Часть 4. Кирилл.

После бессонной ночи ужасно хотелось ни о чём не думать и, просто завалившись в кровать, уснуть. Вот только сейчас было не до этого. — Они точно говорили о нас? Ты уверен? Кирилл ещё раз кивнул. О ком же ещё. Марлен и Стива переглянулись. Давид и он ждали их, так и не ложившись спать после поста. Другие младшие всё выспрашивали, что случилось, заметив какими усталыми и встревоженными они пришли, но оба решили никому ничего не говорить до прихода Старших, чтобы не наводить панику. Сейчас же они все собрались вместе, и после недолгого рассказа ожидали решения. — Но почему они тогда не напали? У них было столько возможностей избавиться от нас. — Откуда мне знать. Это единственное полезное для нас, что я увидел, — раздражённо буркнул Ярцев. И до того скверное настроение только ухудшалось от всех этих бесполезных расспросов, будто бы он стал бы что-то намеренно скрывать. Марлен посмотрел на него с подозрением. У них всегда были натянутые отношения. У Марлена не было способности, и ни для кого не было секретом, что он не верил в силы других — только если ему прямо в лицо их не показать. Встрял он во все эти дела из-за младшего брата и теперь всеми силами пытался уберечь его от всего: и от псов, и от его вроде бы безвредной способности. — Может, ты ещё раз её используешь, эту свою способность? Вдруг узнаем ещё чего полезного. Кирилл пытался сдержаться и с силой сжал кулаки. Посмотрел бы он на него, если бы ему пришлось гулять по чужим головам и видеть как наяву всю грязь людей: их измены, убийства и пытки. — Я уже видел всё. Во второй раз это будет бесполезно, — Марлен окинул его взглядом и всё ещё был недоволен. — Скажи прямо: «Я просто не хочу вам помогать, и мне наплевать какие там псы вас сцапают». Кирилл разозлился. Почему он должен молчать? Подумаешь, что Старший, да ведь он сам нарывается. Однако тут неожиданно в разговор вклинился Давид, встав меж двух огней. Никто этого не ожидал. — Всё же и так ясно. Зачем ему опять её использовать? — он тоже не отличался добродушием. Кирилл совсем не ожидал, что тот займёт его сторону. — Единственное, что сейчас должно нас волновать — это как можно быстрее убраться отсюда. Мы могли сделать это ещё ночью, но никого из Старших опять не было. Напряжение нарастало. Кирилл окинул взглядом Солнцева, оценивая, насколько тот вышел из себя и не стоит ли его успокаивать. После недавней истерики он теперь точно будет пай-мальчиком рядом с ним, лишь бы не выводить на эмоции лишний раз. — Хватит вам, — в итоге закончил всё Стива, до этого молчавший и о чём-то глубоко задумавшийся. — Нашли же время. Давид прав. Надо говорить остальным и валить отсюда скорее, даже если это ловушка. — Но… — Молчи, — впервые Стива взял главенствующую роль, и она несомненна ему шла, — Кто-то из нас двоих сейчас должен пойти к Главной и предупредить, другой уведёт детей. Младшие удивлённо загалдели. Они конечно знали, что скоро придётся уходить, но не ожидали что в таких обстоятельствах и разведённые со Старшими. Кирилл нервничал. Его преследовало плохое предчувствие с тех самых пор как увидел прошлое Соломатина, как он вынырнул, но из-за чего? Он бросил взгляд на Элю — она же должна всё знать? Вот только девушка не смотрела на него и вообще ни на что не обращала внимания — её взгляд приковал Давид, да так что даже Рома не мог растормошить. Что она видела? Будущее? Хорошее или плохое? — Ты уверен, что надо так спешить? Мы могли бы подождать пока не вернётся Лада и остальные, и уже тогда… — с Марлена мигом сошла вся спесь. — Чем быстрее, тем лучше. Мы ведь всё равно планировали завтра выбираться. Переждём день-два, и встретимся на месте. Марлен всё ещё выглядел неуверенным. Кирилл в душе позлорадствовал, хотя ситуация и не располагала. Однако с Мстиславом тот не спорил — хоть они и дружили, но злить Миронова для всех было опасно. — Идите, собирайтесь, — коротко бросил он младшим. Эля и Рома ушли самыми первыми, даже не сомневаясь. Остальные не подчинились так быстро, всё ещё находясь в некоем ступоре. — Но куда мы пойдём? Не думаю, что группа подростков, идущая не пойми куда останется не замеченной. Да и что если они ведут слежку? — спросила Римма, лишь бы спросить. Она явно была против. Стива раздражённо достал ключи и показал всем им. То были ключи от