Часть 1

Ярослав просто не мог не узнать ее, просто не мог. Парень застыл прямо в проходе. На его языке застыло привычное приветствие. Отчего-то именно тогда оно лишь терпким комом осело где-то в горле. Из головы мигом пропали все мысли, и осталась только тяжелая пустота. А все из-за нее. Даже спустя полтора долгих года он отлично помнил эти рыжие волосы. Теперь они не торчали в разные стороны, а лежали аккуратными локонами вдоль спины. Он помнил морщинки, пролегавшие в уголках огромных глаз каждый раз, когда на них расцветала улыбка. При воспоминании о ней, губы Ярослава невольно дернулись. Он едва не отзеркалил улыбку старого воспоминания Вот только сейчас ее не было. Ровно как и золотистых искорок в лесной зелени глаз. Они казались пустыми, словно мутные драгоценные камни. Но россыпь веснушек на курносом носу, небольшой шрам над левой бровью, родинка на ухе – все это принадлежало одному человеку из прошлого. Так почему старая знакомая так сильно отличалась от самой себя? Девушка лениво поглядывала в мутное окно, не обращая внимания ни на что вокруг. Она бездумно водила кончиком длинного алого ногтя по столешнице. Лежащий на столе телефон все время вибривал из-за приходящих сообщений, но так и не удостоился внимания. Новенькая выглядела настолько отрешенной, что даже явно заинтересованные одногруппники не решались присесть рядом. Ярослав видел их пристальное внимание. Вот только саму девчонку это, казалось, и вовсе не трогало. Она даже не обернулась, когда на край стола присел активно жестикулировавший Мишка. Он начал что-то тихонько говорить. Однако быстро ретировался, заметив в ушах беспроводные наушники. - Мы уже подумали, что староста решил бросить нас на растерзание этому монстру! – лишь после громкого оклика Яр вернулся к реальности. – Начинал делать проект для выставки? Препод уже раз десять кинул напоминание. - Нет, - только и смог выдавить из себя парень. Он толком не слышал собственного голоса, так что и до следующих окриков не было никакого дела. Потемневшие от нахлынувших эмоций глаза видели только одного конкретного человека. Яр с легкостью преодолел бы разделявшее их расстояние всего за несколько шагов, но отчего-то медлил. На самом деле он много раз представлял, как однажды случайно столкнется с ней в магазине или пересечется во дворе. Парень был уверен, что сумеет непринужденно поздороваться и спросить как дела. Словно с их прошлой встречи прошло всего несколько дней. Словно их и не связывало ничего, кроме общих мусорных баков. Кто же знал, что на деле все окажется намного сложнее? Ярослав чувствовал себя настоящим неудачником, когда безуспешно пытался заставить себя шагать быстрее и натянуть на лицо привычную легкую усмешку. Все было вовсе не так, как в первый день октября десятого класса. Тогда он тоже направлялся прямиком к одной рыжеволосой девчонке. Только вот чувствовал при этом не сковывавшую неловкость, а радостное предвкушение. Тогда он думал о том, что год обещает быть интересным. Сейчас же не мог думать ни о чем. - Привет. Давно не виделись. Перевелась в наш универ? Ничего не значившие слова повисли в воздухе. Ситуацию усложняло еще и то, что сидевшие вокруг ребята перестали перешептываться. Все с интересом наблюдали за очередной попыткой разговорить незнакомку. В группе не было ни одного из их бывших одноклассников. Они разъехались в города покрупнее. А Яр остался, хотя оценки позволяли убраться прочь из провинции. Тогда, стоя перед родителями, он не смог толком объяснить причины принятого решения. В то время он думал, что так накажет себя и сможет расплатиться за ошибку. Теперь же осознал нечто совершенно иное. Он ждал. Ждал одного человека, но надеялся никогда больше его не увидеть. Проучившиеся всего несколько месяцев одногруппники едва ли могли назвать друг друга друзьями. Однако на фоне постороннего человека стали казаться закадычными товарищами. Даже не терпевшие друг друга Янка и Рита сидели на соседних стульях и болтали о каких-то глупостях. Точно так же было и в старшей школе. Тогда одноклассники поглядывали на приезжего Яра как на зверушку в зоопарке и не решались подойти ближе. И только один человек протянул ему руку, озарив весь класс своей улыбкой. В тот момент парень и представить не мог, что однажды они поменяются местами. Теперь уже он протягивал девчонке руку. Та, обернувшись лишь на один короткий миг, безразлично бросила через плечо: - Привет. Всего одно короткое слово прошибло Яра молнией от головы до самых ног. Парню