Часть 1

Я проснулась с жуткой головной болью, судя по слепящему солнцу из окна — днем. Было неловко это признавать, но я понятия не имела, где я. Комната была темной. Иссиня-черные стены, картины в золотых рамах, огромная готическая люстра с горящими свечами, потолок, усыпанный фресками, огромная мягкая кровать с шелковым бельём, укрытая балдахином из темной дорогой ткани — на которой я уже приподнялась. То, что я приняла за окно, было аркой в бездну. Острый ее верх с замысловатыми узорами поражал красотой. Рядом с кроватью я обнаружила камин, дрова в котором уже давно истлели. А в углу комнаты — старый стол с кучей бумажек и книжек, пока неизвестного мне происхождения. И зеркало, с маленьким кусочком моего отражения… С ужасом, я подскочила с кровати и подбежала к нему. Моё лицо, я точно помню, что оно было другим. Моё имя, оно щекотало все моё существо, но с губ сорваться так и не смогло. Я его не помнила. Зато теперь отчетливо знала, где я. И кто я… Чума. Женщина, Богиня, или Чудовище. В ней переплеталось всё это, но я была простым человеком. Совершенно точно, я жила обычную жизнь, и последним моим воспоминанием была авария, меня снесло фурой с дороги, и картина эта стояла перед глазами отчетливее некуда. Как символично, уйти из жизни как главная героиня этой любовной новеллы, которая стала моей реальностью. Стук в дверь вернул меня в чувства, я смахнула слезы с щек и постаралась как можно увереннее распахнуть её. На пороге стоял Люцифер. Его невозмутимость на лице, встретившись с моим, заплаканным, сменилась ступором. Навряд ли ему доводилось видеть Чуму в таком виде. Еще и в ночной сорочке, черт возьми! Хотелось бы, конечно, чтобы взял — он был моим любимым и единственным любовным интересом в этой игре. И Чуму он — ненавидит. Но это всё не имеет сейчас никакого значения, ведь мне нужно узнать, как долго Чума находится в этом мире и сколько всадников апокалипсиса осталось до моей второй смерти. — Что с Войной? Люцифер едва прищурился, но взяв себя в руки, ответил: — Все еще мёртв, Госпожа. Значит, мне точно пиздец. Сколько еще всадников уже тут? — Голод? — Голод? — непонимающе переспросил мужчина, — Еще один всадник? Насколько мне известно, он еще не появился, Госпожа. Ладно, еще не пиздец. Шанс есть. Еще немного времени… Но единственный способ не дать появиться остальным всадникам — это убить каждого метиса. Всех до одного, и в особенности — Мальбонте. Именно он откроет печать Смерти, и тогда его меч снесет мою голову с плеч. Я просто не могу это допустить. Если вселенная дала мне второй шанс, я не могу упустить его. И, честно говоря, этой смерти я панически боюсь. Как и всего этого мира Секрета небес. Я сдохну от чиха Сатаны! Мне даже не нужен Смерть, чтобы уйти из жизни тут. Я человек. Слабый человек, что я могу против этих полубогов?! — Вы не явились на утренний совет, что-то случилось? Ну как тебе сказать… Я затащила его в комнату и захлопнула дверь, прижавшись к ней спиной. Мне нужны союзники, но то, что я хочу сделать — это совершенно безумно. — Ты умеешь создавать купол, скрывающий звуки? — черт, надеюсь это именно так и зовется. — Нет. — Люцифер мотнул головой и снова непонимающе прищурился. Да не подозревай ты, и без этого тошно. Черт возьми, это точно не безопасно. Не сейчас. Сначала я должна убить Мальбонте, потому что он будет знать всё, что бы я тут не сказала, а учитывая, что я собираюсь рассказать о планах на его труп и о том, что я не Чума, опрометчиво, в общем. Не время. Сейчас я этого делать не буду. Тогда какой план? — Можешь говорить, зачем пришел. А мне нужно переодеться. Где она хранит вещи? Черт возьми, не вижу ни шкафа, ни комода! По гробовой тишине я поняла, что веду себя странно, оглядывая так свою собственную комнату. Люцифер молчал. И смотрел на меня, как на дуру. Черт… — Говори! — я