Глава 7

      Ужас в глазах Ледибаг, слезы текут по ее лицу, когда она тянется за оскверненными цветами. Кот Нуар с дикими глазами и красным лицом поворачивается к толпе и кричит: «Я РАД, ЧТО ОН МЕРТВ!»              Лежа на боку на диване, завернувшись в одеяло, игнорируя документальный фильм о сыре, который Плагг включил по телевизору, чтобы помочь ему «расслабиться», и чашку горячего чая на кофейном столике, который заварила для него Натали, Адриан уставился на экран своего телефона, тело онемело и застыло, когда он просмотрел воспроизведенное видео.              Ледибаг, трясущимися руками хватается за свое йо-йо, подбрасывает его в воздух со сдавленным криком: «Талисман уд...»              Черная фигура загородила ему обзор экрана, и звук прекратился. Плагг что-то наклацал на его телефоне. Адриан оттолкнул его, но было слишком поздно — приложение, которое он использовал для просмотра видео, было закрыто, вместо него были сообщения Маринетт.              (вчера)       Маринетт: НЕ СМОТРИ НОВОСТИ, Я СКОРО ПРИЕДУ              Маринетт: Я люблю тебя!! 💕💕💕 было так приятно тебя увидеть!! спокойной ночи! хорошо отдохни, окей? я всегда здесь, чтобы поговорить, если тебе нужно              Маринетт: позвони, напиши смс, позвони по фейс тайму, все что угодно!!! в любое время!!!              Маринетт: ilysm xoxoxoxoxo              (сегодня)       Маринетт: Я люблю тебя, я люблю тебя, мы все любим тебя              Маринетт: это нормально - отдыхать!! и расстраиваться!!!              Маринетт: мне так жаль насчет этого всего, ты этого всего не заслуживаешь, я люблю тебя              Маринетт: ты хочешь, чтобы я пришла попозже??? я могу, если хочешь, с удовольствием прийти и повидаться с тобой после того, как разберусь кое с чем, а потом я буду свободна обниматься, разговаривать, целоваться, делать все, что угодно              Маринетт: или если ты хочешь побыть один, это тоже прекрасно и имеет смысл, что бы тебе ни понадобилось!!!!              Маринетт: люблю тебя, люблю тебя, мне так жаль              Из горла Адриана вырвался нечленораздельный звук.              – Если ты собираешься сидеть в телефоне, по крайней мере, поговори со своими друзьями! - Плагг усмехнулся. – Или не делай этого! И вместо этого вздремни! Просто перестань смотреть эти глупые видео.              Адриан закрыл приложение для обмена сообщениями и переключился обратно на видео.              Плагг тут же вернулся и переключил его обратно на сообщения. На этот раз Нино.              Адриан оттолкнул Плагга и вернулся к видео.              Плагг выхватил телефон из рук Адриана и небрежно отбросил его в сторону. Он со стуком упал на пол в паре метров от него.              – Оооу, ннеееет! - Плагг притворно ахнул, игнорируя стон Адриана. – Думаю, тебе просто придется заняться чем-нибудь другим!              Адриан кратко взвесил все «за» и «против» отказа от своего камня чудес, хотя бы для того, чтобы избавиться от нытья Плагга. Однако телефон не возвращался в его руку, и он не хотел вставать, чтобы взять его.              Ну…что ж…              ...был один способ избавиться от Плагга и получить устройство в его руку, даже не пошевелив ни единым мускулом.              Он начал: – Плагг…              – Не смей…              – ...выпускать когти.              Жалобы квами смолкли, когда магия захлестнула Адриана, посылая дрожь обновленной энергии по его спине. А затем Кот Нуар был предоставлен самому себе, волен делать все, что ему заблагорассудится.              Адриан плотнее закутался в одеяло и вжался в диван с жезлом в руке, и двинулся открывать браузер.              Звуковой сигнал. Непрочитанные сообщения.              Ему было все равно. Он разберется с ними позже. Он открыл браузер и—              Еще один сигнал. Новое сообщение. На экране появилось уведомление, блокирующее строку поиска, в которую он собирался ввести «Кот Нуар злодей».              Ледибаг: Я ВИЖУ ТЕБЯ ОНЛАЙН              ...Черт возьми.              