Глава IV. Навигатор

Белерианд оказался весьма мирным. Ольга готовилась к тому, что окажется на настоящем поле боя, везде будут находиться бродячие патрули орков, различные фантазмалы, а быть может немедленно после выхода из горы с небес спикирует огромный дракон. Тут она с запозданием вспомнила, что не спросила ни гномов, ни людей о том, что за странные гигантские орлы живут в этом мире. Мир, судя по оговорке Дурина, назывался Средиземьем. Почти что Мидгард, как в благородных северных странах называли земли смертных, лежащие между мощными чертогами богов и страной мёртвых, так что никакой полезной информации в этом названии не было. Но она шла по дикой местности, которая казалась не заселённой. Возможно, подумала она, местные просто не желали провоцировать гномов, которые могли иметь скрытые лазы в горах, и установленные там смертоносные орудия. А пробить эти серебряные ворона было, как она поняла, практически невозможно, оттого и рядом с ними находилось всего несколько стражников. Внезапный таран гномам не грозил. А ещё не было слышно жужжания пчёл. Это настораживало. Махонькие гуделки были своего рода показателем того, что с миром всё в порядке. Цветов было предостаточно, а пчёл не было. Впрочем, было утро, и не исключено, что они ещё не продрали глаза и не вылетели на охоту. Лес у подножия горы был древним и густым, здесь было немало толстых деревьев, которые были едва ли не толще чем эриадорские, и при этом покрыты отличными зелёными листьями. Солнце светило ярко и пригожно. Птицы пели, сидя на ветвях, куковала какая-то мелкая птаха. Также Ольга заметила и несколько оленей, который уверенно пёрли куда-то через лес. Однако стоило ей отойти от горы, как лоза в её руках словно взбесилась. Сначала она завращалась, словно пропеллер на спине рейхсминистра авиации, который в свободное от работы времени летал по малышам, о чём сохранилась нехилая городская легенда даже у обычных людей. Затем она стала как бы подрагивать и указала строго на север, после чего замерла и двигаться не смела. Там, на севере, находился источник необычайной мощи. И очевидно, что там и гнездился тёмный властелин Моргот. Не исключено, что он использовал Грааль, впрочем подобная реакция многократно превосходила стандартную реакцию на Грааль. Ольга подумала, что оценок системы Халдеас и Трисмегистус сильно не хватает. Однако проблема была в том, что и расстояние до земли на севере было поистине огромным. Горизонт был далёким, и на нём не было видно ни гор, ни препятствий в северном направлении. И это при том, что Эриадор своими границами превосходил Британию. Весь остров, от южного побережья до северных возвышенностей Шотландии, охватывал примерно 600 миль. А Белерианд был гораздо больше Эриадора, и повезло жителям того, что они были защищены от магии Моргота цепью гор. Выходит, в этом была причине того, что границы сингулярности распространялись даже на море. Выходит, что эта сингулярность искажала как время, так и пространство. Она продолжала идти через лес, быстро найдя масштабную реку, которая спускалась с гор и текла на запад. Река была хорошим ориентиром, случайно заплутать и начать ходить кругами было невозможно, если следовать за водой. Кроме того, поселения людей также часто располагались на берегах рек. Однако пока что никаких признаков жизни не было. Иногда попадались заброшенные шахты в небольших горах и холмах, но спускаться в них желания никакого не было. Некоторые из них были затянуты плотной паутиной, так что вероятно, там что-то водилось. Можно было пойти прямо на север, благо лоза была идеальным компасом, который показывал ровно на источник лейлиний. Однако Ольга подумала, что это было бы не вполне умно. Моргот командовал огромным количеством орков и драконов, и никаких шансов в борьбе с ними не было. Явно, что армии Ангбанда не будут стоять на месте и ждать, пока она призовёт Слугу. Более того, даже с парой Слуг единственный дракон мог учинить немало проблем. Стоило найти этих Нолдор, про которых говорили гномы. Нолдор были эльфами, а следовательно феями, и к встрече с ними следовало подходить с осторожностью. Все феи в