Let me see it!

Аль-Хайтам уже успел привыкнуть к недовольному ворчанию и нытью Кавеха, но никогда не думал, что к его обыденной головной боли прибавится новая. О спокойном мирном чтении в гостиной можно было забыть еще с того момента, как ты завалилась к Секретарю домой, умоляя помочь тебе с подготовкой к заключительным экзаменам в Академии. — Я не буду тратить свое время на то, чтобы объяснять тебе материал, который ты должна была изучать на протяжении всего курса, — первое, что сказал Хайтам в ответ на твою просьбу. Пожалуй, тебе стоило просто хлопнуть дверью и обратиться к кому-нибудь другому из твоего даршана, если бы не одно «но», которое заключалось в том, что ты прекрасно знала, какой Аль-Хайтам человек, когда позволила себе влюбиться в него, несмотря на его явные социальные проблемы. Быть может, в этом даже есть свой шарм, каким бы раздражающим он ни был. В конце концов, он все же согласился проверить пробный тест, если ты будешь вести себя тихо, не мешая его повседневным делам. Конечно, ты заверила, что не потревожишь Хайтама, но, увидев, что его «дела» ограничиваются лишь чтением, просто выбросила эту просьбу из головы, срываясь на раздраженные вздохи и тихие ругательства каждый раз, когда заходила в тупик в решении очередной задачи. Секретарь действительно терпелив по отношению к тебе, так как не сделал ни единого замечания, стараясь игнорировать то, что твои звуки его отвлекают. Ты совсем не похожа на него. Хотя сложно сказать, что у тебя также нет каких-либо проблем с общением, ведь тебя можно назвать довольно вспыльчивой и иногда излишне шумной, но почему-то это кажется таким правильным — то, как вы дополняете друг друга. Там, где Аль-Хайтам хладнокровен, ты прекрасно дополняешь его своими всплесками эмоций, а он же в свою очередь охлаждает твой пыл, когда того требует ситуация, своей прагматичностью и рациональностью. Возможно, по этой же причине он до сих пор не вышвырнул Кавеха из своего дома, хоть и в его случае Хайтаму все же тяжелее проникнуться теми же чувствами, что испытывает его излишне эмпатичный сосед. — Кажется, готово! — ты гордо протягиваешь в двух руках связку листков бумаги Секретарю, лениво развалившемуся на диване. Аль-Хайтам молча выпрямляется, принимая твою работу, и ты любопытно подсаживаешься поближе, внимательно изучая выражение на его лице. Это изначально было довольно бессмысленной затеей, ведь ты едва ли когда-то видела, чтобы это холодное безразличное выражение покидало лицо твоего возлюбленного, но все же надеешься, что его губ хотя бы коснется гордая за свою девушку улыбка, если ты справилась со всеми заданиями, что он тебе вручил. Изумрудные глаза бегают по строкам на первой странице, прежде чем подняться к верхнему углу листа, и в этот момент ты замечаешь, как нижнее веко мужчины вздрагивает, а губы искривляются в непонятной гримасе, прежде чем он спешно отворачивается, прикрывая рот ладонью. Это что-то новенькое. — Эй, в чем дело? — первые несколько секунд ты просто недоумеваешь, наблюдая за тем, как плечи Аль-Хайтама дрожат, а мышцы пресса сокращаются, пока он откидывается на спинку дивана, сильнее сжимая твой тест в руке. — Ни в чем, дай мне минутку, — даже его голос звучит как-то странно непривычно, и ты вскидываешь бровь, упираясь ладонями в подушку дивана возле бедра Хайтама, чтобы наклониться поближе к его лицу, которое он настойчиво пытается скрыть от твоих глаз. — Ты что… Смеешься?! Он и правда смеется. Ты не можешь поверить своим глазам. — Ну, все, хватит, дай мне посмотреть на тебя! — ты выхватываешь бумаги из руки своего возлюбленного, небрежно отбрасывая на журнальный столик, прежде чем схватиться за предплечье Хайтама, пытаясь оттянуть его руку от лица. — Жаль Кавеха нет дома, он тоже должен это увидеть!.. — ты хихикаешь, надрываясь в попытке побороть упрямство Секретаря, наотрез отказывающегося сдаваться в твоей битве с его рукой. — А еще он мог бы помочь мне, какой же ты сильный! Ты слышишь тихие сдержанные всхлипы Хайтама, забившегося в угол дивана, что еще больше подогревает твое любопытство. Тело само по себе рвется вперед, а нога перекидывается через раздвинутые бедра Хайтама, и ты плюхаешься к нему на колени, прикладывая все имеющиеся в тебе силы, чтобы двумя руками попытать удачу еще раз, но все тщетно. — Хайтам, перестань сопротивляться! Я всего лишь хочу посмотреть, обещаю не смеяться слишком громко! — Нет, — мужчина отвечает слегка подрагивающим голосом. — Какой же ты упрямый, — ты раздраженно фыркаешь, отпуская его руку, прежде чем уткнуться пальцами в его незащищенные бока, заставляя Хайтама вздрогнуть и рефлекторно попытаться оттолкнуть тебя. Это твой шанс. Ты спешно перехватываешь запястья, наваливаясь всем весом, чтобы придавить руки своего возлюбленного к спинке дивана. — Попался! — ты ликуешь, громко выкрикивая, и склоняешься пониже над Аль-Хайтамом, пока он медленно поворачивает голову в твою сторону. Его губы поджаты, а глаза прищурены, пока Секретарь не встречается с тобой взглядом, наконец позволяя тебе услышать его мягкий смех. Ты замираешь, широко распахнув глаза, когда впервые видишь настолько глупое выражение на лице своего возлюбленного. Он словно совсем не умеет смеяться, кривовато улыбаясь, закрыв глаза и сведя брови ближе к переносице. Но это так мило. — Что тебя так рассмешило? — ты обеспокоенно спрашиваешь, невольно подпрыгивая на коленях Аль-Хайтама от вибраций, что создает его неудержимый смех. Мужчина еще несколько секунд усмехается, прежде чем наконец успокоиться, нелепо улыбаясь и бросая взгляд на листки бумаги на столе. — Насколько глупой надо быть, чтобы сделать ошибку в собственном имени? — Что? На мгновение ты замираешь, просто глядя на уже начинающее раздражать слишком уж довольное выражение на лице Хайтама, прежде чем отпустить его руки, откидываясь на его коленях, чтобы дотянуться до бумажек. Ты хмуришься, внимательно вглядываясь в заглавные строки титульного листа, затем просто распахивая губы и захлопывая их обратно. Он прав. Черт возьми, Хайтам действительно прав. — Я… Я просто спешила! — ты сжимаешь листки в руке, поднимая смущенный взгляд на Хайтама, безвольно лежащего под тобой. Его губы дрожат в попытке не сдаться снова приступу смеха, и ты снова нервно швыряешь тест куда-то за спину, вместо этого хватаясь за декоративную подушку на диване, чтобы прижать ее к этой самодовольной физиономии. — Да хватит уже смеяться надо мной! Пожалуй, теперь это будет самое неловкое, но одновременно самое теплое воспоминание, которое навсегда отпечатается в твоей памяти. В следующий раз тебе стоит держать при себе камеру, когда будешь готова снова облажаться перед своим бессовестным возлюбленным.