Беседка

      Теплые сумерки опустились на темные улицы города. Вот-вот наступит полная темнота, а с ней померкнут и все проблемы. Казалось, в такое время действительно легче дышать. Никакого шума, мыслей, громких секретов и волнительных возгласов сердца. Сейчас Аня может спокойно закрыть глаза и почувствовать прохладный ветерок, сидя на подоконнике в своей комнате. Неестественно розовые волосы собраны в небрежную косу, пальцы дергают кончик ночнушки, а взгляд устремлен далеко за горизонт. Слишком тихо, даже непривычно.       Не слышно соседей, которые недавно купили новую люстру и никак не могли ее нормально повесить; не слышно мартовских котов, которые пели песни во всю глотку; не слышно родителей, обсуждающих свои супер секретные миссии на завтрашний день. Йор и Лойд уже достаточное время научились жить в доверии. Они раскрыли свои тайные скелеты, вывалив их прям на головы друг друга. Но своей приемной дочери они не сказали ни слова.       Возможно, Аня и рада была избегать этого разговора как можно дольше, ведь за все придётся платить из своего кармана. В отличии от нее, ее родители не мутанты, они не обладают сверхспособностями (хотя когда ее мать гоняется за своей целью, Аня готова поспорить), они просто люди с серьезной профессией. Но… они же ее семья. Разве члены семьи могут друг друга осуждать? После их исповеди, жить стало легче. Но станет ли им легче от признания Ани? Ей страшно. Чем взрослее она становится, тем ближе этот день, час, минута.       В дверь тихо постучали, и послышался голос отца:       — Аня, не сиди допоздна, опять автобус проспишь. Доброй ночи.       Лойд не стал ждать ответа, и вскоре шаги начали удаляться. Аня слишком задумалась и не услышала, что отец выходил из своей спальни. Мама точно спала, она устала на задании и, даже не ужинав, отправилась отдыхать. Ане не стоит волноваться, о ней точно позаботится Лойд. И даже не хочется представлять как.       Покинув холодный подоконник, девушка покрепче укуталась в пушистое одеяло и закрыла глаза. Абсолютная тишина. Такая редкость. Как можно жить с постоянной тишиной в голове? Хотелось бы ей попробовать. Возможно, тишина Ане бы больше понравилась, чем вечный гул на заднем плане. С возрастом она научилась контролировать свои способности, но это не значило, что ей все подвластно. Много раз из-за перенапряжения лопались сосуды в носу, и текла кровь. Один раз даже Сай-он мальчик бежал со всех ног с ней на руках в медпункт, ведь ей стало плохо, и она потеряла сознание в центре толпы, а он по чистой случайности оказался в нескольких метрах. Когда она очнулась на кушетке у медсестры, девушка выслушала от него целую лекцию о том, какая она дура и не рассчитала свои силы. Но Аню волновали только две вещи: его лихорадочный блеск в глазах и неприлично громкие мысли.

Сумасшедшая, ты не можешь меня так пугать.

      Сай-он мальчик… Покрепче спрятав нос в одеяло, Аня зажмурилась. За все эти годы они прошли путь от ненависти до желаемой дружбы. Желаемой? Лойд уже давно утерял надежду на план Б, так как дети вечно ругались друг с другом, поэтому он сфокусировался на первом плане. До стипендиата Ане не хватало 2 звезд, пока Дэмиан уже расхаживает со своим пафосно-длинным плащом по коридорам школы. Хоть девушка и всегда фыркала, когда замечала всю эту показуху, она признавала. Ему чертовски идет.       Их отношения остановились на отметке «Передрузья». Компания Дэмиана соединилась с Аней и Бекки, и теперь они всегда обедали вместе. Конечно, если обедом можно назвать псевдо-перепалки ее лучшей подруги с парнями. Такое чувство, будто Бекки живет, чтобы высасывать энергию из споров, несмотря на то, что они много лет под их покровительством. Эмиль и Юэн стали им товарищами, надежными и преданными. Бекки не отрицала, что ей нравилось свое положение, но это не значит, что она не могла испытать их нервы на прочность. В такие моменты Аня предпочитает спокойно есть свой омлет и сосредоточиться на мыслях, чтобы вспомнить материал к уроку, который Дэмиан вбивал ей в голову пару дней назад во время репетиторства. Он знатно ей помог, тратя свое время и силы, но и она не оставалась в долгу, ведь старый язык — ее удачный предмет. Выгодный обмен. Она ему объясняет язык, а он ей все остальные предметы. Хотя стойте, не очень и выгодный…       — Господи, Аня, спи уже! — стукнув себя по голове, девушка перевернулась на другой бок и начала засыпать.

