Часть 3

Суна открыла номер картой-ключем и вошла внутрь номера. Кайя же колеблясь простоял так несколько секунд, но все же зашел. — Вай бе, что только сегодня не увидели! Сначала в баре сидим, выпиваем, флиртуем, а потом может не со мной бы в этот номер пришла, да? — Оф, Кайя! Тебе не надоело? Совсем остатки разума потерял? — Да! Потерял! И что с этого? Может мне и вовсе не стоило вас прерывать? — Все? Ты закончил? Может это мне не стоило вас прерывать с Пырыл, так сладко вы общались, любо-дорого смотреть! — Оп, давай, переведем стрелки на меня! Но я тебе напомню, дорогая, что мои границы не были нарушены, повода я тебе не давал. А ты… — Что я? — он положил правую руку ей на затылок, запутываясь пальцами в растрепанных волосах. — Суна, ты это делаешь специально, я вижу, знаю, чувствую, но мне другое интересно. Тебе понравилось? — Что? — Инстинктивно отстраняясь, переспросила она. — Реакция, которой тебя одаривали чужие мужчины, понравилась? Кайя очень явно ее провоцировал, и зная это, она повелась. — Возможно, — становясь на цыпочки прошептала она, вдыхая пьянящий запах мужа. Но его взгляд поменялся, стал серьёзнее и осмысленнее. — Понравилось, как он чуть не поцеловал тебя, флиртовать с ним? — его ладонь отпустила затылок, спустилась вниз по шее, плечам, намерило зацепляя пальчиком бретельку, и без того, наровящую соскользнуть. Ее сердце гулко забилось в груди, отзываясь на прикосновения Кайи. Ещё ни на одного человека оно так не реагировало. — Мне было не до этого, — она упрямо поджала губы. — Даже так!И чем же ты была занята? — Думала о нашем разводе, — усмиряя сбивчивое дыхание, пролепетала она. — И все? — Да, — лаконично ответила она, отводя взгляд, боясь быть раскрытой. — Хорошо, — Кайя убрал руки и отступил. — Ты куда? — Рука машинально поднялась вверх и ладонь, с противным хлопком, мертвой хваткой вцепилась в предплечье мужа. Под её пальцами напряглись мышцы. — В душ, — он повернул голову, встречаясь с её глазами. Почему она увидела там приглашение? — Можно? — Мы не договорили, — с нажимом произнесла она. — Мне так не показалось, — намерено цепляя меня плечом, Кайя двинулся вперёд. — Ты испытываешь мое терпение, Кайя Сонмез! — Разворачиваясь, в чувствах крикнула она. — Играешь с огнем, знай это! — Это только начало, женушка, — останавливаясь, прохрипел он, смеясь, стоя спиной и предоставляя возможность разглядеть бугрящиеся мышцы под смуглой кожей, привыкшей к палящему солнцу. — Не называй меня «женушкой», — выплюнула она, будучи задетой, и не имея возможности достойно ответить. Медленной походкой, словно дикий хищник на охоте, Кайя продолжил свой путь. И плевать он хотел на её истерику. Успокойся, Суна, дыши глубже. Сегодня был трудный день, столько всего произошло, ей просто нужно лечь спать. Но она слышала шум воды, видела приоткрытую дверь, и поддалась соблазну, воровато заглянуть. Кайя стоял в полуоборота ко ней, являясь во всей красе. Капли воды стекали по крепкому телу, разлетались мелкими брызгами по сторонам. Кайя провёл рукой по волосам, убирая их с лица и смывая шампунь. — Оууууу, — вырвалось у неё, и прежде, чем она успела зажать рот ладошкой. Он открыл глаза и хищно прищурился. На лице — триумф. Поспешно разворачиваясь, чтоб ретироваться от греха подальше, будучи пойманной на горячем, во всех смыслах, в спину ударил голос Кайи: — Подашь полотенце? Наощупь нашла полотенце, она попятилась назад, не смея обернуться, чувствуя, как краска заливает щеки, постепенно распространяясь на лоб и щеки. — Вот, — она ухитрилась вывернуть руку назад. — Ну же бери. Но Кайя не спешил, забрать это чертово полотенце, вынуждая её с каждой секундой все больше сгорать. По виску потекла струйка пота, скрываясь в декольте. — Не дотянуться, женушка, — где-то очень близко произнёс он. — Черт, — выругалась она, потеряв терпение, и постановив, что обернувшись, она всего лишь ещё раз увидит своего обнаженного мужа, отдаст ему полотенце и сбежит. То есть, обойдется малой кровью. Но Кайя был слишком близко, их разделял шаг и она решила, что терять уже нечего и храбро закинула голову. — Т-твоё по-полотенце. — Моя дорогая женушка, — он проигнорировал её и бесцеремонно прислонил мокрую ладонь ко лбу, — да у тебя жар. — Это из-за тебя, — буркнула она, надеясь, что Кайя не расслышит. — Что? — Ой, бери уже своё полотенце, — она не выдержала и бросила махровую тряпку в мужа, разворачиваясь. — Не так быстро, моя хорошая, — Кайя поймав её, потянул на себя. Босые ноги заскользили по плитке, и она впечаталась в абсолютно обнаженного мокрого мужа.