Часть 21

После Рождества зеркало из заброшенного кабинета наконец исчезло. Не то чтобы Дин проверял его каждое утро или завел специальный календарь, но, проходя мимо северного крыла, он нет-нет да и прислушивался к тишине за дверью.Когда пустая комната осталась лишь пыльным помещением без магических ловушек, в замке стало ощутимо спокойнее. Тягучее чувство чужой боли, вибрировавшее в стенах, утихло, и завхоз наконец смог заняться чем-то более приземленным, чем охрана чужих иллюзий.Он с облегчением вернулся к списку текущих дел, который в Хогвартсе никогда не заканчивался. Теперь вместо того, чтобы караулить призраков прошлого в золоченой раме, Дин мог сосредоточиться на протекающих трубах в подземельях или скрипучих ступенях на третьем этаже. Жизнь в замке вошла в привычную колею, где реальные проблемы решались гаечным ключом, а не самопожертвованием. Дин всегда ненавидел квиддич. Не саму игру — дети должны бегать, падать и орать, это нормально — он ненавидел саму концепцию. — Палка между ног и сто футов над землей, — ворчал он, наблюдая за очередной тренировкой. — Гениально. Страховка? Нет. Ограждения? Нет. Здравый смысл? Тем более нет.Но в конце января, когда стадион опустел и ветер почти стих, он не смог удержаться от соблазна. Дин никогда не садился на метлу: Филч — сквиб, он не летает, и это было фактом. Однако у входа в склад лежала кем-то забытая метла — не из дешевых, с отличным балансом. Он остановился, посмотрел на неё и наконец поднял. — Это тебе не «Импала», — пробормотал он, взвешивая древко в руках. — И тормозов я тут не вижу.Вес лег в ладони на удивление правильно, центр тяжести был чуть смещен вперед. Это была хорошая машина, просто… деревянная. Дин постоял несколько секунд, прежде чем тихо выдохнуть: «Это идиотская идея». Замок под трибунами тут же оживился — он не подталкивал, но явно присматривался.Он вышел на поле и оседлал метлу неловко, почти раздраженно. — Если я разобьюсь, — предупредил он камни, — ты сам будешь латать свои трещины. Ничего не произошло. Он хмыкнул: «Конечно. Сквиб. Забыл».Дин сжал древко сильнее. Он не произносил заклинаний и не командовал «вверх», он просто сместил вес — так, как делал это на мотоцикле или любой другой технике. И метла вдруг качнулась. Сначала на дюйм, а потом, после второго толчка, она оторвалась от земли. Невысоко, всего на двадцать сантиметров, но оторвалась.Под трибунами по фундаменту прокатилось что-то теплое. — Это не я, — тихо сказал он замку. — Это ты делаешь. Замок не отрицал. Метла дрожала под ним неохотно, словно споря с собственной инструкцией, но Дин медленно наклонился вперед, и она послушалась. Метр, полтора — он поднимался выше. Сердце билось ровно: это не был восторг или страх, только чистый расчет.— Ладно, — пробормотал он. — Если ты меня уронишь, я разберу тебя по камням. Он сделал первый круг — неловкий и слишком широкий. Метла дернулась, когда он неправильно сместил центр тяжести, но он тут же выровнялся. — Слушай, — процедил он сквозь зубы, — я не борюсь с тобой. Я управляю.И она стала мягче, послушнее. Снег внизу превратился в ровный узор, а в лицо ударил резкий, холодный и настоящий ветер. В этот момент он вдруг понял: это не магия в чистом виде. Это доверие к конструкции. Как с любой машиной — ты не командуешь, ты договариваешься. Он сделал второй круг, затем третий, уже почти уверенно чувствуя поток воздуха. Именно в этот момент с трибун раздался голос, прозвучавший в морозном воздухе особенно сухо: — Полагаю, это какая-то новая методика уборки снега?Дин мысленно выругался и повернул голову. На трибунах стоял Снейп — разумеется, это должен был быть именно он. Северус замер, убрав руки за спину, а его мантия оставалась абсолютно неподвижной, пока он изучал Дина взглядом человека, только что обнаружившего грубую математическую ошибку в самой реальности.Дин завис на секунду дольше, чем следовало, а затем аккуратно опустился на заснеженное поле, слез с метлы и невозмутимо отряхнул пальто. — Инспекция, — коротко бросил он. — В воздухе? — Снейп даже не пытался улыбнуться. — Проверяю устойчивость инвентаря.Повисла пауза, во время которой Снейп подошёл ближе, не сводя с него глаз. — Насколько мне известно, вы не владеете магией, — произнес он, словно констатируя очевидный, но теперь сомнительный факт. — Удивительно, но нет, — отозвался Дин. — И всё же вы только что летали. — Низко. Без лишней акробатики.Снейп коснулся метлы палочкой, проверяя чары, но не обнаружил никаких дополнительных заклинаний или стороннего вмешательства. Он медленно поднял взгляд на Дина, и в его глазах промелькнуло понимание: — Замок.Дин ответил не сразу, лишь неопределенно пожав плечами: — Я часть технического персонала, Северус. Снейп изучал его долго — не с подозрением, а скорее с холодным расчетом. — Он вас поддерживает. Это далеко не стандартное поведение для магической конструкции. — А я, как вы заметили, не самый стандартный сотрудник.Тишина между ними натянулась, как струна, пока Снейп не произнес почти официально: — Вы осознаёте, что если об этом узнают студенты, у вас мгновенно появится свой культ? — Отлично, — буркнул Дин. — Завхоз-летающий-мессия. Только этого мне для полного счастья не хватало.Уголок губ Снейпа едва заметно дрогнул в подобии усмешки. — Считайте, что я ничего не видел. — Ты вообще редко что-то «видишь», когда тебе это выгодно, — не остался в долгу Дин. Снейп задержался еще на секунду, добавив тише: — Это связь. Замок не привязывается к людям случайно. Дин посмотрел на темные трибуны и угрюмо ответил: — Я об этом не просил. — Он, полагаю, тоже.Снейп развернулся, бросив напоследок короткое: «Не злоупотребляйте». — Я завхоз, а не ловец, — проворчал Дин ему в спину.Когда Снейп ушёл, Дин остался один на пустом стадионе. Метла лежала у его ног, припорошенная снегом. Он посмотрел на неё, а затем тихо сказал в пустоту: «Один раз. Всего один раз». Под трибунами в ответ прокатилась тёплая вибрация — не смех, а скорее молчаливое одобрение. И впервые за очень долгое время Дин почувствовал не привычную тяжесть ответственности за этот замок, а удивительную, почти буквальную лёгкость.— Ладно, — пробормотал он, направляясь к выходу. — Но если вы решите выдать мне форму с номером — я увольняюсь в ту же секунду.Замок, кажется, остался вполне доволен этим условием.