Цокнув языком, он открыл настройки своего жезла и быстро установил свой статус на «невидимый».              Хорошо. Проблема решена. Теперь вернемся к браузеру.              Ледибаг: ?? ?? ТЫ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ТОЛЬКО ЧТО СДЕЛАЛ СВОЙ СТАТУС НЕВИДИМЫМ              Ах...              Звонок звонок звонок…              Входящий видеозвонок — Ледибаг              О, ни в коем случае. Даже если бы он был готов поговорить с ней прямо сейчас (он не был), он не собирался звонить Ледибаг по видеосвязи, свернувшись калачиком в одеяле на диване в своей гражданской спальне.              Он отклонил вызов, а затем вернулся к вводу своего важного исследования в поисковую строку.              Ледибаг: вызов отклонен? правда? как ты можешь отклонить звонок, если ты не в сети?              Он простонал.              Ледибаг: кот нуар. ПОЖАЛУЙСТА. нам НУЖНО поговорить              Вздохнув, он нажал на уведомление, что привело его к истории их переписки, включая непрочитанные сообщения.              Ледибаг: Привет. Нам нужно поговорить. срочно              Ледибаг: Я серьезно. Как только ты сможешь, мы ПОГОВОРИМ              Ледибаг: Я все еще не могу поверить, что ты это сделал              { пропущенный звонок }              Ледибаг: пожалуйста              { пропущенный звонок }              Ледибаг: Я просто буду на нашей крыше, пока ты не появишься              { пропущенный звонок }              Ледибаг: пожалуйста              Ледибаг: Я ВИЖУ ТЕБЯ ОНЛАЙН              Ледибаг: ?? ?? ТЫ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ТОЛЬКО ЧТО СДЕЛАЛ СВОЙ СТАТУС НЕВИДИМЫМ              { вызов отклонен }              Ледибаг: вызов отклонен? правда? как ты можешь отклонить звонок, если ты не в сети              Ледибаг: кот нуар. ПОЖАЛУЙСТА. нам НУЖНО поговорить              Проклятье. Проклятье.              Кот Нуар издал долгий, уязвленный стон, откидывая голову назад, прикрывая глаза рукой и глубже погружаясь в диван. Разве он не мог просто расслабиться дома, немного заняться самокопанием и притвориться, что окружающего мира не существует?              Он был зол на нее. Он был так зол на нее. И все же, все же, мысль о том, что она будет сидеть на крыше весь день, ожидая его... и что, если он не появится? Как долго она там пробудет? Это его не устраивало.              Его жезл снова звякнул, он взглянул на экран.              Ледибаг: Пожалуйста.              Из его горла вырвался стон, и следующее, что он осознал, это то, что он сползает с дивана — голова и плечи на полу, одеяло запуталось в ногах.              Он закрыл глаза, глубоко вздохнул и позволил себе последний миг покоя.              Прозвенел жезл.              Ледибаг: я УБЬЮ тебя, если ты не ответишь. Я ЗНАЮ, ЧТО ТЫ ТРАНСФОРМИРОВАЛСЯ              Он закатил глаза и спустил ноги с дивана, сбросив одеяло и вскочив на ноги. Хорошо. Если он собирался пойти на то, чтобы с него заживо содрали шкуру, он мог бы с таким же успехом не заставлять Натали волноваться, пока он это делает.              (Она регулярно проверяла, как он, с тех пор как привела его домой. Очевидно, она не до конца верила, что он снова не исчезнет из своей комнаты. Пойди разберись.)              Он прошел в ванную, закрыл дверь и включил душ. Предположив, что этого, вероятно, было достаточно, чтобы угодить Натали, сколько бы времени ни потребовалось, чтобы Ледибаг «разобралась» с ним (он очень надеялся, что это будет быстро и безболезненно), он выпрыгнул из окна ванной.              Нуар прыгал по крышам, демонстративно игнорируя взгляды испуганных парижан снизу, не торопясь. Возможно, он не хотел, чтобы Ледибаг ждала его там весь день, но это не означало, что ему нужно было спешить.              Звонок за звонком раздавался за его спиной, пока он приближался к месту. Он увидел, как Ледибаг расхаживает по крыше, яростно печатая на своем йо-йо, на ее лице застыло хмурое выражение.              О, да. Все должно было пройти как по маслу.              