Часть 23

Письмо Домерика Болтона к Сансе Старк пришло через неделю после официального ответа Неда. Конверт был запечатан личной печатью Домерика — не ободранным человеком дома, а простым оттиском с изображением белой горы. «Леди Санса, Мой отец получил согласие лорда Старка на продолжение нашего общения. Я пишу это не как формальный долг, а как подтверждение того, что наши слова у пруда в Богороще не были развеяны ветром. В Дредфорте сейчас выпал первый тяжелый снег. Он укрыл камни так плотно, что замок кажется спящим. Здесь красиво, но эта красота сурова и не терпит слабости. Я часто вспоминаю наш разговор о честном воздухе Севера. Кажется, здесь он именно такой. Я буду ждать новой встречи, когда мой отец сочтет время подходящим для официального визита. До тех пор я остаюсь вашим верным союзником. Домерик Болтон» Санса стояла в тени каменной арки у выхода во двор, когда Теон Грейджой, бесшумно подкравшись сзади, ловким движением выхватил уже вскрытое послание прямо из её рук. — Ну-ка, ну-ка, что тут у нас? — Грейджой оскалился, высоко задрав руку с листком и уворачиваясь от мнимого толчка. — Тайная переписка? Посмотрим, какие баллады строчит южный щеголь из Дредфорта. Братья, Робб и Джон, стоявшие неподалёку у оружейной стойки, мгновенно повернули головы. За завтраком неделю назад они видели, как отец читал официальное письмо Русе Болтона, но о том, что Нед уже дал предварительное согласие на это сватовство, парни не знали. И не узнали бы, если бы не эта дурацкая выходка Теона. — Теон, отдай, — холодно произнесла Санса, даже не сделав попытки потянуться за бумагой. Её спокойствие заставило Грейджоя осечься, но любопытство взяло верх. Он бегло пробежал глазами по строчкам, и его наглая ухмылка начала медленно сползать с лица. Он уставился на Сансу, затем на Робба и, наконец, прочитал вслух первую же фразу: — «Мой отец получил согласие лорда Старка...» Чего?! Робб подозрительно прищурился и в два шага преодолел расстояние между ними, грубо выдернув пергамент из пальцев Теона. Джон Сноу подошел ближе, заглядывая брату через плечо. Глаза обоих Старков округлились, когда они впились взглядами в текст. Шок парней был почти осязаемым. Они были уверены, что Кейтилин костью ляжет, но додавит отца в пользу королевского поезда и принца, а Нед, оказывается, уже втайне заключил соглашение с Русе Болтоном и разрешил его сыну писать Сансе. Робб медленно опустил руку с письмом, переводя ошеломленный взгляд на сестру. Джон молчал, но его брови были хмуро сведены к переносице. Парни были уверены, что матушка додавит отца в пользу королевского поезда, а тут выясняется, что у Сансы появился жених. Вот так сразу. Настоящий. С официального одобрения Неда Старка. — Значит так, — Робб шагнул к ней ближе, его голос стал непривычно строгим, наследническим. — Раз отец дал согласие на общение, мы устанавливаем правила. Первое: наедине с ним не оставаться. Никаких прогулок без гвардейцев или нас. — Второе: все его письма сначала показываешь нам, — хмуро добавил Джон, скрестив руки на груди. — Мы должны знать, что этот Болтон тебе пишет. — Третье: под руку с ним не ходить, — продолжил загибать пальцы Робб, его лицо отчаянно пылало от неловкости и растерянности. — И упаси боги от поцелуев. До официальной помолвки — ни единого шага в сторону. У парней был настоящий, глубокий шок. Они выросли вместе, привыкли защищать её, а тут тринадцатилетняя Санса за их спинами практически устроила свою судьбу. Они просто не знали, как реагировать на то, что у неё вот-прям-уже есть мужчина, который пишет ей о суровой красоте Дредфорта. На это девушка вдруг звонко, искренне рассмеялась. В её смехе не было прежней детской скромности — это был смех женщины, которая прекрасно видела всю нелепость их братской паники. — Что, и свечку в брачную ночь тоже держать будете? — отсмеявшись, лукаво спросила она, глядя прямо на старшего брата. — Да! — немедленно, на автомате ответил Робб, выпрямив спину. Внутренний двор Винтерфелла на секунду затих. Теон Грейджой, стоявший чуть поодаль, на мгновение замер, а затем согнулся пополам от оглушительного