нестерпимо сильно захотелось вытереть потные руки. Все равно на темно-синем свитере не было бы заметно следов. Только его не покидало ощущение, что девушка до сих пор следила за каждым его движением. Словно одними глазами пыталась обвинить его. Молодой человек был уверен, что стоит ей обернуться еще один раз, все вокруг узнают о произошедшем несколько лет назад. Тогда все, что столь старательно выстраивать, рухнуло бы в один момент. - Я присяду? Ярославу хотелось ударить себя со всей силы, чтобы больше не задавать глупых вопросов. Он понимал, что стоило просто уйти и сделать вид. Стоило сделать вид, что они не больше чем старые знакомые. Еще большим идиотом он почувствовал себя, когда один из парней выразительно кивнул в сторону свободных столов. Так почему Яр отодвинул стул и сел еще до того, как услышал ответ? Парню казалось, будто последние капли разума покинули его. А все дело было в чертовых рыжих волосах, от которых ехала крыша! Он не мог заставить себя отвернуться, разглядывая каждый заметный кусочек тела соседки. Ее тонкие запястья обхватывала пара браслетов, на длинных пальцах поблескивали кольца. Парень до сих помнили тепло этих рук. И теперь оказался абсолютно беззащитным перед той, кто когда-то забрала всего его. За прошедшие два года Яр встречался со многими девушками. Вот только ни с одной он не чувствовал того же полета. Ни одну не разглядывал так, словно был настоящим извращенцем. - До сих пор любишь фотографировать? – новый вопрос, на первый взгляд не значивший ничего, едва не заставил Яра подпрыгнуть на месте. Ему пришлось изо всех сил ухватиться за край стола, чтобы усидеть на месте. Девушка даже не обернулась к нему. Однако парень и без того увидел сверкнувшие в мутном отражении глаза. Всего один короткий миг вновь вернул его к событиям двухгодичной давности. Вот только тогда сверкающая зелень утопала в горьких слезах разочарования. - Да Яр у нас самый лучший! – Мишка вновь уселся на край столешницы и сверкнул недавно отбеленными зубами. – В начале года даже взял первое место на городском конкурсе. Один из членов жюри даже предлагал ему перевестись в Московский ВУЗ. Мужик все никак понять не мог, как такого парня занесло на экономический. - Он всегда был одаренным. Его фотографии словно жили сами по себе, - девушка безразлично качнулась на стуле и вытащила наушник из одного уха. Даже этого простого движения хватило для того, чтобы у парня вновь перехватило дыхание. «Вот сейчас… нет, сейчас она точно всем расскажет…» - вот что крутилось в голове Яра, когда бывшая одноклассница начала поворачиваться в его сторону. Он не мог заставить себя отвести глаз от ее немного изменившегося лица. Даже самому Ярославу казалось неправильным то, насколько жадно он стал разглядывать заострившиеся черты лица. Некогда пухлые щеки осунулись, в ушах появилась пара новых сережек, исчезли подростковые прыщи. Легкая кофточка открывала намного больше, чем Яр был готов увидеть. И кое-чего там чертовски сильно не хватало. Старательно выводимое самой девушкой на ключицах солнце исчезло. Тогда, в далеком десятом классе, она уверяла, что в восемнадцать сделает настоящую татуировку. Но теперь там было пусто. Остались лишь три родинки, которые девушка смеясь называла ее личным созвездием. Только это казалось абсолютно неважным. Больше всего Ярослава пугали потемневшие глаза. Теперь они не походили на весеннюю траву. Сейчас на ум парню приходило лишь сравнение с гниющим на болоте мхом. - Вы знакомы? – Мишка совершенно не понимал предостерегающих взглядов приятеля. Или просто не хотел понимать. Вместо этого он резко спрыгнул на пол и по-взрослому протянул собеседнице руку. – Михаил. - Ярослава, - к всеобщему удивлению новенькая не только ответила на рукопожатие, но даже выдавила дежурную улыбку. Совсем не такую, какой одаривала Яра когда-то. И парень никак не мог прогнать отвратительное удовлетворение, когда осознал это. Лишь с ним она была настоящей. Лишь ему показывала свое истинное лицо. И лишь когда волнующее ощущение схлынуло, парень осознал, что она так и не ответила на вопрос Мишки. Просто хлопала накрашенными ресницами. Не сказала, были ли они знакомы. Хотя и без этого все было очевидно, Яр изо всех стиснул ручку своего потрепанного рюкзака. Он практически выпалил, что они были намного ближе, чем можно представить. Но права на эти слова он не имел. - Прикольно! Вы типа Ярослав и Ярослава? - Вроде того, - парень вздрогнул как от удара, когда услышал реплику одногруппника. Уж