Глава 22. Sonne

Примечание от автора: в этой главе будут упоминаться песни Rammstein.

Для более глубокого погружения, рекомендуется включить на фон.

Локация: Служебный коридор, кабинет Елены Время: 20:45 Елена закрывает дверь кабинета и остаётся одна. Тишина после гула зала, как глоток свежего воздуха. Она прислоняется к двери на секунду, закрывает глаза, собираясь с мыслями. Потом начинает раздеваться. Бордовый костюм аккуратно отправляется на вешалку. Она остаётся в белье, подходит к шкафу, достаёт то, что принёс Грегор. Тёмно-синий топ с золотой вышивкой. Укороченный — полоска живота остаётся открытой. Она надевает его, поправляет. Идеально сидит, подчёркивая грудь и тонкую талию. Шорты короткие, приталенные, того же оттенка. Она застёгивает их, крутится перед зеркалом. Длинные стройные ноги, её гордость, выглядят бесконечными. Казаки сапоги того же тёмно-синего цвета. Она натягивает их, проверяет, как сидят. Удобно, устойчиво. Потом подходит к зеркалу. Волосы собирает в высокий хвост, закрепляет заколками. Добавляет стрелки к макияжу — тонкие, острые, как лезвия. Смотрится. — Идеально. Она поднимает ногу перпендикулярно полу, проверяя, не сковывает ли ткань. Нет, всё свободно. Кивает своему отражению. Шлейф, тот самый, тёмно-синий с золотом, крепится к шортам сзади. Она поправляет его, чтобы ниспадал красиво. Сверху укороченный пиджак, такой же расшитый золотом. Живот всё равно видно, так и задумано. Из шкафа достаёт скрипку. Старую, любимую, с идеальным звуком. Ремни закрепляют её у шеи — привычно, быстро. Смычок в правой руке. Елена смотрит на себя в зеркало в последний раз. Глаза горят. Локация: Служебный коридор, у двери в зал Время: 20:50 Елена открывает дверь и сталкивается с Аякой. Та, видимо, шла в гримёрку, но замирает на месте. — Ой, фрау... — Аяка смотрит на неё с открытым ртом. — Вау... Елена чуть улыбается. — Сногсшибательно, — выдыхает Аяка, приходя в себя. — Кстати, Алекс приехал. Он сейчас в зале. — Хорошо. — Кажется, все наши ждут вашего выступления. — Аяка переводит дыхание. — Чана с Сиэлем тоже видела. Елена кивает. — Тогда дай знак диджею, что я сейчас выйду. Аяка упархивает в зал, а Елена остаётся у двери. Прикрывает глаза. О чём играть? Импровизация. Всегда импровизация. Музыканты подхватят — они знают её стиль, они умеют слушать. Диджей добавит бит, когда нужно. Она будет одна в первой части. Она хочет пройти по залу. Как скрипачка. Как хозяйка. Как женщина, которая может всё. — Раз... два... три... Елена открывает дверь. Локация: Общий зал Время: 20:58 Музыка затихает. Скрипачка, которая только что была звездой вечера, заканчивает свой номер, делает поклон прямо среди гостей, между столиками. Все музыканты замирают, глядя на дверь служебного коридора. Елена делает шаг. Второй. Третий. Зал выдыхает. Она идёт к барной стойке. Медленно, плавно, казаки стучат по паркету. Шлейф стелется сзади, топ открывает живот, вышивка сверкает в свете софитов. Бармен Томас видит её первой. Мгновенно понимает, подставляет табуретку к стойке. Елена касается смычком струн. Первая нота — тихая, прозрачная. Скрипка поёт почти шёпотом. Она ведёт смычок ближе к грифу — мягкий, флейтовый звук. Мелодия рождается прямо сейчас, в этот момент. Нота повторяется, окружённая соседними, создавая узор. Опевания — красивые, бесконечные. Звук завораживает, как заклинание. Как молитва. Зал молчит. Елена встаёт на табуретку. Шаг, и она уже на барной стойке. Бармены мгновенно убирают бокалы, бутылки, освобождая пространство. Она идёт по стойке, плавно, как по подиуму. Скрипка поёт. Елена доходит до середины, разворачивается спиной к зрителям. Медленно прогибается в спине, почти до горизонтали, продолжая играть. Шлейф ниспадает вниз, топ натягивается, открывая ещё больше кожи. Зал затаил дыхание. Она выпрямляется, идёт дальше. Мелодия развивается, становится чуть громче, чуть настойчивее. Но всё ещё прозрачная, как вода. Спрыгивает со стойки легко, бесшумно и идёт в зал. Между столиками. Сквозь гостей. Скрипка поёт, и никто не смеет дышать. Лу смотрит на неё с открытым ртом, и в его глазах слёзы. Не от грусти, от красоты. Алекс стоит у стены, скрестив руки, и даже его каменное лицо смягчается. Грегор, Руди, Клаус, все в бордовых рубашках, замерли у своих постов. Наверху, в комнате прослушки, Сиэль смотрит на монитор и чувствует, как сердце бьётся в ритме её музыки. Елена играет. Для них. Для себя. Для вечера, который станет легендой. Мелодия заканчивается так же тихо, как началась. Последняя нота тает в воздухе. Зал взрывается аплодисментами. Елена делает поклон — грациозный, королевский. Смотрит наверх, туда, где Сиэль. Казаки глухо стучат по паркету. Елена поднимает скрипку, но не играет — просто