машины. — Такой ответ тебя устроит? Римма скорчила недовольную гримасу и скрестила руки. — А теперь повторяю последний раз — идите собираться. *** Вещей у Кирилла особо не было, поэтому он один из первых спустился вниз. На самом деле он не ожидал от Мстислава такой решимости — буквально за минуты принять решение и начать приводить его в действие. Этого качества очень не хватало Главной. У подъезда пока никого не было — Стиве и Марлену тоже надо было собраться. Интересно, кто из них повезёт? Кирилл помялся немного, не зная куда себя пристроить, и в конечном итоге сел на ступеньки, положив сумку на колени. Глаза слипались и он широко зевнул. Вот бы машина Стивы была минивеном и им всем хватило места и личного пространства. Он бы с радостью проспал всю дорогу. Голова сама легла на колени. Он будет скучать по своей кроватке. — Эй, ты чего, спишь? Вниз спустилась Святая троица — Никита, Гриша и Саша. На троих у них была хоть и одна, но большая и раздутая спортивная сумка. — Нет, не сплю, — собственный голос показался ему жалким. Кирилл надеялся, что хоть бы сегодня они от него отстанут. Но не тут то было. Помаявшись едва ли минуту, Гриша завязал разговор с Ником, будто бы и личный, да только и так было понятно для чьих ушей он предназначался. — Что возомнил о себе этот Солнцев. Представляешь, он мне так ничего и не рассказал, а ведь карточные желания — закон. Неужели так сложно было выведать какую-нибудь тайну Ярцева? Он же пошёл с ним в патруль, как мы и договаривались. А теперь от всего отмахивается, будто такого и не было. Спелся с Подлодкой и взялся защищать его. — И не говори. Больше никаких с ним карт. Терпение Кирилла лопнуло. Он поднялся и несмотря на усталость собирался ввязаться в очередную ссору. Это всё обида. На Давида, на самого себя. Подумал, что он другой, такой же как и он одинокий. Доверился. Какой же наивный дурак. Но в это время из подъезда вышли Эллина и Рома, мешая конфликту перерасти в нечто большее. Рома нёс огромный рюкзак с абсолютно довольным выражением лица, в то время как у Эли ничего не было, но она то и дело гладила мальчика по голове. — Опять что-то не поделили? Кирилл воспользовался этой задержкой и примкнул к Эллине. Та окинула его знающим взглядом и покачала головой. Они отошли к деревьям, подальше от тех троих. — Не слушай их, — твёрдо произнесла девушка, схватив его за руку. — То, о чем они говорили, правда? — Да, — неуверенно ответила она, — но… — Тогда о чем ты вообще? — Кирилл выдернул руку и отвернулся. Рома, наблюдавший за ними, недоуменно переводил взгляд с одного на другую. Но так ничего и не поняв, решил не вникать в подробности, а просто перевести тему в нужное только ему русло. — Кир, смотри! Смотри, что у меня есть! Мальчик, пошарив в сумке, достал нечто не понятное и грязное. Он весь светился и прилип уже к Кириллу, выпрашивая внимания. Ярцев только тяжело вздохнул. Отучить Рому от гипертактильности у него никак не получалось — он постоянно лез обниматься. Не иначе был котом в прошлой жизни. — Что это? — Как что?! Фигурка, смотри же! Я нашёл её на крыше, только вот откуда она там взялась? — Может ворона принесла. Они же охотницы за сокровищами, — Кирилл знал, что с Ромой лучше говорить о выдуманных вещах, чем использовать пустую логику и «наверно кто-то просто забыл». — Тогда я разворошил её клад? Она должно быть очень злится… — Не волнуйся, она тебе простит это. Будет прощальным подарком, — Эля умела его успокоить. Конечно, ведь они уже много лет знали друг друга. Рома закивал, радостный, и прижал игрушку ближе к себе. Он был ещё таким ребёнком, не сравнить со всеми ними, но вот только и ему пришлось не сладко. Для него весь мир прошёл в стенах психбольницы, и сейчас он пытается наверстать упущенное. *** Наконец, спустя несколько десятков томительных минут, спустились Старшие каждый с рюкзаком за спиной. — Все собрались? Мстислав по головам посчитал собравшихся детей. Кого-то не хватало. — Где Солнцев? Все помотали головами, мол, не знают. Марлен начинал опять злиться, но тут из подъезда выскочил растрёпанный и какой-то дерганый Давид. — Кто рылся в моих вещах?! Никто ему не ответил. Все стояли удивлённые его скверным и злым видом. Кирилл вспомнил сегодняшнюю ночь и непроизвольно вздрогнул. Он попытался подойти ближе, что бы в случае