хохота, хлопая себя по бедрам так, что на него начали оборачиваться слуги у конюшен. Только спустя пару секунд до Робба дошел истинный смысл её слов. Наследник Винтерфелла густо покраснел — краска залила его лицо до самых ушей. Он открыл было рот, чтобы исправиться, но воздух кончился, и он лишь беспомощно переглянулся с Джоном. Бастард, к его чести, тоже заметно смутился, кашлянул в кулак и поспешил отвести взгляд в сторону. Санса спокойно шагнула вперед, легким движением забрала пергамент из онемевших пальцев Робба и аккуратно спрятала его в карман плаща. — Я учту ваши правила, братья, — мягко произнесла она, улыбаясь одними уголками губ, и неторопливо пошла в сторону замка, оставив парней переваривать её ответ. Теон продолжал сокрушаться от хохота, уперевшись ладонями в колени. Слуги у конюшен уже откровенно косились на них, но Грейджою было плевать. — Ну ты и выдал! — выдавил он сквозь слезы, когда девушка ушла. Он выпрямился, шумно выдыхая, и ткнул Робба локтем в бок. — «Да!» Свечку он держать будет! Семеро, Робб, я отдал бы все золото Железных островов, чтобы посмотреть на твое лицо в этот момент. Она тебя умыла. Умыла перед всем двором! Робб все еще стоял пунцовый, сжимая кулаки. Краска с лица сходила неохотно, пятнами. — Заткнись, Теон, — огрызнулся наследник Винтерфелла, резко разворачиваясь к оружейной стойке. Настроение у него было паршивое. Ему хотелось прямо сейчас взять тренировочный меч и отлупить Грейджоя до синяков, чтобы тот перестал ржать. Джон Сноу, который к этому моменту успел вернуть себе обычное хмурое спокойствие, только тяжело вздохнул и покачал головой. — Хватит зубы скалить, Теон, — негромко осадил он островитянина. — Дело серьезное. Если отец дал согласие Болтонам, значит, матушка осталась не у дел. Скоро приедет король, и начнется такой бедлам, какого этот замок еще не видел. А Санса… Санса, похоже, знает, что делает, раз так спокойно от нас ушла. Робб молча взял тяжелый деревянный меч, взвесил его в руке и посмотрел в сторону замковых ворот. Злость на шутку Теона быстро уступила место глухой тревоге. Сестра действительно вела какую-то свою, взрослую игру, и парни теперь были вынуждены подстраиваться под ее правила, хотят они того или нет. В своих покоях девушка долго размышляла, что ему ответить. Санса писала письмо долго. Она знала, что его может вскрыть Русе, поэтому каждое слово должно было быть безупречным, но понятным только Домерику. Она обмакнула перо в чернила и твердой рукой вывела первые строчки на плотном листе пергамента. «Сир Домерик, Ваше письмо застало Винтерфелл в суете — мы готовимся к большому приему. Но среди этого шума я нашла время, чтобы еще раз взглянуть на тот самый пруд. Знаете, он не замерзает даже в самые лютые морозы? Вы пишете о снеге в Дредфорте. Наверное, это к лучшему — под белым покровом мир всегда выглядит чище, чем он есть на самом деле. Я ценю вашу готовность ждать. Терпение — редкое качество, и на Севере оно ценится дороже золота. Пусть ваш путь обратно в Винтерфелл будет легким, когда придет срок. Мы оба знаем, что некоторые встречи нельзя отменить. Санса Старк» Она осторожно подула на чернила, давая им высохнуть. Текст получился именно таким, как нужно: для Русе Болтона это было сухое, вежливое послание благородной девы, одобряющей официальное сватовство. Но Домерик сразу прочитает между строк напоминание об их тайной сделке у незамерзающего пруда и подтверждение того, что она ждет его возвращения. Санса аккуратно свернула пергамент, запечатала его и позвала своего немого слугу. Больше прятать переписку от братьев не имело смысла, но лишние глаза из челяди леди Кейтилин ей всё ещё были не нужны. — Отправь с вороном в Дредфорт, — тихо велела она парню. — Лично в руки. Конюх забрал письмо, коротко кивнул и скрылся за дверью. Санса подошла к окну, глядя на то, как сумерки медленно опускаются на башни Винтерфелла. Крючок прочно засел в душе молодого Болтона, отец дал согласие, а братья, хоть и паниковали, уже приняли этот союз. До приезда короля оставалось совсем немного времени, и первая линия её обороны была полностью выстроена.