держит, как скипетр. Голос разносится по залу — громкий, чистый, на немецком: — Один... Зал замирает. Гости перестают дышать. Проститутки застыли у столиков. Официанты с подносами в руках, как статуи. — Два... три... Елена медленно поворачивается, осматривая зал, своих людей. Грегора у стены тот невозмутим, но в глазах гордость, Клауса — забыл про зубочистку, смотрит как заворожённый, Руди — каменный, но уголок губ дёргается. Она видит Сиэля. Он спустился вниз. Стоит у лестницы, прислонившись плечом к стене, скрестив руки на груди. В бордовой рубашке, чёрном жилете. Смотрит на неё так, будто она единственное, что существует в этом зале. Елена ловит его взгляд и чуть заметно улыбается. — Четыре... пять... шесть... Пауза. Тишина давит на уши. — Семь... восемь... девять... Она делает шаг. Ещё один. — Десять. И одним лёгким, кошачьим прыжком взлетает на возвышенность, где замерли музыканты. Скрипка взлетает к плечу. Смычок врезается в струны. Тяжёлый, ритмичный мотив — сейчас его назвали бы Rammstein, но пока это просто музыка, рождённая в её голове. Гитарист подхватывает через секунду, барабанщик врывается с мощным битом. Диджею нужно больше времени, чтобы вписаться, но он справляется — басы добавляют глубины. Каблуки сапог отбивают ритм по сцене. Тяжело, чётко, как молот по наковальне. Елена идёт к микрофону в центре. Встаёт перед ним. Скрипка всё ещё поёт. Музыканты играют куплет. Тишина перед взрывом. Барабаны отбивают последний бит. И дверь в зал открывается. Фил Найт входит с друзьями. Останавливаются на пороге, видя это. Елена не смотрит на них. Она смотрит в зал на своих людей, на Сиэля, на всех, кто здесь и поёт. — Eins, hier kommt die Sonne! Zwei, hier kommt die Sonne! Drei, sie ist der hellste Stern von allen! Vier, und wird nie vom Himmel fallen! Fünf, hier kommt die Sonne! Sechs, hier kommt die Sonne! Sieben, sie ist der hellste Stern von allen! Acht, neun — Hier kommt die Sonne! Перевод песни: (Раз — Вот всходит солнце Два — Вот всходит солнце Три — И ярче звёзд сияет пламя Четыре — Солнце вечно будет с нами! Пять — Вот всходит солнце Шесть — Вот всходит солнце Семь — И ярче звёзд сияет пламя Восемь, девять — Вот всходит солнце) Голос летит над залом, перекрывая музыку. Чистый, мощный, безумный. На проигрыше она не поёт — создаёт хор одной скрипкой, заставляя инструмент петь так, будто это десятки голосов. И снова припев. Зал сходит с ума. Гости вскакивают с мест. Кто-то подпевает, не зная слов, просто выкрикивая в такт. Проститутки танцуют, проституты хлопают. Найт смотрит на неё с открытым ртом. Сиэль не отрывает взгляда. Елена на сцене — солнце, которое взошло сегодня вечером. Локация: Общий зал, у входа Время: 21:14 Фил Найт стоит с друзьями, не в силах двинуться дальше. — Твою мать... — выдыхает кто-то из его компании. — Я же говорил, — отвечает Найт, не сводя глаз со сцены. — Она не просто хозяйка. Музыка гремит, зал ликует. Найт проходит к своему столику. Заказывает шампанское. Сегодня он точно никуда не улетит. Елена заканчивает песню. Последняя нота взрывается в воздухе. Тишина. А потом овация, от которой, кажется, дрожат стены. Она стоит на сцене, тяжело дыша, скрипка в руке. Пот сбегает по виску. Глаза горят. Она смотрит в зал на Сиэля. Парень аплодирует медленно, с чувством. Елена стоит на сцене, и её трясёт. Не видно со стороны, но только тем, кто знает. Адреналин бьёт по венам, как чистый кокаин. Глаза горят чёрным огнём. Елена сейчас не хозяйка, не женщина, не человек. Она — дьявол, который танцует в свете софитов и питается эмоциями зала, но хочет больше. Поклон короткий, королевский. Зал ещё рукоплещет, но Елена уже разворачивается к гитаристу. Наклоняется, шепчет прямо в ухо, перекрикивая аплодисменты: — Сыграй это. И напевает несколько нот. Тяжёлых, ритмичных, въедающихся в память. Гитарист слушает, кивает, глаза загораются пониманием. Пальцы уже ложатся на струны. Девушка поворачивается к барабанщику. Один взгляд и тот понимает: сейчас, с места, с нуля. Он кивает, палочки уже в воздухе. Скрипачка стоит рядом, готовая. Елена смотрит на неё — та кивает: я с тобой. Диджей ловит вайб, добавляет бит. Елена вскидывает скрипку. Музыка взрывается. Тяжёлый, ритмичный гитарный рифф. Барабаны, от которых дрожит пол. Скрипки две вплетаются в этот металлический коктейль, как яд в вино. Елена играет на сцене, раскачиваясь в такт. Потом идёт к краю. Встаёт на носочки и делает сальто назад. В воздухе скрипка продолжает петь, смычок не отрывается от струн. Она вращается, чёрно-синее золото вспышкой разрезает свет софитов. Сиэль дёргается вперёд, сердце останавливается. Грегор делает шаг. Алекс два. Но она приземляется на ноги. Идеально. Точно. Скрипка поёт дальше, будто ничего