Он сделал долгий, глубокий вдох, чтобы успокоить нервы, прежде чем запрыгнуть на ближайшую трубу.              Само по себе это не привлекло ее внимания, поэтому он воспользовался возможностью прилечь рядом с крышей дымохода. Лежа на боку, он подпер щеку рукой и смотрел на нее сверху вниз, взмахивая хвостом. Он ждал, пока она заметит его.              Она еще немного прошлась, уставившись в свое йо-йо, и начала яростно печатать.              Его жезл звякнул как раз в тот момент, когда кончик хвоста ударился о кирпич дымохода.              Ледибаг вздрогнула, вскинула голову и развернулась к нему лицом, беззвучно разинув рот.              Он притворился, что рассматривает свои когти. – Ты звонила?              Она усмехнулась, убирая йо-йо обратно на бедро. – Видишь? Я знала, что ты трансформировался.              – У меня сложилось впечатление, что тебя что-то беспокоит, - промурлыкал он, искоса поглядывая на нее. – Ну знаешь. Животные инстинкты.              – Действительно? - она усмехнулась, скрестив руки на груди и перенеся вес на левую ногу. – Даже после того трюка, который ты выкинул, ты собираешься дерзить мне?              – Какого трюка? - он изобразил зевок, перекатился на спину и заложил обе руки за голову. – Это была когтеточка.              – Кот. Нуар. - она зарычала. – Слезай оттуда и поговори со мной по-человечески.              – Я не человек, - усмехнулся он, закрыв глаза и все еще молотя хвостом по кирпичу, - я монстр.              –...Что?              – Новый злодей. Дезертир. Антигерой, если быть снисходительным. - он рассматривал свои когти. – Спящий акума. Угроза Парижу. Двойной агент. Твой абъюзивный бойфренд.              – Что? - усмехнулась она. – О чем ты говоришь...              – Я имею в виду, серьезно. Черный кот, обладающий разрушительной силой? - протянул он, поворачивая голову в противоположную от нее сторону, глядя на парижский горизонт. – Не могла бы добавить еще какой-нибудь код злодея?              – О чем ты говоришь? - спросила она измученно.              – Так или иначе, все так говорят, - фыркнул он, поворачивая голову обратно и прищуриваясь на нее. – Вот почему со мной нужно «разобраться». Верно?              – Вот видишь? - она закатила глаза. – Именно поэтому нам и нужно поговорить.              – О чем тут говорить? Дай угадаю. Ты хочешь мой камень чудес?              Она сверкнула глазами. – Как ты думаешь?              Он усмехнулся. – Хорошо. - задрав ноги, он скатился с дымохода, приземлившись на крышу. Он неторопливо подошел к ней, более чем готовый покончить со всем этим, потянувшись за своим кольцом.              Она накрыла его ладони своими. – Что? НЕТ!              Он удивленно моргнул и посмотрел на нее, нахмурив брови.              – О… боже! Вот о чем я говорю! - простонала она, отпуская его руки и отступая назад. – Я не приму твое кольцо, Кот Нуар! Это... Это… - она размахивала воздух между ними, - именно то, чего он хочет!              Он нахмурился. – Кто?              – Человек, который. Держит. ПИШЕТ МНЕ - она взвыла, сорвала с бедра йо-йо и швырнула его в кирпичную стенку дымохода с такой силой, что осталась трещина. Йо-йо просто отскочил и откатился к ее ногам, целый и невредимый.              Ледибаг развернулась, прижав руки к волосам, и снова принялась расхаживать взад-вперед. – Он явно хочет разлучить нас. Иначе зачем бы он нам так писал? Иначе зачем бы он это начал? И в этом есть смысл, не так ли? Какой лучший способ победить Ледибаг и Кота Нуара? Сначала разрушить их партнерство!              – Честно говоря, - усмехнулся он, прежде чем успел дважды подумать об этом, скрестив руки на груди и покачивая бедрами, - ты довольно легко для него это сделала.              Ледибаг развернулась лицом к нему, ее глаза были ссужены, а губы готовы оскалиться. – Нет. Ты это сделал.              – Я не тот, кто солгал о...              – Ты. Никогда. НЕ СЛУШАЛ! - огрызнулась она. – Я много раз пыталась помочь тебе понять, и каждый раз, когда я пыталась объяснить тебе эту очень деликатную ситуацию, ты обрывал меня! Устраивал… устраивал… - она почти взревела. – Такие трюки!              – Ты знаешь меня, Кот Нуар настоящий! - он поклонился. – Я всегда выполняю такие трюки.              – Я... - она кипела, отступая от него и сжимая кулаки по бокам, - Так. Так. Тааак зла на тебя. Я в ярости. Честно говоря, я рискую подвергнуться акуматизации, просто глядя на тебя, я... - зажмурившись, она сделала долгий, глубокий вдох в попытке успокоиться. Она приоткрыла один глаз и повернула голову, глядя на горизонт. – …Что, опять же, именно то, чего он хочет. Верно?              – О, моя леди... - он вздохнул, надув губы и приложив руку к груди. – Мне жаль. Я и не подозревал, как сильно ты обожала Монарха и его отвратительную статую. Он был твоим отцом или что-то в этом роде?              Она сердито посмотрела на него, в ее глазах горел такой огонь, что он должен был сделать ото немного пожалеть о своей дерзости. – Нет. Но он был отцом Адриана.              Не бери в голову. Сожаление ушло. – Да. Я слышал. И что?              – И что? Значит, что есть кто-то, невинный, кто пострадает, если...              – И что? - усмехнулся он. – Это не твое дело.              Она разинула рот. – Что?              – Это не твое дело, - усмехнулся он, - это не твоя работа — разгребать беспорядок, который Монарх устроил в своей семье. Это не твоя работа — лгать им...              Ледибаг крепко зажмурилась и сделала еще один глубокий вдох. – Ты не понимаешь.              – Хорошо. - он прищурился. – Так помоги мне понять.              – Просто... - она глубоко вздохнула и посмотрела на горизонт... – Просто нас ждёт катастрофа, которая вот-вот произойдет. Я просто знаю это.              Он нахмурился. – Что?              – Банникс, если я собираюсь совершить огромную ошибку, пожалуйста, просто скажи мне! - Ледибаг закричала в небо, крепко зажмурившись и раскинув руки.              А потом она... ждала.              Он уставился на нее. – ...Чего?              Ледибаг приоткрыла один глаз и оглянулась.              – Какое отношение ко всему этому имеет Банникс?              Ледибаг захныкала, опуская руки по бокам. – Я взвесила все «за» и «против». Эта... ситуация действительно поставила нас в затруднительное положение.              – «За» и «против»? - он прищурился.              Она вытянула одну руку. – С одной стороны, у нас есть наши тайны личности, которые обеспечивают нашу безопасность. - она вытянула другую руку. – С другой стороны, у нас есть наше партнерство, которое также обеспечивает нашу безопасность и висит на волоске с таинственным новым обладателем бабочки, который явно ждет, когда мы окажемся в самом слабом положении, чтобы нанести удар или акуматизировать нас. - она пошевелила обеими руками вверх-вниз, как качающимися весами. – Что важнее?              Он долго смотрел на нее, переваривая ее слова. – Какое... отношение к чему-либо имеют наши личности?              Она хлопнула в ладоши. – Потому что мне нужно. Заставить тебя. Понять.              Нахмурившись, он продолжал смотреть на нее, ожидая объяснений.              Она вздохнула. – Я... признаю? У меня здесь... личная предвзятость, ясно? Действительно, действительно сильное личное предубеждение, от которого я абсолютно не могу отказаться.              – Что?              – Я просто... - она сглотнула. – Поверь мне, когда я говорю, что эта ситуация деликатная. Гораздо больше, чем я могла бы ожидать от постороннего человека, и я... - она посмотрела на него мягким и несчастным взглядом. - ... Ты хороший человек, Кот Нуар. Я знаю, ты такой. Ты добрый. И я понимаю, почему ты расстроен, правда понимаю, но… но если бы ты знал его так, как я, ты бы...              – Что? - одними губами произнес он, из горла не вылетело ни звука. Он втянул воздух и спросил: – Кто?              Ледибаг шагнула к нему, сокращая расстояние между ними. – Адриан Агрест абсолютно не должен знать, что его отец был монархом.              Это поразило его. Он отступил на шаг. – Что?              – Ни при каких обстоятельствах, - продолжила она, где-то между мольбой и требованием, с несчастным выражением в глазах, - Адриан Агрест не должен узнать.              Игнорируя бешеный стук своего сердца в груди, он спросил: – Откуда ты знаешь, что он еще не знает?              Ее глаза потемнели. – Он не знает.              Отчаянный смешок сорвался с его губ, неуместная реакция на бурлящие внутри эмоции. – Откуда ты знаешь, что он... что он не работал на него все это время? Что он всегда знал.              – Ты его не знаешь.              – Ты его не знаешь, - возразил он, кровь стучала у него в ушах.              – Нет. - прошептала она, нанося еще один удар в его сердце. – Я его знаю.              Он отступил еще на шаг. – Нет, ты- ты не понимаешь. Как ты...              – Ты понятия не имеешь, как тяжело ему все это далось, - сказала она с почти незаметной дрожью в голосе. – Ты... ты понятия не имеешь, Кот Нуар. Он потерял маму и папу. Он потерял обоих родителей в течение двух лет, и... и он пытался быть таким сильным в этом, но было видно, что он едва держится, и это было до того, как ты разрушил памятник его покойному отцу...              Он резко втянул в себя воздух. – Что?              – И ради чего? Ты мог как-то отомстить человеку, который уже мертв? - прошипела она. – Монарха больше нет. Он мертв. И я тоже ненавидела эту ужасную статую, Кот Нуар, но что дало ее разрушение? Монарху это не повредило. Ничто из того, что мы делаем, не может навредить ему, мы не можем наказать мертвеца, но мы можем навредить его сыну. Его сын, который любил своего отца и который не сделал ничего, чтобы заслужить...              – Ты думаешь, он хотел бы этого? - перебил он, каким-то образом обретя голос, чтобы говорить, несмотря ни на что. – Ты думаешь... ты думаешь, он не хотел бы знать?              Ее глаза потемнели. – Он не должен знать.              – Почему бы и нет? - одними губами произнес он.              – Это сломило бы его, - прошептала она, - ты не понимаешь. Это бы… Это уничтожило бы его.              – Ты думаешь, он не смог бы с этим справиться? - он не смог удержаться и прошипел: – Ты... ты думаешь, он этого не вынесет?              – Это причинило бы ему боль, - сказала она с уверенностью, и не похоже было, что он мог оспорить этот факт. – Это причинило бы ему боль. Настолько сильную. И он... ты понимаешь, что ты с ним сделал? Когда ты уничтожил ту статую? Он был так напуган и сбит с толку, у него был нервный срыв в школе и…              – Что? - выдавил он, отшатнувшись и схватившись за грудь. Ледибаг знала об этом?              О боже, неужели она это видела?              – Я понимаю, Кот Нуар. Правда. Я понимаю, что с моей стороны было ужасно лгать тебе. Я понимаю, что ты чувствовал себя преданным. Я понимаю твой гнев, - продолжила она, не обращая внимания на его огорчение, - прости. Я не пыталась лгать конкретно тебе. Но этот секрет нужно сохранить, потому что, если это всплывет, Адриан пострадает, а я не позволю этому случиться.              Его рот был бесполезен для него. Вместо этого он стоял там, все еще прижимая руку к бьющемуся в груди сердцу, разинув рот. Ледибаг не дрогнула, ее глаза не отрывались от него, выражая решимостью своих черт, насколько она серьезна.              После нескольких секунд молчания он набрался смелости спросить: – Почему… тебя это так волнует?              – Я люблю его, - мгновенно ответила она, выбив воздух из его легких.              – Ч-что? - пролепетал он, пытаясь отдышаться, пытаясь осмыслить происходящее.              – Я люблю его. Очень сильно. - подчеркнула она, прижав руки к сердцу. – Я влюблена его.              – Что?              – И если я буду вынуждена выбирать между любовью всей моей жизни и Парижем... - ее глаза потемнели. – Что ж...              