6. Слизеринец.

      — Ну, значит, я понял, что Гриффиндор основал Годрик Гриффиндор! — без умолку говорил Альбус про Гриффиндор.       Честно, Скорпиусу это уже всё надоело. Гриффиндор, Гриффиндор...да, когда он заткнётся, и они поговорят о нормальных вещах.       Про всё, что-угодно, но только не про Гриффиндор! Нет, Скорпиус не делит факультеты на "сорта," но это уже надоедает.       Если бы у него была бы возможность задушить друга, то он бы безусловно сделал это. За окном открывался вид на прекрасные пейзажи.       В их вагон зашёл Джеймс, одетый в мантию Гриффиндора, с галстуком.       — Волнуемся? — первым делом спросил Джеймс, сев рядом с братом. Если бы Альбус и Скорпиус гордо ответили бы: нет. Джеймс прекрасно знал бы, что это не так.       Однако, по их лицам всё понятно — да, ещё как. Это выдовало то, что они часто смотрели в окна, чтобы увидеть, приехали они или нет. И то, как Альбус с завистью смотрел на мантию брата. А ещё то, что их ноги дрожали, а ладони были потными.       — Угу..— согласно буркнул Поттер.       — А ты, Скорп? — спросил Джеймс, ему было интересно, как Скорпиус.       Можно, Джеймс был не просто лучшим другом для Скорпиуса, а старшим братом, который поддержит и даст совет. Джеймс такой не только со своими родными, но и со своими друзьями. Поддержка, советы всегда были для Скорпиуса от Джеймса. Когда, Скорпиусу было трудно что-то узнать от сестры, он всегда писал Джеймсу, чтобы посоветоваться, интересуясь учёбой в Хогвартсе, Малфой спрашивал не только у отца, но и у Джеймса.       А сам Джеймс не был против, всегда отзывчиво отвечая на письма и вопросы, заданные Скорпиуса.       На самом деле, Джеймсу приятно находится в обществе Малфоев. У скромной и стеснительной Лили появились подруги. Из-за своей скромности, Лили боялась заговорить первая и начать диалог.       — Просто волнуюсь...— пожал плечами Скорпиус, представляя его прибытие в Хогвартс.       И тут в дверь постучалась добрая женщина с тележкой сладостей.       — Не желаете что-нибудь купить? — спросила она, улыбнувшись.       Поттеры и Скорпиус полезли в карманы. Джеймс и Альбус протянули по десять кнатов и получили по коробке с жевательными змейками. Скорпиус протянул руку с деньгами, на что получил лакричные палочки.       Они добро улыбнулись ей, и она ушла в следующий купе. Всё оставшееся время они болтали, обсуждали всё возможное.       — Надеюсь, я не пересекусь с кем-то из семьи Уизли...— поджал губы Скорпиус, желая не вспоминать ту ситуацию.       Дело в том, что после того инцидента, Драко строго настрого запретил даже смотреть в сторону одного из Уизли. Нет, не потому, что Драко ненавидит их, хотя, никто этого отменял. Нет, просто, его взбесила та девочка, что говорила гадости в сторону Малфоев.       Да и Скорпиусу, после того, как он узнал, что произошло, не понравилось. Он даже попросил, чтобы отец не говорил, что тот должен поладить с одним членом из их семьи.       Согласителись никто после подобной ситуации не захотел бы сближаться с таким человеком, от которого вы услышали эти оскорбления, вы бы закопать живьём готовы бы того человека.       — Ууу, — протянул Альбус, поднял брови.       — Роза и Хьюго что-то натворили? — аккуратно спросил Джеймс, удивившись словами Скорпиуса.       Это подтвердилось тем, что Скорпиус кивнул.       — Роза — та ещё тварь! — прошептал Альбус, чтобы к ним через стену не прибежал Хьюго. Зная, истинную сторону своих кузенов.       — Ага. — Подтвердил Малфой, —она такое говорила про меня, про Алису и про отца..а ещё...       – Да дело не только в этом, Скорп! — прервал своего друга Альбус.       — А в чём, Ал? — спросил Скорпиус, потрясённым тем, что это ещё не все сюрпризы от этих детей.       — Роза уверена, что она гриффиндорка! — все остальные посмотрели на него так, мол, и это говорит тот, кто тоже так считает! — Да нет же! — он махнул на них рукой, — дело в том, что узнав, что тётя Гермиона и дядя Рон — Герои Войны, очень слишком сильно превозноситься. Каждый раз, приходя к ним, я молюсь, чтобы эта мадам пасть свою закрыла!       — "Мои папа и мама — Герои! Мама — министр Магии! Малфои то, Малфои сё!" — писклявым голосом передразнил Альбус Розу, корча рожицы, и театрально поднимая руками. — В обшем, самовлюблённый и раздражающий павлин — одним словом!       — Нашей Лили уже надоело говорить, что так нельзя. А та, что? На своём стоит! — возмущался Альбус, — я, конечно, понимаю, что это не в манере родителей так говорить про кузину, но, прошу прощения, она сама виновата! — продолжал возмущаться Альбус, забыв, что рядом сидит удивлённый Джеймс, не знавший про поступки Розы и Хьюго.       — О! — тут же произнёс Малфой, доставая из своей сумке, что была не плече, какую-то тетрадь.       На ней, сзади, была надпись: Скорпиус Гиперион Малфой.       — Что это? — спросил Джеймс, и сел рядом с ним, смотря на вещицу.       — Зачарованный дневник.       — Ого-го! — восторженно воскликнул Альбус. — Да ладно?! Самый настоящий?!       — Нет, Ал, ненастоящий! — сарказтично ответил Скорпиус. Достав из своей сумки чернилицу и перо. Скорпиус прекрасно знал, что друг не обижается на такие пустяки.       — Ну-ка! Удиви нас!       Джеймс был шокирован, он слышал рассказы преподавателей в Хогвартсе про крестражи. И одним из таких крестражей был такой зачарованный дневник Тома Реддла.       Однако, ни Скорпиус, ни Драко не боялись таких вещей. Ну ещё бы! Драко коллекционирует тёмные магические артефакты, а Скорпиус интересуется подобными вещаии, фантазируя, какой бы артефакт создать. И Скорпиус написал:       Меня зовут Скорпиус Малфой.       И тут же надпись исчезла. И появилась вторая:       Приятно познакомиться со своим собственным сыном, Скорпиус       — Круто! — воскликнули Поттеры в один голос. Джеймс был потрясённым тем, что не все подобные артефакты напитаны тёмной магией. (После рассказа про крестражи, Джеймс старается избегать контакта с такими вещами.)       Как Алиса?       Болеет.       Всмысле, болеет?! Пап, с ней всё хорошо?!       Скорпиус испуганно смотрел на дневник, ожидая, что же напишет отец. Но ещё было не понятно, почему Джеймс так смотрит.       Словно, словно, что..?       Как-будто боиться потерять что-то ценное. Он ходил кругами, пока Скорпиус опустил голову на столик в купе.       Температура. Она, когда шла по бортику на фонтане, поскользнулась и упала в воду. А вода холодная, так ещё и было очень жарко.       Надеюсь, поправиться. Попробую убедить директора, чтобы я мог через камин отправиться домой, и посмотреть на состояние Лиси.       Скорп, не надо. Лиси не умирает. Просто ей не здоровиться. И всё! Не стоит забывать об учёбе. Учись, напиши, как приедешь в Хогвартс и на какой факультет попал!       Обязательно, пап, передай Лисе, чтобы поправлялась. Отправлю ей конфеты.       Откуда?        Украду из пира, как ты говорил)       Умный малый ты, Скорп       — Что там с ней? — обеспокоенно спросил Джеймс. Хотя переживания совершенно не понятны для Альбуса и Скорпиуса.       — Упала в воду в фонтане, температура... — успокоившись, объяснил Скорпиус.       — Мда...— бробурчал Альбус, на что все уставились на него, — с равновесием у Алисы не всё хорошо, — посмеялся Альбус. Не сдержавшись, Скорпиус тоже посмеялся с шутки друга.       — Может, — обеспокоенно говорил Джеймс, — может, отправим ей что-нибудь? Что она любит? — это показалось странным для них всех. Ведь все успокоились и даже посмеялись с шутки.       — Из мяса она предпочитает стейк средней прожарки, с кровью. — Стал вспоминать Скорпиус, складывая пальцы, — из пасты — карбонару, торты — красный бархат, медовик, начинку — пьяная вишня, о! Сладости! Та ещё сладкоежка! — с последними тремя словами он тепло улыбнулся тем, как Алиса с каким обожанием ест шоколад. — Любит ириски, шоколад, мороженное, лакричные палочки и конфеты, Берти Боттс, — конечно! — кислотные шипучки.       