Часть 2

      — Хватит, — Агата морщится и устало прикрывает глаза рукой. — Я с тобой. У меня с Вовой ничего не было и не будет.       Кащей усмехается и тушит почти дотлевшую сигарету, прекрасно понимая, что не будь между ними того общего секрета, ноги Воронцовой рядом с ним бы не было. Кащей знает, что никогда не нравился ей. Девушке по душе такие парни как Вова, с щенячьим взглядом и вагоном притворного благородства за спиной. А за самим Кащеем тянется только след 5-летнего тюремного заключения и тележка зависимостей, которые он там и приобрёл.       — Мне всегда было интересно, как он это делает, — мужчина открывает нижний шкафчик и достает от туда почти полную бутылку водки. Табуретка под ним скрипит, когда он садится прямо напротив Агаты, закинув ногу на ногу. Наливает себе пол стакана и осушает за один глоток, даже не поморщившись. Привычная горечь разливается по глотке, немного ударяя в голову. — Стоило мне просто имя его произнести, как ты расцвела. А я столько лет в ногах твоих ползал, покупал лучшую одежду, приносил в дом такие деликатесы, какие пол страны даже по телевизору не видели, и что в итоге? Рядом со мной ты выглядишь так, будто вот-вот умрешь.       Мужчина осушает 2 стакан и выжидающе смотрит на сидящую перед ним жену. Девушка голову вниз опустила, из-за чего длинные чёрные волосы практически полностью закрывали бледное лицо. Кащей руку к её лицу тянет, убирая за ухо спадающие пряди, как-то слишком нежно, что удивляет даже его самого. У него огромное желание загасится черняшкой, до дрожи в конечностях. Он в этой хуйне уже кажется утонул, так и не сумев нащупать дна, но при ней нельзя. Только не при ней. Вся эта грязь должна остаться за пределами её и этой квартиры.       — Он просто… — Агата поднимает на мужчину свои чёрные как ночь глаза. Его взгляд затуманен алкоголем, что придает ему какое-то пугающие спокойствие. — Хороший.       И Воронцова не врет. Вова и впрямь просто хороший. Пока она училась в школе, всегда встречал её и провожал, рюкзак до дома нёс, угощал шоколадками, песни пел под окном. А Кащей всегда был другим. Ему было не до детских провожаний и песенок, он строил вокруг себя полезные связи, подминая под себя улицу и её понятия. Кащей был опасен, но вместе с тем и притягателен.       Мужчина не выдерживает и смеется как-то истерично, запуская пальцы во вьющиеся волосы, слегка оттягивая их. Ему хочется схватить её за плечи и хорошенько встряхнут, крикнув прямо в лицо: А я что блять, плохой?       Кащея начинает потряхивать и он с силой притягивает девушку к себе, фиксирую руку на её затылке, прижимаясь лбом к её лбу. От прежнего спокойствия не осталось и следа, в его глазах опасные бесы пляшут.       — Так что же ты тогда к своему Вовочке не побежала помощи просить, раз он такой хороший? — у мужчины сдают нервы и он с силой сжимает волосы на её затылке. Агата пугается, отстранится пытается, но он держит крепко, а от её сопротивления кажется злится ещё сильнее. — Потому что ты знаешь, что он бы тебя такую никогда не принял. И уж тем более никогда не помог. Такие как ты для хорошего Вовочки грязные.       Агату трясти начинает, к горлу подкатывает истерика. Она глаза зажмуривает, пытаясь сдержать предательские слёзы, что уже во всю катятся по щекам. Обидные слова мужа эхом раздаются в сердце, вновь вороша старые раны.