***

      — Почему ты делаешь это?       — Делаю что?       Стрелки часов пробили пять часов вечера. В библиотеки достаточно тихо, чтобы эти слова прозвучали так громко, словно гром среди ясного неба.       — Почему ты занимаешь со мной? Наверняка у тебя есть полно своих дел, а ты в пятницу после уроков торчишь тут со мной.

Я бы всю жизнь торчал.

      — Не отвлекайся, я взял ответственность за твое репетиторство, к тому же, вряд ли профессор Хэндерсон нашел бы более терпеливого ученика, чем я.       Ладони вспотели. Дэмиан не ожидал такого вопроса от сидящей напротив девушки. Весь день она казалась неестественно для себя тихой. Он уже забеспокоился, а не заболела ли эта креветка. Да какая креветка? Аня действительно повзрослела, взгляд стал более осмысленный, а длинные волосы начала заплетать, делая очаровательные причёски.

Господи, у нее сегодня хвостики? Спасибо, мир, я увидел достаточно, могу умирать.

      — Это только потому, что ты дал обещание?       — Глупая, нет конечно. Ты моя подруга, к тому же я не хочу сидеть в общаге в одиночестве, пока все уехали на выходные к семье.       Ее взгляд смягчился. Она бросила покусанный карандашик и положила ладони на его руку. Он смотрел нечитаемым взглядом на этот жест.       — Тогда давай пойдём погуляем, мне душно сидеть в этих стенах, к тому же, я тоже не собираюсь никуда ехать, — опять тихий голос громко раздался в огромной библиотеке.       — У тебя что-то случилось? Почему не едешь? — подросток не мог поверить, что девушка, которая всегда самая первая собирает рюкзак и садится на ближайший автобус, лишь бы быстрее домой доехать, на эти выходные остается одна.       В пятом классе родители Ани решили поселить ее в общежитие, из-за частых опозданий ей грозили влепить минимум три тонитра.       — Ничего не случилось! Мой младший братик заболел, а на носу экзамены, вот папа и попросил меня не приезжать! — она подскочила и нервно начала размахивать руками, что не укрылось от взгляда Дэмиана.       — Хм, хорошо, тогда пойдем кофе выпьем, тут недалеко.       — С десертиком? — глаза девушки загорелись, и она быстро начала собирать канцелярию.       Дэмиан усмехнулся, взял пальто и ответил:       — Конечно, с десертиком.       Ему нравилась детская наивность Ани. Став постарше, они столкнулись с трудностями мира, которые дети предпочитают игнорировать. В детстве трава была зеленее, солнце краше, а злостная человеческая натура не так заметна. И естественно, он не поверил ее словам о родителях. Если бы Эммет действительно болел, она бы поперлась развлекать его, несмотря на запреты отца.