слишком сильно она походила на шуточки бывших одноклассников. Яру же, казалось, это совершенно не волновало. Они как ни в чем не бывало откинула волосы за спину и чуть сильнее сжала ладонь Мишки. – Не против пообедать со мной? Я была бы очень благодарна, покажи ты мне университет. Если честно, я немного путаюсь во всех этих коридорах. «Ложь…» - пролетело по языку парня. Девушка всегда прекрасно ориентировалась даже в малознакомых местах. Казалось, ей хватало всего одного мимолетного взгляда, чтобы уцепиться за сущую мелочь. После она еще долго не забывала какой-то рисунок на доме или плакат в коридорах. Яра часто жаловалась, что никак не может выкинуть из головы нечто совершенно незначимое. Запомнить же что-то важное специально было сродни тому, как вынуть и заново вставить мозги. И сейчас она наверняка запомнила каждый поворот. Вот только теперь строит из себя дурочку. Для чего она это делала? Едва ли ее заинтересовал такой человек как Мишка. В своей полосатой рубашке – поло он выглядел совершенно нелепо. К тому же его глаза походили на сталь. Яра ненавидела такие оттенки. Она всегда утверждала, что больше всего на свете обожает кареглазых людей. Она любила таких как Яр. - Конечно! – белобрысый оскалился и вальяжно подмигнул Ярославе. – Тогда прогуляемся на перемене? Покажу тебе все самые интересные места: буфет, туалет и курилку. Если останется время, наша программа растянется и на кабинеты. Хотя я бы предпочел, чтобы ты дольше не ориентировалась и позволяла мне оставаться твоим путеводителем. - Ты такой милый! – Яра легко рассмеялась, прикрыв рот ладошкой. Громила явно остался довольный проделанной работой и скалился во все новенькие зубы. Яр даже не представлял, сколько бы еще выслушивал все эти любезности. Еще бы немного, и его вывернуло от неестественного смеха девушки. Парень слышал едва прикрытое притворство в ее голосе. Но одного короткого взгляда назад хватило, чтобы понять, что заметил все это лишь он один. И это очередной раз отозвалось приятным гулом в груди. Вот только и это, и бесполезный треп прервал зашедший Виктор Михайлович. Пока он, все время вытирая застиранным платком лицо, раскладывал вещи за кафедрой, Мишка вернулся к своим приятелям. Они встретили его одобрительными смешками. Отовсюду посыпались остроумные на их взгляд замечания. И только Яр видел, как по лицу соседки пробежала тень отвращения. Правильно, она терпеть не могла глупых самонадеянных уродов. Яра говорила, что такие как они совершенно не вписывались в ее картину мира. Тогда, хлюпая чаем, девочка повторялась, будто она похожа на ежика, а подобные люди – павлины. Они красовались перед всеми, пока Ярослава пыталась спрятаться в темноте. Однако сидевшая по - соседству однокурсница едва ли походила на того, кто привык скрываться от посторонних глаз. Она стала именно такой, какой парень всегда видел ее. Яркая, уверенная в себе, до безумия привлекательная – вот что всегда скрывалось в блеклой оболочке. Именно раньше и могла раскрыть лишь камера. Только перед ней Ярослава становилась другим человеком. Она становилась истинной собой. Следующие полтора часа аудитория потонула в бесконечной скуке. Никто даже не старался скрыть, что не слушает заунывную речь лектора. Да и тот, пройдя явно не через одну группу, не потрудился выучить информацию. Наверняка опять скачал статью с самого первого сайта прямо перед занятием. Нынешний первый курс понял это еще во время первой сдачи докладов. Какой-то умник распечатал первую попавшуюся статью. Она же, к всеобщему удивлению, слово в слово повторяла недавнюю лекцию. Виктор Михайлович же просто не заметил этого, либо же благоразумно проигнорировал. Но доклады больше не давал. Он и вовсе старался лишний раз не разговаривать со студентами и убегал до того, как ему успевали задать дополнительные вопросы. И в своем безразличии обе стороны оказались как никогда единодушны. Да и в любом случае Ярослав не сумел бы сосредоточиться на лекции. А все из-за той, кто сидел настолько близко, что практически касался плечом. Парень не знал, заметила ли бывшая одноклассница тот же жар. Но в одном он был как никогда уверен. Эта девушка все еще сводила его с ума. Может, отчасти дело было в ее вишневом парфюме. Он отдавал небольшой горечью косточек. Яра пахла точно также в тот день, когда они познакомились. Да черт! Она пахла так абсолютно всегда, даже когда только вышла из душа или весь день провозилась с бездомными кошками. Она пахла так когда танцевала под дождем и