Часть 3

Когда люди пытаются передать внутреннее состояние, они приходят к таким словам, как пустота, пропасть, отчаяние и прочие описания понятия «бездна». Так вот, я считаю иначе: по мне, это, наоборот, переполненность. Вот что я ощущаю. Что-то вот-вот должно выплеснуться наружу — едкое, чёрное или красное, не могу понять. И это ощущение «вот-вот должно» постоянно. Ты каждый божий день, каждую секунду ждёшь этого момента, но он не наступает. Ты боишься того, что выплеснется, потому и находишься в постоянном страхе. Ты живёшь в состоянии «почти». Почти сорвался. Почти закричал. Почти умер. Но вот Анима стоит передо мной — она абсолютная пустота. Я заливаюсь слезами настолько, что почти ничего не вижу. Я не могу их остановить, да мне и не хочется. Я наконец-то смог заплакать. Ощущение такое, будто я своими слезами заливаю поляну цветов, и они тут же распускаются. Это были слёзы свободы от самого себя. Это так странно. Мне пришлось столько пройти впустую, чтобы дойти до момента, где я стою в шаге от самоубийства, и передо мной стоит практически незнакомая мне девушка, а я стою и навзрыд плачу, будто этот человек — всё для меня, и я полностью могу ему довериться. — Перестань, всё будет хорошо, — сказала Анима. Я будто услышал впервые эти слова, и внутри стало непривычно спокойно. Я не стал задаваться вопросом, почему она здесь и как меня нашла — хотелось наконец-то перестать задавать себе какие-то вопросы, хотелось тишины. — Как ты себя чувствуешь? — спросила Анима. — Я не знаю, раньше такого не было, — ответил я. — Не было чего? Тишины внутри? — спросила она. — Как ты поняла? — удивлённо спросил я. Она лишь усмехнулась, взяла меня за руку и потянула за собой. Я покорно поддался. Внутри вдруг всплыло тёплое детское воспоминание: как мама ведёт меня в детский садик. Так было хорошо тогда — никаких забот, только счастье. Я удивился: впервые за сколько лет внутри что-то тёплое, что греет меня без единого луча света. Мы с Анимой молча дошли до моего дома. Странно, что она знала, куда идти. Может, я сам, того не понимая, довёл её туда. Мы остановились у подъезда, и она спросила: — Ты справишься сегодня сам или, может, мне остаться на ночь с тобой? — Мы же с тобой практически не знакомы. Будто странно оставаться с незнакомой девушкой наедине у себя дома, — удивлённо сказал я. — Но ты хотел совершить такой глупый поступок, как прыгнуть с моста, а остаться наедине с девушкой для тебя странно? — сказала Анима. — Хорошо. Мне будет спокойнее, если кто-то будет рядом, — ответил я. Мы зашли ко мне домой. Повсюду бардак, но сейчас это было малым из того, о чём стоило беспокоиться. Анима вошла и двинулась на кухню впереди меня. Она поставила чайник и начала заваривать успокаивающий чай. Ведёт себя как дома — и мне это даже нравится. Спустя время мы уже пили чай. — Зачем ты хотел такое с собой сделать? Ты же понимаешь, что… — начала Анима. — Да-да, я знаю, что моя жизнь мне не принадлежит и самоубийство — это эгоизм в чистом виде. Но я пытался, я старался, понимаешь? Я изо всех сил хотел быть, а не казаться, но уже не мог. До последнего цеплялся, но мои пальцы уже счесаны в кровь, — перебил я и обхватил голову руками. — Нет, я не это хотела сказать, — слегка обидчиво сказала она. — Твоя жизнь и есть твоя по праву. Не нужно жить ради кого-то, слишком сильно беспокоиться о том, как себя будут чувствовать другие, когда с тобой что-то случится. Конечно, близким будет очень плохо от твоей кончины, но разве нужно намеренно прерывать жизнь, чтобы они это почувствовали? Я знаю, что ты до конца терпел и нёс эту ношу в одиночку, но тебе стоило лишь заявить об этом миру, а не закапывать себя в могилу в таком молодом возрасте. Не мы решаем, когда нам умереть — это делает старость. Не стоило доводить себя до состояния ходячего трупа. Прости. — За что? — спросил я. — За всё, что ты пережил. Тебе была нужна помощь. Я вновь заплакал, ведь она была права. Я настолько не хотел навязывать свои чувства и эмоции, боялся, что меня не так поймут, да и не считал, что со мной действительно что-то не так. Всё вокруг будто говорило об обратном. Теперь я не понимаю, действительно ли я жил, а не выживал. — Спасибо тебе за помощь. Я бы точно шагнул, если бы не ты, — с облегчением сказал я. — Всегда рада помочь, — она улыбнулась, и я понял, что мне не хочется её отпускать. — Прости, ты же хотела пойти купить энергетик. У меня есть в холодильнике, — сказал я и достал яблочный энергетик. — О, это мой любимый, — она взяла его и положила в сумку. Мы молча просидели минуту — по ощущениям секунду. Наше молчание прервал редко доносящийся храп Треворга. Меня это начало раздражать. Раньше как-то не сильно мешало, а тут будто момент жизни — и его прерывает такая гадость. Анима посмеялась. — Мне пора. Давай ещё встретимся, — сказала она. — С большой радостью, — ответил я. — Вот видишь, ты уже радуешься. Давай на выходных. Мы договорились о встрече. Уходя, я смотрел ей вслед и пытался до конца не отводить взгляда. Даже побежал к окну. Выглянув, я её не увидел — видимо, сразу после подъезда завернула за угол. Я ещё долго держал в голове её образ — лучезарный, яркий, тёплый. В животе загудели бабочки. Я будто заново начал ощущать всё. Знакомые чувства начали играть по-настоящему. Я теперь правильно чувствую, ведь так? Ответа не последовало — да и откуда. Воодушевлённый, я пошёл отдыхать. Слишком много событий за одну ночь. Треворг захрапел ещё громче обычного — надо бы ему сходить к врачу, такой храп нездоровый. Но эта мысль надолго в голове не задержалась. За окном уже светало, и вместе с этим светом я сладко уснул. Проснувшись, я как обычно сделал себе кофе. Вчерашняя ночь будто была сном. Допив, я сел за книгу. Спустя время я вдруг понял — я спокоен. И только эта мысль меня посетила, как в дверь постучал Треворг… Интересовался, что случилось. Он сказал: — Вчера я очень плохо спал, ещё и ты поздно пришёл и долго слонялся по квартире. — Извини, — ответил я. — Да к чему мне твои извинения? Пошёл ты! — резко сказал он и направился на выход, хлопнув дверью. Я пошёл вслед за ним. Он настолько быстро ушёл, что я не поспел за ним. Я постучался в его дверь — он открыл. — Что случилось и почему в этом виноват я? — со злостью спросил я. — Я не виноват, что у нас такие тонкие стены и что ты слышишь все мои шаги. Вообще-то у меня вчера мог бы быть последний день. — Как это? — спросил Треворг. — Я хотел покончить с собой, — с виной ответил я. — И что тебя остановило? — спросил Треворг. Меня ошарашило его хладнокровие — вот какой он друг. — Девушка, может, ты её помнишь… Треворг перебил: — А, та красотка, что тебе была не ровня? Ну-ну, помню. — Так вот, она была в нужном месте, чтобы мне помочь тогда. — Да что ты, прямо-таки она тебе и помогла, даже не попросив помощи взамен? Знаю я таких. Потом не слезет с тебя и будет упрекать всю жизнь, что ты ей должен, — возмущённо сказал Треворг. — Нуу… ты слишком рано судишь, ты с ней даже не разговаривал. — С ней — нет, а с подобными — да. Попомни мои слова, потом хуже будет. Лучше выбрось её из головы и живи как жил. После этого он закрыл дверь перед моим носом, и настала тишина — ни шагов, ничего, будто он стоял за дверью и ждал, пока я уйду, чтобы самому уйти. Может, он и прав — я слишком сильно на неё положился и завысил какие-то мнимые ожидания. В сомнениях я провёл весь оставшийся день. Решив, что лучше доверюсь мнению Треворга, я лёг спать. Мне приснился странный сон: Треворг качает меня из стороны в сторону, как неваляшку, и при этом не даёт мне упасть. Но с каждым толчком я будто вот-вот всё же упаду, и в один из таких толчков я действительно начинаю падать, но меня резко подхватывает Анима, а Треворг при этом начинает исчезать. И когда он полностью исчез, появилась дверь, но как только я прикоснулся к ручке, я проснулся. Действительно странный сон. Всё же я не пошёл на прогулку с Анимой — вечер субботы я провёл с Треворгом, выпивая водку. В слюни напившись, я сказал ему, что он мудак и что друзья обычно поддерживают друг друга, а не отговаривают от, возможно, действительно хорошей девушки. — Забудь о ней, я о тебе беспокоюсь, чтобы ты потом не страдал, — сказал Треворг. — Это уже мои проблемы — буду я страдать или нет. — Тебе что, плохо живётся?! — почти с напором спросил Треворг. — Вообще-то да! — я заплакал снова. Треворг лишь пожал плечами, дождался, пока я перестану, и сказал, что я буду ещё в большем дерьме, если она окажется не той, а он прав. Когда я проводил Треворга, меня практически отрезвило — видимо, слёзы имеют эффект кофе. Я сел на край кровати, схватился за голову и начал думать о том, какой я идиот, что всё-таки послушал Треворга. Он ведёт меня вниз, нельзя так больше. Мне нужно встретиться с Анимой. Но как? Я опять не взял у неё ни одной из соцсетей и в принципе номера. Что делать? Пойду завтра в парк — может, она будет там, или поспрашиваю у людей, видели ли они её. Мне уже нечего терять. Сделаю всё возможное, чтобы её найти. Засыпая, я в мыслях только прокручивал сценарий, как мы гуляем с Анимой. Вариант, что я её не найду, я даже не рассматривал. Проснувшись рано утром достаточно бодрым и без грамма похмелья, я очень быстро собрался и двинулся в парк. Я решил прочёсывать каждый квадратный метр и был готов провести там столько времени, сколько потребуется. Я искал, много искал, спрашивал всех вокруг. Понимаю, что это дохлый номер, но мне неважно — я найду её. Спустя долгое время поисков я увидел Треворга. Он уже начинает мне надоедать своим частым присутствием в моей жизни. Я постарался пройти мимо незамеченным, но он увидел меня первым. — О, Ивен, ты что тут делаешь? — Да прогуливаюсь, а ты? — Да тоже. Вот уже домой думаю идти. Пошли вместе, а то и погода ни к чёрту, и людишек много. Странно было видеть его одного. В основном на улице мы вдвоём, и то чаще всего когда я ходил за алкоголем. Я постарался как-нибудь от него отстать, говорил и то, что плохо, и то, что дела, а он никак не отцеплялся. Но я решил действовать напрямую. — Треворг, отстань, пожалуйста, от меня. У меня свидание с девушкой, — напористо сказал я. — Что? С какой? С той, что ли? Ты идиот. Пошли уже отсюда, — ответил он, после чего взял меня за рукав и потянул за собой. Я отдёрнул руку и ударил его. На душе сразу стало так легко, и почему я не сделал этого раньше? Он было хотел дать отпор, но лишь вытер кровь с носа и сказал: — Ты ещё пожалеешь, что отринул мои предостережения. После чего он быстро удалился с поля зрения. Я даже не жалел, что ударил его — это было как-то живо. Когда я двинулся дальше, заметил, что начало смеркаться, но надежды я не терял. Зайдя в кафе, на столике я увидел зелёный энергетик. Я обрадовался, что это может быть она, но подошёл какой-то парень, забрал его и ушёл. Я вышел на улицу и собирался идти дальше, но сквозь темноту под светом фонаря стояла Анима. Я подбежал, радостно её обнял — она будто и ждала этого после чего она легла мне на плечо. Ощущение было такое, будто потерянная когда-то часть души вернулась — это не описать словами. Она подняла голову и сказала: — Я так расстроилась, что ты вчера не пришёл, но я чувствовала, что ты должен прийти, поэтому я и сегодня пришла.