Пуля

Звук выстрела оглушает всю улицу, проходясь по каждому человеку, на манер волны, и вся кофейня замирает, не смея издать лишнего звука или движения. — Всем оставаться на местах, — звучит эхом голос, подавляя всех без исключения — Лили вздрагивает, тут же прильнув к спинке дивана, широко раскрыв глаза и не позволяя себе и выдоха. Карл и Молли сидящие напротив действуют схожим образом, даже не пытаясь взглянуть на грабителя, просто опустив голову и бледнея с каждой секундой наступившего безмолвия — губы Лили задрожали и она закусила их, пытаясь вспомнить, как правильно дышать и пытаясь собраться мыслями. Она сидит спиной к выходу, возле окна и спинки кофейных диванов скрывали её и Лололошку рядом. Надо хотя бы написать кому-то и попросить о помощи — её звонок может стать последним в жизни, и у Лили не было времени достать наушники для этого, а тем более пересказать события. Девушка медленно тянется к телефону, встретившись взглядом с Молли — та украдкой смотрит на грабителя, который начал оглядываться и подходить к барной стойке, указав на баристу пистолетом, и кивает, не забыв неуверенно показав пальцами жест «пистолет», после чего Лили берёт телефон на руки, вырубает звук и начинает писать всем личными сообщениями, едва избегая звука стука ногтей о стекло. «Вызовите полицию. Не звоните, пистолет.» Слова, из-за непривычного метода набора, сильно дрожащих рук и пальцев, и паники, что нарастала и сковывала в неподдельный ужас и страх неожиданной возможности смерти, набирались мучительно долго — Лили замирает, когда ногти пару раз нечаянно стучат, поднимает широко раскрытые глаза, посмотрев на Молли, которая застыла схожим образом. Она не была в состоянии дать ответа, но потверждающе, что пока можно, кивает Карл из-за чего Лили возвращается к сообщениям, срочно пересылая их. Лили ставит телефон с тихим стуком, из-за которого почти хрипит, едва успев подавить его — глаза Карла, который в свою очередь вздронул от едва уловимого стука о деревянный стол, что пристально следили и анализировали грабителя, который начал что-то требовать, и парень просто кивнул, когда понял, что на данный момент, до них нет дела. Девушка дрожаще выдыхает, спрятав нос в ладонях и начав молиться — о, Боже, прошу, не допусти кровопролития, не забери кого-то из них, или кофейни, и прости её за все издевательства в твою сторону, в особенности гневные мысли насчёт мировой несправедливости и лицемерия крупных производителей почти всех потребительских товаров. Она добавляет ещё извинений сверху за пришедшую мысль, вырываясь из них в следующее мгновение, когда грабитель начинает кричать на баристу. Лили сглатывает, выдыхает и напоминает себе, что жертвами чаще всего бывают те, кто начинает паниковать и привлекать к себе внимание — им главное просто переждать, и не высовываться. Всё будет хорошо и более чем прекрасно — отдавать свою электрогитару Стефани она не собирается, как бы сильно она не любила свою сестру. Когда она открывает глаза, девушка замечает как Карл взглядом вцепился в Лололошку — Лили встречается со смущенными глазами Молли, что дёргала свои пальцы, пытаясь ей улыбнуться. Молли пытается улыбнуться в ответ, что выходит криво у обеих — конечно, в такой-то ситуации. — Лололошка, — предупреждающе шипит Карл — Лили позволяет себе взглянуть на друга, который, как и они, был напряжен, но как-то по-своему — словно тот собирался… встать. Она присоединяется к Карлу, глазами пытаясь прижать Лололошку на место, на мгновения забывая о том, что от смерти их отделяла лишь чужая прихоть — они-то будут молчать, сидеть тише мыши, но вот то, что Ло может погибнуть слишком было страшно, а главное вероятно. — Даже. Не. Смей, — одними губами шепчет Лили, но её обязаны уловить — пальцы Ло слегла сжались, и она подавила желание схватить того за запястье и буквально впечатать в диван, ещё больно давя на кожу. Страх бурлился в животе, превращался всё более и более глубокую яму, обнажая совершенно новые, доселе лишь услышанные вскользь, черты и стороны — горечно стало от гордыни, которая утверждала, что понимает. А она — возможно, все они — не понимала этого. — …живо убери свои руки, тварь, — слышится в образовавшейся вакуума тишины — были слышны как вдалеке проезжают