истинной истории человечества отличались хаотичностью, они следовали сиюминутным желаниям и зачастую понять их для человека было невозможно, логика была бессильна. Однако местные гномы оказались не такими и плохими, так что был шанс, что и эльфы будут ничего. Всё-таки даже знакомые ей феи были духами планеты, её органами чувств, которые приходили из Внутреннего Моря. Они не были врагами Земли, и если кто-то угрожал естественному порядку, обычно противились этому. Так что они могли помочь. Размышления её прервал странный звук, который пришёл из леса. Это был не нормальный шелест ветра, который подёргивал листья или движение какого-нибудь зверька. Нет, двигалось что-то внушительное, быстро и при этом тихо. Она медленно повернулась, одновременно вскидывая правую руку под углом к небу, чтобы в случае чего быстро наставить её на врага и поразить его проклятием. Благо атмосфера здесь была полна могущественной маной. В её направлении двигался здоровенный паук, который размером с большого ягуара, тело его было покрыто грубой черной шерстью, восемь ног двигались весьма стремительно, и ноги эти были… мохнатыми… Глаза на голове внимательно смотрели на неё, и паук был готов вцепиться своими яростными жвалами. Оставалось лишь преодолеть последние несколько шагов. — Конечно, — с явной неприязнью сказала Ольга. — Босс паук паук огромный. Куда без него? И тут тварь внезапно прыгнула. Ольга едва успела отреагировать, так как рассчитывала на подползание паука на той же расчётной скорости, что и раньше. Она перекатилась от атаки, после чего направила проклятие прямо в раздутый живот паука. Паук замер и задёргался, после чего Ольга поразила его ещё несколькими проклятыми, так как твари со слишком большим количеством лапок были живучи. Весьма мерзкие твари. Более неприятного монстра в сингулярностях Ольга не встречала. Ольга отошла на безопасное расстояние, а потом присмотрелась к трупу паука. Это явно был фантазмал, а не простое животное, он был умён и легко мог справиться с человеком, гномом или орков. Очевидно, что встретиться с магом он не ожидал. Тем не менее, Ольга задумалась. С одним пауков вышло справиться без особых проблем. Но если бы из леса вышло несколько десятков таких тварей, то даже для неё они бы представляли угрозу. Хорошо ещё, что обычно пауки — одиночные животные, и стаями не передвигаются. Она дальше пошла на запад, внимательно смотря на окружающее пространство. Стало ясно, что монстры здесь есть, и в любой момент он может выйти. Затем она вспомнила, что и в реках могут водиться твари, например гигантские акулы, которые передвигаются как по морю, так и по суше. Такие акулы уже встречались Халдее, и что было совсем погано, они умели пользоваться оружием. После этого она стала посматривать и на воду, но так была спокойной. И вот она достигла впадалища реки, которая входила в ещё большую канаву для воды, которая протекала с севера на юг. Эта река была внушительной, и теперь оставалось только двигаться на юг, надеясь найти переправу или мост. Мостов не было, и Ольга решила переправиться в сравнительно мелком месте, где сквозь воду были видны камни. Наличие камней радовало, так как рыбы обычно таких мест старались избегать, равно как и крокодилы. И всё же даже здесь течение было весьма мощным, а вода доходила ей до пояса. Она передвигалась медленно, готовая отбивать атаку акул или пираний, но в воде, похоже, никто не водился. Здесь, несомненно, не хватало другана Озимандии, который мог повелеть воде просто расступиться посредством Благородного Фантазма. Но стоило радоваться, что перебраться через реку вообще получилось. На западном берегу местность несколько отличалась. Она пошла на север и вскоре лес поредел, вдали показались масштабные холмы, покрытые травой. И вот там она наконец увидела нечто весьма и весьма интересное. На особенно большом холме стояла сильная крепость. У неё были высокие каменные стены, причём рядков стен было несколько. На втором рядке имелись массивные башни, по которым курсировали стражи, причём их доспехи также отражали Солнце немыслим образом. Над крепостью развивались многочисленные флаги, которые