Часть 1

Дождь шёл третьи сутки подряд — мелкий, упрямый, будто кто-то наверху тоже не хотел отпускать прошлое. — Ты уверена, что справишься? — тихо спросил Макс, когда они остановились под козырьком старого особняка на улице Лесной. Мари судорожно сжала ремешок сумки. Ее тонкие хрупкие пальцы побелели. — Я не стеклянная, Макс. Ты ведь это знаешь. Он знал. И всё же каждый раз боялся, что надавит слишком сильно. Прошёл год с тех пор, как Мари почти перестала выходить из дома. Год терапии, бессонных ночей и пустых взглядов в потолок. Она научилась снова дышать — медленно, осторожно. Но убийство Лилии Громовой вскрыло слишком много старых ран. Лилия была их общей подругой. И последней, кто видел убийцу. Теперь подозрение падало на закрытый литературный клуб, куда Лилия ходила последние месяцы. Вход — только для пар. Только для «устоявшихся отношений». — Значит, официально мы вместе уже… — Макс посмотрел в телефон. — Полгода. Познакомились на выставке. Ты обожаешь жасминовый чай и ненавидишь утренние звонки. — А ты терпеть не можешь корицу, — добавила Мари. — И всегда носишь часы, даже если они не идут. Он усмехнулся. — Чтобы казаться серьёзнее. — Тебе это не нужно. Она сказала это тихо, но искренне. Макс на секунду замолчал. Он привык быть тем, кто поддерживает. Тем, кто держит, когда весь мир трясёт. Но рядом с Мари он чувствовал себя не героем — а просто человеком, которому важно, чтобы она снова научилась улыбаться. — Если станет совсем тяжело — просто сожми мою руку, — мягко сказал он. — Один раз — «всё нормально». Два — «уведи меня». Три — «мне плохо». — А если четыре? — Тогда я всё брошу и утащу тебя отсюда. Даже если придётся драться. Она впервые за вечер улыбнулась ему по-настоящему - и на краткий миг словно солнце вышло из-за туч. *** Внутри особняка пахло воском и старыми книгами. Свечи отражались в зеркалах, создавая ощущение бесконечного зала. Люди в элегантных костюмах переговаривались полушёпотом. Секретарь клуба — сухая женщина с идеально ровной осанкой — придирчиво осмотрела их с головы до ног, подозрительно поинтересовавшись: — Вы пара? Макс не дал Мари ответить. Он мягко обнял её за талию, притянул ближе. — Уже полгода, — спокойно сказал он. — И, надеюсь, будем ею гораздо дольше. Его ладонь была тёплой. Уверенной. Мари почувствовала, как ее сердце колотится быстрее — но не от тревоги. От его тепла и близости. — Как мило, — сухо произнесла женщина. — Что ж... Добро пожаловать. Они прошли вглубь зала. — Ты в порядке? — прошептал Макс. Мари кивнула. Потом — едва заметно — сжала его руку один раз. Он понял. Через полчаса они уже знали больше, чем ожидали. Лилия спорила с кем-то в тот вечер. Повышенные голоса. Угроза. И фраза, которую слышали несколько человек: «Если правда выйдет наружу — ты пожалеешь». — Нам нужно найти того, с кем она говорила, — сказала Мари, когда они вышли на балкон перевести дух. Ветер трепал её волосы. Она выглядела хрупкой — но в ее глазах горела решимость. — Мы найдём его, — твердо ответил Макс. — Но не ценой тебя. — Макс… — Я серьёзно. Расследование — это важно. Но ты — важнее. Она отвела взгляд. — Иногда мне кажется, что я снова проваливаюсь, — тихо прошептала она. — В тот тёмный коридор. Где нет ни света, ни смысла. И если бы не ты… Он осторожно взял её лицо в ладони. — Эй. Ты выбралась сама. Я просто шёл рядом. — Нет, — покачала она головой. — Ты держал меня, когда я больше не могла стоять. Макс гулко сглотнул. — Тогда позволь мне... продолжать тебя держать. Мари на секунду закрыла глаза. А потом — неожиданно для самой себя — шагнула ближе и обняла его. Снизу раздались аплодисменты — кто-то объявил начало литературной игры. Им нужно было вернуться. — Пора играть в идеальную пару, — выдохнула она. — Мы справимся, — сказал Макс. — Вместе. Она сжала его руку дважды. — Что? — напрягся он. Мари посмотрела на зал. У рояля стоял мужчина в тёмном костюме. Тот самый, с которым Лилия спорила в последний вечер. И он только что заметил их. — Уведи меня, — прошептала она. — Но ненадолго. Макс кивнул. — Тогда держись крепче. И они снова шагнули в свет — рука в руке, притворяясь влюблёнными. Не зная, что эта игра изменит в их жизнях абсолютно всё. *** Музыка в зале стала громче. Мужчина у рояля — высокий, с холодным взглядом и идеально завязанным галстуком — скользнул по ним глазами и едва заметно улыбнулся. — Это