машины, останавливаются и убегают прохожие, или пытаются уловить звук другого выстрела, чтобы знать куда не стоит идти. Где-то в конце улицы прозвучали пронзительные крики. — Крис, что я тебе говорю! Убери свои гребанные руки с телефона и подними их. Живо! В этот раз краткие крики раздаются в кофейне после нового выстрела из-за которого обвалилась штукатурка потолка и посыпались крошки с пылью. Грабитель, наверное, проходит по всем глазами, точно ухмыляется и начинает давить на бедную баристу. — Я тебе говорил, что тебе надо думать дважды, не так ли, Крис? — девушка всхлипывает — внутри Лили всё переворачивается от всего, и страх с жалостью за эту девушку заодно, но рука всё равно готовится вцепится в Лололошку. — Я… я-я, не-не- — Заткнись, или ты хочешь узнать на что я действительно способен? — прерывает её дрожащее дыхание и короткие всхлипы грабитель, шагнув к ней и задев барный стул — скрип металлических ножек оглушительно режет барабанные перепонки, настораживая и пугая ещё больше. — Не-нет- — Тогда слушай меня — ты сейчас отдашь всё бабло, а затем ты идешь со мной, усекла? — девушка всхлипывает, хрипло крича. Грабитель звереет: — Я спрашиваю — усекла?! — Д-да, — тихо отвечает девушка, задавливая эмоции в голосе. Стакан с кофе едва не падает на бок — Молли удаётся его спасти — когда Карл просто встаёт и хватает Лололошку за его толстовку на молнии, потянув на себя. Лили в ужасе отшатывается, а мысль схватить Ло за другой бок приходит слишком поздно, чтобы успеть её обработать. — Я тебе повторю — не смей, нам не нужен твой героизм, — рычит Карл, из-за чего она рефлекторно двигается назад, прижавшись к спинке — он никогда не поднимает такой тон, да она впервые слышит его! — Но она может умереть, — спокойно отвечает Лололошка, пытаясь отцепить сжатый кулак Карла, который в свою очередь тянет его к себе. — Как и ты — так что засунь свою гордыню глубоко в зад и не дрыгай, просто жди, мать твою, — Ло все же удается скинуть кулак, но Лили схватила его с другой стороны, и когда он смотрит на неё, девушка качает головой с мольбой в глазах. Парень лишь отводит взгляд, немного опустившись на диван — ах, так Карл уже видел, как тот собирался встать и начать действовать. — Чтобы потом её нашли мертвой? — возражает парень, отдергивая ладонь Лили — грубо, как тон Карла и ей на этот раз действительно начал нервировать её, и не так как обычно, слегка и с едва ощутимым нажимом. — Я всё улажу. — Полиция обязательно приедет к этому времени, Ло, — шепчет Лили, пытаясь вновь схватить того за руку, но Лололошка одергивается — Молли смотрит то на них, то на грабителя, который кажется заметил, что они тут расшумелись, с ужасом в глазах, издав писк. — Тише! Они замолкли, глядя друг на друга — Молли видит, как грабитель смотрит на их стол, но не приближается, громко хмыкнув. — Если кто-то из вас не стесняется издавать такой шум в данной ситуации, то прошу, — становится ещё тише — а внутри Лили всё замирает, готовое вот-вот разгореться на месте. Она из последних сил давит крик, впившись в ткань толстовки Лололошки, моля, чтобы он не ответил — на мгновение ей стало жгуче ненавистно от упорности и прямолинейности друга, и ей кажется, что она впервые отчаянно возжелала, чтобы Лололошка просто заткнулся. Грабитель направляет пистолет в их сторону — по крайней мере, так можно прочитать по тому, как Карл резко посмотрел в сторону выхода и побледнел сильнее, застыв как олень в свете фар. — Так вот, кто из вас был намного смелее? А как сейчас — всё ещё хочется поговорить? Лили замечает, что её пальцы отпускают Лололошку лишь после того, как он окончательно встаёт, сначала потянувшись к стороне тарелки — Молли тихо кричит ему не высовываться и, кажется, начинает браниться, и у неё не хватает воли осудить её. Девушке самой хочется ударить его по лицу, потянуть за волосы и кричать на него пока вся злость, вызванная страхом и ужасом, не отпустит её. Сначала бы ей отмереть, прежде чем приступить к действиям. Сначала бы на них перестали указывать заряженным пистолетом. Лололошка поворачивается, даже не дернувшись, увидев дуло, а затем выходит из-за стола. Лили прикрывает рот и закрывает глаза, ощутив как слёзы начали подступать к ней — ох, Господи… Нет-нет- — Тебе не