Тысячи возможностей промелькнули в его голове, от невозможных до слишком вероятных. Возможность того, что Ледибаг была фанаткой, пережитком его модельной карьеры, которая училась в его школе и просто случайно оказалась сегодня в библиотеке, и в какой-то момент рассталась со своим парнем, не сказав об этом Коту Нуару, и все это было просто большим совпадением. Или возможность того, что…              – Маринетт? - он задыхался, мир рушился вокруг него. Потому что он не верил в это, не мог позволить себе поверить в такую замечательную, ужасную трагедию, но в тот момент, когда это слетело с его губ, он понял, что это правда. В тот момент, когда последний слог слетел с его языка, он увидел, как изменилось лицо его подруги под маской, увидел страдание в ее глазах, увидел, как сморщилось ее лицо вместо того, чтобы отрицать то, что было столь очевидной правдой.              Он открыл рот, чтобы заговорить снова — сказать что-нибудь, признать, что его мир снова разрушился вокруг него, как, казалось, было всегда, но слова не слетели с его языка. Он застыл с открытым ртом, как рыба, все его мысли и энергия были сосредоточены на том, чтобы не рухнуть на бетон.              – Ты понимаешь это? - шепотом добавила Маринетт.              – Ты солгала мне. - выдохнул он.              – Он был отцом моего парня. Я не могла…              – Он был моим отцом, - выдавил он.              Она уставилась на него, ее бровь изогнулась в замешательстве. – ... Что?              – Он был. Моим отцом - он хлопнул себя рукой по груди, подчеркивая это. – Он был моим отцом. Маринетт, он был моим отцом...              Ее взгляд стал напряженным, глаза расширились, складка на лбу углубилась. Она открыла рот, чтобы что-то сказать, губы беззвучно шевелились. Наконец, ей удалось выдавить: – Что?              – Он был моим... - выдавил он, зрение начало затуманиваться, - он был моим отцом. И я... я заслужил... я заслужил знать, что с ним случилось...              Маринетт побледнела, в ее глазах застыл ужас. Она открыла рот, чтобы заговорить снова, но снова все, что она смогла произнести, было прошептанное: – Что?              Он не мог этого сделать. Он должен был уйти. Должен был убежать от предательства, боли, ужаса от того, что его мир снова рушится.              Он развернулся и побежал.              Ледибаг—Маринетт закричала ему вслед, но он не остановился. Он подпрыгнул и помчался по крышам, кровь стучала у него в ушах, направляя ее прямо домой.              Он услышал звуки йо-йо позади себя. Он слышал ее крики, ее вопли, когда она гналась за ним по крышам. Он не сдавался, не замедлялся, ему нужно было уйти, уйти, уйти подальше.              Он запрыгнул в свою спальню и бросился за пультом дистанционного управления к окну. Схватив его со стола и спрошептав «когти внутрь», он нажал кнопку, магия его костюма слетела с него, когда стеклянная панель закрылась, как раз в то время, когда…              Ледибаг ударилась об окно, прижав ладони к стеклу, и в ужасе уставилась на него сверху вниз.              – АДРИАН! - закричала она, широко раскрыв глаза, ударив кулаком по оконному стеклу, отчего оно задребезжало. – АДРИАН, ПОДОЖДИ! АДРИАН!              Адриан резко втянул воздух, отступая от нее, хватаясь за волосы на голове. Ему нужно было уйти, убраться восвояси, но она не собиралась уходить в ближайшее время, а на его дурацких окнах не было занавесок.              Он развернулся, не обращая внимания на крики, приглушенные стеклом, бросился в ванную и захлопнул дверь.              Прислонившись спиной к двери, Адриан схватился за сердце и сполз на пол. Он хватал ртом воздух, теплые слезы текли по его щекам, приглушенные крики Марибаг все еще были слышны сквозь стекло и дверь, а также звук льющейся воды в душе.              Прижав руку ко рту, чтобы заглушить свои звуки, он задрожал. Она продолжала кричать и выкрикивать его имя, а он ждал. Ждал, когда она наконец остановится, сдастся, оставит его в покое.              Тишина.              Он шмыгнул носом. Он вытер глаза. Он свернулся калачиком, обняв ноги, пытаясь успокоиться, пытаясь перестать плакать, потому что в последнее время он всегда плакал и ненавидел это.              Ледибаг была Маринетт.              Маринетт была Ледибаг.              