Надежда и Прочее

— Что? Этого не может быть! У нас ведь в семье все были гриффиндорцами! — воскликнула Китти, обращаясь к близнецам. Те сидели в полном ошеломлении, но уже через мгновение на их лицах заиграли привычные ухмылки. — Круто, — в унисон отозвались Уизли. Китти перевела взгляд на Дэйзи. Та озадаченно смотрела в пол. На секунду на её лице промелькнула улыбка, но в ней не было ни радости, ни счастья — лишь негодование и глубокое беспокойство. Неспешным шагом Дэйз направилась к столу своего факультета под приветственные аплодисменты. Сев рядом со знакомой девочкой, она узнала в ней Мэлори: та тоже заметно нервничала и покусывала нижнюю губу. Рядом с подругой напряжение немного спало, но лишь на мгновение. Внезапно Свон ощутила на себе чей-то пристальный взгляд. Повернув голову, она встретилась с изумлёнными глазами одного из близнецов Уизли. Удивившись такому вниманию, новоиспечённая слизеринка решила принять вызов: она посмотрела на него дерзко, хотя чувствовала, как её щеки начинают пылать под этим пронзительным взором. Затем она перевела взгляд на сестру — вид Китти красноречиво говорил: «Нам нужно серьезно поговорить». Дэйзи отвернулась, заранее предвкушая этот непростой разговор. Фэллон заговорила первой: — Знаешь, здесь не так плохо, как все рассказывают. — Для меня — ужасно, — выдохнула Дэйз, едва сдерживая злость и разочарование. Казалось, она вот-вот расплачется. — Учитывая, что вся моя родня училась на Гриффиндоре, попасть на Слизерин было моим самым последним желанием. — Эй, ты чего? Всё будет хорошо, я тебе обещаю, — Мэлори аккуратно накрыла её руку своей в знак поддержки. — Спасибо… Я не устану повторять, как мне с тобой повезло. Кстати, ты-то как? Я видела, как ты была обескуражена. — Оу… Знаешь, я всё думала о том, что ты говорила в поезде. Вдруг ты не захочешь со мной дружить из-за моего факультета? Но теперь ты тоже здесь, так что… — Нет, что ты! — Дэйзи крепко сжала руку подруги. — Я бы никогда не перестала с тобой общаться, даже если бы попала на Гриффиндор. На лице Мэлори наконец появилась искренняя улыбка. В этот момент Дэйзи заметила кудрявого мальчика, сидящего напротив в окружении крупных светлоголовых слизеринцев. «Кудряш» смотрел прямо на Свон, совершенно не обращая внимания на своих собеседников. Дэйзи смутилась: воспоминание о взгляде Уизли ещё было свежо, и ей начало казаться, что сегодня все решили поиграть с ней в гляделки. Шатен продолжал изучать её, не отрываясь. Недолго думая, она резко бросила: — Я очень привлекательная, правда? Глаза слизеринца сузились, он явно не ожидал такой прямоты. — Да, очень, — на его лице расплылась дерзкая ухмылка, от которой у Дэйзи по коже пробежали мурашки. — Как тебя зовут, очаровашка? Верхняя часть стола затихла, с интересом наблюдая за диалогом первокурсников. — Дэйзи. А тебя, кудряш? Судя по выражению лица мальчика, это прозвище пришлось ему по душе. — Теодор. — Будем знакомы, Тео, — она подмигнула ему.  В душе затеплилась надежда: возможно, на этом факультете всё не так уж плохо и она сможет найти здесь друзей. Церемония продолжалась. Дэйзи обвела взглядом преподавательский стол и вздрогнула: на неё пристально смотрел длинноволосый мужчина в чёрном. От его холодного взора по спине вновь пробежал холодок. Тем временем распределение подходило к концу. Оставалось всего трое первокурсников, среди которых был младший брат близнецов Уизли. Шляпа выкрикнула: «ГРИФФИНДОР!», и мальчик, сияя, плюхнулся на скамью рядом с Гарри. Последний в списке, Блейз Забини, направился к столу Слизерина и сел рядом с Теодором. Профессор МакГонагалл скатала свой свиток и вынесла из зала Волшебную шляпу. Альбус Дамблдор поднялся со своего трона и широко развёл руки. На его лице играла лучезарная улыбка. У него был такой вид, словно ничто в мире не может порадовать его больше, чем сидящие перед ним ученики. — Добро пожаловать! — произнёс он. — Добро пожаловать в Хогвартс! Прежде чем мы начнём наш банкет, я хотел бы сказать несколько слов. Вот эти слова: Олух! Пузырь! Остаток! Уловка! Всё, всем спасибо! Дамблдор сел на своё место. Зал разразился радостными криками и громкими аплодисментами. — Это какая-то шутка? — Дэйзи не сдержала смешка, и Мэлори тут же подхватила её смех. — Кажется, он немного сумасшедший, — прошептала Мэл сквозь смех. — Боже, смотри! В то же мгновение пустые тарелки, стоявшие на столах, доверху наполнились едой. Дэйзи никогда в жизни не видела такого изобилия: золотистый ростбиф, жареные цыплята, горы свиных и бараньих отбивных, сочные сосиски, бекон и стейки. Рядом дымился варёный и жареный картофель, поблёскивали чипсы, высились горки йоркширского пудинга, горошка и моркови. В соусницах густели мясные подливки и кетчуп, а среди всего этого великолепия — совершенно непонятно как и зачем — затесались мятные леденцы. Дэйзи быстро наполнила свою тарелку стейком и жареной картошкой, щедро полив всё кетчупом. — Знаешь, у меня такое чувство, будто я сто лет не ела, — пробормотала Мэлори с набитым ртом. — Господи, Мэл! — Дэйзи тихо хихикнула.  — Сперва проглоти, а потом говори. Внезапно мальчик с почти белыми волосами, сидевший неподалеку, вздрогнул от испуга. Рядом с ним возникло жуткое привидение: пустые выпученные глаза, вытянутое костлявое лицо и серые одежды, сплошь покрытые пятнами серебристой крови. — Кто это? Ты знаешь? — испуганно прошептала младшая Свон, во все глаза глядя на жуткого гостя. Призрак медленно повернул голову к девочке. — Как ты можешь не знать меня, сидя за этим великим столом?! — проскрежетал он. Дэйзи замерла с открытым ртом, не понимая, чем вызвала такую вспышку гнева. Сидевшая рядом Мэлори от неожиданности даже перестала жевать, что было поистине удивительно: жизненное кредо юной Фэллон «дают — бери, не дают — отбери» обычно не знало исключений. Оскорблённый призрак, не дожидаясь ответа, величественно и угрюмо отплыл в сторону. Подруги сидели в полном оцепенении добрых полминуты, прежде чем решились снова взяться за вилки. — Это было... неожиданно. Но всё же, кто это? — Дэйзи посмотрела прямо в глаза Теодору. Тот, встретив её взгляд, спокойно ответил: — Это Кровавый Барон, привидение подземелий Слизерина. — Ну и характер! — Мэл с опаской поглядела вслед Барону, который пронёсся мимо с пугающе свирепым выражением лица. — Хм-м-м! — громко прокашлялся Дамблдор, привлекая внимание зала. — Теперь, когда все мы сыты, я хотел бы сказать ещё несколько слов. Прежде чем начнётся семестр, вы должны кое-что усвоить. Первокурсникам следует запомнить, что всем ученикам запрещено заходить в лес, находящийся на территории школы. Некоторым старшекурсникам для их же блага тоже следует помнить об этом… Сияющие глаза Дамблдора на мгновение задержались на рыжих головах близнецов Уизли. — По просьбе мистера Филча, нашего смотрителя, напоминаю, что не следует творить чудеса на переменах. А теперь насчёт тренировок по квиддичу — они начнутся через неделю. Все, кто хотел бы играть за сборные своих факультетов, должны обратиться к мадам Трюк. И наконец, я должен сообщить вам, что в этом учебном году правая часть коридора на третьем этаже закрыта для всех, кто не хочет умереть мучительной смертью. Дэйзи тихонько рассмеялась. Она уже предвкушала, насколько весёлым и полным приключений будет этот учебный год. — А теперь, прежде чем пойти спать, давайте споём школьный гимн! — прокричал Дамблдор. Он встряхнул своей палочкой, словно прогонял севшую на её кончик муху. Из палочки вырвалась длинная золотая лента: она воспарила над столами и рассыпалась на мерцающие слова. — Каждый поёт на свой любимый мотив, — сообщил Дамблдор. — Итак, начали! И весь зал заголосил вразнобой: Хогвартс, Хогвартс, наш любимый Хогвартс,Научи нас хоть чему-нибудь.Молодых и старых, лысых и косматых,Возраст ведь не важен, а важна лишь суть.В наших головах сейчас гуляет ветер,В них пусто и уныло, и кучи дохлых мух,Но для знаний место в них всегда найдётся,Так что научи нас хоть чему-нибудь.Если что забудем, ты уж нам напомни,А если не знаем, ты нам объясни.Сделай всё, что сможешь, наш любимый Хогвартс,А мы уж постараемся тебя не подвести. Когда зал затих, близнецы Уизли всё ещё продолжали петь — медленно и торжественно, словно это был похоронный марш. Дамблдор с упоением дирижировал им своей палочкой, а когда они наконец закончили, он хлопал громче всех. — О, музыка! — воскликнул он, вытирая глаза. Похоже, директор действительно прослезился от умиления. — Её волшебство затмевает всё, чем мы занимаемся здесь. А теперь — спать. Рысью — марш! Первокурсники Слизерина, возглавляемые старостой, вышли из Большого зала. Они миновали ещё болтающих старшекурсников и начали спускаться вниз, в глубокие подземелья замка. Дэйзи и Мэлори шли, крепко держась за руки. Усталость навалилась на них свинцовой тяжестью: тёмные коридоры плыли перед глазами, а ноги едва слушались. — Вот мы и пришли, — объявила староста, остановившись перед глухой каменной стеной. — Чистая кровь! Часть стены плавно отъехала в сторону, открывая проход. Первокурсники вошли внутрь. По спинам Мэл и Дэйзи пробежал холодок: они огляделись. В гостиной было много каминов, но, несмотря на весело трещавший огонь, здесь всё равно казалось холодно и немного неуютно из-за близости к озеру. Староста указала девочкам на дверь их спальни. Едва переступив порог, подруги, не имея сил даже на разговоры, разом плюхнулись на свои кровати и мгновенно провалились в сон.