содержали неизвестный символ, который впрочем напомнил Ольге эмблему атлантического альянса. Или корабельный навигатник. Восьмиконечная звезда с кружочком в центре. Было ясно, что это не орочья крепость. Эти твари явно бы не построили такой красивой крепости и не использовали бы настолько величественного флага, перед которым хотелось преклонить колени и принести присягу. Хотя крепость была несомненно мощной и прочной, она также была красивой. Её построили эльфы. И теперь с эльфами следовало вступить, так сказать, в контакт. Ольга приближалась осторожно, понимая, что это военная крепость, а на севере идут боевые действия, и в таких условиях стяжать стрелу в глаз проще, чем кажется. Она сбросила коберник с головы, чтобы эльфы видели, что она является человеком, и выбросила лозу, которую могли принять за оружие. Запоздало подумалось, что следовало бы озаботиться белым флагом, но сейчас это делать было явно поздно. Она подходила ближе и наблюдала. Крепость была построена в основном из странного камня, который, казалось, слабо светился, причём непостижимым образом это было именно свечение и его было хорошо видно при свете Солнца. Главные ворота были закрыты, и рядом с ними стояли с десяток часовых. Эльфы заметили её, когда она была еще в нескольких сотнях ярдов. Ольга видела, как они начали базарить, несколько бросились вниз, явно сообщая информацию командору, остальные внимательно следили за её приближением. Однако они не стреляли. Показывать эльфам деньги было бы странным, так как крепость явно была военной — чего доброго сочли бы за подкуп. Атаковать ворота магией тоже могло быть сочтено действием недружественным, а то и казусом Беллы. Но и поговорить с эльфами было надо. Пришлось совершить хитрость, — выдать себя за человека, который ищет убежище. Хорошо, что ничего, напоминающего оружие, при ней не было. Вскоре эльфы отработали инцидент. Ворота осторожно приоткрылись, из них вышло с десяток эльфов в серебряной броне, которые передвигались, несмотря на неё и мечи, висевшие на поясах, весьма грациозно и даже что ли красиво. Эльфы в истинной истории человечества были совсем иными. Эти больше напоминали каких-то сверхлюдей. Их руки были исполнены мощными мускулами, их лица были суровыми и мрачными, глаза смотрели с хладной яростью. Настоящие ветераны войны, видевшие некоторое. Они быстро окружили Ольгу, при этом начали с того, что выверенным движением завели руки за спину и там их связали какой-то металлической цепочкой. Та была весьма прочной, обычной мускульной силой её прорвать было нельзя. Затем они повели её в крепость. Что ж, оставалось порадоваться, что не положили лицом в землю перед тем, как обезвредить руки. Командир отряда, который впрочем не сильно отличался от остальных внешностью, сказал: — Ты далеко зашла от тех мест, в которых обитают смертные, — сказал он на каком-то странном древнеанглийском, по крайней мере встроенная в костюм система автоматического перевода решила именно так представить его слова. — Что же ты делаешь здесь? И что это за одежда? Ты не из эдайн, но и не из людей Востока. Выглядишь ты как кто-то из почтенного благородного рода, но разве ж такие люди ходят без собственной охраны? — Воевать с Морготом, — ответила она. — Я пришла из далекой земли, называемой Халдея. Ходят слухи, что на севере окопалось сильное зло, которое готовиться заняться чем-то не тем, и гномы поведали мне, что с ним сражаются эльфы. Пришла пора с ним разделаться, не так ли? Эльфы обменялись взглядами. Похоже, от человека таких заявлений они ожидали в последнюю очередь. — Интересно, однако, — сказал командор. — Мы никогда не слышали ни о какой Халдее. И для человека идти сражаться с Морготом, да ещё и без оружия… Кто же пожелает такого в здравом уме? — Его рука легла показательно на меч. — Не шпион ли ты Моргота? Этого следовало ожидать. В служебной инструкции о путешествиях во времени не зря говорилось, что не надо приближаться к ставке Верховного Главнокомандующего и раскрывать все секреты без сопровождения по меньшей мере пары Слуг. Верховные Главнокомандующие, да и командиры трубой пониже, этого не