***

      Несмотря, что была середина марта, погода была достаточно прохладной. Аня привыкла много ходить пешком, поэтому и температура ее не пугала. Дома она всегда открывала окно нараспашку, чтобы не было так душно. В общежитии окна можно было ставить только на проветривание, так как несколько лет назад студент чуть не выпал из окна. Дэмиан был полной ее противоположностью — летом он спал под одеялом, а до третьего класса носил шерстяные колготки под школьными штанами. Об этом, конечно, никто не знает. Кроме Ани. Она сдержала улыбку от столь постыдного воспоминания (как считал Дэмиан).       — Черт, когда уже потепление?       Бедный подросток тер руки друг об друга и с удивлением смотрел на девушку:       — И как ты не мерзнешь? Или у тебя энергия через край хлещет, вот и выделяется тепло?       — Господи, не говори ты про физику хоть сейчас, меня стошнит прям на тротуар, — девушка поправила пуговицы на пальто, — и нет, законы физики на Звездную Аню не действуют!       — Да ты что, покажи мне хоть одного человека, которого матушка-природа обошла стороной?       — Он прям перед тобой.       Удивительно, как игривая атмосфера изменилась на… этот тон. Такое чувство, будто Аня неосознанно давала ему подсказки, но этот ребус он не мог решить на протяжении многих лет. Он знал ее достаточно хорошо. Мог отличить задорный смех при игре от неостановимого смеха при истерике. Это случилось на медицинском осмотре. Тогда она забивалась в угол, как загнанный в ловушку зверек, стоило медсестре поднести шприц с иголкой к ее руке. Тогда Дэмиан был рядом. Он разговаривал, осторожно касаясь, а после принимал слезы в свою рубашку, потому что она сама испугалась такой реакции. Парень даже не ругал ее за сопливый воротник.       Было что-то, что ему не давало покоя. Конечно, со всеми это могло случиться, но Аня… она другая. Она не «все». Он хочет и должен понимать, почему это произошло, чтобы не позволять ей еще раз это пережить.       Выбрав столик у окна, парень заказал кофе и чизкейк для себя, и горячий шоколад с маршмеллоу и арахисовый кусок торта для своей спутницы.       — Су-он мальчик, ты такой взрослый, прям горький кофе пьешь, фе, — девушка демонстративно зажмурилась.       — А я думал, что ты пережила свою арахисовую стадию.       — Аня и арахис вместе навсегда! — она вытерла рот сложенной салфеткой, — И вообще, я хотя бы не делаю вид, что НЕ смотрю Любовь в Берлинте!       — Что? — удар ниже пояса, — Мы договорились это никогда не обсуждать, к тому же, я смотрел один эпизод в ознакомительных целях. Бекки вечно сравнивала нас с героями этой истории.       — Тогда почему…       — Официант, счет, пожалуйста, — выловив взглядом официант, он подозвал к себе. Аня не успела ничего сделать, как Дэмиан вытащил свой бумажник из нагрудного кармана и всунул в книжонку несколько купюр, явно больше, чем они поели.       — Стой, а с меня сколько?       — Извини, Аня, но я настоящий джентельмен, — подросток усмехнулся, подавая ей свой локоть, — прошу, мисс.       Была бы Аня помладше, она бы фыркнула. Но она не маленькая, поэтому сердце пропустило удар.

***

      Время на наручных часах Дэмиана показывало семь часов вечера. До комендантского часа оставалось два часа, так они решили пройтись длинным путем через парк. Аня держит его под локоть, прям как замужняя женщина. Рядом с ним ей было уютно и совершенно спокойно, пускай и Дэмиан Десмонд не был спокойным человеком. Импульсивным с манией величия? Да. Но с ней он был мягок, насколько мог. Насколько она позволяла.       Навстречу им шла пожилая пара. Они двигались медленно, но излучали тепло и свет, которого многим не хватает. Свет. Повернув голову к девушке, Дэмиан заметил, как она мимолетно посмотрела на водную гладь.       — Если хочешь, можем посмотреть на воду там, — впереди стояла мраморная беседка, которая открывала вид на озеро.       — Да, было бы здорово, — она поправила выбившуюся прядь волос, — спасибо.       И тогда весь его мир замер. Она смотрела прямо в его душу. Если бы его спросили, какой самый красивый камень на свете, он бы ответил — ее глаза. Яркий зеленый, при гневе хозяйки становился ядом, при счастье — дарил вторую жизнь.