клялась навсегда оставаться собой. Парню до ужаса хотелось прикоснуться к подрагивающим в такт музыке пальцам. Он хотел всего на миг ощутить ту же бархатную кожу. Хотел спросить, почему она так и не сделала себе татуировку. Хотя в глубине души молодой человек прекрасно понимал причину. Все полтора часа Яра так и не произнесла ни единого слова. Она даже не поворачивалась в сторону соседа. Поэтому и придвинутые им записки так и остались незамеченными. Но это и к лучшему. Парень никак не мог собраться с мыслями, поэтому половина слов в тетради была перечеркнута. Он каждый раз начинал заново, но от этого становилось только хуже. Вопросы были все глупее, а почерк угловатее. В конечном итоге Яр решил пока не тревожить старую знакомую. Им определенно стоило поговорить. Но сделать это можно было только в спокойной обстановке. На самом деле Яр совершенно не понимал, что скажет девушке. Стоило ли ему попросить никому не рассказывать о его промахе? Сделай она это, его с трудом выстроенная репутация канет в лету. Однажды молодой человек уже оказывался в подобной ситуации. Прошло полтора года, но он до сих пор помнил вонь ароматической свечки в кабинете директора. Тогда у него ужасно свербело в носу, но шевелиться было страшно. Казалось, он даже не дышал, вслушиваясь в совсем тихие слова за дверью. А потом все резко оборвалось. Дверь открылась, а его так и не позвали вовнутрь. Лишь прошедшая под руку с бабушкой заплаканная девчонка с силой задела плечом. Теперь история повторялась. Сделает ли Яра и в этот раз, что ничего не знает? Парень твердо решил, что позовет однокурсницу на разговор как только закончиться занятие. Вот только ровно в тот момент, когда поднялся преподаватель, и стул самого Яра немного отъехал в сторону. - Извиняй… - безразлично пожал широкими плечами Мишка и галантно подал руку своей новой зазнобе. Та немного помедлила, но все же поднялась вслед за верзилой. Тогда-то он и смог лицезреть стройные ноги, которые открывала неприлично короткая черная юбка. – Позвольте помочь! Стул Яра вновь ожил, и парень оказался на самом углу стола. Он уже хотел разобраться, что за беспредел творился, но на деле не успел и рта открыть. Стоило ему только моргнуть, и парочка оказалась за пределами кабинета. Лишь кончики длинных огненных волос мелькнули в проходе. А вместе с этим кабинет наполнился мерзкими шутками. Ребята все продолжали обсуждать странную новенькую. С чего вдруг она обратила внимание на Мишку, хотя проигнорировала всех остальных? Да и шмотки ее явно не походили на местные. Янка умудрилась заметить вышитую эмблему какого-то знаменитого бренда. Кто-то из девчонок даже бросил, будто видел, как девушку подвозили в универ на дорогой иномарке. «Ложь…» - вновь подумал Яр. Девушка из воспоминаний не могла поступить. Она всегда желала только одного человека. И теперь ему приходилось прикладывать огромные усилия, чтобы не сорваться. Удивительно, но него даже получилось подняться на негнущихся ногах. Вот только когда над аудиторией пролетела очередная сальная шуточка. - Заткнись! – Яр изо всех сил пнул стул в сторону собравшейся толпы. Он и сам не понимал, почему поддался резкому порыву. Хороший парень, староста группы определенно не мог поступать подобным образом. Вот только стул все же пролетел через всю аудиторию и с грохотом ударился о стену. От этого плакаты на деревянных подрамниках жалобно затрепетали. В голове Яра даже промелькнуло сожаление, что ни один так и не упал на голову особо одаренным. - Эй, ты чего? – пискнула Даша, переводя расширившиеся от страха глаза со стула на старосту. – А если бы попал в кого-нибудь? - Он злиться, что новенькая с Мишкой ушла! Успокойся мужик, надо научиться принимать поражения! – Данил, один из приятелей назойливой белобрысой крысы, глупо хохотнул. Он был единственным, кто даже не вздрогнул от громкого звука. Однако сложенные на груди руки были красноречивее любых слов. Не такой высокий и плечистый как приятель, он казался более коренастым. Вот только это явно не помешали проработать мышцы рук. Не зря они с компанией выиграли золотую медаль на недавних соревнованиях по бодибилдингу. Собственно благодаря своим спортивным достижениям они и попали в университет. Все же, насколько бы городок не был провинциальным, балы для поступления требовались приличные. И теперь он стоял напротив полный уверенности. Ярослав понимал, что однокурсник неприкрыто провоцирует его. Просто невзлюбил старосту еще в первый день, назвав подобием мужчины. Совсем