Конец истории

      Провожая взглядом Седрика по тёмным покоям, колдун еле сдерживался от нахлынувшего вдруг чувства дежавю. Зал, ещё совсем недавно принадлежавший Чарльзу, бесполезному ничтожеству, напомнил о старых временах всевластия. «Чем я не герой? Как и полагается настоящему рыцарю зарубил дракона, женился на Вероне и стал править во имя справедливости, блага и счастья жителей. В отличие от «избранного», гуманоидов я не убивал. Глупый строитель сразу же предал своего друга. Ах, какая жалость!» — путающиеся от счастья думы вдруг обрели новое направление, когда взор Варнера остановился на закованном в цепи мироходце. «Я никого не скидываю со счетов. Умело управляя фигурами, проще добиться успеха. И никто не упрекнёт меня в том, что я жесток. Она называла это «скинь-тони». Дурацкое название, непонятный чёрный камешек. Для меня главное, что работает. Остальное меня не волнует». Из чистого любопытства колдун приблизился ухом к Лололошке и прислушался: «Нет, пожалуйста, только не это. Жаклин, потерпи ещё немного. Эй. Кто-нибудь. Сюда. На помощь. Пожалуйста. Хоть кто-то…»       — Кхм, кхм.       — Ась? — Застигнутый за столь несерьёзным занятием, Варнер действительно всполошился.       — Милок, ты говорил, что тебе безразлично, какую историю я буду скармливать паразиту.       — Да, да. Прости, если тебя это задело. Я лишь хотел сказать, что полностью доверяю твоему выбору. И ещё признаюсь: я подключался к его сознанию. Сказка просто невероятно богатая и проработанная. Наверное, я и сам бы выбрал её на его месте. Молодец, Эфиалия. Право не знаю где ты откопала такой шедевр…       — На руинах соседней деревни на юго-западе. Сверяла старые карты: место значится как городок Клиппия. Год взрыва вулкана Клип в хрониках хорошо согласуется с прочими данными. А теперь, когда из-за монстров жителей не осталось…       — Моя ты драгоценность, где ещё можно найти такую красотку?       — Ещё есть Верона.       — Нет, что ты? Даже без крыльев ты гораздо симпатичнее. Зачем себя принижать, сравнивать с какой-то неудачницей? Пусть теперь, когда мы выиграли эту партию, я не смогу проводить с тобой всё время, не смей так о себе думать, ладно? Всё-таки трон достаётся тебе. А правительница должна быть в себе уверенна. Хорошо?       — Не надо стесняться, милок, я же никаких предрассудков не питаю и тебя не осужу. Твой великий гений достоин множества сердец. Уверена, твоё расположение принесёт им больше счастья, чем статус императрицы родного измерения.       — Спасибо, что понимаешь. Я…       Отвернувшись от погружённого в вечную кому узника, Варнер снова попал под чары Эфиалии. Ясный бирюзовый взгляд, недлинные цвета апельсина, на кончиках тёмные волосы словно были созданы для одухотворения безыскусной униформы строителя: лёгкой кожаной жилетки поверх мятой сорочки и брюк коричневых тонов с чёрным, как дёготь, как «скинь-тони», ремнём. Исчезающе редко дыхание гордого «вампира» перехватывало, почти никогда сердце не наполнялось восторгом от желания сжать ещё крепче в объятиях любимое существо. Даже с Вероной не так…       — Голубки, я то думал, что вы так и не перестанете друг дружку нахваливать.       — Сан! Подсматривать некрасиво! — Раздосадованно оставил Варнер строительницу и попытался разогнать тёмное скопление пыли.       — Я могу уйти, если разрешишь. — За спиной колдуна раздался снисходительный голос.       — Нет, я знаю, зачем ты явился. Небось сам в отчаянии, а пытаешься не терять мину. Напрасно. Я победил. Ты верно рассчитывал, что раз Лололошка бессмертный, то мне его не остановить. Прячешься в каком-то облаке, боишься и перед своим родным братом показаться в истинном обличие, притворяешься со своими дружками из Лиги служителем добра, и при этом так охотно вступаешь в опасную игру. Занятно. Я вот не скрываюсь, не ломаю судьбы и не лгу. Каждый житель Арнира знал, кто ими правит. Вам же хочется оставаться в тени. Не моё дело, в общем. Мы и так слишком заговорились. С нетерпением жду обещанное.       Тяжёлая долгая пауза. Завывания ветра, заглушаемые толстыми стенами, в виде отголосков доносились и до сюда. Аккуратные шажки на безмолвном фоне казались громче, слышались отчётливее: девушка стала рядом с колдуном и дерзко махнула головой, выражая этим поддержку. Вызывающий жест вывел Санфиша из состояния задумчивости:       — А ты уверен, что этого хочешь? Преодолев точку невозврата, ты окажешься навсегда отрезан от прошлого. Передумать не получится. Никто из нас не будет в силах исправить твои ошибки, брат.