Чуть дольше, чем вечность

-Марко, вставай, сегодня просто прекрасный день! — светловолосая фурия распахнула дверь «кексовым ударом» и с разбегу плюхнулась на кровать к лучшему другу, — Не время спать! -Что? Который час? — Диаз резко принял сидячее положение и во все глаза вылупился на девушку. -Уже 5:50, а ты все ещё дрыхнешь! -Уффф, — парень с облегчением выдохнул и упал обратно, зарывшись в гору подушек и укутавшись одеялом, — Стар, ты невыносима. -НИЧЕГО НЕ СЛЫШУ! ПОДЪЕМ, ЛЕНИВЕЦ! — блондинка залезла верхом на ворчащий кокон и принялась искать в его глубине признаки жизни. -Ну, пожалуйста, Баттерфляй, дай мне поспать ещё хоть час! Мы же никуда не опаздываем, — жалобно проскулил хозяин комнаты. -Как не опаздываем? Думай о чем говоришь! Или ты не знаешь, какой сегодня день? -400 дней твоего пребывания на Земле? -Не-а -Годовщина нашего знакомства? -Не глупи, это было в тот же день, когда я прибыла в Эхо-Крик. -День рождения Глоссарика? -Хммм, возможно. Я просто даже примерно не знаю его возраст, так что вряд ли. -Всемирный день кукурузы? -Нет! -День волшебной палочки? -Неееет… -День, когда ты решила свести меня с ума? -Да! То есть, что? Нет, конечно же! -Тогда я сдаюсь. -Ну же, Марко, сегодня третье число третьего месяца, и к тому же, третий день недели! — девушка воодушевленно подпрыгнула и возвела руки к потолку. -И что? На Мьюни священным считается число 3? -Нет, просто утром, ища украденную щенками зубную щётку, я заглянула под диван, нашла вот это и поняла, что сегодня подряд выстроились целых три тройки. Три трооооойки. Это же так классно! — принцесса с улыбкой ткнула пыльный клочок бумаги в торчащий из-под подушки нос друга. -Но, Стар, это же календарик за 2014 год… -И что? -А сейчас 2016. -Да какая вообще разница 6 или 4? Они похожи. -Ни капельки. -Все, я устала от этой математики. Поднимайся, зануда! — блондинка наклонилась к Диазу и прикусила его за кончик носа. -Ауч! Ты просто монстр какой-то! — ворча, шатен все же встал с постели и направился в сторону ванной комнаты. Довольная проделанной работой принцесса удобно устроилась поперёк кровати, подперла кулаком подбородок и уставилась в зеркало, напротив которого её лучший друг пытался совладать с зачарованным тюбиком пасты. Её друг. Лучший друг. Эти мысли холодным лезвием полоснули сознание девушки, отрезвляя, окуная с головой в суровую реальность. Как можно дружить с человеком, рядом с которым сердце разрывается на сотни, нет, тысячи кусочков? Как можно каждый вечер желать спокойной ночи, зная, что всего через пару часов снова придёшь в его комнату и до рассвета будешь молча наблюдать за размеренно-поднимающейся при дыхании грудью? За смуглой бархатистой кожей, за морщинкой, иногда пролегающей на лбу от напряжения. За прекрасной, милой родинкой на щеке. За подрагивающими ресницами и длинными пальцами, сжимающими одеяло. Как можно забыться и отпустить, когда тебя ломает, будто последнюю наркоманку, без его смешных посапываний. Выворачивает кости, сводит зубы, от потребности видеть, чувствовать, ощущать… А иногда, бывает, он начинает улыбаться во сне. И в голову закрадывается абсолютно дурная, до абсурда глупая, невообразимо нелепая мысль, что может быть, он видел там тебя и вы вместе… «Джеки»… Словно удар в поддых. Резкий, хирургически-точный, выбивающий весь воздух из легких, но такой ожидаемый. Ну, конечно, размечталась, идиотка. Он даже во сне говорит о ней, мечтает, а ты сидишь тут и глотаешь горькие слезы отчаяния, закрываешь ладонью рот, чтобы заглушить рыдания, искусываешь губы в кровь, в тщетных попытках заглушить моральное физическим, а в голове лишь… Глаза. Такие тёплые, желанные, родные, цвета горячего шоколада. Они смотрят на тебя с непониманием, заботой и жалостью, не оставляя выбора, кроме как задохнуться от переизбытка эмоций и прирости к месту.  