Часть 13

      В город они въехали поздно вечером, подростки с усталым шумом выпали из автобуса. Кика и Кендалл встретила Миссис Бутовски. — ох ребята, какими же уставшими вы выглядите! — она взяла сумки у Кендалл. — давай дорогая, садись, я довезу тебя. Кик, загружайтесь. Кик посмотрел слегка виноватой улыбкой на Кендалл, его мама порой была чрезмерно активной. Они уселись на задние сиденья ее фольксвагена, и Кик, пожалуй, специально сел ближе, чем это следовало. — ну? Как съездили? — беседа выходила односторонней, Ханни задавала вопросы, тут же перескакивала на другую тему, рассказала как Бри заняла какое-то там место на конкурсе красоты. Кик периодически вставлял свои «угу», «понятно», «ммм» и «вау». Кендалл уставши смотрела как мелькают дома освещенные уличными фонарям. Завтра все станет прежним. Ее ладонь накрыли его теплые пальцы. Или может чуточку лучше. Надо же как эти пять дней вне дома поменяли ее жизнь, поменяли ее саму… Машина остановилась и вот на Кендалл взирали окна ее дома, в гостиной горел свет. — Эй, — она оглянулась, Кик оказался ужасно близок. — спокойной ночи, Кенди. — его взгляд полный нужности и ласки застал ее врасплох. — Д-да, спасибо и тебе. — она вышла, забрала вещи, и машина тронулась. «кенди» — а как давно он вообще ее так зовет? Конфетка — как она не замечала, почему принимала как должное? И всегда ли он произносил это прозвище таким голосом? Внезапный поток догадок неожиданно смутил Кендалл и она поспешила домой. Как только входная дверь хлопнула из гостиной донеслось: — милая, мы тут. — по стенам прыгали блики телевизора. Родители смотрели какой-то фильм — как поход родная? — отец убавил громкость. — Ханни обещала тебя подвезти. — да, она довезла. Ну… Мой телефон промок и больше не работает. А наши «руководители» — девушка показала воздушные кавычки — может и хорошие ученые, только совершено не тактичные и социальные люди, по крайней мере Джоршуа. Он даже из палатки не вышел, когда мы уходили… — ой, ты чего такая красная? Ты не заболела? — женщина встала и приложила руку ко лбу дочери. — не переживай, съездим за телефоном в выходные. Ты голодна? — папа развернулся, опершись на спинку дивана. — нет. Нет все хорошо. Просто устала. Я, пожалуй, в душ и спать.       Ее мучала совесть, хотелось поделится как прошли эти пять дней, как она жила с парнем, как Кик нес ее на руках и как они поцеловались… но ведь они не поймут. Они услышат совсем не то, что она попытается сказать.       Утро наступило неожиданно. Горячий вечерний душ смыл запах костра и прикосновения Кика, мягкая кровать выключила все тревоги, не дав даже помечтать. Кендалл спала сладко и крепко и на удивление выспалась. Собравшись и позавтракав, мама отвезла ее в школу. Хотелось бы пересечься с Джеки, Киком или Гюнтером, но возможности им написать не было. Школа гудела, ученики носились туда-сюда. Шум бодрил и Кендалл отправилась к своему шкафчику, на удивление у него собралось много народу. На нем пестрили фотки и огромная красная надпись «Шлюха сорвиголовы». Сердце пропустило удар. Фото, где она в последнюю ночь залазит к нему в очень коротких шортах, фото не четкое, но ее белые ноги хорошо видны. Фото, где она стоит рядом с Киком в его шортах, а он без футболки. И фото, где они целуются. Холодный пот прошиб ее тело. Дыхание сперло. Все это время их видели. Их снимали. Все это время кто-то наблюдал. И все переврали. Кендалл тупо уставилась на дверцу. Руки дрожали, а на глаза наворачивались слезы. Опять. Глубокий вдох. С ледяным спокойствием она подошла ближе, сзади послышались смешки и шепот. Введя код, она молча открыла шкафчик и убрала туда вещи. Затем сорвала фото у так же молча выбросила. Опять. Но не в этот раз. Гордо подняв голову, она громко сказала: — либо осмельтесь спросить, либо перестаньте шептаться.       И ушла на урок. Боль и обида распирали изнутри. А друзей рядом не было.       