Часть третья - Зеркальное испытание

Следуя подсказкам ехидной Циррус, Первопроходец пробирался через подёрнутый призрачной дымкой лабиринт зазеркалья. Решая несложные головоломки, Келус проходил от одного однотипного помещения к другому. Везде царило запустение, периодически встречались чахлые деревца, тянущиеся к небу, полному тёмных туч, практически разрушенные монументы и испещренные трещинами керамические сосуды (в голове даже не возникало мысли их разбить, едва ли у хелиоби есть кредиты). Каждая пройденная дверь закрывалась за парнем с холодящим душу скрипом, но он упорно шёл дальше, не давая сомнению поколебать его отвагу. За очередным поворотом внезапно раздались знакомые голоса — младшая судья Комиссии десяти Владык дрожащим голоском о чём-то беседовала со своим неразрывным компаньоном Хвостом. Хранитель Стелларона ринулся к ХоХо, но материализовавшаяся Циррус преградила ему дорогу: — Постой! Ты помнишь о нашей сделке? Ты должен помочь мне скрыться от Комиссии десяти Владык. Эту трусиху я не боюсь, но вот существо, заточённое в ней, может причинить непоправимый вред. Хотя коварная хелиоби и старалась оградить Первопроходца от нежелательной компании, но Хвост вовремя заметил паразитическое присутствие и с помощью ХоХо ослабил влияние зловредного духа на Келуса, наложив защитные печати. Вдвоем с опытной, хоть и очень трусливой судьёй продвигаться стало гораздо легче. Защитные амулеты ли, или ободряющее присутствие живого человека (особенно такой милой лисички с трясущимися коленками) придавали юноше уверенности и насыщали красками этот тусклый мир. Келус, будто старший брат, подбадривал малютку ХоХо, а она безошибочно находила верный путь и помогала с загадками. Циррус же лишь вставляла едкие комментарии да переругивалась с Хвостом. За очередным дверным проёмом они обнаружили длинный коридор, оканчивающийся тупиком со знакомым зеркальным постаментом. Подойдя поближе, пленники зазеркалья услышали голос, доносящийся из гладкой поверхности: — ХоХо, это ты там в зеркале? Наконец-то я тебя нашла! — раздался таинственный голос изнутри. — Госпожа Сюэи! — откликнулась младшая судья. — Нужно избавить вас от этой иллюзии. Пройдите через зеркало, идите на мой голос… Послушав совета и взявшись за руки, Первопроходец и трусливая лисичка шагнули в неизвестность. Призрачное пространство схлопнулось на мгновение, и перед товарищами по несчастью предстала умопомрачительная картина: они очутились на небольшом островке, парящем высоко над Садом безмятежности. ХоХо в ужасе закрыла руками глаза и села на дрожащие коленки. Келус же смело подошёл к краю, любуясь открывшимся видом: каждая тропинка, каждый монумент, уютные беседки и злосчастный тростниковый лабиринт были перед ним как на ладони, и где-то там, внизу, на той стороне зеркала их ждёт судья-андроид Сюэи. Налюбовавшись видом, парень осмотрелся, решая, что делать дальше: хоть островок был мал, но на нём ютились пару чахлых деревца, было разбросано несколько коробок Журавль-экспресса, а также стояло три уже ненавистных ему зеркала. Обойдя каждое из них, хранитель Стелларона понял, что хитрые хелиоби пытаются запутать его, подражая голосу судьи, зовущей его из реальности, и, попросив о помощи лисичку, выбрал правильный постамент. Пространство опять мигнуло, но друзья всё еще были на парящем острове. Обстановка немного изменилась, везде парили призрачные бумажные куклы ХоХо, шумно шелестевшие и не дававшие вслушаться в голос, идущий из зеркал. Но и это испытание было преодолено, младшая судья безошибочно отличала лживые речи энергетических сущностей. И в третий раз ребята попали на проклятый остров, сейчас он был тих и темен, и трусиха сильнее сжала руку Келуса. — Смотри, там появилось изображение, — Первопроходец указал на ближайшее зеркало. — Где? Я ничего не вижу, — лисичка всматривалась в