А когда первые солнечные лучи упадут на крышу маленького, такого уютного домика с непропорционально-большим восточным крылом, ты пойдёшь в свою постель и уснёшь крепким сном, в котором перед тобой снова предстанут эти до боли любимые, до непрошенных слез красивые, чёрт бы их побрал, глаза. -Стаааар. Стар! — Марко пощелкал пальцами перед лицом подруги, выведя её из немого оцепенения. Ты так уже минут 10 лежишь. Все в порядке? -Конечно, — «я просто хочу сдохнуть», — Марко, — «чтобы не было так невыносимо тяжело» — все в порядке, — «от этих тупых чувств». -Тогда собирайся. -Куда? — Баттерфляй непонимающе уставилась на друга, натягивающего красную толстовку. -Ну, если уж мы проснулись в такую рань, нельзя терять время. Нужно начать готовиться. -Готовиться? К чему? -К вечеринке. Сегодня, все-таки, суббота, а не среда, а это значит, что родители уедут на традиционный пикник. Мы можем собрать друзей и повеселиться, — Диаз на минуту замолчал, пересчитывая карманные деньги, — Да. Ровно 650 баксов. Поехали за покупками? -Конечно, а… Кого ты будешь звать, Марко? -Всех! Фергюсона, Альфонсо, Дженну, Оскара, Сенсея и… Джеки, если она согласится. И они пусть тоже все позовут того, кого считают нужным. Так и наберётся компания. Главное поставить на вход охрану и внести Джереми в чёрный список. Одолжишь пару рыцарей из королевской свиты? — шатен презрительно сузил глаза. -Хмммм… Думаю лучше рыцарей могут быть только секьюрити-войнороги. И ещё превратим скучные лестницы в аква-горки! — воодушевленно подхватила девчонка и, натянув на лицо уже такую привычную, идеально отыгранную улыбку, направилась за другом в сторону выхода. -Неееет, только не мокрые носки, умоляю! *** -Марко, вечеринка просто улетная! — мимо радужного батута помчался Фергюсон на самокате. -Только ты что-то неоправданно-тухлый, — крикнул проезжающий вслед за ним взъерошенный Альфонсо. -И правда, красная шапочка, что не так? -сзади из бассейна с шариками показалась светлая макушка, — Фух, чуть не утонула. -Стар, там нет воды, — скучающим тоном произнес шатен, сильнее натягивая на лицо капюшон толстовки. -Ну и что. Главное--фантазия. В этих конфетах, например, тоже нет ничего вкусного, но я представляю на их месте сладкую вату и все становится лучше. Попробуй! — блондинка протянула другу угощение, завернутое в яркий фантик, но тот даже не поднял глаза от пола, — Ну, что случилось, Марко? -Она не пришла…- настолько тихо, что сам еле расслышал сказанное, но Стар все поняла. -Джеки? Джеки, да? — аккуратно положив ладонь на спину, обтянутую красной тканью, девушка придвинулась ближе, — Она ещё придёт. Точно тебе говорю. Ты же знаешь Томас, она всегда опаздывает. -Ты правда так думаешь? Она не ответила на моё сообщение в чате. Ни на одно из 17. -Нууу… Она, наверное, едет на скейте и не может отвлекаться, — подбадривающе врала принцесса. На самом деле она не имела никакого понятия о нахождении и планах Джеки, но смотреть на печального и такого чужого на этом празднике жизни друга не было сил. Она давала ему надежду. Надежду… Самое обманчивое чувство, эта ваша надежда. Она заставляет тебя верить, что однажды все образуется, что завтра все будет лучше чем сейчас. Но вот только то самое завтра никак не наступает. -Может быть ты и права. Рано отчаиваться. Пойду возьму себе содовой. Ты будешь? -Да, только добавь туда сироп. Я…-внезапно в кармане что-то завибрировало. Открыв крышку