Часть 1

в нём так часто мелькает Родион. можно запутаться. в голове мириады мыслей. воспоминаний. знакомо пошутит, поправит кепку, засунет руки в карманы бежевого плаща. да только руки теперь постоянно в наручниках и шутки он выдаёт по памяти наверняка. наручники. в последнее время она часто возит его без них. так хочется довериться ему. хочется верить, что он в порядке, не причинит боль себе и другим. и он оправдывает надежды. порой. сегодня как раз такой день. сегодня — наручники бесполезной цепью качаются где-то позади брошенные. Родион — с ней рядом, на переднем сидении. такой… такой родной. смотрит задумчиво куда-то вперёд, брови нахмурил. прямо как раньше, когда дело запутывалось и нужно было дополнительно подумать, чтобы сложить пазл. он тогда сидел дома, за столом и, также глядя куда-то перед собой, думал, думал, думал. а она в такой же тишине смотрела на него. сейчас она тоже молча за ним наблюдает. счастье так близко, но протяни руку — и упорхнёт испуганной птицей. поэтому она не шевелится, сидит, едва дыша, и смотрит. запоминает. — закурить дай. Есеня вздрагивает. тишина нарушается так резко, когда Родион он поворачивается к ней с неожиданной просьбой. она колеблется пару секунд и запускает руку в бардачок. достаёт его портсигар. нет, не выбросила. не оставила тогда в машине гореть огнём. как и флягу, из которой раньше частенько пила коньяк. она тут же, рядом. стальная поверхность приятно холодит ладонь, слегка отрезвляя. что она делает? здесь, с ним в такое время, пока Женя укладывает Веру спать? с его портсигаром в тесной машине наедине с кучей воспоминаний он забирает портсигар из её рук, аккуратно открывает и нюхает сигареты одну за другой, наслаждаясь крепким запахом табака. совсем как делал это раньше совсем как её Родион Есеня отворачивается, закрывая лицо руками. в нём так часто мелькает Родион. она так хочет запутаться.