чего больше не стоять истуканом. Хоть и держал обиду, но боялся, что Давид потеряет контроль и всем им придётся не сладко. — Чего ты так злишься, подумаешь, взяли… — это было сказано Гришей, и Кирилл мысленно взмолил его не творить глупостей и не выводить дальше Солнцева. Трупы им здесь не нужны. — Верни! — Давид надвигался как неуправляемое цунами на ничего не подозревающий город. Кажется, Гриша не понимал, чем всё это может обернуться, и продолжал вести себя так, будто ничего из ряда вон выходящего не произошло. Кажется, у кого-то напрочь отсутствовало чувство самосохранения. — Да что такого в этих таблетках? Ты без них умрёшь или что? Кирилл едва не хлопнул себя по лицу. Давид начал закипать, это все заметили по внезапно начавшему нарастать ветру. — Живо верни ему таблетки, — не смог сдержаться Кирилл. — А ты то чего лезешь? — удивился тот. В конце концов Стива дал Грише подзатыльник и приказал: — Возвращай. Парень безукоризненно ему подчинился и покопавшись в своём рюкзаке, достал несколько упаковок лекарства. Давид выхватил их, как воду в пустыне, и спрятал в своём рюкзаке. Его гнев сразу сошёл на нет, но дерганность осталась и он окинул святую троицу злым взглядом. А ведь и правда, зачем Грише вообще понадобилось воровать таблетки? — Вы решили кто нас повезёт? — спросил, наконец, Никита, когда всё улеглось и Старшие повели их прочь от этой Хрущевки, ставшей им на время родным домом. Те закидали в ответ — Решили. Повезу я, а Мир сбегает до Главной. Мстислав не выглядел довольным такой перспективой, но почему никто не понимал. Может он просто не хотел оставаться с мелкими, потому что у них постоянно что-то творилось — живёшь как на пороховой бочке. Шли они дальше почти молча, только Эля тихо переговаривалась с Давидом и Ромой. Они шли к небольшому лесу на окраине — летом там любили жарить шашлыки, но сейчас погода была пасмурная и холодная, и никого не было поблизости, тем более в такую рань. Вскоре они добрались до вымощенной дороги и по следам других машин добрались до своей. Не такого он конечно ожидал. Перед ними стоял старый еще очевидно советский микроавтобус какого-то грязно-серого цвета. Увидав его, ребята едва не подняли на уши весь район своим смехом. — Добротная машина, не смейтесь. Довезет вас с ветерком, — поддержал веселье Стива и направился к машине. Открыв её теми самыми ключами, он уселся на водительское место и непривычно довольный завёл её. — Что ж, забирайтесь, — поторопил их Марлен. Они послушались его совета и забрались внутрь. Мест хватило впритык, но Кириллу как всегда «повезло» и ему в соседи достался наименее желанный вариант — Давид. А во всем виновата Эля — она всеми силами пыталась усадить их вместе и вот, пожалуйста, у неё получилось. Лучше бы он скинул Марго с одиночного места, это не у неё тупая анти-тактильная способность. Кирилл отвернулся к окну. Давид окинул его непонимающим взглядом. — Эй, а почему Идлен не заходит? — Римма высунулась из окна. Ей повезло — досталось место впереди рядом со Стивой. Теперь все обратили на него внимания. Он стоял рядом с братом и никуда не торопился. — Он не поедет с вами, — просто ответил старший Юнашев и облокотился на младшего, — он идёт со мной. Стива молчал, а значит они заранее обо всем договорились. Хотя вдруг что случиться, логично ли было оставлять их без хилера? — А если мы тоже хотим? Почему ему можно, а нам нет? — подал голос с заднего ряда Саша. Марлен не услышал этого или решил оставить жалобы неотвечанными и махнул Стиве рукой, давая знак, что можно ехать. Тот послушался, и, заведя мотор, они рванули прочь из этого пролеска, оставляя всё позади. Недолго они ехали молча. — Так всё-таки, куда мы поедем? — опять высунулась Римма и стала доставать расспросами Стиву. Тот был так поглощён дорогой, а может настолько устал и замотался, что не сразу ответил. — К новому убежищу. Не напрямую, кто знает, есть ли слежка и что вообще на уме у этих Псов. Попытаемся встретиться с другими Старшими, если получиться. — Эх, — раздалось с заднего ряда. — Напоминает поездку в лагерь. Не хватает только гитары и лета. Кирилл невольно всколыхнулся. Любое упоминание о музыке выбивало из него силы — настроение сразу падало и ему хотелось скрыться ото всех и не отсвечивать, оставаясь со своей болью наедине. Он посмотрел