страшно, что я могу тебя убить? — искренне удивляется грабитель, качнув дулом, из-за чего ближайшие посетители ошатываются в сторону, словно это спасёт их от траектории полета пули, и сделает совершенно незаметными. Лололошка, по своему обычаю, не даёт ответа, лишь сделав шаг вперед — грабитель неосознанно шагает назад, схватившись за оружие обеими руками, становясь настороженнее. На четвертом шагу грабитель подаёт голос, который сильно понизился и был напряжен. — Ты действительно сумасшедший, не так ли? — показательно, совсем без грама эмоций, фыркает грабитель, направив пистолет прямо в его лоб. Руки, кажется, дрожали, но напуганные до смерти люди не заметили этого — но Лололошка наклонил голову, приняв это во внимание. — Так хочется умереть? Тишина нервирует — грабитель смотрит по сторонам, пытаясь понять, что, чёрт тебя дери, делает этот парень. — Или, быть может, — он смотрит в сторону баристы, которая начала отступать, и наставляет на неё пистолет, — мне стоит убить её первее? — Лололошка замирает, сделав пристальнее взгляд и подняв руки. Бариста плачет, из-за чего парень сжимает губы и смотрит в её сторону — та всеми силами пытается остаться на ногах, тряся головой, пытаясь что-то сказать или вымолвить, дрожащими губами моля о помощи. Решительность закипает где-то в груди. Грабитель держит палец на курке, глазами почему-то начав озираться, но от звука далёкой сирены, вздрагивает и Лололошка, заметив секундное колебание, стремиться вперед, вытянув руку. Он это замечает, но парень уже оказывается возле его, и ударяет его по боку локтем — грабитель по инерции подался в сторону, но затем парень ударяет левой ногой по голеням, из-за чего грабитель падает на пол, задев барный стул. Лили, повернувшаяся и следящая за происходящим, вздрогнула, и явно удивилась — у неё сердце чуть не выпрыгнуло из груди, а шок просто не давал отвести взгляда. Она выдыхает, когда грабитель падает, вцепившись в юбку. Это ещё не конец — понимает девушка, и смотрит на Карла и Молли, которые следили за происходящим с такой же настороженности, а парень кусал суставы пальцев, просто не зная, куда деться — тот ненавидел быть бесполезным. Карл буквально падает назад, когда раздаётся звук очередного выстрела — Лили обернулась, согнувшись вперёд, едва успев опереться о стол. Ох, нет-нет-нет-нет-нет-нет-нет- Лололошка падает на колени — с сжавшей нож для масла руки с громким звоном падает столовый прибор — надавив на грудь, когда яркая на фоне его белой одежды кровь, начинает литься наружу — он поднимает удивленный взгляд, но не успевает перевести его к ним, когда как грабитель делает следующий выстрел, попав ровно в лоб, из-за чего Лололошка падает в бок, не изменив выражения лица, на котором навсегда опечатался ступор и широкие, по-детски изумленные от мира, глаза. Лили кричит спустя долгих пару десятков секунд — грабитель застывает с вытянутой рукой, с неубранным пальцем на курке, и с опершевшей локтем о пол, с шокированным выражением лица — тем самым разбивая сжирающую своей пронзительностью тишину, и в кофейне начали раздаваться чужие вскрики и поднялся переполох, но напуганные люди всё не решались встать или обернуться. — Лололошка! — её голос надрывается к концу и она начинает рыдать, спрятав лицо в руках — всхлипы резали чужие уши и сердца, а горечь и абсолютная боль словно накладывались тяжелыми камнями на плечи, невольно вызывая слезы у других. Молли не отводит глаз — под Лололошкой начала образовываться лужа крови, которая впитывалась в края рукавов, рисуя на одежде замысловатые рисунки. Грабитель рядом только отпускает руку, наклонившись к другой и зарываясь в волосы. Он на дрожащих конечностях пытается встать, начав качать головой. — Я не- не, собирался- я… О Боже, — он не отводит взгляда от лежащего Лололошки, захлебываясь в своих же вдохах. Грабитель — а теперь и убийца — лишь может встать на четвереньки, не зная, сможет ли он удержать свой собственный вес на ногах. Карл просто не двигается — Лили никак этого не замечает, продолжая рыдать навзрыд, а её плачь громко раздаётся на всю улицу. Прохожие останавливаются, начинают звать на помощь или доктора, и на улица столпятся, начиная паниковать вместо них. Грабитель — обычный с виду парень, их гребанный