любили. Дейбит всё равно несколько раз нарушал эту инструкцию, ну так то был Дейбит, который мог сохранять сознание и призывать свои отражения Тёмной Звезды, даже будучи порубленным на сотню одинаково мелких кусочков. — Я могу поклясться, что я хочу победить Моргота. — Молчать! Ты хоть знаешь, что такое Клятва? — резко рявкнул другой эльф. — Тогда не произноси это слово. И потом, слуги Моргота могут принять облик хоть ангела, а потом ворваться в твой тыл с отравленным кинжалом. Такое уже случалось. Пока Ольга размышляла, что можно ответить, заговорил командир. — Пусть на тебя посмотрит Великий Державный Навигатор, — решил лидер. — Его святая кровь несомненно позволит изобличить ложь. У тебя есть оружие? Эльфы с подозрением смотрели на боевой костюм, который находился под плащом. Однако вскрыть этот костюм они вряд ли бы смогли — он был сделан из сверхпрочной ткани, которая была в состоянии пережить ударную волну от ядерного взрыва, и повредить его мечом было невозможно. Так что обыск пришлось бы остановить на плаще, но не решат ли эльфы, что от них что-то скрывают? Впрочем, сражаться с десятком тяжело вооружённых эльфов под стенами их крепости в любом случае было не вариант. — Оружия у меня нет, — сказала она. — В плаще тоже ничего не спрятано. — Тогда пошли. Нельзя просто так взять и прийти в Амон Эреб… Эльфы внимательно обыскали и ощупали плащ, а костюм сочли неопасным, так как он довольно плотно прилегал к телу и не имел в себе никаких видимых мест, где можно было бы спрятать какой-нибудь кинжал. После этого, покосившись на костюм, вновь набросили плащ ей на плечи и повели в крепость. На удивление, плащ остался полностью целым, хотя обычно при допросе одежда сильно страдала. Эти эльфы определённо понимали окружающий мир на каком-то непостижимом уровне. Люди и даже Героические Духи так не могли. Внутри крепости находились многочисленные мастерские, в которых эльфы-кузнецы постукивали по металлам. Она оценила количество оружия и доспехов и нашла, что здесь готовились к весьма серьёзной войне. Также обращали на себя внимание странные конструкции, напоминавшие домики для небольших птиц, которые прикреплялись к весьма толстым и длинным палкам. Множество эльфов отжимались прямо от сырой земли, причём с таким одухотворенным выражением лица, что становилось понятно, — как бы не отличались они от истинной истории человечества, они всё ещё были феями. Духами планеты, связанными со всем живым. Это для профанов крайних эпох землица казалась обычной унылой почвой, которой попирает Вершина Пищевой Цепочки. Для фей, равно как и магов, Земля была великой тайной и живым организмом, благородным, позволяющим жить на своей поверхности всякой хаотической шушере. Нолдор несомненно были настоящими феями. Ольге даже захотелось закричать что-то духоподъёмное, но она сдержала себя, понимая, что внезапный крик посреди военного лагеря может производить разве что смертник, и как бы оказаться после этого просто застреленной, просто во избежание. За первым рядком стен был второй, а дальше третий. По пути встречались и ворота, так что пройти к одной из башен было не так и просто. А сама башня была весьма большой и высокой. Крепость выглядела действительно неприступной. Ольга поняла, что её приведи к командору крепости. Он стоял, наклонившись над большим столом, на котором были расставлены раскрашенные в разные цвета фигурки, были нарисованы стрелочки, которые показывали на север, лежали какие-то карты Таро, также несколько кубиков с каким-то невообразимым количеством граней. Похоже, это были военные планы, с которыми работали не только полководцы, но и чародеи. Эльф поднял взгляд… Этот эльфы отличался от остальных. Он был больше, его руки были ещё более накачанными, хотя при этом оставались изящными, его красота невообразимым образом была ещё могущественнее, нежели у остальных эльфов, которые все как на подбор были красавцами. В нём чувствовалась какая-то особая стать, особая сила. Его лицо было слегка красным, хотя возможно, что такой эффект давал огонь свечи. Его доспехи были украшены искусными узорами и здоровенной восьмиконечной звездой, а