как одноклассники, выросшие в жестких рамках прошлого поколения. Дэн почти с отвращением смотрел на тонкие музыкальные пальцы и белоснежную кожу Яра. Качок кривился, когда парень распускал свои отросшие до подбородка волосы. Даже сейчас он немного поджимал губы при виде сережки-скелета в ухе. А может просто бесился из-за того, что девушек привлекало все ненавистное им. - Да пошел ты! – бросил Яр и пулей вылетел из кабинета. Ему казалось, что еще немного, и он определенно наделает больших глупостей. Жизнь и без того медленно, но верно разваливалась на кусочки. Парень редко пропускал занятия. Уж слишком требовательным был к себе. Яр не терпел беспорядок, будь то мусор в комнате или глупые мысли в голове. Ему казалось, что жить в подобном могли только бесполезные люди. По крайней мере, так всегда говорила мама-медик. Она находила свое успокоение в бесконечном складывании вещей и вымывании и без того чистой квартиры. Видимо хотела сделать из дома вторую операционную. Вот только времени у нее оказалось недостаточно для достижения желаемого результата. Поэтому-то она и с самого детства серьезно взялась за собственного сына. Все дошло до такой степени, что Ярослав начал думать, будто действительно сходил с ума. Даже сейчас, умело лавируя в толпе студентов в гардеробе, он думал только о том, насколько бесполезен. Не смог сдержать эмоции и выставил себя полнейшим идиотом. А все из-за одной девушки. Она всегда приносила настоящий ураган в его жизнь. Потом же, подобно настоящему ветру, исчезала. Все происходило настолько быстро, что Яр не успевал насытиться яркими эмоциями. А позже оставался наедине с разрушенным миром. Парень ненавидел беспорядок. Однако его сердце болезненно екало при виде той, кто приносил этот самый беспорядок. Ко всему прочему еще и курка совершенно не хотела натягиваться. Раздосадованный парень не сразу понял, что по ошибке выхватил куртку у какого-то бедолаги. Тот как раз стоял рядом с вытянутым от удивления лицом. Ярослав лишь глухо буркнул: - Извиняюсь… Его куртка все-таки нашлась. Лежала на столике прямо перед его лицом. И это еще сильнее разожгло внутри раздражение. Лишь на улице Яр смог выдохнуть свободно. В его ушах до сих пор звучал заливистый смех Ярославы. Не то выдавленное нечто, которым она удостоила Мишку. А то, что она показывала только ему одному. Та она до сих пор хранилась на флэшке в самой дальней коробке на шкафу. Вот только парень не позволял себе смотреть на нее, пусть и частенько до одури желал этого. Но практически настолько же сильно, как парень наслаждался, он ненавидел все свои вспыхнувшие эмоции. Поэтому он и принял позорное, но вполне привычное для себя решение. Яр сбежал подальше от девушки из прошлого. Хотя он и прекрасно понимал, что еще не один раз пересечется с ней. Зато сейчас он оказался совершенно свободен. Кинув напоследок однокурснице сообщение, чтобы отмазала его, парень вполне бодро направился в сторону ворот. На самом деле он не знал, чем ему заниматься целый день. Возвращаться домой совершенно не хотелось. Ровно как и бессмысленно шататься по городу. Телефон подсказывал, что сейчас половина второго. А это говорило о стопроцентном присутствии мелкой в квартире. Она всегда приходила домой в это время, чтобы перекусить. Благо школа находилась прямо через дорогу. Так что вполне могла настучать матери о прогуле старшего брата. Яр не боялся упреков, но совершенно не хотел расстраивать мать. Поэтому и набрал один единственный возможный номер. - Клим? – в трубке раздалось невнятное бурчание, которое не смог бы разобрать даже сам Клим. – Я завалю к тебе? Жди, минут через десять приеду. И будь добр, собери пока свои трусы. Не хочу как в прошлый раз сидеть в помойке. Отключаюсь! Яр не дал другу сказать ни слова. Да и вряд ли тот порывался возразить или согласиться. Скорее всего он опят уснет и вообще не вспомнит, что ему кто-то звонил. Яр звонил ему скорее по привычке или из привитых матерью правил вежливости. Большую часть своей жизни он жил с такими же принципами. Парень даже не понимал, в какой момент его истинные желания расходились с привитыми привычками. Наверное, он даже и не умел принимать отличные от нужных решения. По крайней мере так было до того как в его жизнь ворвался ураган. Несмотря на свои угрозы, Яр вовсе не спешил. Квартира Клима находилась не так далеко от универа. Так что парень решил пройтись до него пешком. Он очень надеялся, что друг уже проснется к его приходу. Вот только отлично понимал, насколько