не случилось. Сиэль выдыхает. Грегор замирает. Алекс останавливается, и в его глазах нечто похожее на ужас пополам с восхищением. Клаус и Руди стоят с открытыми ртами. Руди шепчет осипшим голосом: — Что эта женщина творит? Никто не отвечает. Потому что никто не знает. А Елена уже идёт в зал. Скрипачка спускается, с другой стороны, и они расходятся, как два течения, захватывая всё пространство. Елена проходит между столиками. Шлейф стелется по полу, казаки стучат по паркету, топ открывает полоску живота, глаза горят. Она присаживается на корточки перед столиком с дамами, играет, глядя им в глаза. Дамы краснеют, забывают дышать. Потом встаёт, идёт дальше. Перед столиком Фила Найта прогибается в спине медленно, опасно, как кошка. Их взгляды встречаются на секунду. Он открывает рот, чтобы что-то сказать, но она уже разворачивается и уплывает дальше, даже не взглянув. Зал сходит с ума. Алекса она ловит взглядом. На долю секунды. Мужчина видит эти глаза. Чёрные, без дна. Такими глазами она смотрела на людей перед тем, как они умирали. Перед ним не женщина. Перед ним Дьявол. Алекс делает два шага вперёд, сам не зная зачем. Елена быстро моргает. Раз, два, и плывёт дальше по залу, продолжая играть. Скрипка поёт, адреналин зашкаливает, зал в экстазе. Локация: Общий зал, столик Фила Найта Время: 21:35 Фил сидит, не в силах оторвать взгляд от женщины, которая только что прошла мимо. — Ты это видел? — спрашивает он соседа. — Я не верю своим глазам. — Она... она чертов гений. Он подзывает официанта. — Шампанского. Самого дорогого. Ей. За столик. Официант кивает и исчезает. Локация: Столик охраны Время: 21:36 Грегор смотрит на Алекса. Тот стоит, вцепившись в перила лестницы. — Ты видел? — спрашивает Грегор тихо. — Видел. — Это было... — Да. Они молчат, потому что слов нет. Локация: Общий зал, в толпе Время: 21:40 Елена заканчивает играть. Последняя нота тает в воздухе. Она стоит посреди зала, тяжело дыша. Скрипка в руке, глаза всё ещё горят. Зал взрывается овацией. Девушка врывается за штору, как ураган. Тяжёлая ткань падает за спиной, отсекая мир. Руки дрожат так сильно, что скрипка едва не падает на пол — успевает уронить её на стол, смычок следом. Елена стоит, вцепившись в край стола. Её трясёт, всё тело крупная дрожь, будто ток бьёт. Глаза бешеные, чёрные, без дна. Дыхание рваное, со свистом. За шторой зал, музыка, овации. Здесь тишина и она, на грани. Грегор и Алекс врываются одновременно. Грегор отдаёт приказ Руди, даже не глядя на него: — Сиэля приведи. Голос стальной, не терпящий возражений. Руди выходит из ступора и бегом к лестнице. Алекс подходит к Елене. Медленно, как к раненому зверю. Она поднимает руку — стоп. Он замирает в полуметре. Молчат. В щель между шторами просовывается официант с шампанским — от Найта, наверное. Ставит на край стола и исчезает быстрее, чем появился. Елена даже не смотрит. — Елена... — Алекс решается. Голос тихий, но твёрдый. — Может, успокоительного? Она поднимает на него глаза. Взгляд — нож. — Через двадцать минут ещё сыграю, — цедит сквозь зубы. — Или дай мне человека, чтобы выпотрошить ему внутренности. Алекс молчит. Он видел её разной, но такой редко. В такие моменты лучше не спорить. Елена смотрит в одну точку. Дрожь не проходит. — Тишины хочу, — просит она, и голос становится чуть мягче. — Пять минут. Алекс кивает. Отступает к выходу из шторы, но не уходит, встаёт у входа, спиной к залу, лицом к ней. Готовый ко всему. Сиэль появляется в проёме и видит её. Сразу всё видит: трясущиеся руки, бешеные глаза, этот взгляд, которым она смотрит сквозь стены. Он подходит медленно. Садится рядом на диван. Не касается — просто садится, чтобы быть рядом. — Я здесь, — говорит тихо. Девушка смотрит на него. Дрожь чуть заметно уменьшается. — Сиэль... — Я здесь, — повторяет парень. Она тянется к нему, вцепляется в его руку. Пальцы ледяные, но хватка мёртвая. — Я не могу остановиться, — шепчет Елена. — Оно не уходит. — Адреналин. — Знаю. Он молчит. Просто сидит рядом, давая ей чувствовать его присутствие. За шторой играет музыка. Гости веселятся, а здесь тишина и двое. Локация: У входа в штору Время: 21:52 Алекс и Грегор стоят по обе стороны входа. Никто не войдёт. Никто не подойдёт. Грегор смотрит на Алекса. — Долго так? — Не знаю. — Алекс качает головой. — По-разному бывает. Они замолкают. Ждут. Локация: Столик Елены, за шторой Время: 21:55 Проходит пять минут. Елена дышит ровнее. Дрожь почти ушла. Глаза всё ещё бешеные, но уже человеческие. — Спасибо, — говорит она тихо. — Всегда. Девушка отпускает его руку. Поправляет топ, пиджак. Смотрит на скрипку. — Ещё один номер, потом всё. — Я буду здесь. Она кивает, встаёт, берёт скрипку, смычок. Смотрит на себя в маленькое зеркало на