Я не хочу играть в кукол

      Живущие за городом, в двухэтажном, старом домике, Арон и Аделия, брат с сестрой, просто обожали страшные рассказы своего дедушки, старичка по имени Густав.       Их родители были путешественниками и редко появлялись дома. Как и сейчас, вечером, сидя у камина, под одеялом, девочка девяти лет и одиннадцатилетний паренëк, разглядывали книжку деда пока тот дремал. Последняя история, про соседа шизофреника что тесно связана с этим домом, очень зацепила детей.       — Ого, интересно.       — Ада. Тише! Дед услышит и мы получим за то, что еще не спим. Девочка кивнула и молча уставилась в книгу. Знали бы дети, что последняя история их деда-фантазёра, это не россказни, реальность. Строки гласили о том, что ранее, в этом самом доме жила семья того самого соседа. Глава семьи, бабушка из Японии — Читосе, была колдуньей. За плохое отношение к ней, перед смертью та прокляла весь дом и сделала на внука заговор, этот мужчина и являлся тем сосед. Со временем, родственники начали серьезно болеть, поочередно погибая. Оставшийся в живых, шизофреник, захоронил тела в подвале и воспользовавшись с радостью, бабкиным проклятьем, оживил дом. Чуть позже, он переехал в более миниатюрный домик, напоследок заговорив построение на слова «те кто тайну узнает, горе познает. Дом оживет если в сказку поверишь» . Его внешность была чëтко передана старым рассказчиком: светлые, грубой текстуры, волосы. Шрамы на лице, зажившие, белые полосы и мутно голубые глаза. Лицо его, в частности челюсть, была перекошена вбок. Над губой же, красовалась бородавка фиолетового оттенка. Из-за болезни, у него текли слюни практически всегда. На спине имелся горб, кривой позвоночник и хромоватая, левая нога, добавляли странности и без того, жутковатому на вид мужчине.       Дочитав сказку до последней страницы, ребята отправились спать с удовлетворением и спокойной душой, в обнимку с дедушкой. Наутро, Аделия и Арон спустились вниз чтобы приготовить быстрый завтрак. Хлопья, молоко, все что смогли сделать сами. Обычно по утрам еду им готовил дедушка, но сегодня ему нездоровилось.       — Арон, у нас же остались сбережения на карте от родителей? Парень почесал затылок и взял телефон в руки. Проверив счет, он заметил приличный остаток на карточке. Он поднял взгляд на сестру и одобрительно кивнул.       — А что ты хотела? Девчушка сжала кулачки и оскалилась.       — Сейчас каникулы. Мы уже не дети. Давай закажем еду и приготовим. Ты же понимаешь, дедушке нужно отдохнуть — решительностью от девочки так и веяло. Арон был удивлен впервые увидев свою сестру такой, в боевом духе и полную сил. Он одобрительно кивнул. Она взяла его телефон, так как своего еще не имела и позвала на мягкий диванчик. Ребята удобно устроились и принялись выбирать товары. Энтузиазма проворной молодежи не занимать.       — Так! Яйца, молоко, так как наше закончилось за завтраком — на яичницу. Фарш, батон, лук… ну и картошка. Готово — с улыбкой заключила Ада и продолжила — сделаем омлет, отнесем его дедуле.       - Пюре и котлеты, это на всю семью. Справимся же, братец? — оперла руки о бока. Немного поразмыслив, он согласился, мысленно удивляясь находчивости сестрички. Ребята не могли ничем себя занять, так в нетерпение ëрзали по дивану да кухне, прибирая даже там, где уже чисто, как вдруг раздался звонок в дверь.       Дедушка тем временем, тоскливо смотрел в окно сходя с ума от невыносимой боли во всем организме, как вдруг увидел того самого соседа. Он направлялся прямо к их двери. Сердце дедушки Густава, так и хотело выпрыгнуть из груди от дикого страха за детей.       — Боже, моя книга — он огляделся не увидев ее в своей комнате — они… дочитали её? Дети! Нет! Стойте! Ак-хм, не открывайте! — он тянул руку вперед, бегом спускаясь по лестницам, буд-то бы помогая себе набрать ход. Тщетные попытки увенчались провалом. Голос его был хриплым, он был еле слышан но уже почти добежав до последней ступени, старик споткнулся о загнутый ковер и упал на грудь, частично выбив челюсть. Перед глазами темнело, его последняя картина где любимые внуки, открыли дверь тому самому мужчине. Густав запомнил его взгляд, что словно говорил: «узнают меня сейчас, они поверят в меня. Да начнется ад на земле, которого ты уже не увидишь» — не заметив задыхающегося старика сзади, увлеченные дети забирали доставку шокированные увиденным. Этот мужчина, улыбался передавая пакет. Одна мысль на двоих для Ады и Арона «это не сказка». Захлопнув перед своими носами, входную дверь внуки увидели лежащего на полу, плюющегося кровью, своего деда.       — Вы… сможете его… ос-та-новиить — последнее что успел сказать дедушка, моментально скончавшись.       Спустя несколько дней, так ничего и не произошло с домом. Родители, узнав о смерти дедушки, спешно бросили работу и приехали в родной дом. После того как семья провела похороны, единственный решением родных, было оставить детей с кузиной Анной из соседней деревни. Дождавшись тетушку, они снова покинули дом.       Ночь, странные скрипы за окном и дребезжание под ногами. Брат и сестра не могли уснуть.       — Мне страшно, Арон, страшно… дедушка — она вжалась в грудь брата, схватила его за горловину кофты и горько заплакала — тут же прибежала запыхавшаяся кузина.       — Тише детки, тише. Это все сказки, неужели вы и правда в это ве… — не успев договорить, Что-то необъяснимое толкнуло тëтушку в стену. В оцепенение словно, Аделия и Арон, прижались к стене наблюдая за тем, как Кузина лежит без сознания. Звуки колыбельной, странной и устрашающей, сводили с ума и одновременно заставляли погружаться в сон. Не в силах сопротивляться, дети отдались царствию Морфея и снилось, снилось что-то поистине ужасное. Казалось, будто сон был реальнее чем настоящее. Куклы, много кукол подходило к их дому. Они напевали песенки о смерти, наполняя детские души страхом. Во сне тела содрогались но что-то не давало им проснуться. Куклы заполонили дом. Рушили окна, взломали дверь. С улицы хлынул сильнейший ветер, дети открыли глаза и машинально двинулись вниз, будто их телами кто-то управлял. Мороз по коже, покалывающие мурашки пронзали плоть. Столкнувшись лицом к лицу с тьмой, дети шли прямо в объятия кукол. Едва заметив огромные иглы торчащие из кукольных рук, Ада попыталась закричать, но что-то ей не давало это сделать. Ощутив дикую боль на живую, оба проснулись.       — Так это был сон? До дрожи реалистично. Тело Арона облевалось холодным потом. Дом зашевелился. От страха парень потерял сознание. Аделия же, что пыталась привести брата в чувство мельком бросила взгляд назад. Перед ней стояла черная как ночь, тень. Ада забыла как двигаться замирая в одном положение. Тень надвигалась. Оказалась перед самым еë лицом, как вдруг та силой смогла закрыть глаза. Уснув от усталости и стресса, бросила будущее на произвол судьбы.       Настало утро, казалось все как прежде не плохо, но что-то поменялось. Дом выглядел иначе, не было рядом кузины а на столе стояли две рамочки, с черной лентой по бокам. Ада прикрыла рот от ужаса. Её родители были мертвы. Снизу под рамочками, была подпись «забрал их в жертву по просьбе живого дома. Дышите пока сможете. Время неумолимо бежит. До встречи». Аделия сжала кулаки и уже замахнулась решительно кулаком в зеркало, но вид в зеркале её удивил. Выглядела она на десять лет старше. Ощупав свою кожу, она принялась будить брата.       — Арон, Арон… это странно, Арон — толкала его в разные стороны, разглядывая. Она остановилась и еле взяла себя в руки и просто присела рядом. «Странно, перед тем как я взглянула на себя, он выглядел на свой возраст». Ада вновь ломанулась к зеркалу.       — Этого просто не может быть… Она ощутила тепло дыхания сзади. Касание теплых, нежных рук.       — Может, сестрица. Обернулась и вздрогнула. Приятное чувство сменилось отвращением. Дом вновь ожил. Аделия схватилась за самодельное копьё, одела беруши и передала дополнительные, брату. Они поняли, если не слушать пения кукол управлять собственным сознанием, одолеть зловещего кукольника будет куда легче. Враг не был к этому готов. Годы в гибернации, смерть родителей, пустота и боль внутри заставили их мыслить иначе.       — Нападайте, суки! — Ада шагнула вперед, тут же врезав первой кукле в грудь. Та развалилась, но тут же собралась заново — ах, так? Я не позволю… ни шагу в дом! Она разогнала толпу неживых, сделанных из трупов детей со свежих могил, кукол. Выгнала их на улицу. Арон не давал им пробраться к дому. Разлив на каждую куколку, старый, дедушкин, бензин, Ада подожгла ходячих мертвецов. Запах пластмассы, человеческой плоти, ничего хуже не доводилось им нюхать.       — Мне жаль вас, правда… но… вы уже прокляты - обратилась к куклам, словно в пустоту. Братец подошел ближе и приобнял сестрицу, нежно прильнув губами к её щеке. Казалось, все позади но остался последний враг, предводитель, кукловод. Он вышел из огня под свои же, громкие аплодисменты.       — Впечатляет — взмахнув ладонями, он вынул их беруши — да начнется театр — принялся наигрывать на флейте тот самый мотив, мотив от которого они однажды сошли с ума. Оба упали на колени. Перед глазами пролетела смерть дедушки, смерть родителей которой они и не знали. Внутри вскипела злость и ненависть, но сознание отдалялось подчиняясь играм кукольника.       — Теперь вы мои марионетки — зловещий смех — и вы умрёте. Ада сжала кулаки.       — Да ты просто псих и только. Ничтожный шут — скрепя зубы, произнесла роняя горькие слезы. Девушка взяла в руки копьё и принялась нападать. Шаг влево, она уклонилась, почти попала но промахнулась.       — Ахаха.       — Ещё! — схватившись за его плащ резко завалилась на землю, тут же поднявшись на ноги — смогу — с ноги удар в ухо, подножка, враг на земле — ещё, ещё — девушка махала кулаками, понимая что выходит что-то но по всей видимости, это была не хитрая стратегия. Одним захватом за затылок, кукольник ткнул Аделию лицом в грязь.       — А-кхр-р.       — Ну что, приготовься к смерти — насмехаясь, он принялся душить еë. Кукловод увлёкся, но не осознавая что бой на ближней дистанции это не его конëк, оказался легкой мишенью. Все это время, Арон притворялся что потерял сознание и ушел в виртуальный мир. За годы гибернации, тот научился не плохо владеть своим разумом и просто ждал когда настанет удобный момент, для того чтобы прикончить ублюдка. Арон проткнул его голову копьëм и поджог его тело, так же как и Ада тела марионеток, ранее. Взяв её на руки, он зашагал в дом. Поднявшись на чердак, ребята нашли старые заметки деда, где первое что они прочитали было: «если вы это читаете, я мертв а вы справились. Мои накопления на следующей странице, купите себе новый, нормальный дом что не будет напоминать о прошлом. С любовью, Густав». Аделия горько заплакала, но Арон тут же подал ей теплый термос с лимонным чаем, укутал клетчатки пледом и сладко поцеловал. Любуясь горящими останками, после сгоревшей землей и закатом, они так и ласкали друг друга не считая минуты до самого утра.