это сродни фантастике. К тому же Яр хотел спокойно подумать, а не прикидываться шпротой в плотно забитой маршрутке. Так он и пошел по усеянной золотистыми листьями дороге. В ушах мгновенно оказались наушники. Однако музыка так и не прозвучала. Вместо этого в голове пронесся ураган мыслей. Несмотря на то, что рабочий день был в самом разгаре, повсюду сновал кто-то. Кто-то кутался в шарф, а кто-то бежал с распахнутым пальто. Ребятня и вовсе неслась с шапками в зубах и со сваливающимися портфелями. Они перепрыгивали из одной лужи в другую. А потом активно спорили, у кого брызг получилось. Некоторые люди разговаривали по телефону, то и дело растирая озябшие от осеннего холода руки. Большая часть же не обращала ни на что внимания. В их ушах сверкали наушники, полностью отделявшие от всего остального мира. Иногда Яру становилось интересно, что слушает тот или иной человек. Несколько раз он даже знакомился так с девушками. Они считали это оригинальным способом завести разговор. Но ни единой парень так и не перезвонил. Ни одна не смогла зацепить. Парню казались неинтересными рок или попса, классика и джаз. Хотя он и не мог с уверенностью сказать, что именно смогло бы всколыхнуть огонь в груди. В конце концов, молодой человек свернул на протоптанную тропинку. Ему было сложно находиться в толпе. Слишком уж громкими ему казались собственные мысли. Будто проходившая мимо бабушка или спешившая девушка могли услышать их. К тому же Яру было сложно сконцентрироваться в той дикой смеси звуков. Он просто сбежал. Потрепанное здание университета давно осталось позади. Ровно как и переполненные людьми остановки. И только после этого парень включил музыку. Тяжелая мелодия с громкими синтами вмиг привела его в чувства. В ней не было ни одного слова. Именно это и требовалось человеку, уставшему даже от самого себя. Оставшуюся дорогу до дома Клима Яр не думал ни о чем. Просто отключился и лениво скользил глазами по знакомым домам. Парень несколько раз собирался вытащить из рюкзака новенькую пленочную камеру. Но каждый раз останавливался, когда в горле появлялся желчный привкус. Казалось, будто он целую вечность жил неподалеку. Хотя на деле приехал в городок лишь в десятом классе. Конечно, после наполненной жизни в столице, местность не вызвала ничего кроме тихого ужаса. Яр только и говорил, как сильно хотел уехать обратно к отцу. Парень терялся даже выходя в ближайший магазин за хлебом. А все потому, что улицы мало чем отличались друг от друга. Не спасал его и навигатор. Данные в нем, судя по всему, не обновлялись лет пятнадцать. Знал бы Яр тогда, что однажды сможет с закрытыми глазами добраться до нужного места. - Здрасьте… - привычно буркнул парень сидевшим на скамеечке бабушкам. Из-за надвинутых по самые брови шапок они узнали визитера. Но после секундного сканирования все же величественно кивнули. Словно дали дозволение зайти в подъезд. Словно важные охранники, они знали всех местных и тех, кто частенько приходил в гости. Клим ржал над церберами, но каждый раз здоровался. Так же, как и все остальные. Вот к этому явлению Ярослав никак не мог привыкнуть до сих пор. Дверь в подъезд оказалась открыта нараспашку, подпертая камнем. Сломанный домофон все так же висел на остатках прогнивших проводов. Так было всегда, сколько Яр помнил это место. Даже выцветшая до белоснежного листа реклама не снималась больше года. Этот городишко словно застрял в одном времени и никак не хотел идти дальше. К сожалению, вонь в подъезде так же осталась неизменной. А может, стала еще сильнее, если это вообще было возможно. Теперь Яру приходилось задержать дыхание не до второго, а до третьего этажа. Особенно плохо приходилось поникшим цветкам с пожелтевшими листьями. Кто-то определенно перепутал их с унитазом. - Эй, Клим! – Яр забарабанил руками в дверь. – Просыпайся! Он прекрасно знал, что звонок у друга не работает уже примерно полгода. Так что пришлось стоически выдерживать укоризненные взгляды и цоканье бабушки-соседки. Дверь открылась далеко не сразу. Яр уже дернулся было к телефону в кармане. Он был зол на приятеля, на гребанную музыку, чертову вонь в подъезде. Но больше всего он злился на самого себя. Эти чувства не поддавались никакой логике, что еще больше выводило парня из себя. И в тот момент, когда его рука в очередной раз приготовилась к удару, дверь медленно отъехала назад. - Хватит ломиться, придурок! – совсем не дружелюбно бросил растрепанный парнишка. Он широко зевал, из-за чего слова выходили