Часть 6

      Кащей слезть с иглы пытается, только это оказалось не так просто, как он думал. Он ведь себя по факту никогда зависимым не считал: он видел как выглядят реальные наркоманы, как у них конечности выкручиваются, как они в собственной блевоте ползают, а Никита ведь не такой. Ну колется пару раз в месяц для поднятия настроения и что? Вот только Кащей и сам не замечает, как эти пару раз в месяц превратились в пару раз в неделю, а потом и вовсе каждый день.       Кащею хуёво. У него руки сводит, до темноты в глазах болит голова и он понимает, что это только начало. Мужчина водку прямо с горла хлещет, пытаясь заменить одно другим. Выходит плохо и Кащей решает просто снижать постепенно дозу и периодичность употребления. Становится чуть лучше, но симптомы всё равно никуда не деваются, поэтому домой он днём не приходит. Только ночью, и то не всегда. Ему проще заснуть на старом диване в качалке, чем придумывать оправдания для Агаты, которая думает, что он болеет, поэтому его так колбасит. Кащей и впрямь болеет. Вот только это не простуда.       Ещё эта ситуация с Ералашем и бесконечные разбирательства в поиске виноватых. Кащею насрать на самом деле. Ему не до скорлупы сейчас абсолютно, но хорошему Вовочке хочется справедливости, а сам Кащей её в гробу видал.       Кащей это дело с Ералашем заминает благополучно. Да, жалко парня, спору нет, но он не стоит того, чтобы впрягаться за него и вести ещё больше пацанов на верную смерть, ведь Никита не дурак, он понимает, что Хади Такташ их просто раскидает и может погибнуть куда больше людей. Отделаться меньшей кровью — приоритет.       Жизнь научила Кащея, что всех вокруг не спасёшь, а если попытаешься, в конечном итоге погибнешь сам. Он и впрямь считал это единственным правильным вариантом, но уже тогда осознавал, что есть человек, которому это будет не по душе, поэтому особо не удивляется, когда Пальто зовёт его на «разговор».       Разговор получился короткий, но весьма кровавый. Признаться, Кащей от побоев отвык давно уже, но они берут толпой, а от неё по любому не отобьешься, поэтому он просто голову руками прикрывает, стараясь свести ущерб для себя к минимуму. Вова долго пинать его не позволяет, проявляет своего рода благородство, отдаёт дань уважения когда-то существующей дружбе. Кащей от этой картины каким-то больше истеричным смехом заливается, вытирая кровь с разбитых губ.       — Ты их всех погубишь, Вова, — Никита кровавую слюну на землю сплёвывает и взгляд на бывшего товарища поднимает. — У скорлупы кровь горячая, в башке нет ещё ничего, а ты этим и пользуешься. И кто из нас плохой?       Суворов на него не поворачивается и кажется, даже не слушает. Ну и к чёрту. Пусть Вовочка немножко поиграет в героя, а Кащей из тени обязательно посмотрит, чем это всё кончится. Он ещё своё возьмёт, это просто вопрос времени.