стене — поправляет волосы, выдыхает. Локация: Общий зал Время: 22:00 Елена выходит из-за шторы, и это уже не та женщина, что минуту назад тряслась в истерике. Это маска — идеальная, безупречная маска скучающего безразличия на красивом лице. Она закрепляет скрипку, берёт смычок. Глаза пустые, холодные. Если бы в зале сейчас были её враги, они были бы уже мертвы. Охрана, провожающая её взглядами, вспоминает: это не просто хозяйка борделя. Это глава мафии. Она убивала, пытала, делала вещи, о которых лучше не знать. Музыканты на сцене занимают позиции. Елена даёт знак и начинает играть. Мелодия льётся тихо, плавно. Та, что потом станет «Mein Herz Brennt». Сначала почти шёпот, прозрачные ноты, скользящие по залу как призраки. Она двигается медленно. Ноги плавно скользят по паркету, не отрываясь от пола. Каблуки сапог едва слышно шуршат. Прогибы в спине всё чаще, всё глубже. Шлейф стелется за ней, как тень. Она замирает, смотрит на барабанщика. Удар. Громкий, тяжёлый, от которого вздрагивают стёкла. Гитарист врывается следом, скрипачка подхватывает. Диджей, уже наученный, вплетается в ритм за секунды. Зал взрывается снова. Елена идёт между столиками. Подходит к богатой даме, сидящей в одиночестве за шампанским. Садится напротив, закидывает ногу на ногу, смотрит ей в глаза. Дама краснеет, открывает рот, но Елена уже встаёт. Опускается на колени перед ней. Прогибается в спине, опирается рукой в пол, встаёт на одну руку — и тут же, без паузы, переворачивается, встаёт на ноги и продолжает играть, будто ничего не было. Дама хлопает в ладоши, забыв о приличиях. Елена разворачивается и видит Фила Найта. Он сидит за своим столиком, наблюдая за ней. Девушка подходит, начинает играть ему часть проигрыша, сложную, виртуозную. Обходит его столик дугой, глядя пронзительно, будто сканирует. Взгляд падает на его закуски. На то, как сосед — тот самый, с краю — незаметно сыпет что-то в бокал Найта. Елена закатывает глаза. Она плавно обходит столик, оказывается за спиной соседа. Смычок ложится на его шею — не больно, но весомо. Музыка продолжается, никто не замечает. — А теперь выпей его бокал сам, — шепчет она соседу на ухо, перекрывая музыку. Тот замирает. Понимает, что его раскрыли. Елена дышит ему в ухо, ждёт. — Мне два раза повторить? Сосед трясущейся рукой берёт бокал Найта и подносит к губам. Пьёт. Закашливается. Елена убирает смычок и продолжает играть, отходя от столика. Найт смотрит на неё с недоумением, потом на соседа, который вдруг побледнел и хватается за горло. Она проходит мимо, даже не взглянув. Музыка гремит. Локация: Столик Фила Найта Время: 22:05 Найт смотрит на соседа, который явно не в себе. — Ты чего? — Ничего, — хрипит тот. — Воды... Найт переводит взгляд на Елену, уходящую в другой конец зала. Он начинает понимать. Девушка играет дальше. Заканчивает номер на высокой ноте, замирает, принимает овации. Спокойной походкой идёт к своему столику за штору. Елена заходит за штору, и тяжёлая ткань отсекает её от мира. Плечи опускаются только здесь, среди своих, она позволяет себе эту секунду слабости. Она расстёгивает крепления скрипки, снимает инструмент, аккуратно кладёт на стол. Следом летит смычок. Пиджак на спинку стула. Остаётся в одном топе тёмно-синем, с золотой вышивкой, открывающем плечи и полоску живота. Кожа блестит от пота после бешеного выступления. Она берёт салфетки со стола, промакивает лицо, шею, плечи. Движения усталые, но спокойные дрожь прошла. Вокруг мужчины: Алекс у входа, Грегор снаружи у шторы, Сиэль рядом на диване. Все смотрят на неё с вопросом в глазах: ты в порядке? Девушка ловит эти взгляды и отмахивается: — Пойдёт. Взгляд падает на бутылку шампанского, стоящую на столе. Дорогую, в серебряном ведёрке со льдом. Елена смотрит непонимающе — она не помнит, чтобы заказывала. — Официант сказала — от Фила, — поясняет Грегор из-за шторы. Алекс выдыхает, он всё ещё под впечатлением. — Такой концерт... — Он качает головой. — Ты поэтому позвала меня? Я впечатлён. Елена смотрит на него, и в её глазах тень улыбки. — Шампанское? — Она вспоминает что-то. — О! Там что-то сосед подмешал Филу. Она переводит взгляд на Грегора. — Грегор, подойди к нему и спроси, всё ли в порядке. Грегор кивает и исчезает. Елена берёт бутылку, крутит в руках. — Ну, отрывай. — Она смотрит на Сиэля, намекая. — Все выпьем, раз угощает мужчина. Сиэль берёт бутылку, ловко открывает. Пробка вылетает с тихим хлопком, пена чуть не выплёскивается — он успевает подставить бокалы. Разливает всем. Елена поднимает бокал. — За музыку. За то, что она нас не убивает. — Только если ты играешь, — усмехается Алекс. — Даже когда я играю, — поправляет Елена. — Сегодня повезло. Они пьют. За шторой гремит музыка, зал веселится. Локация: Столик Фила Найта Время: 22:19 Грегор подходит к столику. Найт сидит, сосед рядом бледный, пьёт воду. — Мистер Найт, — Грегор наклоняется. — Фрау Вайс спрашивает, всё ли в порядке. Найт поднимает бровь. Смотрит на соседа, потом на Грегора. — Передайте ей, что я в полном порядке. — Он делает паузу. — И что я должен с ней выпить лично. Грегор кивает и уходит. Найт смотрит на соседа. — Мы поговорим позже, — говорит он тихо. — Очень серьёзно. Тот бледнеет ещё сильнее. Локация: Столик Елены, за шторой Время: 22:21 Грегор возвращается, просовывает голову в штору. — Он в порядке. Просил передать, что должен выпить с вами лично. Елена усмехается. — Посмотрим. Она допивает шампанское, ставит бокал. — Ладно. — Она встаёт, поправляет топ. — Пойду в кабинет, переоденусь. Потом вернусь. — Я с тобой? — спрашивает Сиэль. — Останься. Проконтролируй зал. — Она смотрит на него. — Я скоро. Девушка выходит из-за шторы и идёт в служебный коридор. Сиэль смотрит ей вслед. — Она невероятная, — говорит Алекс. — Знаю, — отвечает Сиэль. Локация: Служебный коридор, кабинет Елены Время: 22:27 Елена идёт по коридору, и каждый шаг даётся с трудом. Ноги ватные, дыхание сбитое. Персонал попадается навстречу — официанты, уборщицы, кто-то из проституток. Все сыплют комплиментами: — Фрау Вайс, это было невероятно! — Вы божественно играли! — Такого вечера у нас ещё не было! Она дежурно улыбается, кивает, проходит мимо. Улыбка ничего не значит — просто мышцы лица. Наконец дверь кабинета. Щелчок замка. Тишина. Елена прислоняется спиной к двери и выдыхает и её снова начинает трясти. Мелкая, противная дрожь по всему телу. Музыка, выступление, этот посыл, адреналин — всё смешалось в коктейль, который пошатнул её спокойствие, сильно пошатнул. Девушка отошла от двери, быстро, почти судорожно расстёгивая топ, стягивая сапоги. Одежда летит на пол. Остаётся в белье — чёрном, кружевном, контрастирующем с бледной кожей. Идёт к столу. Там, в ящике, всегда есть успокоительное. Руки дрожат, когда она открывает пузырёк, вытряхивает две таблетки, глотает без воды. Прикрывает глаза, ждёт. Становится легче, не сразу, но постепенно дрожь уходит, дыхание выравнивается. Елена подходит к шкафу, достаёт бордовый костюм-тройку. Надевает медленно, смакуя каждое движение. Бельё скрывается под тканью, пуговицы застёгиваются одна за другой. Высокие каблуки — щёлк, щёлк — встают на место. Волосы распускает — тёмные волны падают на плечи. Смотрит в зеркало. Слегка хлопает себя по лицу — раз, другой, чтобы вернуться в реальность. Закрывает глаза. Музыка часто передаёт то, что человек чувствует внутри. Сегодня она передала слишком много. Открывает глаза. Смотрит на своё отражение. — Хватит, — говорит она вслух. — Гении не говорят, что они гении. Просто надо было выпустить пар. Всё хорошо. Ты молодец, Елена. Усмехается и выходит из кабинета. Локация: Общий зал, барная стойка Время: 22:46 Елена идёт через зал. У её столика стоят Алекс и Грегор, два монолита. Сиэль, наверное, внутри. Но она сначала подходит к бару. Томас за стойкой, ловко смешивает коктейли. Музыка гремит, но она наклоняется и кричит: — Томас! Приготовь два кувшина коктейлей за столик к Филу! За счёт заведения! Томас кивает, показывает большой палец. Понял. Елена идёт к своему столику. На ходу касается рукой Алекса, приглашая за собой. Тот поднимает бровь, но идёт. За шторой Сиэль на диване. Елена садится рядом, сразу тянется к сигаретам. Закуривает, глубоко затягиваясь. Потом глоток шампанского того самого, от Найта. — Что думаешь по поводу Фила? — спрашивает она, выпуская дым. Сиэль смотрит на неё. Видит, что она уже в норме. — Интересный. Умный. Осторожный. — Согласна. — Она делает ещё затяжку. — Кстати, видела тут пару депутатов из Америки. Пока ходила по залу, услышала, о чём они говорили. Алекс и Сиэль напрягаются. — О чём? — О выборах. — Она усмехается. — Но не только. Кто-то из них упомянул Коваржа. Тишина. — Сказал, что тот ищет не ту женщину, и что кто-то из местных ему помогает. Сиэль переглядывается с Алексом. — Надо проверить, — говорит Алекс. — Уже. — Елена тушит сигарету. — Чан ищет. К утру будут имена. Алекс сидит на краю дивана, неудобно, но терпимо. Он не привык к таким сборищам обычно он в тени, на периметре, в машине. Но здесь, за шторой, с ними, он чувствует себя... странно. Почти спокойно. Штора колышется. Аяка просовывает голову — светлые волосы, улыбка, глаза ищут только его. — Ты как закончишь, меня заберёшь? — голос ласковый, почти мурлыкающий. Алекс смотрит на неё, кивает один раз. Проститутка улыбается ярче и исчезает, только лёгкий шлейф духов остаётся в воздухе. Сиэль смотрит на Алекса, в глазах довольная искра. — Заберёшь её, да? — тянет он, слегка передразнивая