смазанными. Но Яру и не приходилось дожидаться от него приветственной тирады. – Заходи уже, пока всех соседей не перебудил. Бабка и так жаловалась в прошлый раз матери, что я ненормальных в квартиру вожу. Совсем старая уже из ума выжила. Здрасьте, баб Маш! Клим выглянул на площадку и легко отдал честь старенькой соседке. Казалось, будто его и не волновало то, что она услышала нелицеприятные слова. Хотя ей, судя по всему, и в самом деле не было до этого никакого дела. Старушка лишь кивнула парню и скрылась за дверьми своей квартиры. Да, все-таки жизнь в доме с картонными стенами накладывал определенную тень. Даже если не хочешь, все равно наслушаешься в свой адрес столько, что потом и удивляться перестанешь. Но вообще Клим говорил, что их глазастая соседка в отместку на колкие слова, брызгала их дверь какой-то мутью. Пару раз мать парня даже находила за откосами булавки. После этого Климу строго наказывалось идти в церковь за святой водой и сгонять проклятие. Яр лишь однажды застал тетю Марину в фазе экстренного помешательства. Но и этого хватило для того, чтобы перед визитом переспрашивать, не находил ли он чего необычного. Уж очень парню не хотелось креститься перед дверью в вонючем подъезде. К счастью, сейчас в квартиру он попал без особых преград. Конечно, если не считать бурчащего Клима в одних трусах с супергероями. На его плечах висел старый вылинявший халат светлого оттенка. Но и тот мало спасал ситуацию. - Кухня сам знаешь где… - буркнул хозяин квартиры и скрылся за дверью своей спальни. Оттуда мгновенно раздались сдавленные ругательства. И если раньше Яр мог чувствовать себя немного неудобно, то сейчас подобное ничуть не трогало. Парень привычным жестом поставил кроссовки на полочку для обуви и избавился от куртки. Квартирка была совсем небольшой, так что всего в несколько шагов Яр оказался в светлой кухне. Пока ждал друга, парень успел поставить и стащить из плетенной корзинки несколько мятных карамелек. У самого гостя конфет в доме никогда не водилось. Мать все твердила, что они портят зубы и вызывают кариес. А те редкие заначки, которые оказались найдены, немедленно с криками выбрасывались. Но и сейчас поесть толком не удалось. Зашедший на кухню Клим мрачно глянул на друга и отодвинул от него сладости. - Хватит жрать, не тебе покупали. Ты чего приперся в такую рань? Я же говорил, что буду недоступен часов до восьми. Клим выразительно зевнул. Причем настолько широко, что удивительно, как он умудрился не сломать челюсть. Но привыкшего к подобному рода выступлениям Яра это ничуть не тронуло. Вместо ответа он выключил свистящий чайник с оплавленной ручкой и занялся кофе. - Одну сахара две кофе? - Три ложки сыпь. Я поспал всего часа три. - Снова стримил до самого утра? - Бабки сами себя не заработают, - с раздражением кинул Клим. Руки парня методично отрывали крохотные кусочки от потрескавшейся скатерти. Всем своим видом он показывал, что не собирается развивать поднятую тему. А его друг и не настаивал. И без того знал, что созданный канал практически не приносил денег. Это чертовски не нравилось тете Марине. Еще сильнее ее недовольство усилилось, когда сын отказался поступать в университет. Яр до сих пор помнил скандал, невольным свидетелем которого стал. Тогда всегда милая женщина отвесила несколько пощечин сыну и выгнала того из дома. Оно и понятно. Мать Клима всю жизнь горбатилась на нескольких работах, чтобы ее сын мог учиться в элитной гимназии. А тот после всех ее страданий заявил, что собирается довольствоваться школьным аттестатом. Тогда Клим с месяц прожил у друга. Этого времени его матери хватило для того, чтобы успокоиться. Теперь она просто тихонько проедала сыну мозг, а тот старался скрыться от постоянных нападок. Яр быстро залил быстрорастворимый порошок кипятком. Одну кружку сразу поставил на стол. Вторую же поднес к крану, чтобы немного разбавить холодной водой. Парень просто ненавидел горячий чай или кофе. - Опять пьешь свои помои, - Клим скривился и за несколько глотков опустошил средних размеров кружку. Только после этого на его лице появилось блаженное выражение. – Ты чего не в универе? Или решил присоединиться к клубу отбросов? Моя мать только и воркует, какой Ярослав умничка. Ты знал, что жутко воспитанный и вообще самый лучший? Так вот теперь зна… - Ярослава вернулась! – бессвязная болтовня оборвалась на полуслове, и кухня погрузилась в тяжелое молчание. - Это которая? – еще не до конца проснувшийся парень заторможено почесал голову. На