Глава 10: День рождения и потери

– Так, ты пиши вот эти два, – протянула через стол два письма Касс. Сами конверты уже были подписаны ею, адресаты указаны, Римусу оставалось только написать текст. – Оу... Малфои и Нимфадора? – прочитал надписи на конвертах Люпин, раскрывая листы. Он взял в руку перо и начал писать подготовленный заранее текст. – Верно, а эти... Вам, – выдохнул Кассиопея и, тоже взяв перо в руку, начала очень медленно выводить нужные слова. С письмом у неё всё ещё были проблемы, а все ручки, что она купила пару недель назад у магглов, перестали работать. Чернила закончились. Поэтому выбора у Блэк особо не было. Сидящий неподалёку Сириус нервно пил свой чай, поглядывая на дочь и Люпина. Всё шло не по его плану, что несомненно бесило Бродягу. – Нам? Это очень мило, Касс, – оторвался от письма Римус, наблюдая за крестницей. Девушка настолько старательно писала нужные слова, что сидела с высунутым кончиком языка. – Ты могла бы просто на словах позвать нас на свой день рождения. – Могла, но так будет более прилично, – подняла голову от писем темноволосая, тут же улыбаясь своему крестному отцу. – Ты точно не хочешь позвать Уи... – предпринял последнюю попытку Сириус, но и та оказалась провальной. Блэк даже не успел договорить, как его прервала дочь своим резким и категоричным "нет". Он не успокоился и продолжил чуть ли не сверлить дочку своим взглядом. – Бродяга, это её день рождения, звать она будет, кого хочет, – вставил свою реплику Лунатик, не отрываясь от написания уже второго письма, для Тонкс. Коротко взглянув на Касс, оборотень заметил, что та даже и половины не написала... Видимо, над письмом пером им ещё стоит поработать. – Я это прекрасно понимаю, – колко ответил Блэк, даже не отрывая взгляда от девочки. Та тяжело вздохнула и прикрыла глаза. Через пару секунд она посмотрела на отца. – Хорошо, если ты так хочешь позвать СВОИХ друзей на мой день рождения, – начала она, мило улыбаясь, – то ты можешь сделать это. Однако зови их на день после, пожалуйста. Между прочим, Гарри звал только тех, кого хотел. – Не начинай это, Кассиопея, – настороженно ответил Блэк, понимая, к чему ведёт ведьма. – Я отношусь к вам одинаково и... – Ни черта подобного! – не выдержала Касс, ударяя кулаком по столу. Чернильница немного подскочила, но её содержимое, к счастью, не вылилось. – Я ведь замечаю это. И в тебе, и в Римусе. Вы оба видите Джеймса Поттера в Гарри, и я понимаю, почему, они ведь так чертовски похожи с ним: лицо, очки, волосы и даже Патронус! И... – Ничего ты не понимаешь, – оборвал дочь Бродяга, ставя кружку с чаем подальше. Римус поджал губы и уткнулся взглядом в поверхность стола. Видимо, эту тему они ещё не обсуждали с Сириусом. – Понимаю, я прекрасно это понимаю, – девушка откинула в сторону перо, корпусом поворачиваясь к Блэку. – Так же, как и то, что во мне все окружающие видят маму, Фелицию Малфой. Почувствовав на себе два шокированных взгляда, Кассиопея только закатила глаза, отводя взгляд к письмам. – Думали, я глупая? Не замечаю? Как вы скучаете по ним и хотите повернуть время вспять, чтобы только встретить их всех: Джеймса, Лили, Фелицию, Мэри, Марлин и Доркас? Остальных членов первого состава Ордена Феникса. И даже моего дядю Регулуса. – Кассиопея, мы... – попытался сказать что-то Римус, но был прерван девушкой, та подняла ладонь на уровень лица, тем самым останавливая крестного. – И если бы я могла, то обязательно вернула бы их всех... Если бы я только могла, то ценой своей жизни отправилась бы в прошлое и ещё тогда исправила бы всё. Может, тогда Питер Петтигрю не предал бы Мародеров, а маму бы не убил Тёмный Лорд. И дядя Регулус бы не умер из-за того чёртова крестража. – Мерлин, Касси, откуда ты всё это знаешь, – прошептал Люпин, с недоумением глядя на девушку. Та выглядела отчаянно, как будто... Как будто прямо сейчас была готова пойти и расправиться со всеми