- Попалась, птичка. — Кайя, — задыхаясь, воскликнула она, чувствуя, как промокает тонкая ткань её платья, прилипая к телу. — Разве хорошо подглядывать? — он развернулся вместе с ней, выпуская её из объятий, но расставляя руки по сторонам, загоняя её в ловушку и отрезая путь к отступлению. — Дверь была открытой, — неуверенно произнося, делая шаг назад, нервно теребя бретельку. — И ты решила испытать судьбу, — ещё шаг на неё, а за ней только душевая кабинка. — Просто стало любопытно, — понимая, что отпираться бессмысленно, она выставила руки вперёд, как последнее сопротивление. — Я удовлетворю твоё любопытство, женушка. Ее ладони уперлись в его грудь, но под давлением его тела согнулись в локтях. Силы были не равны. — Сдавайся, — качая головой, посоветовал муж, и она, переступила порог, уже стояла в душевой кабинке. За спиной парилась вода. Очень жарко. Слишком жарко. — Чего ты хочешь? — С надрывом спросила она, как будто за спиной был обрыв, в который она вот-вот готова была сорваться. — Что ты почувствовала, когда я целовал тебя? — Кайя задержал дыхание в ожидании ответа. Одно слово разделяло их. Та связующая нить, последняя надежда, надломленная соломинка, шанс, блажь. — Ничего, — сорвалось с её губ всего за секунду до того, как он накрыл меня своим телом, вжимая в холодную стену. — Горячо, — со стоном вырвалось у неё из груди, когда на голову обрушился кипяток. Не отстраняясь даже на миллиметр, дыша ей в шею, царапая кожу щетиной, Кайя наощупь переключил кран. Ледяная вода немного остудила её. Они так и стояли, вплотную к друг другу под струями воды, тяжело дыша. Кайя опустился, провёл руками вдоль тела начиная от коленей, сминая платье, целуя каждый оголённый участок кожи, оставляя приятное покалывание, везде, куда дотягивались его губы. Ее руки жили своей жизнью, бесцельно блуждая по его телу, царапая грубую кожу. — Какая же ты красивая, — смазывая поцелуй, прошептал он, перехватывая мои ладони и, поднимая, завёл за голову, мягко удерживая. — Я теряю голову, когда вижу кого-то рядом с тобой. Но по-настоящему плохо мне становится от мысли, что ты можешь испытывать что-то к другому. — Отпусти меня, Кайя… После этих слов он опустил руки и Суна быстро покинула ванную комнату. Ей нужно немного отдышаться, она прошла в гостиную и смотрела на панорамное окно, ей в глаза слепили ночные огни города. Слыша шаги сзади она немного напряглась, нервно сглотнула, но так и не повернулась. — Какого это, Кайя? — Что? Я не понял. — Наблюдать, что твоей женой интересуются другие мужчины. Ни один мужчина не может спокойно реагировать, если его женщина принадлежит другому, правда же? — Ты имеешь ввиду нового знакомого в баре или водителя Абиша? Шок и ступор, от этого вопроса она не могла ни пошевелиться, ни что-то сказать. Он стоял вплотную ко ней, не касаясь, но она чувствовала его дыхание на своих волосах. Она опустила руки, и они бесцельно повисли вдоль туловища. Между ними возникла неловкость, повисшая мертвой петлей, скрутившей наши шеи. — Давай я сейчас расскажу, что ты делаешь. Ты хочешь вывести меня на ревность, сделать мне больно, тем самым преподав урок, что ты интересна мужскому полу. Я это увижу, пойму и займусь тобой, тем самым забывая за других « надоедливых» гостей нашего большого особняка.Неправда? Откуда ей знать, блин? Она что ли привела их в такое состояние? Одна ли она? Сглотнув вязкую слюну, она подалась назад, ее лопатки коснулись его груди, намертво впечатываясь. От его прикосновения мужчина напрягается, показывая всем видом, что не сдаётся. Вместо ответа, откидывает голову на его плечо, слышит, как Кайя шумно выдыхает, и с воздухом из его легких выходят остатки сопротивления и здравого смысла. Они давно уже потерялись в этой вселенной. Когда нужно остаться, они уходят, а когда нужно бы уйти… В темной гостиной они стоят вдвоём, не решаясь пройти дальше, она на физическом уровне ощущает, что время остановилось. Пусть даже это мгновение украденное, не принадлежащее им, пусть. Ее пальцы в темноте на ощупь находят его пальцы, переплетается с ними. Глаза щиплет от не пролившихся слез. Сколько ещё обид и недопониманий будет между ними? Им на несколько жизней хватит. — Давай, хотя бы на сегодня оставим все, — она поворачиваясь к нему и, отпустив его ладонь, тянется к щеке. — И что потом? — произнёс Кайя очень четко, по буквам. — Один раз, — шепотом просит она, поднимаясь на носочки и касаясь губами мочки уха. — Суна, что ты?.. — Чшшш, — она приложила пальчик к его губам, не имея не малейшего желания