полированную бронзу, — Что там? — Там Ханья и… я? — юноша застыл от разворачивающейся картины. Зеркальная судья-допроситель в одном нижнем белье стояла на коленях перед двойником Келуса, вальяжно развалившимся на мягком кресле. Плавными движениями она расстегнула ширинку его штанов и достала эрегированный фаллос. Мягко поглаживая ствол одной рукой, другой она взяла с круглого деревянного столика тюбик с лубрикантом и щедро смазала им член, остаток же выдавила между своих роскошных грудей. Не снимая бюстгальтера, Ханья протиснула сначала кончик, а потом и весь стержень в свои мягкие холмы. Она преданно смотрела носителю Стелларона прямо в глаза, водя своими грудями вверх и вниз, изредка наклоняясь и нежно целуя головку. Двойник поглаживал судью по оголенным плечам и играл с её иссиня-серыми волосами. Спустя некоторое время парень блаженно закатил глаза и кончил, обильно оросив ложбинку горячим семенем. Ханья приподнялась и страстно поцеловала своего партнёра… — М-мне кажется, нам не в это зеркало, — запинаясь, сказал Келус, смущённо стараясь спрятать своё возбуждение от маленькой лисички, — едва ли Ханья будет так себя вести. Хвост и Циррус подозрительно помалкивали, а ХоХо была слишком напугана, чтоб задавать лишние вопросы. Незаметно перекладывая в кармане свой стояк, чтобы он не сильно выпирал, Первопроходец подошёл к другому зеркалу. Картина, представшая там, сразу свела все его потуги на нет. Снова двойник сидит, но теперь уже на стуле, и его руки и ноги крепко связаны синими и бордовыми шёлковыми лентами. Перед ним на огромной кровати в виде сердца лежит полностью обнаженная Ханья, одной рукой она ласкает себе грудь, а другой, широко расставив ноги, теребит свой клитор. Оба Келуса изнывают от желания, созерцая такое сногсшибательное зрелище, но тут к разгоряченной женщине томной походкой подходит её сестра Сюэи. Одеяние андроида беззвучно шелестит по одеялу, девушки тянутся друг к другу и сливаются в долгом запретном поцелуе. Сюэи нависает над Ханьей, отодвигает подол платья, являя на свет огромный механический агрегат, нацеленный в лоно сестре… — На что эти хелиоби рассчитывают? — Первопроходец, красный как рак, отворачивается от второго зеркала. — Что ж, похоже, нам в третье, — сделал заключение Келус, раздумывая, как бы снять напряжение. К счастью, прежде чем войти, парень полюбопытствовал, какую картину показывает этот постамент. Там опять предстал его двойник, но положение его вновь изменилось. Теперь уже он с красным кляпом во рту, стоя на коленях, изображал из себя стул, на котором восседала пышногрудая судья, вся затянутая в чёрную кожу и с жёсткой плёткой в руках. Ханья пришпорила покорившегося юношу и, подгоняя его шлепками по заднице, направила к давешнему столику. Там она, как и прежде, взяла тюбик с лубрикантом, но ещё к тому же здоровенный резиновый член… Носитель Стелларона в ужасе отшатнулся от этого изображения, возбуждение в момент спало. — Ха-ха-ха, — подала голос молчавшая доселе Циррус, — оказывается, могучего Первопроходца не так уж и сложно напугать. — Н-не смей его обижать, — пискнула собравшая волю в кулак младшая судья, — господин Келус очень храбрый! Он обязательно придумает, как отсюда выбраться! — Ого, молодец, трусиха, — Хвост неожиданно похвалил свою хозяйку, — если эти три зеркала нам не подходят — найдём четвёртое. Оглянувшись, юноша действительно обнаружил ещё один постамент, паривший на одиноком камне неподалёку от острова, и едва заметная полупрозрачная небесная дорога вела к нему. Келус посадил на закорки наотрез отказавшуюся ступать на призрачный мост ХоХо и осторожно перешёл на другую сторону. В бронзовом отражении он вновь увидел Ханью, она сидела на удобном кресле за небольшим круглым столиком и заполняла с помощью своей кисти раскрытую книгу. Хранитель Стелларона без раздумий вошел в это зеркало…