Пожирателями, даже с самим Волан-Де-Мортом. И отчего-то Римус был уверен, что у неё бы это получилось, даже несмотря на то, что она чуть больше месяца назад только начала колдовать. – Я же говорила, что там, где я жила... – Да, мы помним, книги и фильмы, верно? – попытался найти поддержку в Сириусе Лунатик. Но Блэк смотрел куда-то в сторону... На дверь. Переведя взгляд на дверной проём, Римус заметил Гарри. Тот стоял, тяжело дыша. Значит, всё слышал. – Я уверен, что если был хотя бы какой-то способ исправить всё в прошлом, – привлёк к себе внимание Поттер, на что Кассиопея встала с места и повернулась к Гарри. – То я отправился бы вместе с тобой. – Но такого способа нет, верно? – задал риторический вопрос Сириус, наконец, приведя свои мысли в порядок. – А это значит, что нам лишь надо оставить всё в прошлом и жить дальше ради тех, кто пал в этой войне. Верно, Лунатик? – Да, Бродяга. В комнате воцарилась тишина, которую нарушил Люпин. Мужчина вернулся к приглашению на день рождения и продолжил его писать. Кассиопея села обратно на свой стул, а Гарри прошёл к столу, опускаясь неподалёку от крестного. Сириус улыбнулся обоим подросткам, что внимательно наблюдали за ним. – Что ты там сказала про моего брата? Про Регулуса, – неожиданно спросил Блэк, ожидая ответ дочери. Та переглянулась с Поттером, после чего посмотрела в сторону входа на кухню. Младший брат Сириуса стоял в проходе. Он улыбнулся племяннице и кивнул головой в сторону Блэка. – Он... Он умер, пытаясь уничтожить крестраж Того-кого-нельзя-называть, предмет с осколком души и... – Я знаю, что такое крестраж, Касс, – тяжело вздохнул Сириус, уткнувшись взглядом куда-то в сторону. Задумался. Он столько лет считал, что Регулуса убили за невыполнение задания. И столько лет считал брата трусом и предателем. – Я верила, что ты узнал это всë от Кикимера ещë тогда, после собрания Ордена, – Касс нервно крутила в руке перо, бросая на родителя настороженные взгляды. – Наверное, моя неприязнь к этому домовому эльфу была чуть сильнее желания узнать правду о Регулусе, – усмехнулся Бродяга, глядя куда-то в сторону. Римус же заканчивать писать последнее приглашение. – Да и я порыве ссоры тогда не особо обратил внимание на твои слова. – В любом случае, я отдала этот крестраж Гарри, в будущем он поймёт, что с ним надо делать, – добавила Блэк, вновь возвращаясь к письму. Поймав на себе удивлённый взгляд отца, девушка объяснила свой поступок: – Не переживай, я положила его в мешок из драконьей кожи, на самого Поттера крестраж не повлияет. Сириус молча кивнул ей, делая глоток чая из своей кружки. Девушка недоуменно наблюдала за этим, явно ожидая какой-то другой реакции отца. В конце концов она не выдержала: – И ты ничего не скажешь? Не спросишь про крестражи Того-кого-нельзя-называть? – Римус пересказал мне всю ту историю, где ты так красочно всё описала Гарри ещë в день его рождения, – пояснил Бродяга, переведя взгляд на ведьму. – Мне той информации достаточно. Касс облегчëнно выдохнула и продолжила написание писем. – Какая же ты всё-таки умница, – неожиданно похвалил дочь Бродяга. Мужчина встал с места и, подойдя к девушке, поцеловал Касс в макушку. Сидящего рядом Гарри Сириус потрепал по голове. Римус незаметно улыбнулся Блэку. – Ой, да ладно вам скрываться, где ваша хваленая храбрость, гриффиндорцы? – съязвила Кассиопея глядя то на смущённого крестного, то на нервного отца. – Мы уже давно поняли, что вы вместе, да, Гарри? – Угу, – кивнул парень, наблюдая за всей этой неловкой ситуацией. Лунатик попытался было что-то сказать, но не найдя подходящих слов, замолчал. – Хорошо, мы с Муни... – перед тем как продолжить, Сириус неловко прокашлялся. – Вместе. Это вы хотели услышать, негодники? – Абсолютно верно, – удовлетворённо кивнула Касс, мило улыбаясь Римусу, который от смущения закрыл лицо ладонями. Поттер, сидящий рядом, только пустил смешок, глядя на это.

