Часть 1

***       — Ты знаешь, Лёня… — По губам Шипова мгновенно скользнула искренне чистая улыбка. Кораблёву даже не по себе стало от столь разительного контраста. Всего каких-то сорок минут назад Борис со знанием дела вымогал деньги у очередного подозреваемого. — Я утром с Ангелинкой разговаривал. — Вкрадчиво мягкий голос не вязался с мрачной серостью обстановки. — С дочкой своей… Такое солнце ясное растёт… Я ради Неё любую черту переступлю не задумываясь. — В двухслойно ледистых Шиповских глазах будто действительно мелькнули яркие блики. Так что сидевшего напротив майора на мгновение ослепило. — Тебе, Кораблёв, меня не понять… — До небрежного безжалостно.       Кораблёв медленно отвёл взгляд. Сердце простучало несколькими аритмичными ударами о грудную клетку. В ушах глухо зашумело, а горло сдавило судорогой. Тридцать секунд — взять себя в руки. Тридцать секунд — задушить услужливую фантазию, с её вечно слащавыми картинками несбыточного будущего. Тридцать секунд — отогнать прочь морок воспоминаний. ***       — Вам бы, Марья Сергеевна, не за преступниками по ночам гоняться, а мужу борщи варить… — Мерно и нравоучительно излагал Кораблёв, всматриваясь в тёмные подворотни родного города. Там, где и его новая машина ползла кое-как. — Выгонит Вас супруг Ваш, и что тогда делать станем?       Вопрос был скорее риторический. Её первого мужа Кораблёв, вполне резонно даже за человека не считал. Язвил, подтрунивал, посмеивался. И где-то в глубине поросшей цинизмом души мечтал, чтобы Андрей Перевалов исчез — хоть и сквозь землю провалился. ***       — Ну и что брать то с меня… — Обманчиво беззаботно рассмеялся Кораблёв, ощутив на губах неприятную горечь. — Ни жены, ни детей… — Смех щекотал горло до приступа кашля.       Её второй муж внезапно оказался настоящим — нормальным мужчиной. Так, что придирчивый до безобразия майор тайно благословил их союз — выпил бутылку дорогого коньяка в гордом одиночестве.       — Кораблёв! — Дмитрий окликнул уже потерявшую очертания фигуру. — Знаешь, Я тут третьего дня Перевалову нос сломал. — Вкрадчиво. Без лишних деталей — интимных подробностей.       — Повезло Тебе, Луганский… — Процедил сквозь сжатые зубы — из последних сил. — Ты только Марии Сергеевне не рассказывай. Не надо. — В его глазах задыхались заблудшие черти.       Чужое солнце — себялюбивая взбалмошная принцесса. Чужое солнце — девочка с огромными серо-зелёными глазами и озорной улыбкой. Ясное — Чужое солнце. ***       — Возможно. — Товарищ майор, наконец очнувшись, выдавил из себя запоздалую реакцию.       Где-то у Кораблёва внутри — за хворостом ребёр трепыхалось как мотылёк совершенно чёткое осознание. Он переступит все мыслимые и немыслимые рубиконы, лишь бы Его солнце светило тепло и ярко. ***