ремень у него и его охранников, как Ольга запоздала заметило, был необычного вида, толстый, сделанный из слегка мохнатой кожи, и казалось слегка шевелился. — Лорд Карантир, — сказал командир охраны, встав на одно колено. — С Востока, из необитаемых земель, пришла эта смертная. Она говорит, что пришла из земли, называемой Халдея, и желает заключить союз против Врага. Подозреваем шпиона. Карантир удостоверился в том, что охрана надёжна, а руки Ольги связаны, вынул свой меч и подошёл поближе. Он внимательно её изучал, причём несколько раз глаза его словно расфокусировались, словно он глядел в какие-то иные измерения. При этом выражение его благого лика не менялось ни на мгновение, и понять, что он мыслил, если таковой процесс в нём происходил, было невозможно. — Надо бы, конечно, чтобы батька посмотрел, — пробормотал он, потом прочистил горло и объявил, — Я Карантир, Навигатор Первого Дома. И за те годы, что направлял я Нолдор по землям и мирам, не видел я, чтобы смертный без оружия желал бросить вызов Врагу. Ведь даже в самые провинциальные бары уже проникла баллада про Финголфина, и все вроде бы знают, что и эльфийский Лорд против него бессилен. Он воззрел, словно подавляя своим авторитетом. — И потом, вижу я в Незримом мире, что смертной тебя не назовёшь. Ты майа. А этому роду Нолдор, знаешь ли, не доверяют, и на то есть причины. Или ты пришла из Амана, чтобы следить за Первым Домом, как если бы вам ваших орлов стало не хватать, и морских духов, что прячутся в водоёмах. Или ты слуга Моргота. Впрочем, и смертным можно доверять не всегда. Ибо знает каждый эльф, что эдайн не только стрелы смазывают своим ядом, но и слова. Из-за такого яда Моргот уже уничтожил Гондолин. Понимаешь, к чему я веду? — Я маг из Халдеи. Видимо, вы это понимали под словом майа. У Моргота есть артефакт огромной силы, который по моим сведениям он применяет для распространения искажения. Я направилась сюда, чтобы разобраться с ним, пока искажение не поглотило весь мир. — Артефакт. Ты что ли про Самоцветы? — с подозрением сказал Карантир. — Говори всё, что знаешь. Ольга рассказала про искажения в реальности, с которыми разбираются маги Халдеи, хоть и не стала говорить о Порядке Человечества, понимая, что если эльф узнает, что в истинной истории человечества феи давно покинули поверхность планеты, то сложно понять, что он решит сделать. Карантир внимательно слушал. — Весьма интересная история, — наконец сказал он. — Знаешь, другой эльф бы не поверил, но как Навигатор, я самолично видел иные миры, в том числе и искажение, которое распространяется на весь мир. Мёртвые миры, уничтоженные древним холодом из Пустоты… К сожалению, Исход случился раньше, чем я мог бы исследовать этот вопрос подробнее. Если ты из другого мира, и на Востоке есть в него проход… Это интересно. Хмм… — Понимаю, что вы не можете так просто взять и поверить, — осторожно сказала Ольга. — Но поверьте, что Моргота я ненавижу и стремлюсь уничтожить. Если вы готовитесь к какой-нибудь битве, то я могу вам помочь, чтобы это доказать. — Ха. Если бы Враг не был способен на такие многоходовочки, он бы давно уже кормил червей. Вот отпустим мы тебя сейчас, а ты превратишься в какое-нибудь рукокрылое и поминай как звали. И ведь атаки орков на нас как-то странно прекратились последние недели, а раньше по кд пёрли. Это всё, знаете ли-с, подозрительно, барышня. Моргот ведь тоже мог призвать кого-то из соседнего мира. — Как бы я могла доказать то, что не служу Морготу? — Тут есть определённая проблема, — сказал Карантир насмешливо, походу, окончательно уверившись, что только что захватил в плен шпиона Моргота. — Любое доказательство может быть хитроумной иллюзией. Помогла бы, например, родословная, в которой было бы видно, что ваши предки были качественными и помогали эльфам. Но… у майар не бывает предков, и уж тем более у странников из других миров. Беда-беда. Даже не знаю. Он вернулся за стол, воссел и показательно стукнул молотком. — Я сказал: доказательств того, кто ты, у меня нет. Я не знаю, шпион ли ты Моргота или нет. Однако презумпция невиновности для Первого Дома свята. Мы не можем