на свои руки, закованные в черные перчатки, как в кандалы, и прикрыл глаза, лишь бы больше не видеть. Как ими он возьмёт гитару? Возьмёт ли вообще снова когда-нибудь? Краем глаза он заметил, как Давид стащил свою сумку с плеча и начал рыться в ней, да так упорно, что то и дело задевал острыми локтями и самого Кирилла. Терпеть это он не собирался. — Руки убери. Из сумки Солнцев достал свои любимые таблетки и только после обратил внимание на него. Он непонимающе заморгал, а после скомкано произнёс, когда заметил: — Прости. Ярцева это не удовлетворило — обида как змея всё ещё оплетала сердце, но он сам прикусил себе язык, лишь бы не капать ядом. Не сейчас. Не на радость гогочущей позади троице. Как же он их ненавидел. Кирилл всё ещё следил за Давидом, сам не отдавая себе в этом отчёта. Вот тот достал белую таблетку, поддержал её недолго в руке, рассматривая, а после засунул в рот. Видимо она была очень горькой, раз он так скривился и, одной рукой достав из рюкзака бутылку с водой, залпом запил её. После, будто враз скинув огромный валун с плеч, тот распластался на сиденье и прикрыл глаза. Неужели собрался спать? Как в такой обстановке это вообще возможно? Стоило Кириллу отвлечься и задуматься, как он не успел скрыть своего взгляда, когда Давид, казалось бы спящий, повернулся к нему и посмотрел пристально. Несколько мгновений между ними висело молчаливое напряжение. — Что с тобой? — первым спросил Давид. Он сложил руки на груди, недовольный. Кирилл закатил глаза и отзеркалил его позу. Он ещё спрашивает? — А что со мной? Солнцев насупился и стал буровить его взглядом. Так и не дождавшись вразумительного ответа, Кирилл бросил ему: — Спроси лучше у своих лучших друзей. На этом по его мнению разговор был окончен, и он отвернулся к окну. Давид недолго сидел задумчивым, а когда до него дошло, что именно имел Кирилл ввиду, тут же обернулся к троице, которые очевидно подслушивали их короткую перебранку, но строили из себя святую невинность и непонимание. Давид бросил на них грозный раздраженный взгляд, но Гриша, пытаясь скрыть удовлетворение, стал отмазываться. — Мы с парнями просто обсуждали твоё пустое отношение к карточный желаниям. Кто же знал, что Ярцев, как девчонка, будет собирать сплетни и наматывать сопли на кулак. Что же ночью было раз вы так сошлись? — с грязным намеком захихикал он и поправил очки, скатывающиеся на нос от его конвульсного смеха. Кирилл с силой сжал челюсть и привстал, оборачиваясь к Грише. Сколько ещё можно было это терпеть? Он думал, у Кирилла духа что ли не хватит ему ответить? Думал, он совсем хрустальный из-за способности? Сейчас покажет. На него с опаской смотрел Ник, догадавшись, что терпение его с каждой секундой утекает как песок, но останавливать и мешать не стал, принимая, что друг перешёл черту. Одно движение, удар и боль в руке. Гриша свалился на пол, противно повизгивая и зажимая щеку. Давид схватил Кирилла и оттащил подальше. Саша вскочил и хотел дать Кириллу ответную, но его удержал Никита. — Драка, драка! — закричала сбоку Маргарита. Внутри и до того крошечного автобуса стала душно и тесно, все кричали. — Отцепись, — процедил Кирилл Солнцеву и хотел вернуться на место, будто ничего и не было, но его не отпускали. — Ты совсем поехавший, да?! — продолжал визжать с пола Гриша. В итоге не выдержал Стива и, резко вывернув руль, остановился на обочине. Их всех качнуло, но хуже стало когда Старший, не выдержав, начал на них кричать. — Что у вас творится?! А ну разошлись по углам, живо! Римма запротестовала, влезая в заварушку. — Он же его ударил! Накажи его! Кирилл окинул её убийственным взглядом. Стива не отставал. — Конечно, делать мне больше нечего! Сами разберутся, — и, схватившись за голову, взмолил, — Нас всех могут поубивать, понимаете вы или нет? Сейчас нет времени на ваши детские игры! Им стало неловко. Кирилл потупил взгляд — меньше всего ему хотелось выводить Стиву. Но жжение в ладони всё равно приносило радостное удовлетворение. Он бы ударил ещё пару раз. — Садитесь и едем дальше. Но только посмейте мне опять что-нибудь устроить. Давид наконец-то дал ему выбраться и они расселись будто ничего и не случилось. Вот только Крысиный король был повержен, хоть и на время. Стива вывернув руль, и они вновь рванули навстречу рассветному солнцу.