зеркальца, Баттерфляй очень удивилась, увидев звонок от мамы, — Я на секундочку. Быстро взлетев по ступенькам в свою комнату и с грохотом захлопнув дверь, Стар прислонилась к ней спиной и оперлась руками о колени в тщетных попытках отдышаться. Сердце колотилось, как бешенное, норовя вырваться из грудной клетки, нещадно давя на ребра, что, кажется, даже причиняло физическую боль. Так, успокойся. На раз вдох, на два выдох. Королева никак не могла узнать о твоих земных проделках. Ты даже выучила парочку заклинаний за последнюю неделю. Ты молодец, не переживай. На трясущихся ногах приблизившись к большому настенному зеркалу, девушка взмахнула палочкой. Пошёл обратный отсчёт. 5, 4, 3, 2… -Здравствуй, дочь. -Эмммм, привет мам. Что-то случилось? --скорее из вежливости, надеясь на отрицательный ответ, спросила девушка, покусывая губу от нервного напряжения. -Да. И без твоей помощи никак не обойтись, — вот так, без эмоций. Без замыленных «все хорошо, а ты как поживаешь?». Сухо и с холодом в глазах. -Ну и в чем заключается моя миссия? -Это личный разговор, который ни коим образом не должен выйти за стены королевской опочевальни. Ты обязана прибыть на Мьюни. Прямо сейчас. -Но, мама, у нас вечеринка и самое веселье только началось…-неуверенно одергивая подол платья, волшебница попятилась назад. -Никаких «но». От этого зависит судьба королевства. -Ладно, хорошо, — тяжело выдохнула наследница трона, — дай мне пару минут, нужно сказать Марко. -Договорились. Если не появишься через 5 минут, пошлю за тобой отца- разрушителя вечеринок. -Нет, только не это! Я мигом! — забыв даже потушить зеркало, блондинка вылетела из комнаты и с оглугающим криком помчалась на первый этаж, — Марко! МАРКО! На безумной скорости проскочив несколько ступенек, Стар резко затормозила, вцепившись в перила, дабы не вылететь за них, и принялась искать взглядом тёмную макушку в красном капюшоне. Спустя с десяток секунд, длившихся вечность, девушке все же удалось найти в дальнем от неё углу фигуру друга. Костяшки пальце в миг побелели от напряжения, ногти настолько сильно впились в шершавое дерево, что на нем должны были остаться царапины, а сердце печально заскулило, разнося с кровью по организму волны боли. Он стоял там не один. Он был с ней. Облокотившись на стену, Джеки заразительно смеялась, наверняка, крайне привлекательным смехом, пока Марко, явно довольный собой, продолжал ей что-то вещать, бурно жестикулируя. Браво, Диаз. У тебя получилось. Медленно развернувшись, блондинка поплелась в свою комнату. Нет, она не будет им мешать. Не будет отрывать его от общения. Не станет рассказывать насколько ей волнительно и страшно и даже не попросит полететь с ней. И сама справится, не впервой. Подойдя к зеркалу, в котором теперь торчала лишь прическа королевы, девушка прошептала: -Я готова, мама. -Оу, так быстро, — подняв взгляд от каких-то совершенно точно важных бумаг, Мун взглянула на дочь, — Все хорошо? -Нет, но когда это кого-то волновало? -Что, прости? -Ничего. Открой портал, пожалуйста. *** -Принцесса Баттерфляй прибыла во дворец! — громогласно оповестил всех Манфред. -Дочка, я так скучал! — накинувшичь с крепкими объятиями, Ривер чуть не сбил девушку с ног, — Ты так повзрослела за ту неделю, что нам ремонтировали зеркало! -Но, пап, с зеркалом было все в порядке… -Да? Странно. Почему тогда Муняша не пускала меня в кабинет? -Ривер, не засоряй голову ни себе, ни ребёнку. Ещё раз здравствуй, — приблизившись к семье, произнесла женщина, — Время сейчас дороже всех кукурузных полей, так что нам стоило бы как можно быстрее начать. -Хорошо. Папочка, подожди нас