Подарок

      До нашей встречи оставались считанные дни. Я знала, что он придет ко мне, чувствовала. Он всегда возвращался. И когда Все За Одного наконец появился за моей спиной, я была готова. Я думала, что была готова.       - Найти тебя не составило труда. Это место дорого твоему сердцу? – голос позади звучал мягко, но слегка искаженно.       - Да, – я стояла у окна и спокойно наблюдала за прибрежными волнами. – Я знала, что ты явишься.       Услышав приближающиеся шаги, я инстинктивно обернулась. Все За Одного ничуть не изменился с нашей последней встречи, только теперь на нем была прочная железная маска, закрывающая нижнюю часть лица. Он подошел вплотную, положил пальцы на мою талию и притянул к себе.       Я резко выставила руки вперед, отталкивая его.       - Остановись, хватит! – крикнула я. – Почему ты постоянно возвращаешься ко мне? Ты мог бы давно избавиться от меня, найти кучу других марионеток, которых не нужно посвящать в свои дела, и которые не осудят тебя за поступки. Почему именно я?       Он внимательно слушал, не проронив ни слова.       - Я хотела начать все с нуля, хотела жить без страха, хотела вступить в нормальные отношения, завести семью… Но я не могу из-за тебя! – мою истерику было уже не остановить. – Ты даже подарил мне причуду, которая была удобна тебе. Вечная молодость, ха! Лучше умереть, чем бесконечно жить так. Можешь забирать все, мне плевать! Только прошу, отпусти… Или убей.       Щеки мои горели, а руки дрожали. Я громко выдохнула и взглянула на Все За Одного. Он безмолвно, быстрым движением развернул меня спиной к себе. Я оказалась зажата между его огромным телом и подоконником. Сдавленный крик отчаяния вырвался из моей груди. Задрав мне платье, он быстро избавился от нижнего белья под ним.       Я была уверена, что в тот момент под маской сияла злобная ухмылка.       - Остановись, пожалуйста… – взмолилась я, пытаясь выбраться из крепких объятий.       - Ты права, я мог бы давно покончить с тобой, – пальцы Все За Одного грубо проникали ко мне меж ног. – Но у меня были причины этого не делать.       Я снова бессознательно начала ему поддаваться, поэтому заплакала от бессилия. Его руки настойчиво стимулировали мои эрогенные зоны, и когда он почувствовал, что мое тело готово принять его, то избавился от лишних элементов своей одежды. Он закинул мою ногу на подоконник, и резко вошел в меня. Я едва сдержала крик.       - Мне было удобно с тобой, Касуми, – делая уверенные глубокие толчки, продолжил Все За Одного. – Других пришлось бы контролировать, а ты была такой послушной… Я даже привык к тебе. Меня заводила твоя наивность и доверчивость.       - Я тебя ненавижу… – горячие ручейки быстро лились из моих глаз по щекам.       Пальцами он крепко сжимал мои бедра, продолжая двигаться, не сбавляя темп. Это давалось ему легко, потому что я больше не сопротивлялась.       - Это не правда, – прошептал Все За Одного над ухом. – Ты никогда не сможешь возненавидеть меня по-настоящему, как бы этого не хотела. Тебе нравилось проводить со мной время, нравилось как я тебя…       Он томно выдохнул, и я почувствовала, как его семя горячо разлилось внутри меня.       Какое-то время мы не двигались и молчали. Мне было страшно шевелиться или что-то говорить. Я была полностью подавлена его словами, действиями. Подавлена одним его существованием в моей жизни. Переведя дыхание, Все За Одного первым нарушил тяжело нависшую тишину.       - Я знаю, не это ты хотела услышать, – его руки все еще крепко прижимали мое дрожащее тело. – Сказать, что не могу отпустить тебя, потому что люблю, было бы ужасной ложью. Я не умею любить, Касуми, и я бы не добился так много, если бы мое сердце что-то чувствовало. Все положительные эмоции, которые я испытываю, направлены исключительно на меня самого. Я все делаю только ради себя.       Эти слова тупым ножом резали мое сердце, потому что такова была горькая правда. Все мои воздушные замки снесло ураганом в одночасье.       Все За Одного, наконец, отпустил меня, и принялся поправлять свои брюки. Пока я натягивала платье, то заметила на бедре отчетливые следы от пальцев, что несколько минут назад так отчаянно впивались в кожу. Синяки точно останутся… Такая мелочь, в сравнении со всем остальным.       - С удовольствием побыл бы с тобой еще, но не могу находиться в таком состоянии здесь слишком долго, – его руки коснулись моего опухшего от слез лица. – Сейчас, Касуми, ты можешь пойти куда угодно, и я не стану тебя держать.       Я внимательно взглянула на его искалеченное лицо, пытаясь уловить хоть единый намек на издевку. Но он, все так же серьезно продолжил:       - Я отпускаю тебя лишь на время, и лишь потому, что ты была верной мне, потому, что ты никуда от меня все равно не денешься. А когда мир наконец подчинится моему превосходству, мы встретимся вновь. И не важно, сколько времени пройдет, судьба приведет нас друг к другу, таково мое пророчество.       - Прощай… – хрипло выдавила я, сжав кулаки.       Мой мозг лихорадочно переваривал произошедшее. Неужели свобода уже так близко, стоило лишь протянуть руку?       - До встречи! – воскликнул Все За Одного, отступая назад. – И вот еще что. Так как я не смог оценить твои чувства по достоинству, то оставляю тебе кое-какой подарок. Направь свою любовь на него, и он ответит взаимностью. Ха, даже интересно будет на это взглянуть!       Злодей ушел, и это было наше последнее свидание. Пророчество не сбылось, но произошло кое-что другое…

***

      Я не знаю, как такое возможно, но, видимо даже свое бесплодие Все За Одного мог контролировать при помощи причуды. Его подарком был ребенок, которому я позволила появиться на свет. Мальчик родился в положенный срок и был назван – Наоки. Я души в сыне не чаяла, несмотря на то, что он был чадом истинного зла. Наоки рос спокойным, добрым, и кроме больших алых глаз, ничем не походил на своего отца. Мои волнистые волосы, моя скромная улыбка. Рядом с ним я чувствовала, что перерождаюсь и проживаю новую жизнь. До тех пор, пока ему не исполнилось четыре года, я переживала, чтобы ему не досталась губительная причуда Все За Одного, но беда миновала. Причуда Наоки будто извинялась пред миром за грехи его отца, и заключалась в том, что он мог забирать любую боль у живого существа без вреда самому себе. Такая способность имела накопительный эффект, и я молилась, чтобы сыну никогда не пришлось высвобождать ее. Но Наоки был очень смышленым и сам все понимал.       Вместе мы переехали в Америку, подальше от воспоминаний, где я продолжила заниматься врачеванием. Жизнь шла своим чередом, и наше спокойствие никто не нарушал. Я больше не чувствовала себя игрушкой в чьих-то руках, не ощущала себя птицей в золотой клетке. Все За Одного давно был мертв, и мои чувства к нему тоже. Отрицая свою любовь к чудовищу, я прошла сквозь тернистый путь исцеления. Прошлое практически не задевало меня, но иногда Наоки задавался вопросом о своем отце. Я пообещала рассказать ему обо всем, когда подрастет. Ну а пока…