уподобляться эдайн с их судилищами и убийствами чести, или ваньяр, которые бывает убивают потехи ради. Мой отче мог бы сказать точнее, но я не буду за ним посылать, — быть может, ты того и ждёшь. Выходит, что доказать твою вину и отдать приказ о смертной казни я никак не могу. Эльф явно разошёлся. С феями это часто бывало, они любили определённые роли, и неважно, была эта роль шута или судьи. — Так вот, — продолжил Карантир, — но и заключить союз с тобой мы не можем. Ибо, как нам известно, ты можешь сначала затихариться, а потом свалить к своим, если наши подозрения верны. Оттого посидишь пока в соседней башне. Когда наши дела разрешатся, возможно, решение примет сам Нолдоран. Но он эльф крайне занятой, так что придётся подождать. — А если я решу уехать? — спросила она. — Тогда ты можешь это сделать. Но учти, что стрелы в колчанах наших лучников тоже рвутся на свободу, и они любят компанию. Смекаешь? Его позиция была понятной. Если поверить в то, что Ольга была шпионом Врага, отпускать пойманного шпиона, который был за стенами крепости и всё видел, не имело военного смысла. Сидеть и куковать ей в башенке, пока война не закончится. Впрочем, выбора пока не было. Пытаться раскастоваться, пока она находится в окружении стражи и прямо перед мощнейшим эльфом, было безумием. Если и придётся планировать побег, то делать это надо совершенно из иных начальных данных. — Я принимаю эти условия, — сказала она. Карантир кивнул. — Очень хорошо. Тогда стражники сейчас препроводят тебя в узилище, покидать которое тебе будет запрещено. Оружия у тебя нет, соответственно, хе-хе, ты свободна от бремени, как птичка в небесах. Но предупреждаю, если внезапно стражники заметят реальную птичку, стрелы полетят за ней с весьма большим усердием. Или змейку. В общем, не шали. У нас серебряные стрелы. Он ткнул пальцем в стражников. — Конвой, за дело. Сохраняйте абсолютную бдительность. Дополнительные условия содержания передам чуть позже в депеше. Пока эльфы вели её по коридорам, Ольга задумалась. Вот к чему приводят попытки проводить переговоры без мощной военной поддержки в виде Слуг. Если бы с ней был хотя бы один Слуга, эльфы бы поверили в её намерения только потому, что Слуга мог бы легко их победить, но этого не делал. Хотя… если с большинством эльфов Слуга бы легко справился, то насчёт Карантира были определённые сомнения. Судя по всему, он умел видеть души. Но так или иначе, это был бы разговор на равных. А теперь ей оставалось ждать. Можно было бы, конечно, ночью применить одно из самых разрушительных заклинаний, которое бы превратило крепость в развалины, но тут были проблемы — лучники бы превратили её в ежа уже после первого метеора, который бы пал на крепость, и рассчитывать на союз с ними после этого было бы невозможно. А воевать против всего мира смысла точно не было. Комната была довольно маленькая, при этом в ней ещё и не было мёртвых углов, которые не просматривались снаружи. Не было ни кровати, ни иной мебели, только некоторое количество соломы свалено в углу. Дверь закрывалась, так что по крайней мере на неё постоянно не смотрели, но она знала, что скорее всего следят за ней как стражники за дверью, регулярно приставляющие свои острые ухи к двери, так и соглядатаи под башней. Вскоре Солнце зашло за горизонт, а потом она увидела небольшой месяц и множество звёзд. Звёзды были весьма яркими — на поверхности планеты ещё отсутствовали рукотворные огни, которые подавляли их свет, но картина звёздного неба совершенно не была похожа на что-то, что происходило из истинной истории человечества. Это было совсем иное небо, впрочем, для астромантии оно подходило так же хорошо, как и реальное. Важнее всего здесь была мана в воздухе, которая позволяла установить связь с небесами. Она посмотрела на месяц. Тот был совершенно земным, и отчего-то задумалась она, как так выходит, что постоянно месяц то набухает и становится властной Луной, то стравливается то тоненькой линии… Что за космические силы в действии? Странные мысли приходят в голову, когда не надо постоянно думать о деле. Надо было не забыть и спросить об этом систему Трисмегистус.