здесь, — все же отлипнув от отца, проворковала волшебница и мигом скрылась за поворотом, вслед за матерью. -Ох уж эти женские секреты… Вот почему я всегда хотел сына. *** -Присаживайся, разговор предстоит не из простых, — взмахом палочки отодвинув стул, королева приземлилась на свое место за столом и принялась сверлить взглядом Стар. -Мама, если я вдруг в чем-то провинилась, то ты только… -Нам объявили войну. -не ругайся. Я точно не хотела этого и… Стоп, что? -Люциторы расторгли мирное соглашение и готовы перейти в наступление на королевство в любую минуту. -Но, но почему? Ведь все было так хорошо! -Они хотят расширять территории за пределами подземного мира, — Мун тяжело вздохнула и уткнулась лицом в ладони, — Мы пришли только к одному мирному исходу из сложившейся ситуации. -К какому? — воодушевившись, заерзала на стуле младшая Баттерфляй. -Тебе это все не понравится, но таков твой долг, как будущей королевы Мьюни, — подняв тяжёлый взгляд, процедила Мун, — Ты должна выйти замуж за Тома Люцитора. -Ахахах, мама, что за бред? Зачем им это? -Только так мы можем официально объединить наши миры. Тем более, я тут подумала… Вы же с дьяволенком раньше дружили и даже встречались? Что тебе стоит снова сойтись с ним? Ну, например, навсегда? -Что? Нет, как ты могла даже подумать об этом? Я же ничего к нему не чувствую. И вообще, мне ведь только недавно исполнилось 15, о чем речь? -Стар, это был не вопрос, а утверждение. Прости, дорогая, но таков удел всех королев: нам не приходится выбирать супруга сердцем, всегда нужно действовать на благо народа. И, да, я в твоём возрасте уже правила королевством и во всю боролась со злом, так что не стоит драматизировать. -Но, мама, так не честно! Ты же любила папу, выходя за него, почему мне нельзя так же? — в носу неприятно защипало от подступающих слез отчаяния, а в горле сильно пересохло. -Никаких «но», милая. Мне просто повезло в этом плане, — поправив замысловатую причёску, произнесла королева, добавив, — Свадьба состоится через 4 недели, приготовления уже начались. Там будут присутствовать все самые влиятельные существа мультивселенной, так что постарайся не ударить в грязь лицом. Услышав сдавленный всхлип, женщина подняла глаза на дочь и вздрогнула. Она выглядела сломленной, раздавленной, такой маленькой, хрупкой и несчастной, что материнское сердце тревожно сжалось, услышав родной, тоненький голосок: -И тебе что, меня совсем не жаль? Боже, конечно жаль. Безумно. Хочется прижать к груди и никому не отдавать, ведь ты ещё не готова к этому, правда, малышка? Я знаю, но извини, тебе будет проще прощаться, ненавидя меня. -Нет. Это твоя прямая обязанность, — обманщица. Мерзкая, отвратительная обманщица. Ложь, так легко слетевшая с губ, все еще звенела в ушах, оставив горький привкус на корне языка. Она тебя не простит. Никогда. -У тебя есть время до полуночи, чтобы попрощаться с Земными друзьями! — провожая взглядом, крикнула в спину убегающей принцессе Мун прежде, чем раздался оглушительный хлопок двери и королева обессиленно рухнула на спинку кресла. *** -Хэй, Стар! Черт бы побрал эту лестницу! Стааааар, я знаю, что ты тут, — когда тёмная макушка показалась из чердачного окошка, парень заметил сжавшуюся в комочек фигурку лучшей подруги на дальнем краю крыши. Подойдя поближе, он приземлился рядом и положил тёплую ладонь на худое плечо, от чего та вздрогнула, кажется, только заметив чье-то присутствие. -Эй, что случилось? Ты так неожиданно исчезла. Я тебя искал, — поглаживая спину, Диаз аккуратно провел подушечками по выступающим ребрам и позвоночнику, обтянутому тонкой тканью футболки. Наткнувшись