слушать его, — помолчи, пожалуйста. Ладони скользнули по прессу, и, обхватив его руками, она прильнула к нему. Она слышала, как гулко билось его сердце в ответ на ее близость. Это все, что ей нужно было знать в тот момент. Отстранившись, она потянулась к застёжке ремня на его брюках, одновременно осторожно касаясь губ Кайю, задевая, дразня. — Стой, — он сжал ее пальцы, нетерпеливо теребящие чёртову бляшку, которая никак не поддавалась. Прошла всего пара секунд, но Суна уже настолько потерялась, что не сразу поняла, к чему слова Кайи относятся. Жесткая щетина царапала кожу ее щеки, когда она отвечала на поцелуй, Суна обняла его за шею, выгнулась ему навстречу, когда его руки забрались под её платье. Он просто дернул его наверх, и что-то сказал, прижимая ее к себе, она не разобрала. Кайя наклонился к ее губам, заглянул в глаза, и она поняла, что он ждет от нее ответа. Облизала губы, взгляд, наверняка, растерянный, и Сонмез попросил: — Скажи. Как-то легко вдруг стало. Поняла, чего он от нее хочет, и на губах мелькнула улыбка, сама к нему потянулась, обнимая его за шею. — Люблю. — Еще. — Я тебя люблю. — Правда? — выдохнул он ей на ухо. Но не успела я и опомниться, как он, подхватив ее за бедра, оторвал от пола, и прижал к себе, заставляя ногами обхватить вокруг талии. Между их телами больше не было свободного пространства. — Я не могу устоять перед тобой, — задыхаясь прошептал он. — А я не могу помешать этому! Прошла мучительная секунда, потом ещё одна, прежде чем Кайя накрыл ее дрожащие губы, успокаивая, давая привыкнуть, а потом углубляя поцелуй. Хаотично целуя её, везде, где только мог дотянуться, покрывая рваными поцелуями щеки, подбородок, шею, он нёс её в спальню Кайя ногой распахнув дверь, и они оказались в спальне. Он бережно положил ее на кровать, придавливая своим телом, и она самым бесстыдным образом застонала, когда горячие губы опустились ниже, к ключице, вырезу платья. — Морская фея моя, — шепнул он, и не церемонясь, одним движением расправляясь с тонкой материей, распаляя сильнее огонь в ней, двигаясь вниз к кромке брюк, продолжая руками исследовать ее полуобнажённое тело, заставляя покрываться мурашками. Она трепетала в его руках, горела, хотела большего, но он не торопился идти на поводу. — Кайя, — прохрипела она, изгибаясь дугой, глядя на хитро улыбающегося мужа. — Какая ты нетерпеливая, — хрипло рассмеялся он, прокладывая влажную дорожку поцелуев, поднялся к груди и осторожно отодвинул чашечку бюстгальтера, одновременно заводя ее руки за голову. Так нечестно! Боже! Мир буквально взорвался для неё, даря совершенно новые неизведанные ощущения. С боем высвободив руки, она тут же зарылась пальцами в его волосах, инстинктивно притягивая его ещё ближе. Кайя отстранился, но лишь для того, чтобы избавить меня от его красивого, но не нужного в данный момент платья! Единственной преградой между ними стало нижнее белье, которое вскоре полетело в противоположный угол комнаты. Она старалась не отставать от него, двигаясь ладонями по его спине, непроизвольно впиваясь пальцами, царапая кожу, не справляясь с эмоциями. Осмелев, она толкнула его, и, не ожидав подобного, Кайя перекатился на спину, а она воспользовавшись моментом, оказалась сверху. Перекинув волосы через плечо, она лукаво улыбнулась, упираясь ладонями в крепкую его грудь, она медленно наклонилась, дразня и играя. Но надолго перехватить ей инициативу Кайя не дал, и через несколько секунд, она уже снова лежала на спине. Поцелуи и движения становились все более откровенными и жаркими, их тела переплелись, она была на гране потери сознания от нахлынувших чувств, от соприкосновения обнаженных тел, но ей было этого недостаточно, она хотела большего, ждала полного единения. — Прошу, — содрогаясь всем телом, в бреду молила она, извиваясь змеей. Кайя, нехотя оторвался от ее губ: — Посмотри на меня, Суна, ну же, женушка моя, посмотри на меня. Она с трудом разлепила веки, но пелена застилала ее глаза. Тяжело дыша, она честно пыталась сфокусироваться на нем, но он расплывался. — Уверена, что хочешь этого? — Да, черт возьми, я хочу тебя. Хочу прямо здесь и се… Ее праведный вопль был прекращён самым проверенным способом. Целуя не и без того опухшие губы, в промежутках шепча всякие бессвязные глупости, Кайя выполнил её просьбу. — Моя прекрасная жена, — бормотал Кайя, собирая губами слезинки, непроизвольно сорвавшиеся с глаз от резкой боли, пронзившей все тело. — Любовь моя… Мир для неё в тот момент сузился до двоих людей, оставивших все лишнее в прошлом в эту ночь.