Не делай добра и не получишь зла

Мерикур была рада встречи с убимагом, пока они говорили с ним рядом заклинаниях, яромечник, лучнострел,Астрейос и алхимик думали о нападении на огненные земли, эта территория находилась рядом с пустыней, где они сейчас и были,там было очень жарко, копьëтон снял свой шлем, всём было жарко, но Гэйл не хотел снимать свои лохмотья, он пытался скрыть свои лицо, нет, его лицо было очень красивым, но у него была психологическая травма, которую он получил в детстве, он никому не говорил почему он всегда носил маску, со своими друзьями Гэйл всегда пытался быть добрым, но когда он был один, то его радость тут же испарялась, он был довольно серьëзным, а вот лучнострел любил выпить, но естественно это сказывалось на его точности, сам же лучник был довольно скрытным, его друзья до сих пор не знали его имени, а так он тоже был довольно весëлым и радостным, копьëтон де всегда хотел быть лидером и у него получалось это, а ещё любил поговорить и был честным, яромечник из команды был самым пошлым, раньше они вместе с лучником работали в гильдии Иннаморты, он любил контактировать с девушками лëгкого поведения, лучнострел постоянно уговаривал его перестать заниматься этим, ведь он тратил почти всю свою зарплату на девушек, яромечник на удивление прислушался к другу,ещё был убимаг, он любил пообщаться с кем-нибудь, старик хотел общения, а копьëтон считал его маразматичным старикашкей, но тут их нашла элита вествиеда, от них уже остался только один человек, этот воин был сильно ранен, копьëтон замахнулся -Астрейос, не стоит его убивать, я давал клятву Гиппократу, я обязан вылечить его! -сказал Гэйл -Нет, Гэйл, он - наш враг и он должен быть убить! -сказал копьëтон Астрейос нанëс сильный удар саблей, но Гэйл прикрыл раненного своим телом, удар пришëлся по Гэйл, сабля пронзила его грудь, он тут же упал, копьëтон сразу понял, что он натворил, он пытался помочь ему, но ничего не получалось, Мерикур плакала, она ничего не могла сделать, но тут Гэйл попытался достать саблю, у него это получилось, он знал, что так делать нельзя и сабля служила затычкой, сейчас он может погибнуть от кровотечения, но он считал, что терять ему нечего, затем он достал иглу и нитки, он попытался зашит рану, у него получилось это, но с неимоверным трудом, он не использовал обезбаливающее,при этом он чувствовал очень сильную боль, но держал себя в руках, он во время операции над самим собой не произнëс ни звука, а затем от болевого шока, он упал в обморок,Мерикур не отходила от него, а Астрейос чувствовал себя виноватым.