на светлый локон, мальчик слегка прихватил его и принялся накручивать на палец, поднимаясь выше, пока не коснулся холодной, бледной, такой мягкой, покрытой мурашками кожи шеи. -Давно? -Что? -выйдя из оцепенения, Марко одернул руку и уставился на подругу. -Как давно ты заметил, что меня нет? -Нуууу…-рефлекторно почесал затылок. -Когда все разошлись, да? Когда в доме никого не осталось? Только тогда стало не плевать на моё отсутствие? — принцесса подняла полный сочащейся горечи взгляд красных заплаканных глаз и уставилась, кажется, прямо в душу. Все лицо было усыпано красными пятнышками, нос шмыгал, а зрачки лихорадочно бегали из стороны в сторону, в судорожных попытках ухватиться за что-то, уцепиться ведь… Она тонула. Да, она падала с безумной скоростью. Ей было так страшно, так невыносимо одиноко, ведь не с кем было разделить этот леденящий кровь ужас, от которого тряслись колени и противно сосало под ложечкой. Она осталась совсем одна, наедине со своим горем, пока он был ослеплен внезапными успехами в личной жизни. -Боже, Стар, извини меня. Пожалуйста прости, я не должен был так поступать. Друзья так не делают. -Хах, да, друзья… Совсем забыла, мы же друуужим, — нарочито сладко и фальшиво протянула волшебница. -А разве нет? Я думал за время нашего общения, ты смогла назвать меня своим другом. Мы же через столько прошли вместе! -Что у тебя с ней? — перебив речь Диаза, Баттерфляй гордо вскинула подбородок и вперилась холодным, чужим взглядом в парня. Маминым взглядом. Один в один. -С кем? -Не строй из себя дурака. С Томас. — А, Джеки, — Марко просиял, при упоминании её имени. Этого уродливого, ненавистного сочетания букв и звуков, — Ну, я как-то внезапно предложил ей встречаться, и она вроде бы согласилась. -Рада за вас, — сухо произнесла блондинка. -Да? А так и не скажешь…  -Ты её любишь? — неожиданный вопрос слетел с губ прежде, чем девушка сама успела обдумать и понять смысл сказанного. -Это сложно, но… наверное да. Мне хорошо с ней, она весёлая, крутая и красивая, разве нужно что-то ещё? -Да, пожалуй, вы друг другу подходите, — размышляла вслух девушка, — Главное не бойся признаваться ей в том, что чувствуешь, хорошо? Всегда своевременно сообщай о том, что волнует душу, пока не стало поздно. -Зачем? Зачем ты сейчас говоришь все это? -Просто не хочу, чтобы ты совершал мои ошибки. От них потом бывает больно. -Так, Стар, остановись! Я ничего не понимаю! Что у тебя произошло, почему ты сбежала, почему ты плакала, в конце концов? — Марко резко выпрямился, даже сидя становясь на голову выше блондинки. -Разве это имеет хоть какое-то значение? — грустно опустила глаза волшебница. -Конечно имеет! — начиная злиться, Диаз придвинулся к подруге, взяв её руки в свои. Как всегда холодные. Такие тонкие, будто детские пальчики, тыльные стороны ладоней, усеянные голубыми веточками венок, а на сбитых костяшках только недавно застыли капельки крови. Мальчик еле удержался, чтобы не потянуться к ним и не слизнуть бордовую жидкость с металлическим привкусом. -На Мьюни возникли проблемы и мне срочно нужно уехать, — дрожащим голосом произнесла принцесса, до боли сжав руку друга. -Ну, ничего, пора бы уже привыкнуть. Там у вас никогда спокойно не было. Когда отправляемся? На долго? Я успею собрать вещи? -Нет, Марко, ты не понял. Я покидаю Землю навсегда, а ты остаёшься, — девушка с остервенением закусила губу, но одинокая предательская слезинка все же скатилась вниз по щеке. -Но… Но почему? -Потому что от этого зависит судьба королевства и моего народа. Я не могу их оставить. Ведь как будущая королева… -А меня? Меня ты с легкостью можешь