интонацию Аяки. Елена давится шампанским. Она переводит взгляд с одного на другого, пытаясь понять, не ослышалась ли. Сиэль подкалывает Алекса? Сиэль, который вечно серьёзный, вечно в блокноте, вечно с каменным лицом? Этот Сиэль? Алекс смотрит на Сиэля. Долго. Оценивающе. Потом его лицо — каменное, непроницаемое — чуть заметно меняется, уголок губ дёргается вверх. — А ты свою забрал? — отвечает мужчина ровно. Сиэль открывает рот, но не находит слов. Елена замирает с бокалом у губ. Глаза бегают от одного к другому. Потом до неё доходит. — Вы... — она пытается сохранить серьёзность. — Вы что, общаетесь? За моей спиной? Алекс пожимает плечом. — Иногда. Сиэль наконец приходит в себя. — Мы просто... ну... — он мнётся. — Он рассказывал про Аяку. Я рассказывал про тебя. Немного. — Вы обсуждаете нас? — Елена поднимает бровь. — За шампанским? — Мы не пьём шампанское, — поправляет Алекс. — Мы пьём кофе, иногда виски. Елена смотрит на Сиэля. Тот выглядит как нашкодивший мальчишка. — Я не знала, что вы друзья. — Мы не друзья, — говорит Алекс. — Мы просто... — Сиэль ищет слово. — Уважаем друг друга. Елена сдаётся. Улыбка выползает на лицо, и она перестаёт её прятать. — Ладно. — Она отпивает шампанское. — Только не вздумайте обсуждать, какая я в постели. Алекс смотрит на неё абсолютно серьёзно. — Я бы не посмел. Сиэль краснеет. Елена хохочет тихо, но искренне. Локация: Общий зал, столик Фила Найта Время: 23:10 Фил сидит с друзьями, но взгляд то и дело уходит к шторе в углу зала. Он уже отправил соседа в туалет приводить себя в порядок после неудачной попытки отравления. Теперь пьёт только то, что открыто при нём. — Ты идёшь к ней? — спрашивает один из друзей. — Жду приглашения. — А если не позовёт? — Позовёт. — Найт уверен. Он берёт бокал с шампанским и делает глоток. Ждёт. Локация: Столик Елены, за шторой Время: 23:15 Елена докуривает, допивает шампанское. Смотрит на мужчин. — Ладно, мальчики. — Она встаёт. — Пойду проветрюсь и посмотрю, созрел ли наш американец. — Мы с тобой? — спрашивает Сиэль. — Нет. — Она поправляет пиджак. — Вы здесь. Я сама. Девушка выходит из-за шторы и идёт к бару. Алекс и Сиэль остаются вдвоём. — Ты ей нравишься, — говорит Алекс. — Знаю. — Она опасная. — Знаю. — Но ты не боишься. — Нет. — Сиэль смотрит на него. — А ты боишься Аяку? Алекс молчит долго. — Боюсь, что с ней что-то случится, — отвечает он наконец. — Понимаю. Они сидят в тишине, двое мужчин, которые любят опасных женщин. Локация: Барная стойка Время: 23:18 Елена подходит к бару. Томас ставит перед ней бокал шампанского — ещё один, от Найта. — Передайте мистеру Найту, что я готова выпить с ним, если он хочет, — говорит она Томасу. — Пусть подходит к моему столику. Томас кивает и идёт к столику Найта. Елена возвращается за штору. Через минуту Фил Найт подходит к столику. Грегор раздвигает шторы, пропуская его. — Фрау Вайс. — Мистер Найт. — Она указывает на место напротив. — Садитесь. Выпьем. Мужчина садится. Алекс и Сиэль поднимаются синхронно, будто репетировали. Ни слова, ни взгляда — просто встают и уходят. Сиэль к лестнице на второй этаж, в комнату прослушки. Алекс наружу, к Грегору, который стоит у входа в штору. Алекс не уходит далеко. Прислоняется плечом к стене рядом с Грегором. Тот косится на него. — Что-то случилось? — Нет. — Алекс смотрит в одну точку. — Просто её взгляд сегодня... я останусь здесь. Грегор кивает, понимает. Локация: Столик Елены, за шторой Время: 23:20 Елена сидит, закинув ногу на ногу. Бордовый костюм сидит идеально, каблук покачивается в воздухе. Напротив Фил Найт, расслабленный, но внимательный. — Может, закуски или ещё чего? — спрашивает Елена, но не ждёт ответа. Она уже тянется к шторе, нащупывает широкую спину Грегора. — Грегор, закуски на стол закажи на свой вкус. — Сделаю, фрау. Грегор исчезает. Фил смотрит на бутылку шампанского — ту самую, что прислал. Берёт, разливает по двум бокалам. Один ей, другой себе. Елена принимает бокал, смотрит на него сквозь прозрачную жидкость. — За новую встречу. — Она чуть улыбается. — Честно, не думала, что вы придёте. Она врёт и он, кажется, понимает, но в этой игре правда не важна. Они чокаются. Шампанское холодное, дорогое, идеальное. — Как вам сегодняшнее выступление? — Елена откидывается на спинку дивана, берёт сигарету, прикуривает. Пачку толкает к нему через стол. Фил берёт сигарету, закуривает от её зажигалки. — Невероятно, — говорит он просто. — Я думал, что видел всё в этом бизнесе. Но такое... — Он качает головой. — Вы не просто играете. Вы живёте в музыке. Елена выпускает дым. — Музыка — это единственное, что нельзя подделать. — Она смотрит на него. — В бизнесе можно, в политике, в постели, а в музыке нет. Фальшь слышна сразу. Он