Джеймс кивнул и вышел из купе. Вспоминая всё выше перечисленного.       — Ойойойой! — воскликнул Альбус с широкой улыбкой, упираясь локтями о столик. — Что это с нашим Джеймсом?       — Чего? Заболел, что-ли? — спросил Скорпиус, осуждающе смотря на друга. Пришло время посмеяться над Альбусом.       — Не зря же Джеймс побежал куда-то, зная, что предпочитает твоя сестра. А когда узнал, что заболела Алиса, так, — он сделал акцент на слове "так," — смотрел, что боялся, что она умрёт! Захотел ей что-нибудь отнести, при этом спросив, что она предпочитает. А после, получив информацию, побежал куда-то.       — Думаешь, ему понравилась Алиса? — спросил Скорпиус. И получил утвердительный кивок, — и как "так" он смотрел? Это — вежливость! — видимо, до блондина всё ещё не доходило.       — Ну...— старался подобрать слова Альбус, — трудно сказать! Но! — сказал он, показав указательный палец, смотря на пол, — он влюбился!       — Тьфу! Подумаешь! Джеймс в...Алису? — Скорпиус не считал Алису некрасивой, но и красавицей он её считать не мог. Представить, что старший брат лучшего друга начнёт отношения со своей младшей сестрой, Скорпиусу никак не удавалось. И ему показалось это....странным?       — А что? — удивился он, — сама по себе, Алиса красива.       — Но разница-то у них, — вообще-то! — сделал акцент на последнее слово Скорпиус, показав указательный палец, — три года!       — Мерлин! — прорычал это слово Альбус, подняв руки вверх. — Мои предположения — не являются правдой, я же всего лишь говорю! Это же теория!       — Всякое же может произойти, — настаивал на своём Скорпиус, всё ещё сомневаясь. — Всё же возможное может произойти, и...       Скорпиус продолжал говорить все возможные варианты, будучи параноиком и переживая за свою младшую сестру. Тут смело можно подтвердить, что Скорпиус — параноик.       — Да успокойся ты уже! — не выдержав паранойю своего друга, прервал тираду Скорпиуса Альбус, — лучше пойдём познакомимся с нашими однокурсниками, пошли!

* * *

      Уже не желая ни гулять, ни есть, они уже спали. И какого Ал так громко храпел?! Ну, — слава Мерлину! — что Скорпиус крепко спит.       Джеймс зашёл в купе, громко открыв двери.       — Эээ!! Алё! — не получилось! Джеймс фыркнул, смотря на спящих первокурсников.       — Нароооод!! Подъём!       Спят, как мертвецы!       — МАЛФОЙ И ПОТТЕР! ПРОСЫПАЕМСЯ!!! — закричал Джеймс, не выдержав. Годрик! Он чуть голос себе не сорвал!       Оба тут же испуганно посмотрели на него. Волосы Скорпиуса не то, что смотрели в разные в стороны, но и подали ему на глаза. Альбус, первым делом, пошёл есть. И откуда у него такой запас еды? И вообще, куда в него столько помещается!?       — Джеймс, что тако...       — Мы скоро приедем! Ну-ка! Ал, хватит жрать! Идите к двери, чтобы первыми выйти, и толпиться среди первокурссников! — Джеймс не дал договорить Скорпиусу.       А затем, он вышел, громко захлопнув дверь. Альбус неохотно встал и вышел вместе со Скорпиусом к двери. И тут они увидели небо. Был вечер, на небе светило множество звёзд. И Скорпиус даже увидел , как упала падающая звезда. Увидели озеро, и кажется хвост русалки, было не понятно засчёт того, что было темно, они проезжали над мостом.       А затем, то, что они увидели, заставило их затаить дыхание.       Перед их глазами разрастается замок. Это, наверное, было самое прекрасное, что они видели. Первокурссники вышли в коридор, смотря в окна, с открытыми ртами.       — Какая прелесть! — услышал чей-то голос Альбус.       Обернувшись, это была девочка с тёмно-русыми волосами, хотя, они отдавили и блондиностым цветом. С серо-голубыми волосами. У неё была коса набок, и на минуточку, очень толстая, что означает, — у неё много волос, — и, кажется, есть такое выражение "коса богатая."       