оставить? Можешь покинуть и предать, так, да, Баттерфляй? — голос невольно сорвался на крик в ту секунду, когда шатен внезапно осознал одну очень простую вещь: он бессилен. Сейчас он беспомощен и ни одно его слово не имеет абсолютно никакого значения. Он увидел в ней решимость. Она уедет, и никто не сможет этому помешать. -Что ты вообще несёшь? Я никогда не предавала тебя, Марко! — блондинка вспыхнула и резко вырвала свои согревшиеся руки из ладоней землянина, — Просто есть вещи, о которых тяжело говорить, которые нельзя называть, которые ты попросту не поймёшь! — она уже не сдерживала слезы, во всю стекающие по измученному лицу. -Я что, по твоему, дурак, не способный осознать очевидное, да? Хорошо, тогда скажи мне хоть одну вещь, о которой я не знал, за время нашей дружбы! Давай, попробуй! — парень уже не мог укротить бешеную ярость, молотком стучащую в висках и отдающуюся неистовой головной болью. -Давай! Я люблю тебя! — Практически прокричала принцесса ему в лицо. На мгновение, весь мир вокруг, кажется, застыл: машины остановились, люди прекратили свою деятельность, все разговоры разом затихли, животные уснули и даже Земля перестала крутиться вокруг собственной оси. Ему стало так оглущающе тихо, что захотелось крикнуть, затопать ногами или хотя бы вдохнуть, но он не мог. Только сейчас Диаз заметил, что все это время не дышал. Он лишь смотрел в полные страха глаза подруги и понимал, что ничего уже не будет, как раньше. Назад дороги нет. Это осознание упало на плечи таким тяжёлым грузом, что спина, прикрытая красной толстовкой резко согнулась, голова упала на колени, а позвонки издали жалобный скрип. Его сломало. Ему вывернуло все кости, а желудок с крутился в тугой комок. Он знал, что ей сейчас в разы тяжелее, но не мог заставить себя даже повернуться. Чертов слабак. Ему стало так невыносимо душно, что на лбу выступили капли холодного пота. Мальчик с силой сжал тёмные волосы пальцами и оттянул с такой злостью, что чуть не вырвал клоки. Будто это сейчас могло помочь. Будто могло отрезвить. Будто что-то ещё, кроме пронзительного взгляда голубых глаз было важно в этом мире. Какой же ты придурок, Диаз. -М-м-марко, прости, я не должна была, — Девчонка глухо всхлипнула, — Знаешь, а я ведь совсем не так представляла себе этот момент. Я вообще, честно говоря, его себе никак не представляла. Не хотелось об этом думать. Я всегда считала, что это пройдёт. Что однажды придёт осознание того, что ни твоя уродливая родинка, похожая на пятно от шоколада, ни эти длиннющие ужасные пальцы, ни раздражающее сопение во время сна, ни чёртовы ненавистные глаза больше меня не волнуют. Не заставляют сердце выделывать акробатические этюды, понимаешь? Но день за днём это чувство лишь укоренялось где-то здесь, — блондинка положила руку на ребра, — Ты же знаешь что такое по-настоящему любить, да? Ведь именно эти эмоции в тебе вызывает Джеки. -Стар… -Подожди, дай мне договорить. Диаз, иногда мне становилось так невыносимо больно, что казалось хуже некуда. Но хуже было с каждым последующим разом. Я правда пыталась быть сильной, но даже лучшие корабли тонут, а точнейшие навигаторы сбиваются с пути. Сейчас мне и вправду нужно уехать, и мы больше никогда не сможем увидеться, ведь я выкрала ножницы измерений из твоей тумбочки, пока ты был с гостями. -Но… -Тсссс, — волшебница прислонила палец к губам друга, понизив голос, почти до шепота, — Марко, поверь, тебе будет лучше. Ты только пообещай мне одну вещь: будь счастлив, пожалуйста. Ты, — громкий всхлип полоснул лезвием густой, напряжённый воздух вокруг пары, — Ты должен быть счастливым. За нас обоих. Через