"Весёлый" вечер после дня рождения

      Летнее июньское утро. Десятое число, если быть точнее. Аарон Вудсвилл еле открывает глаза и жмурится, так как солнце бьёт в глаза. Первым, на кого он напоролся, был Гавриил. Крылатый сидел на кровати и смотрел на него. Мраморное лицо не показывало ничего. — Удивительно, что сегодня у тебя не случился паралич или остановка сердца, — беззаботно прерывает тишину Гавриил. — Эм… спасибо? — спросил ирландец, вставая, — Ты следил пока я сплю?       Гавриил кивнул. Он вообще любил наблюдать пока Аарон спит. Самому архангелу не нужны были сон, еда и питьё.       Он мог прекрасно обойтись и без этого, но иногда он мог навалиться на него, прижимая своим весом к кровати. После этого Аарон чувствовал, что его кости разломали и сплющили.       В это время Аарон уже переоделся и быстро пошёл на кухню. Решив себе приготовить яйцо с беконом. Ну и пару конфет. Ведь сегодня ему, как никак, двадцать два года.       Пока он готовит свой бесхитростный завтрак за ним наблюдает Тармафель — ещё один псевдоангел и, по совместительству, сын Гавриила.       Тармафель щурит жёлтые глаза, ничего не говоря. — Отец бы мог сделать тебя альтернативом, — наконец выговорил он. — Зачем? Мне этих идиотов хватает. Особенно Сезара и Эна. Видите ли у Торреса развилась эмпатия! Тьфу! — обижено крикнул Гавриил.       Аарон тихо покинул квартиру. Еле как скрыв за ветровкой ошейник с биркой «Ягнёнок» — подарок от Гавриила при их первой встрече, Вудсвилл направился через парк в кафетерий. Он шёл быстро, ведь не хотел опоздать.       Пройдя минут десять он пришёл к не слишком большому кафетерию «Coffee beans». Зайдя в помещение, Аарон вежливо поприветствовал мистера Тейлора, который был его начальником и приступил к работе.       Работа бариста всегда нравилась ему. Хотя, если быть точнее, то Вудсвилл мечтал быть или орнитологом или палеонтологом. Но жизнь распорядилась иначе.       «Ну платят нормально и хорошо», — рассудил парень, пока делал кофе посетителю.       Впринципе, он был доволен работой, но не жизнью. Из-за этих ангелов, он стал более закомплексованным в себе. Плюс недавно Корнелиус повесился, а Кэмерон ведёт себя странновато. И конечно же Гавриил повесил вину на Вудсвилла. Мало ему подавленного настроения, а нужно усугубить!       За работой он начал думать о том, что вообще забыл у него Гавриил.       «По сути дела, он оказался не таким уж и доброжелательным. Ещё и эти «Ягнёнок», «Ягнёночек», «Агнец Божий»… Как он меня только не называл… «, — думал Аарон, пока сидел в каморке, поедая свой обед.       Его думы прервала вошедшая Лоис Форстер. Закрыв за собой дверь, она тут же начала: — Поздравляю тебя с днём рождения, Аарон! — на ходу сказала она, доставая какой-то кулон, — Вот, кулон с розовым агатом. Я знаю, что ты любишь разные камни! — Спасибо, — поблагодарил её парень, надевая подарок.       Тот с лёгким стуком ударился о металл. Лоис о чем-то болтала, Аарон же поддакивал темнокожей девушке с вежливой улыбкой.       Оставшуюся смену он почти ничего не думал, как вдруг в его голове всплыло имя «Дейв Ли». Кажется, он слышал мимоходом о нём от Гавриила.       Самого Дейва он не знал. Всё, о чем знал ирландец, так это то, что Дейв работает продавцом кассет. Продажи упали и он всерьёз думает найти работу в церкви Святого Гавриила. «Но откуда Гавриил знает о нём? — подумал парень, пока завершал работу, — Мне, лично, он никогда ничего не говорил о Дейве»       Вечер. Очередной день заканчивался полным ничем. Грело сердце, что ему вообще что-то подарили. — Моё имя имеет библейское значение, а именно —«Ковчег завета», но почему-то ковчег уплыл не в ту сторону, — мрачно пошутил Аарон.       Гавриил и Тармафель куда-то делись. Уже лучше. Аарон не любил их, ведь ничего хорошего эти двое не принесли с собой. Достав коробочку с пирожными, которые он купил вчера, Вудсвилл заварил чёрный чай.       Откусив шоколадный бисквит, парень вздохнул. Нет, день рождения прошёл как-то совсем скучно. — Ура что ли? Мне теперь двадцать два, — вздохнул Аарон, — новый год жизни.       Повздыхав, он поел приторное пирожное и улёгся в постель.       Честно говоря, он ненавидел то, что происходит. Когда он был маленьким, то его хотя бы любила мама. Терезу он любил и всегда хотел быть лучшим сыном. Но сейчас мама была мертва, отцу было всё равно на сына, а из родственников — двенадцатилетний единокровный брат Иона Вудсвилл. На этом все его родственники заканчиваются.       Он чувствовал себя загнанным в ловушку волком, которого обступают со всех сторон охотники с ружьями и собаками. — Буду ли я счастлив? — спросил он сам себя, глядя в черноту комнаты. Он знал ответ и он, к его сожалению, не был позитивным. Вздохнув, ирландец повернулся на бок и уснул.       В темноте можно было рассмотреть силуэт лжепосланника. Гавриил ухмыльнулся.       Ковчег завета приплыл, совсем не на ту землю, к которой должен был приплыть. И этот парень явно не будет спасён. Это Гавриил не собирается допускать.