он, — прошептала Мари. — Я понял. Макс не стал уводить её далеко. Вместо этого он притянул её ближе, будто просто искал тишины в углу зала. Его ладонь легла ей на спину — уверенно, спокойно. — Дыши, — тихо сказал он. — Просто дыши. Со мной. Она кивнула. Вдох. Выдох. Сердце постепенно перестало греметь в ушах. — Я не хочу убегать, — прошептала она спустя несколько секунд. — Если мы сейчас уйдём, он что-то заподозрит. Макс посмотрел на неё внимательно. — Ты уверена? Она сжала его руку один раз. Всё нормально. — Тогда играем до конца, — сказал он. Ведущая клуба объявила литературную импровизацию: каждая пара должна была разыграть короткую сцену любви по заданной теме. — Как символично, — пробормотал Макс. — Нам даже репетировать не придётся. — Не зазнавайся, — фыркнула Мари, но уголки её губ дрогнули. Их тема звучала просто: «Встреча после долгой разлуки». Они вышли в центр зала. Свет свечей казался слишком ярким. Макс первым сделал шаг. — Ты вернулась, — сказал он, и в его голосе вдруг появилось что-то настоящее. — Я уже не верил, что снова увижу тебя. Мари на секунду растерялась. Это был текст — но в нём эхом отзывались их собственные месяцы молчания, когда она закрылась ото всех, даже от него. — Я... должна была уйти, — тихо ответила она. — Мне нужно было найти себя. — А теперь? Он подошёл ближе. Слишком близко. — Теперь я знаю, — её голос едва дрогнул, — что без тебя дорога темнее. В зале повисла тишина. Макс осторожно коснулся её щеки кончиками пальцев. — Я бы ждал сколько угодно. Она почувствовала, как внутри что-то болезненно и одновременно тепло сжалось. Это не было частью плана. Аплодисменты раздались внезапно, будто кто-то разорвал невидимую нить. Они поклонились и отошли в сторону. — Ты была невероятна, — прошептал Макс. — Ты тоже… слишком убедителен. Он заметил, что её дыхание снова сбивается. — Три? — спросил он тихо. Она замотала головой. — Просто… слишком много воспоминаний. Он взял её ладонь и большим пальцем начал медленно выводить круги по коже — успокаивающе, почти незаметно для окружающих. — Смотри на меня, — сказал он. — Здесь и сейчас. Мы в зале. Свет. Люди. Ты справляешься. Мари сосредоточилась на его голосе. На тепле его пальцев. Паника отступила. — Прекрасная сцена. Они обернулись. Мужчина из-за рояля стоял совсем рядом. — Вы новенькие, — продолжил он. — Потому позвольте представиться. Меня зовут Виктор. — Макс, — спокойно ответил тот. — А это Мари. — Вы были знакомы с Лилией? — вдруг спросила Мари. Макс едва заметно напрягся. Слишком прямолинейно. Но Виктор лишь прищурился. — Конечно. Талантливая девушка. Жаль, что с ней произошла такая трагедия. — Говорят, в тот вечер у неё здесь с кем-то был конфликт, — добавил Макс. — Вы ничего не слышали? Виктор улыбнулся. — В литературных клубах всегда кто-то спорит. Но это вовсе не повод для убийства. — Но повод для угроз, — тихо сказала Мари. Их взгляды встретились. На долю секунды улыбка Виктора исчезла. — Осторожнее с выводами, — холодно произнёс он. — Этот клуб ценит доверие. — А мы ценим правду, — спокойно ответил Макс. Напряжение повисло в воздухе. — Надеюсь, вы не разочаруете нас, — сказал Виктор и отошёл. Мари выдохнула. И вдруг её пальцы дрогнули. Два сжатия. Макс мгновенно обнял её за плечи. — Пойдём. На балкон. Холодный воздух ударил в лицо. — Он знает, — прошептала она. — Он что-то скрывает. — Возможно. Но ты молодец. — У меня руки трясутся. Он взял её ладони и согрел своим дыханием. — Это просто адреналин. Ты в безопасности. Она посмотрела на него так, будто искала подтверждение, что мир всё ещё устойчив. — Иногда я боюсь, что сломаюсь прямо посреди всего этого, — призналась она. — Что снова провалюсь. Макс аккуратно прижал её к себе. — Даже если так — я буду рядом. И мы вытащим тебя снова. Столько раз, сколько понадобится. — Почему ты... не устаёшь? Он усмехнулся. — Устаю. Просто ты... того стоишь. Мари замерла. Ее сердце билось уже не от страха. — Макс… если все это лишь игра… тогда почему... почему всё это ощущается таким... настоящим? Он не ответил сразу. Внизу скрипнула дверь. Кто-то вышел в сад. Макс посмотрел вниз и нахмурился. — Потому что, возможно, мы играем не только для клуба. Она не успела спросить, что он имел в виду. Из темноты сада донёсся приглушённый крик. Они переглянулись. — Похоже, у нас новая проблема, — тихо сказал Макс. И, не разжимая рук, они побежали вниз.