Часть 2

Воск медленно стекал и быстро застывал на коже. Т/и лишь ощущала лёгкую жгучесть. Она растекалась по телу тёплой, тянущейся пастой, и концентрировалась внизу живота. Таковы были прелюдии Намджуна: томные, невыносимо сладкие, долгие. Но после них всегда шла головокружительная кульминация и аншлаг, в виде подергивающихся ног и звёздочек перед глазами. Т/и ориентировалась лишь на ощущения, звуки и запахи. Глаза закрыты красной атласной маской. Когда Нам приближался к лицу, то можно было почувствовать его запах, слегка терпкий, как горький шоколад. Собственно, Т/и сразу после знакомства провела такую ассоциацию, не только из-за нативного запаха мужчины, ещё глаза и кожа. А его голос, этот тембр уносил её в облака, как только появлялся в поле слышимости. Щёлк. Это плётка. Нам нежно проводит ею по пальцам, поднимаясь на голень, слегка хлестает бедро. Кружит по слегка выпирающему животику, дошёл до ореолы и замер... - Перевернись. - громко, чётко и сухо. Он ещё не на пределе, значит пытка будет долгой. Т/и стоит в коленно-локтевой, а Нам глазами исследует её тело. Бледная кожа, но с лёгкой краснинкой, круглые бёдра, но тонкая талия. Весьма масивные плечи, и грудь среднего размера. Она всегда стесняется своего тела, а Джун сходит с ума. Т/и для него выше Афродиты, он никогда не понимал этих странных стандартов типа щели между ягодицами, 90-60-90 и тп. Ему важно сочетание внешнего и внутреннего. А Т/и вовсе идеал. Поэтому он хлестает этот идеал, чтобы она отдыхала. Нам знает, как порка влияет на его женщину, странные, но действенные способы вставить мозги. Сочная задница покрылась алыми полосками, саднит. Стоны всё ещё утопают в подушке. Намджун залез на кровать позади Т/и, аккуратно поглаживая ягодицы.