Ледибаг все это время была его девушкой. Маринетт все это время была его напарницей-супергероиней. Его нынешняя любовь все это время была его первой любовью, и ему хотелось посмеяться над абсурдностью ситуации, над странной, сложной паутиной, которая, по-видимому, была переплетением его и Маринетт судеб…              ...но, боже. Он не чувствовал себя таким счастливым из-за этого.              В любой другой ситуации, и он был бы в восторге. В любой другой ситуации, и он бы только сильнее влюбился. В любой другой ситуации он бы целовал ее до потери сознания прямо сейчас, и это не было бы похоже на предательство, и он не чувствовал бы себя идиотом, и он не прокручивал бы в голове все те моменты, когда Маринетт обнимала его, когда он плакал по своему отцу, как она держала его за руку и лгала прямо ему в лицо.              – Адриан? - голос Натали донесся из-за двери ванной, и он резко втянул воздух. Он услышал, как ее шаги по паркету приближаются к нему, а затем стук костяшек пальцев по двери. – Маринетт у ворот. Она хотела бы увидеть тебя.              – АДРИАН! - раздался крик Маринетт, ее приближающиеся шаги зашлепали по полу, ее тело практически с грохотом врезалось в дверь. – Адриан, умоляю…              – Я не хочу с ней разговаривать! - рявкнул он, прежде чем успел подумать дважды.              Натали ахнула. – Адриан…              – Адриан, ПОЖАЛУЙСТА! - Маринетт закричала. – ПОЖАЛУЙСТА! Пожалуйста, поговори с…              Он сжал волосы на голове, еще больше скручиваясь, пытаясь игнорировать боль в груди, когда закричал: – Я не хочу с ней разговаривать!              – Адриан, пожалуйста!              – Маринетт, - сказала Натали, - я должна попросить тебя уйти.              – Нет! Нет, мне н-нужно... — Маринетт икнула. - Адриан, ПОЖАЛУЙСТА! Пожалуйста, поговори с...              – Я НЕ ХОЧУ С НЕЙ РАЗГОВАРИВАТЬ!              – Маринетт. Пойдем со м…              – АДРИАН! - он услышал, как она взялась за дверную ручку, и дверь хлопнула за ним.              И он понял, что так и не запер дверь.              Дверь начала открываться, и он вскочил на ноги, хватаясь за ручку и сопротивляясь ее натиску, используя всю свою силу, чтобы удержать ее закрытой.              – Маринетт. - голос Натали донесся из-за двери, и натиск Маринетт на дверь ослаб. – Ты должна уйти.              – Нет! НЕТ! НЕТ! Мне нужно поговорить с ним.              Тяжелые шаги, знакомое ворчание его телохранителя, и сила Маринетт у двери полностью исчезла. Наконец, полностью закрыв дверь, он щелкнул замком и чуть не упал вперед, прижавшись лбом к двери, тяжело дыша. По его лицу текли слезы, когда он прислушивался к возне тел в своей спальне.              – Я ПОЗВОНЮ ТЕБЕ! - закричала Маринетт, ее голос становился все более и более отдаленным из-за звука шагов по твердой древесине. – ПОЗВОНИ МНЕ! П-ПОЖАЛУЙСТА, НАПИШИ МНЕ.              Дверь захлопнулась.              Тишина.              Адриан отступил от двери, прижимая дрожащую руку ко рту, пытаясь подавить рыдание. Он попятился и повернулся спиной к зеркалу, которое боялся увидеть, и позволил себе рухнуть на пол.              Плагг устроился у него на плече и прижался к нему, а он свернулся калачиком, уткнувшись лицом в колени, крепко зажмурив глаза и чувствуя, как наворачиваются слезы.              – Адриан, - сказала Натали из-за двери после короткой паузы, ее тон был нежным. – Что случилось?              Он понял невысказанные слова. Ты любишь Маринетт. Ты всегда хочешь видеть Маринетт. Это на тебя не похоже.              – Я... - Адриан икнул, – Я тоже не хочу с тобой разговаривать.              Мгновение тишины. Ужасная, напряженная тишина.              – Мы поговорим, - сказала она, и он втянул воздух. - но это не обязательно должно быть сейчас.              Он кивнул, уткнувшись в колени, как будто она могла видеть.              – Я могу что-нибудь сделать? - печально спросила она.              – Нет, - пробормотал он, крепче сжимая колени и ожидая, пока не услышит звук удаляющихся шагов.