***

22 августа 1995 года Утро семнадцатилетия задалось на славу. Сначала Кассиопею разбудил Регулус. После к ней заглянул Кикимер и, убедившись в бодрствовании хозяйки, отдал свой скромный подарок. Домовик вручил ей записную книгу со всеми возможными адресами, среди которых нашёлся адрес художника живых портретов. Блэк пообещала себе, что закажет портрет дяди после окончания войны. А ближе к полудню, когда она уже получила подарки от своей странноватой (по составу) семьи, в дверь позвонили. Дора ушла не так давно, дела у мракоборца, так что это точно не она. Сама Касс вместе с отцом во всё горло распевала любимую ею песню "Cherry Bomb" от The Runaways. Именно поэтому открывать дверь вызвался Гарри. А уже через минуту Кассиопея, как и отец с крестным, услышали ругань из коридора. "Драко и Гарри, очевидно же," - решила для себя Кассиопея и была права. В коридоре Поттер и Малфой никак не могли разойтись мирно, на что ведьма устало закатила глаза: "Этих двоих не исправить". – Хватит ругаться, идём на кухню, – позвала она обоих парней и те, на удивление, тут же замолчали и пошли за ней. Римус уже поставил праздничный торт на стол, а Сириус пытался сделать потише музыку на колонке (которую нашла в чемодане его дочь). – Отец и мама просили передать тебе это, – протянул объёмную коробку и письмо Драко. Как только девушка приняла подарок, блондин сел на своё место, подальше от всех. Честно сказать, он считал себя здесь лишним. И хоть на входе Вальбурга довольно приветливо отнеслась к нему, нахождение в одной комнате с Поттером отрицательно сказывалось на настроении. Касс открыла коробку и с радостью обнаружила там новое чёрное платье. После руки дошли до письма. Малфои искренне извинялись за то, что не смогут присутствовать на её дне рождения (в связи с опасностью, которую они могут навлечь на Гриммо, 12 из-за Пожирателей смерти). Также они поздравили саму Блэк с праздником и пожелали ей всего самого наилучшего. И хоть на первый взгляд письмо могло показаться чопорным, Кассиопея узнала в нём почерк обоих Малфоев. А это означало, что они сидели и сами писали ей поздравления, каждый из них. Через пару часов общения за столом в разговор удалось втянуть и Драко. Хоть слизеринец и показывал всем видом своё пренебрежение, пара тем для разговоров действительно интересовали молодого человека. Таким образом, ближе к вечеру Сириус Блэк смог получше узнать племянника, а Поттер понял, что Малфой неплохой человек. Римусу и Касс оставалось только радоваться происходящему. Драко решил вернуться домой утром, а это означало, что на Гриммо он проведёт всю ночь. Кассиопея любезно предложила брату одну из комнат, которая, как оказалось, раньше принадлежала Нарциссе. Всё же сестры Блэк часто гостили на Гриммо 12 раньше. До войны. Когда Сириус и Римус, чуть опьянев, начали вспоминать былые годы, Касс аккуратно утянула из кухни Гарри и Драко. Парни до сих пор смотрели друг на друга с недоверием. – Предлагаю порыться в комнате отца, уверена, мы сможем найти какой-нибудь альбом с фото из 70-х, – выдвинула своё предложение девушка, когда троица уже подошла к комнате Блэка. Гарри тут же начал возмущаться, мол, это подло. И Драко от него не отстаивал, однако, слизеринец был недоволен тем, что он, наследник Малфоев, будет рыться в чужом "грязном белье". Кассиопея лишь