кивает, обдумывая. — Вы поэтому выбрали этот бизнес? Потому что там можно фальшивить? Она усмехается. — Я выбрала этот бизнес, потому что он мой по праву рождения. — Она затягивается. — А фальшь... я её ненавижу. Поэтому у меня здесь всё по-настоящему. — Дорого, качественно, безопасно? — он цитирует почти точно. — Вижу, вы читали наши брошюры. — Я читаю всё, что попадает в руки. Привычка. Грегор появляется с подносом закусок: сыры, оливки, тонко нарезанное мясо, маленькие тосты с чёрной икрой. Ставит на стол и исчезает так же бесшумно. Фил берёт оливку. — У вас отличная команда. — Лучшая в Вене. Они пьют, курят, говорят о музыке, о бизнесе, о жизни, о том, как трудно доверять людям, когда у тебя есть что терять. — Тот сосед, — говорит Фил вдруг. — Он больше не сядет за мой стол. Спасибо. Елена пожимает плечом. — Это моя работа. Здесь никто не травит гостей. — Я в долгу. — Вы уже заплатили. — Она кивает на бутылку. — Шампанским. Фил смеётся. — Этого мало. — Тогда приходите ещё. Он смотрит на неё долгим взглядом. — Приду. Локация: Столик Елены, за шторой Время: 23:50 Разговор заканчивается. Фил встаёт, протягивает руку. — Спасибо за вечер, за музыку, за защиту. Елена пожимает руку. — Всегда пожалуйста. Мужчина уходит. Грегор провожает его до столика. Елена остаётся одна, берёт сигарету, закуривает. Сиэль спускается через минуту, садится рядом. — Ну как? — Хорошо. — Она выпускает дым. — Очень хорошо. — Он придёт ещё? — Сказал, что да. Сиэль кивает. Елена смотрит в щель между шторами. Алекс стоит снаружи, ловит её взгляд и медленно, осторожно задвигает штору до конца. Теперь они полностью отрезаны от мира. Девушка поворачивается к Сиэлю и целует его. Страстно, жадно, как будто это последний поцелуй в её жизни. Она позволяет себе это здесь, за своим столиком, в разгар вечера, когда гости пьют, проститутки работают, а музыка гремит за шторой. Позволяет, потому что может, потому что она хозяйка. Сиэль тает. Он всегда тает под её руками, под её губами. Отвечает с той же жадностью, притягивает ближе. Девушка отстраняется первой. Дышит тяжело, сбивчиво. — Ты всё ещё заводишь меня в этом жилете. — Она тычет пальцем ему в грудь, туда, где чёрный жилет облегает торс. — Это незаконно. Сиэль улыбается той улыбкой, от которой у неё внутри всё переворачивается. — Мне раздеться? Елена закатывает глаза, но улыбку не прячет. — Обойдёшься. Девушка откидывается на спинку дивана. Сигарета давно погасла в пепельнице. Она берёт новую, но не закуривает, крутит в пальцах. — Фил... — начинает она. Сиэль ждёт. — Он приходит сюда за «дефицитом». — Она делает паузу. — Но каким именно? Сиэль молчит. Парень знает ответ, но хочет, чтобы она сказала сама. — Мне выгодно, что он пополняет кассу на огромные суммы. — Елена смотрит в одну точку. — Там многие, кто отстёгивает большие деньги, но все они приходят, чтобы с кем-то трахаться. Это бордель. Не бар, не кабаре. Елена переводит взгляд на Сиэля, берёт его за руку, тяжело выдыхает. — Из-за меня? Она уже знает ответ. Просто хочет услышать. Сиэль сжимает её пальцы. — Ты главный дефицит этого заведения, — говорит он тихо. — Ты то, что нельзя купить. Ты играешь, поёшь, танцуешь, появляешься и всё это бесплатно. Для всех. Но только здесь, только в этом зале. Ты — эксклюзив, который не продаётся. Она молчит, переваривает. — И он, — продолжает Сиэль, — как и многие, приходит не за проститутками. Он приходит за возможностью увидеть тебя, поговорить с тобой, прикоснуться к твоему миру. — Но он не прикасается. — Не прикасается. — Сиэль кивает. — Пока, но он платит за возможность быть рядом и таких много. Елена задумчиво кивает. Подносит сигарету к губам, Сиэль даёт огонь. — Я создала монстра, — говорит девушка, выпуская дым. — Сама стала дефицитом. — Ты создала империю, — поправляет парень. — А дефицит — это её основа. Девушка смотрит на него долгим взглядом, потом тянется, целует в щёку. — Спасибо, что говоришь мне правду. — Всегда. Локация: Общий зал, у столика Елены Время: 03:00 В зале постепенно стихает. Пик вечера прошёл, самые шумные гости либо уехали, либо разошлись по VIP-комнатам. Музыка играет тише — диджей перешёл на лаунж, чтобы не мешать тем, кто ещё работает, и не напрягать тех, кто уже просто пьёт. Алекс стоит у входа в штору, Грегор рядом. Они оба смотрят в одну точку, но мыслями каждый в своём. Прошло несколько часов с тех пор, как Сиэль ушёл наверх. Елена так и сидит одна за шторой. Не двигается. Просто сидит с закрытыми глазами и дышит. Алекс приоткрывает штору, заглядывает. Видит её спокойную, неподвижную, выдыхает. — Раньше я бы подумал, что нужно к ней Лу послать, — говорит он тихо, чтобы не потревожить. — Но сейчас ей надо побыть одной. Грегор кивает. — Её