Как только поезд остановился, а двери открылись, Альбус и Скорпиус самыми первыми оказались на улице. Им обоим, да и другим, не верилось, что они уже здесь. Хотелось стереть себе память, и увидеть это снова.       Вот, знаете, когда ты сделал то, что многие не могут, у тебя возникает такая мысль:       Я на такое способен? Я это смог! У меня получилось!       Это чувство успеха, вкус победы, эйфория...       И задумываешься, а сложно ли это было? Нет! Просто, нужно кое-что запомнить, увидеть, понять, логически составить, подумать. И, вуаля! Ты смог! Вздохнув свежий воздух, Скорпиус увидел великана. С бородой, пальтом, немного пыльной одеждой. С фонариком в руке.       — Ээ, привет, ребятишки, чтож, — великан немного запинался, — меня зовут Рубеус Хагрид, я проводник в Хогвартс, преподаю Уход за магическими существами, только, это начнётся с курса третьего. Эээ...пройдёмте!       Альбус заметил, что остальные ученики идут в другую сторону. Он заметил Джеймса. И тот махнул ему, что означало: «Увидимся!»       Они подошли к озеру, на котором на поверхности воды были лодки. Приказал, что бы каждый сел по три человека. У каждой были фонари. Как только все сели, лодки двинулись сами по воде. И тут опять вознёсся вид на замок.       Все ахнули от удивления и от восторга, а может даже, от красоты. В любом случае, они восхищались красотой. Хоть и Скорпиус и Альбус знали, как он выглядит, засчёт того, что видели в книгах. Но, согласитесь, живьём куда прекраснее.       Приплыв, они встали с лодок и пошли в замок. Дверь сами открылись, и тут...внутри было множество лестниц, что сами двигались. Тысячу портретов, и все они были живыми. Даже на одном из них устроили пир.       Они дошли до ещё одной двери, где стояла женщина. В строгом костюме, с пучком на голове, с остроконечной шляпой.       — Ребятки, это Саманта Краур, учительница по Защите от Тёмных искусств, заместитель директора. — Представил им он женщину.       — Так, пройдёмте! — сказала она, развернулась. Женщина была очень пунктуальна.       Двери открылись, они все зашли внутрь. И-о-милостивый-Мерлин!       Было четыре длинных стола, и за каждым сидели ученики с определённого факультета. На стенах были факела с огнём, на потолке левитировали настоящие свечи. А ещё там было небо. Со звёздами, и виднелись созвездие.       Тут Скорпиус заметил созвездие Скорпиона. Точно! Отец говорил, что его называли в честь созвездия Скорпиона. А его — в честь созвездия Дракона.       — Скорп, — шепнул Альбус, показав указательный палец на Скорпиона, — эт ты! — съехидничал Альбус.       На что Скорпиус просто толкнул его слегка локтём в бок. Друзья хихикнули.       Был длинный стол с преподавателями, сбоку был стол Старост факультетов. А напротив ещё один — стол Главных Старост, главные префекты. А посередине всего это была табуретка с тремя ножками, на которой была старая остроконечная шляпа. Со складками, что образововали сердитое лицо.       За главным стулом, словно трон, сидела женщина. В очках, остроконечной шляпой, в чёрной шелковистой мантии с таким же материалом зелёным платьем. Саманта подошла к директору, что-то сказала. На что та кивнула, Саманта села, а директор встала с пергаментом в руке.       — Чтож, сейчас, эта Распределяющая Шляпа решит — куда Вы поступите. На какой факультет. Всего четыре факультета. Гриффиндор. Пуффендуй. Когтевран. И Слизерин. На Гриффиндоре учатся храбрецы. В Пуффендуе те, кто ценит трудолюбие, верность и честерсть. В Когтевране умные. А на Слизерине — хитрые, и те, кто добивается цели любыми путями.       — Всё, что Вам нужно, — сесть на стул, когда я Вас вызову, надеть Шляпу, услышать на какой факультет Вас определили, и сесть за стол обределённого факультета. Начнём!       Сказала она, развернула список и прочитала:       — Лонгботтом, Мавис!       И тут вышла та самая девочка. Было ясно, что она волновалась.       Она посмотрела на стол преподавателей, ей улыбнулся и помахал какой-то мужчина, было ясно, что он преподаватель.       «Откуда они знают друг друга?» — подумал Альбус.       Когда она села за стул, на неё надели Шляпу.       — Хм...— угрюмо сказала она, — не знаю, не знаю. Аббот-то училась в Пуффендуе, а Лонгботтом на Гриффиндоре, дай-ка подумаю...хм..знаю! КОГТЕВРАН! — крикнула Шляпа.       Когтевранцы радостно захлопали. Она восторженно встала и побежала за стол Когтеврана. И помахала тому мужчине.       — Саламандер, Хелен!       — Гриффиндор!       — Дюймон, Питер!       — Слизерин!       — Флинт, Эдгар!       — Пуффендуй!       У Скорпиуса и Альбуса дрожали ноги, сердца стучалось так сильно и часто, как никогда. Они были одновременно счастливы, но каждый из них боялся, что пойдёт что-то не так.       Может их в списке не будет?! А может, их фамилии или имена скажут неправильно и все будет смеяться?! А может...       — Поттер, Альбус!       Сердце у Альбуса остановилось. Ноги подкашивались, подводя равновесие мальчика.       Альбус испуганно посмотрел на друга. Скорпиус похлопал по плечу. Джеймс смотрел на брата, который сел на стул. Руки потели, он дрожал, по лбу спустилась капля пота. Он сжал кулаки на коленях, стараясь не дрожать. По виску скатилась капля пота.       — Хм...Альбус...и Поттер...сложно, оочень сложно! — ворчала Шляпа.       — Дайте-ка подумать...— продолжать ворчать Шляпа.       Шляпа задумалась на десять секунд, и произнесла то, что боялся сам Альбус.       — Слизерин!       Джеймс открыл рот, Скорпиус расширил глаза от удивления. А сам Альбус, словно под Испериусом, сел за стол Слизерина. Тишина. Все ожидали, что ещё один Поттер попадёт в Гриффиндор.       — Грейнджер-Уизли, Роза!       Та самая девица с ухмылкой на лице вышла и села на стул. На неё надели шляпу, и отправили в Гриффиндор.       — Малфой, Скорпиус!       Все, услышав фамилию, посмотрели на него. Отбросив ту мысль, что все на него смотрят, он сел на табурет. Стоит говорить, что его отправили в Слизерин? Думаю, что нет.       Он сел рядом с Альбусом, но не проронив ни одного слова. Его спасло то, что он — не такой, как другие Поттеры, то, что он вместе с другом. Пир был превосходным. Любая еда.       Скорпиус наложил себе куриную грудку и ножку от утки. Любимый салат с зеленью и жареными баклажанами. Ну и как же без его любимого гранатового сока?       А Альбус положил себе любимый стейк из говядины с зеленью, политый оливковым маслом, кунжутом. В самый раз с мясом!       После пира, старосты встали и подошли к столам своего факультета. Староста Слизерина был пятекурссником, с чёрными волосами, серыми глазами.       — Пройдёмте, первокурссники.       Все первокурссники встали и вышли из Большого Зала.       Они спустились в Подземелья. Хоть было немного прохладно, солнечные лучи не пробирались, из-за того, что их Подземелье находилось под водой Чёрного озера, как сказал Староста.       — Меня зовут Стивен Булстроуд. Ваш Староста. Если, Вы не хотите, что бы у Нашего факультета сняли баллы, Вам не следует нарушать правила. Такие как: гулять по Хогвартсу, когда начался комендантский час, ну и по мелочам: не выполнять домашние задания, срывать уроки..       — Надеюсь, что Вы всё поняли.       Они дошли до двери с портретом. С портретом самой красивой девушки. С шелковистыми чёрными волосами, яркими голубыми глазами.       На ней было сиреневое платье, на плечах была сиреневая прозрачная, шёлковая шаль. Волосы были убраны набок, что показывали её элегантность, красоты, грациозность.       — Это — Элеанора, она проводник в нашу гостиную. — Представил первокурсникам девушку на портрете Стивен, а затем шёпотом добавил. — Моя любимица!       — Взаимно! — послышался голос сзади. Всё же Элеонора услышала последнюю фразу Стивена.       Парень немного смутился, но Элеонора спросила его:       — Пароль?       — Целеустремление.       — Проходи! — сказала она, и портрет открылся.       