Математика стала островом передышки. Кика так и не было. Пока учитель объясняла новую тему, по рядам ходили бумажки, все что адресовалось Кендалл, она просто скидывала в рюкзак. Писать шутки и сплетни она не будет. — Извините, Мистер Брукс, напомните, как вычитать среднее число? — рука поднялась где-то впереди, кажется, это был Дик. Кендалл не слушала, она прошла эту тему сама и сейчас просто решала задачки. — Чтобы найти среднее арифметическое, нужно добавить известные числа и разделить их на количество этих чисел, а к чему это вопрос, Дик — Мистер Брукс развернулся к классу. — получается, чтобы узнать среднюю цену мне нужно знать… — цену за единицу товара и сколько его было продано — учитель все еще не понимал суть вопроса. — Хм… Тогда, Перкинс, тебе, наверное, проще посчитать. Ты же недавно услуги оказывала. — класс словно взорвался хохотом и интересом, но их прервал громкоговоритель: — КЕНДАЛЛ ПЕРКИНС К ДИРЕКТОРУ! Кендалл глубоко вдохнула, внимательно посмотрела на Дика, собрала свои вещи, поднялась с места. — извините, мистер Брукс, но раз меня и так вызывают к директору… — она подошла к Дику и с размаху дала ему очень звонкую пощёчину. Парень отшатнулся и ошарашено схватился за щеку. Смех оборвался так же резко, как и начался. Кендалл вышла из класса под оглушительную тишину.       У директора ее уже ждали родители, родители Кика и сам Кик, который, к слову, выглядел очень настороженно, но мятая щека показывала, что проснулся он недавно. — кхе-кхе, Кендалл садись пожалуйста. — ей указали на стул рядом с киком у родителей. — как вы понимает сложился вопиющий случай! — продолжал директор. — мы отправили класс на экскурсию, договорились с ведущим научным центром Меллоубрука, с лучшим учёным… а что мы получили? Лучшая ученица была замечена в распутстве! — у Кендалл округлились глаза. Мама рядом напряглась. Директор бросил на стол фотографии что сегодня красовались на ее шкафчике и еще парочку других. Миссис Бутовски взяла со стола фото где они целовались. — кто в их возрасте не целовался? Посмотрите, водопад, природа, романтика — да я бы сама там целовалась! — дело не в этом. — Директор пышел возмущением. — это неподобающее поведение для лучшей ученицы! — вот как? То есть линчуют даже не их вдвоем, а только ее? Это была последняя капля. Директор что-то говорил про целомудрие, уважение и еще сколько-то громких слов… родители Кика спорили, ее мама вздыхала и цыкала. Кик пытался объяснить, но его заткали. Отец пытался разобраться… ...а она… — да вы хоть проверили? — сквозь сжатые зубы выдала Кендалл. Ее услышали. Стало ужасно тихо. — что? — директор оставался надменным. — да вы хоть разобрались что было? — она сказала уже громче. — или точно так же просто поверили фото? Как и тогда? — ярость нарастала и голос ставал громче. — Проверили, что случилось с моей палаткой? Что случилось с телефоном? Почему я вообще оказалась рядом с ним? Я просила подселить меня к кому-нибудь из девочек, то они решили, что какие-то склянки в палатке Патриции важнее и меня за руку отвели к Кику. Был выбор спать на улице в мокром спальнике или у него. Вы узнали это у ваших организаторов? Нет! — она почти кричала! — и сейчас вы обвиняете меня так, словно я перетрахала пол школы! — Кендалл! — одернула ее мама. — Что?! Хочешь сказать ты тоже не поверила этим фото? Как прошлый раз? — на глазах появились слезы. — все это время я училась лучше все, всем помогала и не давала повода доля этого. Но если вам так хочется думать об обратном. То вот вам новая сплетня! Идите НАХУЙ с вашими домыслами! — она развернулась и вышла. Кик встал и пошел за ней. — Я еще не закончил, молодой человек! — первым одернулся от шока директор. — мне плевать.       Кендалл шла по коридору, слезы ручьем стекали по щекам, пожалуй повезло, что еще идет урок. Кик спешно нагнал ее и обнял со спины. Она развернулась и уткнулась ему в грудь.       Её плечи всё ещё дрожали, а дыхание никак не могло выровняться, когда она сказала: — я хочу уйти от сюда. — хорошо. — он взял ее за руку, и они вышли из здания. Кик достал скейт борд. — куда? — домой.       Кик ехал быстро, филигранно огибая трещины на асфальте. Слезы все еще текли по щекам Кендалл, встречный ветер срывал их и оставлял их далеко позади.       Дома было тихо. свет был выключен и дом пах домом. Кик перемялся с ноги на ногу не решаясь зайти. — эй, все хорошо? — она лишь дернула плечами. Некая тревога нарастала внутри. обведя взглядом родные стены, Кендалл поняла. — они сняли мою дверь…- опустошенно сказала Кендалл кивая на лежащую у стены дверь. — кто бы сомневался… -горькая усмешка коснулась ее губ. — Кенди… ты хочешь здесь остаться? — он нежно коснулся ее локтя, выводя из транса. — не знаю… мне… больше некуда…почему они верят не мне? — она повернулась к Кику и ему стало больно от выражения ее глаз. Мама и папа предали ее. Внутри не осталось ярости, грусти и злости, лишь серая горечь выжигала душу. — есть место, ты сможешь выдохнуть там… хочешь я отвезу? — сейчас она казалось хрустальной статуэткой с трещиной внутри, тронешь и рассыпется на тысячи осколков. — хочу.