***

      Агата от ужаса рот рукой зажимает, пытаясь сдержать рвущийся на ружу крик. Кащей перед ней за окровавленную голову держится и на ногах еле стоит, слегка покачиваясь, но при этом умудряется как-то издевательски улыбаться. В сторону ванны плетётся, даже пальто не скидывая, Агата его под локоть схватить пытается, но тот отмахивается, мол, что, в первый раз что ли. А для Воронцовой и впрямь первый. Она миллион раз видела, как выглядели те, кого бил Кащей, но чтобы били его — никогда. Такого просто быть не может.       Брюнетка сзади за пальто тянет, аккуратно стягивая его с плеч мужчины, чтобы он мог умыться нормально и смыть кровь с лица. Кащей болезненно морщится и зубы стискивает, чтобы не пискнуть даже.       — Что произошло? — Агата кажется пол бутылки перекиси на вату выливает, прикладывая её к ране на голове. Кащей шипит и руку её аккуратно перехватывает, замечая, как девушка трясётся всем телом.       — Твой любимый Вовочка решил поиграть в главного, — имя бывшего друга изо рта Кащея звучит слишком ядовито, и Агата понимает: это конец. Сегодня их дружба рухнула окончательно. Хотя может это случилось ещё 2 года назад? — А я в его план со своими понятиями не вписался, представляешь? Вот так бывает.       Никита смеется, пытается сделать вид, что его это не задело, но Агата видит в его глазах плохо скрываемое разочарование. Воронцова прямо в раковину кидает окровавленную вату, замечая, что их там уже слишком много. Выдыхает нервно и снова к сочащийся ране прикладывает, пытаясь остановить кровь. Её бы в больнице зашить по-хорошему, но разве он поедет?       — Знаешь, я тут много думал в последнее время, — Кащей руку девушки от своего лица убирает, переплетая пальцы. — У нас с тобой всё как-то криво, не как у людей. Мы начали не с того, так может, стоит хоть закончить по-человечески?       Агата удивлённо глаза расширяет, не веря своим ушам. Что он блять несёт?       — Всё нужно было сделать по-другому в тот день. Мне не стоило брать с тебя долг… Так. Я ещё тогда подумал: блять, да что я творю? Чем я тогда лучше тех тварей, которые сделали это с тобой? — Кащей девушку с себе ближе притягивает и утыкается лицом ей куда-то в район живота. — Но было уже поздно. Потом думаю, ну, поживёт у меня неделю, да пусть идёт на все четыре стороны, нечего её дальше мучать. Кто же знал, что моё, как мне казалось, временное увлечение, привяжет меня к себе настолько, что я не смогу в итоге от неё отказаться?       Кащей усмехается и голову вверх поднимает, смотря на девушку снизу вверх.       — Ты мне сразу понравилась, когда я тебя с Вовой тогда увидел. Вот только всё не знал, как к тебе подступится. Подарки дарил, так ты их не брала. Цветы под дверь приносил, так ты их в мусорку сразу. Знала бы ты, как меня твои отказы тогда бесили, я ведь до этого ни за одной девушкой не бегал, да и не надо было: помани их пальцем и они уже у моей ноги, кто же откажет главе группировки? — Кащей в кривой улыбке расплывается, а Агата брови хмурит пуще прежнего, всё ещё до конца не осознавая, к чему это всё вообще.       — На протяжении всех этих лет, что мы пытаемся сосуществовать друг с другом, я каждый день приходил домой и думал: вот ещё немного и я скажу ей, что она свободна. Долг оплачен, уходи. Но мне каждый раз не хватало сил тебя отпустить, — Кащей поднимается и Агата рядом с ним сразу становится какой-то до безумия маленькой. — А сейчас хватит. Я отпускаю тебя, Агата. Ты можешь уходить. Возьми деньги и уезжай, я даю слово, что не стану тебя искать. Это твой последний шанс уйти от меня, потому что если ты сейчас останешься, я не уверен, что когда-нибудь смогу отпустить тебя.       Кащей голову к девушке наклоняет и в красивое лицо вглядывается, пытаясь насмотреться в последний раз. Он соврал, когда сказал, что готов её отпустить. Нихрена он не готов и никогда не будет, но сейчас так будет лучше для неё.       — Ты и правда думаешь, что я брошу тебя в такой ситуации? — Воронцова смотрит зло и Кащея это даже умиляет. Агата ведь на него и злится то не умеет, только вид делает.       — Ты не поняла, что случилось? — Никита бровь удивлённо выгибает, всё также не сводя с девушки взгляд. — Я больше не глава Универсама. Я… Никто. Чушпан по сути.       На последнем предложении Кащей до боли челюсти сжимает. Произнести это в слух, да ещё и в лицо собственной жене, оказалось намного сложнее, чем он себе представлял.       — Ты сам-то в это веришь? — девушка раздраженно глаза закатывает, удивляясь, что ей и впрямь нужно произносить это в слух. — Мы оба знаем, что твоё «отстранение» лишь вопрос времени. Ты никогда не был и не будешь никем. Кто угодно, но только не ты. Во главе группировки или нет, но ты в любом случае один из самых влиятельных людей в Казани, да тебя каждая собака знает.       Кащей усмехается и окровавленную рубашку с себя стягивает, кидая её в грязное бельё. Агата иногда бывает до ужаса проницательна, что не может не пугать. Знала бы она только, каким образом он эти связи заимел, и как именно он держит на коротком поводке глав других группировок.       — Ты не бросил меня, когда я больше всего в помощи нуждалась, — девушка нежно ему по лицу проводит, стараясь не задеть раны. — И я тебя не брошу, когда от тебя все отвернулись. Ты, так или иначе, моя семья. Я просто не могу тебя оставить. И не хочу.       И Агата не врёт. У неё и впрямь уже давно нет желания его оставить. За годы, проведённые вместе, она и сама не заметила, насколько привыкла и привязалась к нему. У Кащея до безумия отвратительный характер, но она убеждена, что он любит её настолько, насколько он вообще умеет это делать. Он множества раз клялся, что мир к её ногам положит, если она попросит, и Воронцова не сомневается, что так и есть. У Кащея любовь своеобразная, с привкусом горечи какой-то, но Агата другой не знает, да и знать особо не хочет.       Воронцова ему в шею носом утыкается, руки вокруг талии обвивая. Мужчина болезненно морщится, но ни звука не издаёт, наслаждаясь моментом. Он её по спине гладит, аккуратно так, будто это не ему, кажется, сломали ребро.       У Кащея дикое желание загасится наркотой, чтобы этот день из головы его пропал навсегда, но он стойко терпит, пытаясь в руках жены растворится. Он же себе пообещал, что завяжет с этим. Уберёт эту хуйню из своей жизни и с чистого листа всё начнёт. Вот только наркотики, как и Агата, его к себе привязали крепко, да так, что выкарабкаться почти невозможно, но он правда постарается. Хотя бы ради той, что готова бесконечно и молча терпеть его.       — Спасибо, что остаёшься со мной. Может, я не всегда это демонстрирую, но для меня в этом мире нет никого, дороже тебя. Просто хочу, чтобы ты знала, на случай, если когда-то произойдёт ситуация, которая заставит тебя усомниться во мне.