закатила глаза и всё же вошла в комнату Бродяги. Как ни странно, оба парня сразу же замолчали и стали с интересом осматривать интерьер комнаты. Куча маггловских вещей, различных карт и документов, которые, судя по всему, нужны были для операций Ордена. Касс тут же прошла к стеллажам с книгами и начала искать хоть какие-то альбомы с фотографиями. Девушка ненадолго отвлеклась, чтобы позвать Кикимера и, приказав тому "быть на стороже", вернулась к полкам. Но уже через пару минут где-то недалеко раздался грохот. Малфой и Блэк повернулись на шум, замечая Поттера. Рядом с ним валялись несколько тяжёлых книг, которые упали с одной из полок в шкафу. – Поттер, какого чёрта? – мгновенно пришла в себя Касс, подходя к избранному. – Я... Не успел их поймать, – прошептал парень, прислушиваясь. Кажется, на первом этаже этот грохот был слышен очень хорошо, а это означало, что сейчас сюда придёт Сириус. – То есть, как снитч ловить надо, ты самый первый у нас, а книги падающие поймать - нет, – продолжила бы свою тираду Касс, но тут же замолчала, ведь рядом появился домовой эльф. – Мисс Блэк, Сириус идёт сюда, – сообщил домовик, поглядывая на дверь. – Кикимер, когда он зайдёт сюда, сразу же отвлеки его и уведи отсюда, – не растерялась Касс, начиная руководить процессом. – Поттер, лезь под кровать, Малфой - в шкаф. – Чего? Совсем сдурела? Чтобы я полез в этот пыльный и гря... – Лезь, говорю, – оборвала кузена Касс, слыша на фоне шаги по лестнице. Осталось секунд двадцать. Она быстро подошла к тому шкафу, откуда упали книги и направив палочку на пустую полку, произнесла нужное заклинание. Полка слетела с петель. – Это зачем? – спросил Гарри, начиная залезать под кровать. Действия подруги он заметил сразу, но понять их смысл было сложно. – Ты слишком гриффиндорец, чтобы понять такие хитрые маневры, – ответила Кассиопея, направляясь к двери. Она встала в стороне от неё, прижимаясь спиной к стене. Когда отец зайдёт сюда, он даже не заметит её. Дверь резко распахнулась, вошёл Сириус. Бродяга осмотрел комнату, взгляд его тут же зацепился за книги, а потом переметнулся к слетевшей с петель полке. – Сириус, негодный мальчишка, – голос домовика был слышен достаточно отчётливо, он, видимо, был где-то в коридоре. – Чего тебе, Кикимер? – чуть заторможенно ответил Блэк, закрывая дверь в комнату. Звук шагов становился всё тише, а это означало, что отец ушёл. Касс тяжело выдохнула и подошла в середину комнаты. Из под кровати вылез Гарри, которому девушка сразу же помогла встать, подав руку. А когда открылась дверь шкафа, Касс заметила кузена. Драко скривил лицо, но в руках его был... Альбом. – Ну и пылища, – прокомментировал он, выходя из своего временного укрытия. Ребята недолго смотрели все фото, где были не только Мародеры, но и слизеринцы: Фелиция и Люциус Малфои, Регулус Блэк, Нарцисса Блэк (на тот момент) и даже Северус Снейп был на паре фотографий. Также были колдографии команд по квиддичу тех времен. Казалось, глядя на все эти фото, что никакой войны и не было: все такие счастливые, дружные. На одной из фото Сириус и Люциус даже рядом стоят, правда, по бокам от Фелиции. Кассиопея коротко взглянула на Драко и Гарри, пока те спорили о "крутости" команд по квиддичу тех лет. И тогда она поняла, что, возможно, всё не так печально. Она ещё сможет изменить ход истории.