***

2 года назад

      Девушка минует лестничный пролёт обшарпанного подъезда один за другим, превозмогая боль во всем теле. Разорванная белая блузка пропиталась кровью, неприятно прилипая к телу. Хочется снять её. Хочется помыться. Смыть с себя весь этот кошмар.       Путь до знакомой двери квартиры кажется вечным. Девушка вытирает грязным рукавом блузки слёзы, выдыхает и нажимает на звонок, молясь всем богам, чтобы хозяин был дома. Ожидание длится слишком долго и Агате кажется, что это конец. Она оседает на пол, зарываясь дрожащими пальцами в собственные волосы, свисающие грязными сосульками. Его нет. Его блять нет.       Щелчок замка кажется спасением, но Воронцова почему-то начинает задыхаться, взглянув на вытянутое от шока лицо мужчины. У Кащея глаза бегают, метаясь от её лица до порванной блузки, он садится на корточки и тянет к ней руки, не зная, за что хвататься.       — Никита, — вырывается из уст девушки его имя, которое, кажется, он уже и сам забыл давно. — Помоги мне.       Она хватается за него как за спасательный круг, обвивая шею руками и заливаясь слезами пуще прежнего. Мужчина поднимает её и силком тащит в ванную, на ходу включая свет в коридоре. Придерживает волосы брюнетки, когда она наклоняется над раковиной, умывая опухшее от слез лицо.       — Это нужно снять, — Кащей указывает на белую ткань, которая когда-то была красивой белой блузкой. — Я принесу тебе рубашку. И полотенце. Помойся.       Девушка судорожно кивает, пытаясь смыть грязь, перемешанную с засохшей кровью, с рук. Проходит чуть больше минуты, когда за спиной возникает мужчина и кладёт вещи на бортик ванны, а после тихо удаляется, прикрывая за собой дверь и оставляя Агату наедине с собой. Грязная одежда летит на пол, а тела касается приятная теплота горячей воды, смывая все ужасы сегодняшнего дня. Воронцова намыливает кожу до скрипа, растирая её до красноты. Слёз уже не осталось, только невообразимая усталость.       Рубашка Кащея мешковато висела на ней, доходя чуть ли не до колен. Он уже ждал её на кухне, взглядом показывая сесть напротив.       — Кто? — коротко спрашивает он, закуривая сигарету, выпуская дым в сторону.       Девушка отрицательно качает головой. Она их не запомнила. В переулке было слишком темно, а они напали сзади, так потом ещё и по голове ударили. Она отключилась, а очнулась уже на земле и рядом никого не было.       — Что угодно. Погоняла. Внешность, может, татуировки, шрамы? — Кащей сбрасывает пепел сигареты в пепельницу и терпеливо ждет хоть какой-то информации от девушки. Она поднимает на него убитый взгляд, как бы извиняясь, и мужчина понимает, что он ничего от неё не добьется. — Ладно. Я разберусь.       Никита поднимается и подходит к плите, ставя чайник греться. По влажным волосам девушки стекают капли воды и он замечает, что она подрагивает холода.       — Я хочу чтобы они умерли, — голос девушки тихий и осипший разносится по квартире, нарушая тишину. Слова, вырвавшиеся из её рта, кажутся чужими. Кащей еле уловимо кивает.       Он их найдёт. Каждого. Клянётся ей и Агата чуть улыбаясь, кивает, безоговорочно веря его словам.       В следующую их встречу он приходит к ней сам. Мужчине понадобилось 2 дня, чтобы выполнить её просьбу: один чтобы узнать, кто это сделал, и второй, чтобы найти и забить их до смерти. Кащей бил сильно и без промедления, выплёскивая всю злость, а те, кажется, даже сообразить ничего не успели, только и успевали молить о пощаде. Но Кащею плевать, он за своё отомстил.       — Твоё ведь? — глаза девушки расширяются, когда он протягивает ей её же кольцо, которое в тот день эти твари забрали с собой. Агата от шока рот рукой прикрывает, когда Никита надевает его на указательный палец, где оно всегда и было.       Мужчина проходит вдоль узкого коридора, осматривая девичью уютную квартиру. Заворачивает в комнату и плюхается в кресло, по привычке закидывая ногу на ногу.       — С ними покончено. Как и обещал, — Кащей склоняет голову чуть в бок, наблюдая за девушкой, которая мнется в проёме двери, будто это она у него в гостях.       — Спасибо…       — Спасибо сыт не будешь, — Кащей поднимается и медленным шагом сокращает между ними расстояние, буквально заставляя девушку отступить и вжаться в стену. Воронцова поднимает на него испуганный взгляд, прекрасно понимая, что это было неизбежно. Она знала к кому шла. Она знала, что за его помощь придется платить. Кащей не добрый парень, который безоговорочно всем и каждому поможет, да ещё и по головке погладит. Нет, Кащей из тех людей, кто многое может дать, но придёт время и он вернёт своё с процентами.       — Что ты хочешь? — брюнетка слегка морщится, когда он шершавым пальцем по её лицу проводит, очерчивая линию подбородка. Кащей усмехается, про себя думая, до чего глупый это вопрос. Она ведь и так знает.       — Тебя, — шепчет он, закусывая внутреннюю сторону шеки. Ему на мгновение становится стыдно от самого себя. Что он блять творит?       Кащей отступает, тряхнув головой, словно пытаясь отогнать наваждение. Он не хотел, чтобы всё было так. Но как сделать по другому он не знает, ведь идеальный в её глазах Вовочка всегда будет на шаг впереди него. А отдать Агату ему он не может, пусть даже придется привязать девушку к себе таким отвратительным способом. Она его полюбит. Он мир к её ногам положит если потребуется. Или самого себя.

***

      Девушка дрожащими руками бьёт мужчину в грудь, пытаясь высвободится из его хватки и Кащея это вмиг отрезвляет. Мужчина резко отпускает её и та чуть не падая со стула, вскакивает, боязливо отступая назад и тяжело дыша, от накатывающей истерики. Блять, она его боится.       — Солнышко, прости, я не… — он руку к ней осторожно вытягивает, показывая, что не причинит ей вреда. Девушка пятится назад, подальше от него, качает головой и зло бросает:       — Лучше бы они просто убили меня тогда и я никогда к тебе не пришла.       Мужчина вздрагивает и останавливается посреди комнаты как вкопанный. Воронцова демонстративно хлопает дверью, давая понять, что сегодня он спит где угодно, но только не с ней. Кащею чертовски стыдно и противно от самого себя. Ему бы язык свой поганый вырвать и выкинуть на помойку, где ему самое место.