Часть 1

Тёмная ночь, в городе уже третий день бушует метель. В здании выключен свет, но один тусклый огонёк горит в окне лаборатории. "Алексей Федорович, не стоит ли вам идти домой?"—дверь со скрипом приоткрылась, и в комнату зашёл юноша. Мужчина, сидящий за столом, разогнувшись из позы знака вопроса повернулся к двери. "Гавриил, что ж ты домой не пошел? Я ещё занят."— мужчина потёр сонные глаза. "Мне нужно закрыть лабораторию. Долго вы ещё будете корпеть над микроскопом?"—"Отдай ключи мне, я закончу и пойду домой." Юноша подошёл ближе к столу ученого и стал вглядываться в записи в жёлтом блокноте. "Бактерии бордетела прертусис"—неумело прочёл Гавриил.—"Всё пытаетесь помочь Маргарите Егоровне?"— при упоминании этой женщины, Алексей Федорович нахмурился и жёстко проговорил—"А ты, видно, читать научился... Маргарита—моя жена... Конечно, я хочу ей помочь.."—а юноша все продолжал вслух читать записи—"Вызывающий поражение эпителия бронхов, называемое коклюшем."— из множества слов, он разобрал только эти. Изрядно надоев учёному, тот, не отрываясь от микроскопа, пробубнил—"Гавриил, ученик мой, отправляйся домой. Я потом всё закрою.".—"Да что вы, Алексей Федорович, я подожду. Мне нужно видеть, как работают профессионалы."—"Если хочешь увидеть работу профессионалов, то иди в другой блок, в стационар... Я пока, совсем ничего не сделал..." Ученик, конечно, пытался отговорить учителя, утверждал, что тот откроет лекарство, только нужно подождать, и все в таком духе, только Алексей уж ничего не слушал; он оторвался от трубы микроскопа, взял в руку карандаш и стал лёгкими движениями выводить форму грудной клетки в блокноте. Потом в некоторых местах он проводил стрелочки, прописывал симптомы; вспоминал последние вскрытия больных, зачеркивал всё, рисовал заново; смотрел на рентген, фотографии с вскрытия, снова всё переписывал, пока в конец не сломал грифель карандаша. "Схожу за точилкой. И кофе сделаю"— пробурчал профессор, вставая из за стола. "А я с вами!"— радостно сказал Гавриил и пошел вместе с учителем по коридору.—"А вы же кофе не любите, профессор Морт?"—"Если не усну, то хоть кислоту выпью."—"А я говорю, вам нужно домой, спать! Вот выспитесь и точно откроете какую-нибудь таблетку!"— они оба подошли к двери, Алексей Морт посмотрел в молодое лицо парня с секунду после этого вопроса, а потом открыл дверь в столовую, закрыв её перед учеником. Алексей закинул несколько ложек растворимого кофе и стал ждать, читая научные работы по поводу новой болезни. Ученик незаметно подошёл к профессору и решил разорвать тишину в огромной столовой—"Как ваша жена поживает?"— слегка испугавшись его тихого появления, Алексей испуганно оторвался от книги—"А, она... Она, Гавриилушка, не очень, честно говоря.. с каждым днём всё хуже становится моей Риточке.".—он опустил голову, отвёл взгляд, но что то стеклянное проглядывалось в них. А горячий кофе уже наполнил кружку Алексея. Гавриил решил попробовать его, но сделав достаточно маленький глоток, морщась, он с трудом проглотил его. Учёный же сделал больший глоток и не поведя бровью, проглотил кофе. Вернувшись в лабораторию, профессор Морт снова стал копаться на столе, ища записи и фотографии. Гавриил же продолжил уговаривать учителя пойти домой, лишь иногда отвлекаясь на прочтение различных записей и заметок доктора. Алексей всё так же не обращал внимания; проверял записи, При помощи шприца помещал бактерии под микроскоп и добавлял разные компоненты для создания лекарства; рисовал лёгкие, ротовую полость и симптомы больных. Голос Гавриила в тихой лаборатории стал убаюкивать профессора. Его компонент снова не дал результата, поэтому он отодвинул предметное стекло. Кажется, на минуту он заснул, а на автомате достал ещё какой-то компонент, добавил к бактериям, а открыв глаза и взглянув в микроскоп, он онемел. "Сработало, Гавриил!"— вскрикнул доктор, вставая из за стола и собирая свой портфель. Гавриил был удивлен, что его тихий и сдержанный учитель так счастливо и быстро собирался с работы.—"Завтра я отправлю результат главврачу, Евграфу Михайловичу!". Он накинул на себя пальто и шапку и побежал по коридору здания. Всё ещё ошарашенный ученик взглянул в микроскоп и в ещё большем удивлении закрыл дверь лаборатории. Метель все ещё продолжалась продолжалась. Еле идя против звериного ветра, он тонул в сугробах, но шел через лесополосу; до города оставалось меньше километра. Снежная метель резала щеки, мылила глаза учёного, он закрыл глаза и дальше шел только вперёд. Так, примерно через два часа он дошел до порога дома. Из последних сил он протянул красную, обмороженную руку к ручке двери, закрыл глаза и все померкло. Настало утро. В дверь того же дома постучались. Дверь открыл мальчишка, лет тринадцати, на пороге стоял молодой человек, представившийся Гавриилом Александровичем. Он зашёл в дом, направился в спальню. Там, на облёваной совсем не мятой постели лежала сухая, серая женщина. "Маргарита Морт? Как вы?".— она молчала. "Маргарита?"—юноша протянул руку к запястью женщины, надавил на вены и почти незаметно выпучил глаза. "Мальчик, как тебя зовут?"— не поворачиваясь лицом, спросил Гавриил—"Я Василий. А где отец?". Гавриил взял за руку подростка и отвёл в ближайшую больницу, отдав его работникам. Утро рабочего дня, а значит во всем здании, и в самой лаборатории, уж кипит работа, только место доктора Алексея Федоровича пустовало. К нему подошли двое мужчин— ученик Алексея—Гавриил и главврач Евграф Михайлович. "Нда... В самом деле трагедия... Вот что он ночью-то забыл? Что-же он сделал-то?"—главврач смотрел записи на его столе. Гавриил взял в руки стёклышко для микроскопа—"Господин Евграф Михайлович, понимаете, он залил к бактериям свой кофе...".