***

На следующий день к ним заявились Уизли: Джинни, Рон и близнецы. Вместе с ними была и Гермиона, та отпросилась пораньше у родителей и захотела остаться на Гриммо 12 на эти последние дни лета. Сириус, конечно же, против не был. Да и сама Кассиопея особо не возражала: Грейнджер была умна, что иногда идеально сочеталось с язвительными комментариями волшебницы. И это, безусловно, нравилось Блэк. Приняв от всех подарки, Кассиопея почти не соврала, когда в момент благодарности сказала, что рада их видеть. Почему "почти"? Потому что Джорджа и Фреда она желала бы вообще не видеть. Никогда. Когда все засели на кухне, обсуждая грядущий учебный год, Блэк смогла удачно сбежать в комнату. – Теперь ты официально можешь аппарировать, – сообщил ей Рег, падая на кровать племянницы. – Ещё бы я умела это делать... Научишь? – девушка села рядом с дядей, на кровать. Тот пожал плечами, но всё же начал с теории. Достаточно подробно объяснив принцип заклинания, Регулус было предложил попрактиковаться. Внутри дома аппарация была доступна, однако, если пытаться переместитьcя извне в дом Блэков, ничего не получится. Только вот он так и не успел помочь ей в практике... – Вообще я могу попробовать трансгрессировать в библиотеку... – размышляла Кассиопея, ходя из стороны в сторону по комнате. – Кассиопея... – Но главное, чтобы меня не раcщепило... – не обратила внимания на дядю Кассиопея, продолжая свои размышления. – Касс... – А остальные услышат звуки аппарации? Не хотелось бы, конечно... – Адара, посмотри на меня, немедленно, – подскочил к ней дух Блэка. Своё второе имя она слышала крайне редко и только от Регулуса. Никто и никогда не зовёт её "Адара". Наконец, она повернулась к нему и заметила то, что происходит... Он исчезал. Его тело становилось прозрачным. – Что?.. Что происходит? Почему? – девушка в панике попыталась ухватиться за руку духа, но он был почти неосязаем. Регулус с некой жалостью смотрел на неё, будто... Будто в последний раз видит её. – Кто-то уничтожил артефакт, бусы, – мягко сообщил он, наблюдая за напуганной племянницей. – Нет, нет, нет, только не ты, – зашептала Касс, пытаясь ухватиться за духа. За то, что от него осталось. С каждой секундой он становился... Прозрачнее. – Ты же обещал! Обещал, что мы вместе пройдем войну и что... И что зельеварение поможешь списать! – Прости, – одну свою руку он мягко положил на её щёку, по которой градом катились слезы. Совсем чуть-чуть она могла ощущать его. – До встречи в полдень, Кассиопея Адара Блэк. А ещё через мгновение он пропал. Кассиопея так и стояла посередине комнаты, глядя на то место, где только что был её дядя. Регулус Арктурус Блэк исчез. И она даже не смогла с ним нормально попрощаться. – Кикимер! – Касс была уверена, что её крик был слышен на весь дом, эльф появился сразу же. – Кикимер, принеси мои бусы, артефакт. Принеси мне ту шкатулку! – Конечно, – тут же согласился домовик, исчезая на мгновение. На удивление, он даже не начал ворчать и возмущаться. В ушах шумело, а в голове не было ни единой мысли. Кто посмел уничтожить артефакт? – Мисс Кассиопея, шкатулки нет в библиотеке, – сообщил домовик, как только появился в комнате его хозяйки. – Её украли те предатели крови, которые сидят на кухне. – Уизли, – чуть ли не прорычала Касс, вставая с места. Она с грохотом открыла дверь, и рванула на первый этаж. На удивление, было тихо. Видимо, все перепугались её крика. Она забежала на кухню, пытаясь взглядом найти близнецов. Отца и Римуса в комнате не было... Как только она увидела эти "наглые рожи", то в глаза ей тут же бросилась та шкатулка. Рядом лежали фолианты и книги из библиотеки. И все украшения из шкатулки, среди которых... Разорванные бусы. – Вы, чёртовы идиоты, – подскочила к парням Кассиопея, даже не замечая перепуганных младших. А Гарри, Рон, Гермиона и Джинни однозначно были напуганы её поведением. – Как вы посмели заходить в библиотеку рода Блэк и трогать МОИ вещи?! – Да ладно тебе, Блэки, ну, подумаешь, – Фред тянул гласные, будто издеваясь над ней, но в глазах Уизли Касс явно могла разглядеть сожаление. – Прости, мы немного порвали их, – первым сдался Джордж, он указал ей