взгляд... — Алекс замолкает, подбирая слова. — Это было чистое безумие. Ты поэтому не уходишь? — Да. Грегор смотрит на него. Потом переводит взгляд в зал, где проститутки лениво потягивают коктейли, а проституты обсуждают прошедший вечер. — Ты редко бываешь тут, — говорит Грегор. — Тем более, когда в борделе шоу устраивают. — Работа. — Знаю. — Грегор усмехается. — Однажды Елена заставила проституток и проститутов петь. Ну как заставила... попросила. Аяка пела. Алекс поворачивает голову. — Да, Аяка рассказывала. — В его голосе появляется что-то тёплое. — Тот вечер тоже был фурорным. — Ага. — Грегор кивает. — Но кажется, из-за этого дрыща, выручка за сегодня улетит в космос. Алекс смотрит на него. В глазах тень улыбки. — На твоём фоне все дрыщи. Грегор прыскает, для него это почти смех. — Иди ты. Они замолкают. Стоят, охраняя покой женщины за шторой. Локация: Столик Елены, за шторой Время: 03:04 Елена не спит. Она просто сидит с закрытыми глазами, позволяя телу отдыхать, а мыслям течь медленно, как смола. После такого выброса адреналина нужно время, чтобы прийти в себя. Она слышит голоса снаружи, но не вслушивается. Свои разберутся. Ритм дыхания выравнивается. Пустота внутри заполняется тишиной. Локация: Общий зал, лестница Время: 03:18 Сиэль спускается по лестнице. Уставший, но довольный — ночь в прослушке дала несколько интересных записей. Он подходит к столику Елены. Грегор и Алекс встречают его взглядами. — Она всё ещё там? — спрашивает Сиэль. Оба кивают. — Я её разбужу и поедем домой. Алекс поворачивает голову. — Я вас до машины провожу. Сиэль кивает и заходит за штору, видит её — сидит с закрытыми глазами, дышит ровно. Не спит, но в глубоком покое. Парень садится рядом, молчит, кладёт руку на её. Девушка открывает глаза, смотрит на него. — Всё хорошо? — Хорошо. — Она улыбается уголками губ. — Просто отдыхала. — Поехали домой? — Поехали. Елена встаёт, поправляет костюм, берёт его за руку, и выходят из-за шторы вместе. Алекс и Грегор провожают их до выхода. Алекс садится в машину с ними проводить. Чёрный «Мерседес» плавно катит по ночным улицам Вены. За окном пустые проспекты, жёлтые фонари, редкие прохожие. Город спит. Елена лежит на груди у Сиэля, прикрыв глаза. Успокоительное сделало своё дело — адреналин ушёл, осталась только тягучая, приятная усталость. Девушка молчит, переваривает вечер: музыку, взгляды, Фила, этого соседа с отравой, бешеный драйв выступления. Сиэль гладит её по голове, медленно, успокаивающе. Пальцы путаются в тёмных волосах, гладят висок, спускаются по шее. Она вздыхает, прижимаясь теснее. Алекс за рулём смотрит только на дорогу. Не оборачивается. Не мешает. Машина останавливается у подъезда. Сиэль выходит первым, обходит машину, открывает дверь. Протягивает руки. Елена тянется к нему, и он берёт её на руки легко, будто она ничего не весит. Девушка обвивает его шею руками, прижимается щекой к груди. Не сопротивляется, наоборот — расслабляется ещё больше. Алекс выходит, оглядывает пустой двор. — Я посторожу, пока вы не зайдёте. Сиэль кивает и несёт Елену в подъезд. В лифте она поднимает голову, смотрит на него сонным, но очень живым взглядом. — Я всё ещё хочу тебя, — говорит она, и голос звучит низко, интимно. — Ты завёл меня с самого утра. Она тянется, целует его в шею — прямо там, где бьётся пульс. Губы тёплые, влажные, настойчивые. — Бери ответственность. Сиэль усмехается. — Обязательно. Лифт останавливается. Парень выходит, несёт её к двери. — И кстати, — добавляет она, пока он возится с ключами. — Твоя квартира по соседству. Займись переездом завтра. Дверь открывается. — Возьми кого-то из парней, они помогут. — Хорошо. Сиэль заходит в квартиру, закрывает дверь ногой. Он ставит её на пол, но она не отпускает его шею. Стоит, прижимаясь, глядя снизу вверх. — Ты меня слышал? — Про квартиры? — Про ответственность. Парень улыбается той улыбкой, от которой у неё внутри всё переворачивается. — Слышал. — И? — И собираюсь её взять. Девушка довольно улыбается и снова целует его. Теперь в губы. Он отвечает. В прихожей тихо, только их дыхание. Локация: Спальня Время: 04:01 Она лежит на кровати, раскинув руки. Костюм уже на полу. Сиэль рядом тоже без одежды, но ещё в той самой улыбке. — Ты не представляешь, как я тебя хотела сегодня, — шепчет Елена. — Представляю. Я видел твой взгляд. — Не тот. Другой. Он целует её плечо. — Какой? — Которым я смотрела на тебя, когда играла. Парень замирает. — Я думал, ты смотрела на всех. — На всех. — Елена поворачивает голову, смотрит ему в глаза. — Но один раз только на тебя. Ты заметил? — Да. — И что подумал? — Что я самый счастливый человек в этом зале. Девушка улыбается. — Ты и есть. Сиэль притягивает её ближе. Остаток ночи они проводят вдвоём.