ровестник, с чертовой футболкой с глупым каламбуром — наконец встаёт на ноги, не видя и не смотря ни на кого, вцепившись в оружие. Он поднимает потерянный взгляд — оглядывается, проходится по каждому глазами, изуродованными только что совершенным, резко и мелко качает головой, губами неслышно что-то произнося. В какой-то момент, когда легкие Лили начали гореть от недостатка воздуха, глаза Молли были вынуждены были начать моргать, а Карл постепенно начал вертеть головой, причитая что-то под нос, в грабителе словно что-то щёлкает. Опустошенные глаза неожиданно приобрели оттенок безумия, и он начал громче говорить: — Это всё он. Если бы он просто решил не геройствовать, или- Я не… виноват, это всё он, нет, — он внезапно поворачивается к замершей баристе, и опять указывает на неё пистолетом, — это все из-за тебя! Девушка пискает, шагает назад, только вот грабитель делает несколько вперёд, начав размахивать оружием. — Если бы ты не была сучкой, отказав мне, если бы ты просто, блять, дала мне, то всего этого можно было избежать! Я бы не стал убийцей, если бы н- Грабитель неожиданно падает на пол — его сбивают с ног, схватывают за руку, которой он убил, тем самым заставив его отпустив оружие, что в свою очередь оттолкнули другой рукой внутрь кофейни. Руку прижимают к спине, и он слепо ударяет другой по напавшему — на коже ощутилась горячая кровь, из-за чего грабитель замер на доли секунды — тем самым освобождаясь. Он было начал рычать, готовый ударить, но все слова умирают на языке, а глаза расширяются так как никогда прежде. Дыхание покидает его, а резкие тряски головой становятся слишком интенсивными. Напавший пытается вернуть так легко потерянное равновесие — капли крови сбегали сквозь пальцы, а человек сгорбился, резко втягивая воздух. Наконец, он выпрямляется, закрыв левый глаз — правый светится опасно-голубым цветом, заставляя сжаться в страхе все органы разом — но смотрит спокойно, медленно отпустив руку, которая обнажила гребанное пулевое отверстие, которое уже покрылось кровавой коркой. Лили просто не смотрит, продолжая плакать, но Молли дергает её за плечо и насильно заставляет встать и посмотреть назад — она противиться, дёргаясь и пытаясь оттолкнуть её, но когда её попытки оказываются безуспешными она яростно смотрит на неё. Молли берёт её за подбородок и указывает на сцену. Лицо Лили падаёт — над преступником лежащим на полу возвышался Лололошка, который осторожным шагом наклонился в сторону за валяющимся оружием. В отличие от грабителя, хватка Лололошки была стальной и спокойной. Он правой рукой целится в живот — но палец остаётся на рукоятке. — Знаешь, — раздаётся тихий, но сильный голос парня, который не спешил продолжать. Он начал вытирать кровь чистой частью толстовки, что скатывалась со лба до подбородка, чуть проморгавшись. — Ты слишком был самонадеян, раз так боялся своего оружия — обычно, такие умирают от него же, — он хмыкает, тем самым испугав Лили, качнув головой. Кровь щекочет его волосы, в которые он зарывается и чешет — опустив руку, на пальцах оказывается размазанный красный цвет, что плотно засел под ногтями. На ладони, державшей оружие, также оказалась кровь — хотя, весь Лололошка представлял из себя человека, окунувшегося в кровавом душе. Твою мать, он искупался в своей крови, но стоял даже не шатаясь. — Ты бы хотя бы сначала привык к его ощущениям — твои пальцы слишком часто сжимались, а ты мог выстрелить в самого себя, — Лололошка пожимает плечами. Звуки сирены полиции, а затем и скорой звучат рядом — испорченный статикой голос просит сохранять молчание и поднять руки всем виноватым. Лололошка смотрит на них, а глаза продолжают светить голубизной, изредко повышая интенсивность — Лили подавляет желание вырвать их недавний обед, в животном ужасе стараясь отстраниться чуть дальше. Парень улыбается, показав губы — на них была размазана яркая кровь, которая ещё в свою очередь стекала с краёв — и противоречивые эмоции мелькнули где-то на краю сознания, в которых в основном доминировали лишь отрицательные, но он затем закашливается. Ебаная кровь брызгается изо рта, падая на оставшиеся белые участки, а сам Лололошка сгибается, схватившись за раненую грудь, опустив пистолет. Лишь тогда Молли срывается с места