на жемчужины и разорванную нить. – Немного? Да вы хоть знаете, что это? Вы... Как же я вас ненавижу! – Что тут происходит? – на кухню зашли Бродяга и Лунатик, в их руках были пакеты из ближайшего продуктового магазина. Первым же делом они заметили разъяренную девушку, после кучу книг на столе и украшений. До Сириуса сразу же дошло, в чём дело. – Зачем вы взяли это из библиотеки? Там могут быть опасные артефакты и... – Не сейчас, Сириус, – резко оборвала его Кассиопея, даже не повернувшись к отцу. Она взяла в руки нитку и несколько жемчужин. Как это случилось? Ведь сам жемчуг не пострадал... Тогда почему дядя пропал? – Вы всего лишь пара безмозглых придурков, портящих мне жизнь! Ничто не мешает мне послать на вас проклятие и... – Кассиопея, остановись, – перед ней сразу же возник крестный. Люпин схватил волшебницу за руку, в которой та сжимала свою палочку. – Что случилось? – Фред и Джордж случайно порвали эти бусы, – поняв, что никто не собирается отвечать, в разговор вступила Гермиона. Девушка переводила взгляд с бус на Блэков, пытаясь понять, в чем же действительно дело. – Да ладно тебе, созвездие, таких бус можно купить... – попытался успокоить дочь Бродяга, но был остановлен ею же. Кассиопея резко повернулась к нему. – ТАКИХ бус уже не купить! Это был, мать его, артефакт, который связывал меня с его предыдущим хозяином, и, знаешь, кто им был? Регулус Блэк! – Касс бы позлорадствовала, наблюдая за шоком на лице её папы, но... Сейчас было вообще не до шуток. – С кем? – Сириус буквально не поверил своим ушам. – И ты всё это время молчала? – Конечно, молчала, но теперь... – она вновь повернулась к близнецам, сейчас они не выглядели так уверенно. – Из-за вас, Уизли, он пропал! Его теперь со мной нет! – Блэк, мы не знали и... – попытался оправдаться Джордж, но сразу же замолк, потому что прямо на него была направлена палочка Касс. – Кассиопея, без глупостей, – стальной голос Римуса отвлек Кассиопею от мыслей о проклятиях, которых она знала немало. Крестный помог ей отвлечься от ярости и... Теперь она вновь посмотрела на жемчуг и нить в своей ладони. Решение пришло в голову мгновенно. Девушка оттолкнула Люпина, а после и отца, стоящего в проходе. Ведьма, как ураган, пронеслась по коридору к портрету бабушки. Тот не был закрыт шторками, что помогло Блэк сразу же увидеть её лицо. Вальбурга, казалось, выглядела отстранённо, но во взгляде была грусть. И Кассиопея это заметила сразу же. – Почему? Ты ведь знаешь ответ? – сходу начала Кассиопея, указывая на пару бусин и нить. Касс и сама не заметила, как обратилась к Вальбурге Блэк на "ты", что, конечно же, было неприемлемо. – Девочка, артефактом никогда не был жемчуг, – ответила женщина с портрета, продолжая глядеть на руку внучки. – Это были не бусины, а сама нить. Посмотри, она красная. Красная нить связала две родственные души: твоего дяди и твою. Регулус был привязан к тебе этой красной нитью, которую сегодня порвали предатели крови. Посмотри на свою руку и узри последствия уничтожения артефакта. Кассиопея недоуменно перевела взгляд на свою руку и... Наткнулась на ожоги. Красные полосы были ровно под нитью. Не под бусинами, а именно под нитью. Ладонь болела чертовски сильно, казалось, ей режут руку. И, конечно же, останется шрам. Это плата за её беспечность, за то, что пустила чужаков в дом Блэков. Девушка громко вскрикнула, второй рукой пытаясь дотронуться до ран. Сбоку к ней кто-то подошёл. Она перевела взгляд на близнецов. И тогда Кассиопея всеми силами попыталась сдержать в себе всю злость и обиду на этих двоих. – Кассиопея, мы... – Нет. Закройте свои рты и не смейте больше говорить со мной. – Милая, твоя рука, – из-за близнецов показался Люпин, оборотень попытался подойти ближе к крестнице. Но девушка только сделала шаг в сторону двери. Это её шанс... Она тяжело взглянула на отца и крестного, после чего резко выбежала из дома. Времени на размышления нет и если её расщепит, то пусть оно так и будет. – Кассиопея, стой на месте! – крикнул ей в догонку Сириус, но так и не успел сделать что-то. Кассиопея аппарировала. В доме воцарилась тишина, которую нарушил раскат грома. Началась гроза.