силу улыбнувшись, Баттерфляй опустила свою руку на его колено и, поколебавшись, приблизилась вплотную к другу. -Стар, пожалуйста, не делай глупостей. Мы со всем справимся, только не сдавайся! — от волнения голос поднялся на несколько тонов выше, а губы пересохли. Уставившись на то, как язык мимолетно пробежался по нижней губе, девушка подняла взгляд на ошарашенного друга и со всей нежностью и теплотой, на которую было способно её улетучивающееся сознание прошептала: -Позволь мне исполнить последнее желание. С этими словами, принцесса ещё немного подалась вперёд и коснулась губ Марко своими. Мгновение ничего не происходило, но после парень будто очнулся от долгой спячки, с силой притянув её за талию и наклонившись так, что она уже почти лежала на крыше, накрываемая его телом. Стар, в свою очередь, зарывалась пальцами в спутанные от ветра волосы друга (а друга ли теперь?). Они упивались этим поцелуем. Пытались утолить жажду, словно долгие годы скитавшиеся по пустыне путники, которые внезапно нашли оазис. Каждый пытался помочь друг другу, успокоить, придать уверенности, но вместо этого лишь их слезы смешивались воедино, а изо рта вырвались рваные вдохи. Им было мало. Катастрофически мало времени, чертовски мало поцелуя и слишком мало лет, чтобы так много потерять. Жадно сминая тонкую ткань юбки, парень понял, что именно он был той самой спасительной веточкой, за которую подруга (а подруга ли теперь?) ухватилась, летя вниз. Но вместо того, чтобы удержать её, они падали. Теперь вместе. Отстранившись друг от друга в тщетных попытках привести колотящееся сердце в норму, Стар взглянула в его глаза. Такие родные, такие жизненно-необходимые и отчётливо осознала, что теперь он никуда её не отпустит. -Прости, Марко Убальдо Диаз. Я буду любить тебя чуть дольше, чем вечность, — блондинка достала из-за спины палочку и навела на испуганного мальчика. -Я тебя тоже, Стар Баттерфляй, — он грустно улыбнулся. -Чарующее забвение, — вместе с фатальным заклинанием, сорвавшимся с губ, сноп тёмный искр вылетел из волшебной реликвии и окутал худощавую фигуру подростка, — Прощай. *** -Стар, дорогая, все готово, гости собрались, ждут только тебя, — в дверь мрачной комнаты раздался стук, за которым последовал голос Тома. -Поняла. Подожди ещё пару минут, остались последние штрихи, — девушка, сегодня особенно-неотразимая, довольно кивнула сама себе, когда услышала удаляющиеся шаги по коридору. Вот и все. Сегодня она станет женой Люцитора. Сегодня ей впервые за последние недели придётся увидеть мать. Сегодня ей навсегда придётся попрощаться с детством. Переведя взгляд на такой уже привычный урчащий звук заклинания всевидящего ока, невеста грустно улыбнулась и зажала изящными пальцами в белой атласной перчатке нос, который вновь предательски защипало. На Земле сейчас была глубокая ночь, поэтому в доме Диазов все спали. В том числе и Марко. Мирно посапывая, он крепко сжимал пальцами одеяло. Как будто ничего не изменилось. Как будто не было тех дней и ночей пролитых ею слез. Как будто она снова в Эхо-Крике, сидит в горе подушек рядом с ним. Пожалела ли она о том первом и последнем поцелуе? Нет. Пожалела ли она о заклинании, стирающем память? Да. Но время не вернуть назад. Ошибки прошлого уже не исправить. Поэтому, поднявшись с кровати, Стар кинула на себя беглый взгляд в зеркало и вышла в сырой темный коридор. А когда дверь с характерным щелчком захлопнулась и хозяйка комнаты была уже не в силах услышать происходящее в ней, где-то на Земле во сне улыбнулся парень и с его губ слетело такое до боли знакомое, но к несчастью навечно забытое имя: -Стар…