В гостиной были камины с зелёным пламеним. Чёрные кожаные диваны, полки с книгами, пару столов. Остальные слизеринцы сидели и без умолку болтали с друг с другом.       Они остановились у двух дверей, что были напротив друг друга.       — Справа — комнаты девочек, слева — комнаты мальчиков. Всего семь этажей, первый — это для первокурссников. Спокойной ночи!       Сказал Стивен и вышел из Подземелья.       — Куда он пошёл? — спросил один из первокурссников.       — В Башню старост. — Ответил какой-то парень.       Альбус и Скорпиус первыми поднялись в комнату. Там были кровати с балдахином, постельное бельё зелёного цвета, был сундук, куда можно складывать вещи. Были окна, куда открывал вид.       — Я — позор Поттеров...       Это было первое, что услышал Скорпиус, после того, как он закрыл дверь.       — Что?       — Я думал, что я буду гриффиндорцем...хотел быть, как мама или папа, как Джеймс. В итоге, теперь, где я?! В ПОДЗЕМЕЛЬЕ СЛИЗЕРИНА?! Серьёзно?! Я опозорил отца!       — Нет-нет-нет! — подошёл к Альбусу Скорпиус, — Альбус, какое твоё второе имя?       — Северус...       — Ты знал, почему тебя так называли? — Альбусом — в честь директора Хогвартса, а Северус — в честь декана Слизерина. Папа говорил, что Северус любил бабушку, и папа считает, что это самый храбрый слизеринец. Папа часто рассказывал, как, — хоть и грубо и с пренебрежением, — но, он защищал его и его друзей...он также упомянул, что во время Войны он помогал Ордену, его ни за что не убили...       — Видишь? — прервал его Скорпиус, — это не просто декан Слизерина, а это — тот человек, который любил твою бабушку. Тот, которого ни за что не убили. Тот, кто, хоть и грубо, но защищал твоего отца. Поэтому, дядя Гарри так назвал тебя, Ал. Ты ещё всем покажешь!

* * *

      Сидеть на кровати и читая книгу — скучно. Она пила чай с мёдом, окна были открыты, чтобы она могла дышать, но состояние было такое, что она вырывает. Вставать не хотелось, глаза закрывались, ноги ватные, а в горле не понятная фигня, что пытается вырваться наружу, а лоб горячий. Конечно, она могла бы использовать свою магию, но...при таком состоянии? Тем более, Алиса ещё не умела пользоваться магией.       В комнату постучали.       — Можно? — это был Малфой-старший.       — Да, пап! — да ещё и голос был хриплым. Не получилось и двух слов связать! Вот это кошмар!.. Не стоило ходить по бортику фонтана.       Драко зашёл с какой-то коробкой в руке.       — Что это? — логичный вопрос для Алисы.       — Джеймс передал.       — Джеймс?!       — Возьми, — сказал он, и протянул ей коробку, — поешь, а потом спать.       — Хорошо, — кивнула она, — можешь сварить зелье? Чтобы я уснула. Пыталась, но не спиться.       — Конечно, — он мягко улыбнулся, и поцеловал дочь в лоб. — Выздоравливай, я пошёл за зельем.       Как только дверь за ним захлопнулась, она раскрывала коробку. И там были её любимые сладости.       Берти Боттс, ириски, лакричные палочки и конфеты и шипучки.       И тут письмо:       «Алисе Малфой от Джеймса Поттера.» —Так гласила надпись. Развернув конверт, она прочитала:       «Алиса, узнав, что тебе не здоровиться, я подумал — почему бы и нет? Скажу сначала, как я узнал. Пока Ал и Скорп сидели в купе, я присоединился к ним. Скорп достал зачарованный дневник. Он начал переписываться с мистером Малфоем. Оттуда я и узнал, что тебе не здоровиться. Пожалуйста, не выкладывай их, я, наверное, потратил те деньги, что мне дали, но, в чемодане есть. 

Р.S. выздоравливай!

с уважением,

Джеймс Поттер.»

      Она прочитала письмо, и даже стало приятно. Найдя специальную волшебную авторучку, она написала:       Спасибо, мне очень приятно, Джеймс.        Сложила письмо в конверт, прямо внизу, на окне сидела сова Джеймса.       — Возьми, отдай это письмо Джеймсу в Хогвартс.       Она быстро улетела.       Спустя час, после того, как она съела сладости и выпила зелье, она заснула, при этом, укрывшись одеялом и спустив балдахин.