прикрикнула, но это заставило меня сморщится. Потому что я почувствовала в своем теле силу. Чума безумно сильна, неужели ее сила осталась в этом теле и я могу ей пользоваться? Она проявляется только в гневе и на нервах? Потому что я не чувствовала ее до этого момента. Или, она проявилась только сейчас? Это хорошо, в любом случае. Значит, хотя бы немного, но я смогу себя защитить. Люцифер начал говорить, а я увидела арку со шторой с левой стороны кровати, подошла к ней и распахнула, увидев наконец гардероб Чумы. Что ж, она либо фанатка БДСМ, либо я даже не знаю как объяснить столько кожи в гардеробе. Порывшись немного, я нашла красивое корсетное платье молочного оттенка, с открытыми плечами и разрезом на бедре, идущим прямо от талии. Сбросив с себя сорочку, я втиснулась в корсет через ноги, и только тогда поняла, снова по образовавшейся тишине, что я была не одна. Слишком много стресса, он вызывает растерянность, черт возьми! Всю мою жизнь! Но тут она ни к чему… Выкрутиться. — Зашнуруй, пожалуйста, будь так добр. Он видел сиськи Чумы и этот лоскут вместо трусов. Чудно. Я отвернулась, пунцовая, лишь бы не видеть его лица. Черт возьми, это Люцифер!!! Какова вероятность, что у меня получится его соблазнить, а? О чем я только думаю… Тепло. Подойдя ближе, он прочистил горло, с застывшими у спины руками. Втянул воздух и грубо затянул веревки. Тогда воздух втянула уже я. Он злится? Что ж, я его понимаю. Чума заточила его мать в темницу и наверняка издевалась над ней. Кажется, у меня есть первое дело на сегодня. Ему понадобилось несколько мгновений, чтобы справиться со шнуровкой, а мне — успокоить несколько тысяч мурашек. — Готово, Госпожа. — я почти уверена, что он сказал это сквозь зубы. — Чудно. Где Мальбонте? — а тут я точно уверена, он знает, где Чума прячет Лилит. А еще, мне нужно его убить. Получится ли? Люцифер повел меня по коридорам, а затем по лестницам, а после — снова по коридорам. Ладно, крылья ведь просто так телепаются. Мы, наконец, дошли. — Мне нужна Лилит. Сейчас. — незачем тянуть, да еще и с любезностями. Да и Мальбонте за словом в рот не полезет, он же тот еще молчун. Вот и сейчас он, молча, кивнул и ведет в темницы. Пока Люцифер метает молнии, видимо, от шока, что этот шкаф знает местонахождение его матери. Друзьями они явно не были, судя по всему, Люцифер правил адом, пока Мальбонте плавал в небытие. Это только предположение, но думаю оно верное. Спрашивать не стану, Чума уж точно знает, кого она воскресила, а кого нет. Этот вопрос будет за гранью подозрительности. Мы подошли к темнице. Демоница за прогнившими прутьями выглядела слабой, так, словно она в отчаянии. У меня сжалось сердце. Я не видела на ней ран, но у бессмертных они быстро затягиваются, поэтому я просто надеялась, что её никто не пытал. Что Чума её не пытала. Мой новый голос звучал хрипло, когда я попросила Мальбонте открыть темницу. Но был более уверенный, когда сказала Люциферу забрать её. Я надеюсь, это будет первым и хорошим шагом к подобию доверия между нами. Он нужен мне в союзниках, потому что если станет врагом — я умру. Не потому, что проиграю, а потому, что не смогу причинить ему боль. Он действительно мой любимчик. И я молюсь всем своим и богам этого мира, чтобы он не любил Вики Уокер. Прошу, не надо… Это могли бы быть последние слова Мальбонте, но он молчал. Навряд ли хоть кто-то из присутствующих мог предположить подобное. Но, мне действительно хватило мгновения, чтобы вытащить меч из ножен на поясе Люцифера и отрубить голову несчастного метиса. В его глазах не было страха, он просто…смотрел в пустоту. Но теперь — её не видел. Мальбонте — моя смерть. И я надеюсь, Смерть не придет за мной теперь. Может ли кто-то другой открыть его печать? Кто? Как теперь поменяется ход этой истории? Или она продолжится так же, как должна?