тишины вокруг.       — Ну, что-то вроде того. Мы врываемся в этот амбар, обезоруживаем маньяка, связываем его и ищем Сын Хи. А дальше просто ждём полицию.       — Полицию? Вы хотите сказать, что успели вызвать копов?       Хван оставляет врача без ответа, смерив его таким взглядом, как будто это очевидная вещь, а Ки Хун только что сморозил несусветную глупость. Полицейский, перехватив сумку на плече поудобнее, не оборачиваясь и не дожидаясь напарника, направляется прямиком к амбару. Напомни-ка, а почему мы решили, что это именно амбар? Может хотя бы сарай?       Строение достаточно старое, без крыши; подойдя ближе, Ин Хо видит замок, закрывающий вход. Он несколько раз дёргает, но, на удивление, он не отваливается с диким грохотом, как этого ожидал полицейский. В целом, вся эта конструкция не вызывает у Хвана ни капли доверия. Он оборачивается к машине, всё-таки вспоминая про Ки Хуна, но никого не видит.       — Господин Сон?.. Вы где? — оглядываясь по сторонам в поисках напарника, зовёт он.       Лес отвечает ему тихим шелестом, фонарная лампа гаснет, погружая пространство во тьму. Ин Хо моргает, старается быстрее сориентироваться. Сзади раздаются тихие подкрадывающиеся шаги, но полицейский не делает лишних движений, для вида снова дёргая замок на двери амбара. Кто-то неизвестный уже практически дышит ему в спину.Ин Хо ждёт ещё секунду и резким движением поворачивается, выхватывая табельный пистолет из кобуры и направляя его в предполагаемый висок врага. Но этот человек отшатывается в сторону, и в следующую секунду Ин Хо чувствует резкую острую боль в затылке и падает без сознания. — У меня аж дух захватило... А что дальше? — Я же говорила, что тебе понравится. А ты, как старая пластинка, заладил: "Это плохо. Это не так. Это надо переписать". ***       Ин Хо очнулся привязанный к стулу в грязном помещении с затхлым воздухом. Голова гудела, руки затекли, глаза застелала кровавая дымка: тот человек хорошенько приложил что-то тяжёлое к его затылку. Хван кое-как фокусирует взгляд и видит ветку массивных размеров у своих ног. Он поднимает голову и щурится от неяркого света в глаза, потом поворачивает голову и слева от себя видит Сын Хи, тоже привязанную к стулу, на виске засохла кровь, на правой щеке расцветает фиолетово-красного цвета кровоподтёк. Сбоку раздаётся шорох и перед ним появляется фигура, лица которой невозможно разглядеть из-за чёрной угловатой маски. Но голос... знакомый.       — А ты оказался не промах, — в голосе этого человека слышно откровенное издевательство. — Не думал, что у тебя с собой будет пистолет.       После небольшой паузы он продолжает:       — Однако стоит отдать тебе должное: жену ты любишь больше своей жизни, — неизвестный усмехается. — И где только простой коп нашёл такую большую сумму.       — У меня есть связи, — Хван отвечает этому мерзавцу со всей ненавистью, на которую толькой был способен. — А ты... Ты, оказывается, жестокий. И лицемерный, — Ин Хо выплёвывает каждое слову в лицо своему врагу, смотря ровно в прорези для глаз. — Если бы я знал, я бы пристрелил тебя ещё там.       — А ты наблюдателен, Ин Хо... Я, конечно, хотел насладиться этим подольше, но, видимо, придётся делать всё по быстрому. Пистолет, нож...       — Ин Хо... Ин Хо... — раздаётся едва различимый хрип сбоку. — Ты здесь? Где мы, любимый?       — Сын Хи, солнышко, только не нервничай. Ничего страшного...       — Ааа, моя подружка наконец-то очнулась. Какое счастье, — маньяк разворачивается и отходит в сторону. — Хах.. Солнышко... — горько усмехается он.       — Кто это, Ин Хо? — негромко спрашивает Сын Хи.       — Не знаю. Но, дорогая, что бы не происходило, постарайся не нервничать. Пожалуйста, — также тихо отвечает он.       — Так вот, мои дорогие. Вы меня прервали. Пислотет, нож или верёвка?       — Что? — Ин Хо судорожно перебирает варианты, чем могут быть связаны эти предметы. Собственные выводы ему совсем не нравятся.       — Пистолет, нож или верёвка? — с безразличным вздохом повторяет Вербовщик.       — К чему ты ведёшь?       — Если отвечу, испорчу себе всё удовольствие. Поэтому повторяю свой вопрос в последний раз: пистолет, нож или верёвка?       — Возьми нож, Ин Хо, — шепчет Сын Хи.       — Я беру пистолет, — твёрдо произносит он.       — Неплохой выбор, господин Хван. Что ж... Давайте закончим побыстрее.       Вербовщик отходит примерно на метр назад, снимая своё серое пальто и оставаясь в чёрной рубашке. Он лёгким движением снимает маску с лица и достаёт из-за пояса табельное оружие Ин Хо, направляя его на владельца.       — Ки Хун??! — Сын Хи кажется, что ей привиделось, поэтому она несколько раз быстро моргает, но видение не исчезает: оно взводит курок пистолета, направленного на её мужа. — Но... Почему?       Он не отвечает, его рука чуть заметно подрагивает, и он берёт пистолет в обе руки. Девушка начинает плакать, но он даже не замечает этого, играя в гляделки с Ин Хо. Ки Хун медленно жмёт на курок. Да ну нет. Ты же не—       В последний момент он переводит прицел на Сын Хи и, не раздумывая, стреляет. Ин Хо широко раскрытыми испуганными глазами смотрит на мёртвую жену. Это уже слишком... Одно спасает его от страданий: он тоже сейчас умрёт. Должен был умереть...       Ки Хун откладывает пистолет на ближайшую тумбочку, заваленную какими-то стамесками, гаечными ключами, плоскогубцами и прочими инструментами. Вербовщик подходит вплотную к Ин Хо, стойко скрывающему слёзы, и присаживается на корточки перед ним, начиная нарочито медленно отвязывать его.       — Знаешь, ты можешь не верить, но я думаю, ты всё-таки не слепой. Я хочу сказать это ещё с нашей первой встречи: я люблю тебя, Хван Ин Хо. По каким-то неясным причинам я постоянно откладывал это и в итоге дождался, когда вы с Сын Хи пожениетсь... Нет, я был рад за нею, но ты... Ты упорно не замечал меня... Сколько раз я просил тебя обращаться ко мне по имени? Десятки раз. Но ты упорно говорил мне: "Господин Сон". Это раздражало. Я старался остаться наедине с тобой, но ты каждый раз сбегал... Да и Сын Хи не давала мне ни одного шанса. Да, я видел, как ты на неё смотришь, но тешил себя непонятной надеждой. Я хотел признаться тебе, правда. По крайней мере мне бы стало легче... А потом Сын Хи забеременела. Я совсем отчаялся, и моя старая болезнь вдруг снова показала своё лицо. Я почти сошёл с ума, стал убивать похожих на неё девушек, стараясь запугать тебя и хоть так привлечь к себе твоё внимание. И вот я похитил её саму и напросился к тебе в помощники.       — Ты подлец, Сон Ки Хун! — Ин Хо резко поднимается, толкая в сторону врача, сбрасывает с себя развязанные верёвки и бросается к пистолету. Он гюнаправляет его на Вербовщика. — Зачем ты убил её?! Она была твоей лучшей подругой! И моей женой, — из его глаз потекли слёзы.       — Ин Хо, но ведь я люблю тебя. Я помогал тебе. Всегда. Просто ты никогда не замечал этого.       — Я. Тебя. Ненавижу. Слышишь? Ненавижу... Я убью тебя! Ты не—       Тут раздаётся жуткий грохот, и ворота в амбар распахиваются настежь. В помещение врываются человек пять с автоматами и окружают Ки Хун, который беспомощно поднимает руки.       — Хвааан, — радостно всплёскивает руками Хи Сун, видя друга живым. Позади него стоят другие полицейские из его участка. Джун Хо со своим чрезмерно шумным дружком, которые вообще неизвестно как оказались тут. Ин Хо смотрит на брата, и тот хочет подойти к нему и поддержать, но его сдерживает какой-то полицейский. У Ин Хо всё ещё в руках взведённый пистолет, который он сильно сжимает и срывается с места в поисках Вербовщика. Он расталкивает всех, пробираясь к нему, одним точным движением направляет ему в висок дуло и спускает курок.       А дальше — пустота. Ин Хо оседает на пол, выпуская ищ рук пистолет. К нему сбегаются люди, но Хван уже ничего не понимает.       Он просыпается у себя дома, рядом брат и врач, они что-то говорят ему, потом он отвечает на вопросы врача, но всё как сквозь сон. Каждый день к нему приходит Джун Хо, они разговаривают. Брат мягко старается выяснить, что же произошло, но Ин Хо так и не рассказывает ему.       Хвану выписывают какие-то таблетки от депрессии, и он исправно пьёт их месяц. Но потом он чувствует, что смысл жизни для него потерян и больше никогда не вернётся. В голове поселяется заманчивая идея. Умереть от передоза? Когда в один из дней Джун Хо не приходит, Ин Хо, не давая себе время, чтобы передумать, пьёт двойную дозу и валится спать. Сын Хи умерла. И я умру вместе с ней.