Интересно, когда у нее появятся дети, будут у них такие же непокорные и яркие глаза?

      Что? Честно, она и не пыталась залезть ему в голову. Его мысли слишком громкие. А после этих слов видение: девушка стоит на веранде, отвернута, на дворе осень, затем раздается голос Дэмиана и она поворачивается, держа на руках темноволосого ребенка. Его зеленые глаза распахиваются, когда он слышит голос отца. Он улыбается так же ярко, как и розоволосая мать.       Видение закончилось. Аня быстро отвернулась, закусила губу, чтобы не завизжать. Он представлял ее в таком ключе?       — Эй, Аня, ты побледнела, все хорошо?       Взяв ее лицо в ладони и посмотрел на нее. И тогда его мир рухнул. Она сильно покраснела, глаза лихорадочно блестели, а нижняя губа немного кровоточила. Что-то щелкнуло. Переключатель.       — Аня, ради Бога, если не понравится, оттолкни меня, — быстро проговорив фразу, как мантру, Дэмиан припал к ее губам.       Шероховатые губы встретились с покусанными. Сначала почувствовал вкус крови, но ему было все равно. Парень прикрыл глаза, чтобы не видеть разочарование напротив. Он боялся, что когда кислород закончится, она оттолкнет его и больше никогда не заговорит. Он бы в тот же день сменил имя и улетел в другую страну. Но этого не произошло. Чем больше времени проходило, тем страшнее открывать глаза. Но зачем зрение, когда есть чувства. Аня переместила руки с его ладоней на плечи и неумело придвинулась ближе, ответив на поцелуй. Сознание Дэмиана рушилось, рассыпалось на миллионы частицы.

Господи, сладко, Господи, вкусно, ох, Господи.

      Горячий шоколад. Он до чертиков любил сладкий молочный шоколад, но в приличном обществе господа его не пьют. Походу, сегодня все его рамки, лимиты и законы рушатся. Девушка огладила плечи большими пальцами и неловкий вздох сам вырвался у нее. Времени на передышку у нее не было. Дэмиан снова потянулся за своим сладким трофеем, не находя силы оторваться. Проскользнув в ее рот, он только удовлетворенно выдохнул.

Сладко, как же вкусно.

      Только эти слова и крутились в его голове. Весь его мир был сосредоточен в одной точке: здесь, сейчас, в беседке, Аня. Она пахла вечерней прохладой, жареным арахисом и им. Он и не заметил, как руки переместились на ее талию, а нос зарылся в шею. Ему было мало, как всегда донельзя мало. Он Десмонд — привык получать все и сразу, но эта девушка играла с ним в дружбу годами, хотя сейчас страстно хнычет, сама не замечая. Ее пальцы оттягивали его пряди, пока он невесомо целовал шею, прося оттолкнуть его. Притянув Дэмиана ближе, она одной рукой прижала его голову к себе.

Все в порядке, она разрешила, если не понравится, я прыгну в озеро и утоплюсь.

      Эту громкую мысль нельзя было не прочитать. Он был повсюду: во рту, на шее, на талии, плечи соприкасались с плечами. Казалось, вот-вот и она провалится в него и только периодичное дуновение ветра отрезвляло ее, держало на этой планете. Она вздрогнула, когда вдалеке прогремела молния.       — Извини, черт, ты испугалась? Ты боишься молний. Черт, нужно успеть в общежитие, пока не ливанул дождь, — парень не контролировал поток своей речи, ведь буквально секунду назад он находился в другом мире.       Схватив ее за руку, они понеслись прочь из беседки. Мраморное сооружение будет ещё долго помнить, что произошло тут. ***       — Сегодня ты остаешься у меня в комнате, я же джентельмен, буду брать на себя ответственность.       — Боги, избавьте меня от этой физики.       — Я про физику ничего не говорил.