и бежит к нему, схватив нож — на всякий — и салфетки, которыми начинает надавливать на грудь, помогая Лололошке осесть на пол, другой рукой, положив нож подальше от грабителя. Затем, она рвёт свою футболку, пытаясь хоть как-то перевязать рану, поглядывая на грабителя, который был бледнее потолка, с которого не сводил взгляда. — Постарайся дышать, — тихо шепчет Молли, обнимая Лололошку, где за спиной она завязывала конец ткани. — Скорая тут и поможет тебе, — она ощущает, как парень кивает сквозь кашель, начав опираться весом на неё. — Не спи, Лололошка. Тебе нельзя спать, ты меня слышишь? Лололошка?! Кашель прекращается, а дыхание замедляется — Молли смотрит на дверь умоляюще, где к ним уже бежали полицейские и бригадиры скорой помощи, и затем на стол, где они сидели. — Да сделайте вы что-нибудь! — кричит девушка, посмотрев на Карла, который отмирает лишь сейчас — тот хватает ещё больше салфеток и бежит к ней, пару раз споткнувшись начав давить на рану с другой стороны, в панике смотря на неё. Она просто качает головой и трясет Лололошку, чтобы тот не заснул. Все начали шуметь только после этого — но на всё это наложилась вода, сквозь толщину которую она не могла ничего услышать. В один момент у неё забирают Лололошку из рук, а в другой на неё опирается Карл, который начал дрожать. Кровь их друга начала пропитываться и в их одежду — и как же жаль, это были её любимые брюки — и Молли просто смотрит в потолок, и глубоко вздыхает. Из этого состояния их вырывают офицер полиции и парамедик, которые начали засыпать их вопросами — её язык был слишком тяжелым, а голова не успевала обрабатывать информацию. На один из вопросов Карл отвечает громким «Я», и встаёт, аккуратно поправляя Молли, к которой прибегает ещё кто-то, заботливо укрыв одеялом и посадив на барный стул — Карл убегает в сторону, куда забрали Лололошку, и Молли просто закрывает глаза, пока одна из мыслей не отрезвляет её — Лили всё ещё сидела и не двигалась. Она подходит к ней шатающейся походкой и не смеет касаться её руками, которые были в крови. — Ли, Лили — послушай хорошо? Лили? — Молли смотрит на парамедика, который, поняв её, мягко трясет девушку. Лили смотрит на неё мутными глазами. — Лили, пожалуйста — ты нам очень нужна, ты нужна Лололошке, ты слышишь? Она заторможено кивает. Молли криво ей улыбается. — Давай же — просто обзвони других и скажи, что случилось, хорошо? Девушка ничего не предпринимает, пока не дожидается ответа. — Молодец, ты огромная молодец, Лил — так, тебе хватит просто написать в общий чат, а остальное будет на мне и Карле, ладно? — ей кивают в ответ. — Давай, Лили, напиши им, — Молли головой указывает на телефон — медик тянется к нему и отдаёт замершей девушке, которая просто смотрит на экран, затем разблокировать его. — Нет, лучше голосовое, хорошо? Лили зажимает кнопку, на которой изображен микрофон. — Ребят, Ло опять унесли в больницу, Карл будет с ним, а мы с Лили находимся всё ещё в кофейне. Просто… — она сжимает переносицу, но вздрагивает, когда ощущает кровь, — принесите мне, Карлу и Лололошке сменную одежду, ладно? И ещё- — Извините, Мисс, — она отрывается и смотрит подошедшего к ней полицейского. — Нам нужен кто-то для сведения и показаний — вы сможете поехать с нами в участок? Она смотрит на выход, из которого сопровождали в наручниках грабителя, затем на барную стойку, за которой успокаивали баристу, а после на не двигающуюся Лили. — Только если с ней кто-то будет до прибытия наших друзей, — офицер кивает, сказав что-то кому-то по рации. На неё накатывает усталость, и девушка лишь сильнее кутается в одеяло. Когда она убеждается в том, что Лили не останется одна, Молли идёт вместе с полицейским в машину для сдачи показаний, но застывает когда видит кровь на полу. Людей выводят из помещения, полиция и медики словно окружают каждый уголок кофейни, а толпа прохожих почему-то с жадным интересом впивается в вид изнутри сквозь стеклянные двери и окна, и которую отгоняет другие полицейские. Ей открывают дверь, и только тогда, когда трогается машина она вспоминает, что забыла телефон в сумочке, которая всё это время лежала на диване. — Дерьмо, — каркает Молли, когда офицер смотрит на неё через зеркало, но ничего не говорит. Они едут в участок.