его лице и в самом деле отразилась бурная мозговая деятельность. Иначе Яр поклялся бы, что друг над ним просто издевается. - Раевская! – эта фамилия повисла над головами парней как невидимая тень. Она давила на плечи. Из-за этого Яр сгорбился, аккуратно перемешивая давно растворившийся сахар в кружке. – Она перевелась в мою группу. Черт, голова сейчас взорвется! Несколько секунд тишина оставалась ненарушенной. И если человек с холодным кофе выглядел крайне раздосадованным, то второй находился совершенно в ином настроении. На его помятом лице расползался настоящий оскал. Яр не хотел знать, о чем думал друг. Как жаль, что тому не требовалось приглашения, чтобы поделиться мыслями. - Эта та которая… - Клим облизнул пересохшие губы. В его глазах танцевали шальные искорки. – Слушай, может нам как-то встретиться? Устроим что-то типо мини встречи одноклассников. Она еще в десятом была горячей, а сейчас… Слушай, возьми ее номер. После того как Раевская переехала, я не смог найти ни одной ее соцсети. - Сам знаешь в чем дело! – Яр раздраженно ударил ногой по столу. Но в этот раз не устыдился резкой вспышки. – И не будет никакой встречи одноклассников. Чувак, только попробуй кому-то сказать или намекнуть. Ты знаешь, я словами не разбрасываюсь. - Да не бесись ты так, - Клим побеждено вскинул руки вверх, пусть и был порядком недоволен. – Новеньким говорить конечно не стану. Не совсем конченный. Но сам понимаешь, наши все знают. Даже соседка моя нет да поминает Раевскую недобрым словом. Зря она приехала. Яр прекрасно понимал, что друг прав. Но от этого легче не становилось. Несколько ближайших районов и в самом деле могли помнить историю полуторогодовалой давности. Уж слишком громкая и грязная она получилась. Девушке и в самом деле не стоило возвращаться обратно. Люди забывают все. Вот только яркие воспоминания вновь оживают, стоит только подтолкнуть к этому. Быстро допив холодный кофе, Яр ополоснул посуду за собой и приятелем. Ноги сами несли его в гостиную. Сперва он остановился возле комнаты с приоткрытой дверью. Через щель виднелся включенный компьютер с двумя экранами. На столе валялись прозрачные упаковки из-под выпечки и пустые банки энергетиков. И все бы ничего, не доносись из спальни Клима отвратный запах. Складывалось впечатление, что там определенно кто-то сдох. - Ты там трупы хранишь? – Яр брезгливо поморщился и выразительно кивнул в сторону приоткрытой двери. - Наверное, мышь сдохла, - Клим равнодушно пожал плечами и скрылся в зале. - Они все время перелазают к нам от бабки. Мать уже разорилась на ловушках. - Ты уверен, что все дело в соседке? – Яр с сомнением посмотрел на остатки еды. Тут тебе и булки, и недоеденный батончик, и кусочек от бутерброда. - Заткнись, чистюля! – в лицо Яра прилетела подушка, стоило ему показаться в завешенном шторами проеме. – Если уберешь мою комнату и найдешь бомбу, мать точно возведет тебя к лику святых. Только представь: я стою утром в углу и молюсь великому Ярославу укротителю потных носков и гробовщику грызунов. Вместо ответа парень ответным ударом швырнул подушку в друга. Но тот только сильнее рассмеялся и обнял снаряд обеими руками. - Ты сам себя развлеки, а я пока еще парочку часов посплю. Можем вечером в «Версаль» сходить. Дан сказал, там сегодня крутая туса намечается. Что-то вроде вечеринки для своих. Дан последний из бывших одноклассников парней, кто все еще оставался в городе. Скорее всего, он и не планировал никуда уезжать с самого начала. Зачем учиться, если в наследство ему останется самый известный клуб? Устроенное стабильное будущее стоит куда больше чем мнимые возможности и надежды. Уже сейчас парень учился у отца, чтобы быстро перенять управление. Работал кем-то вроде администратора. На самом деле Богдан с Яром никогда не ладили. А все из-за одной одноклассницы. Первый ходил вокруг и боялся признаться. Второй же раскрыл чувства спустя месяц после своего появления. Вот Дан и считал, что у него нагло увели девчонку. - И мы подходим под это понятие? - Конечно, я же с тобой, - Клим стянул с дивана покрывало и укутался в него словно в кокон. – Только сделай что-то со своим кислым лицом. Девчонкам не нравятся парни, которые выглядят так, словно сожрали дерьма. - Конечно. Намного больше им нравятся детские трусы с супергероями. В ответ Клим что-то неразборчиво промычал. И уже спустя мгновение по гостиной прокатился раскатистый храп. Да, время шло, а люди не менялись. Но именно это Яру и нравилось в грубом приятеле. Он знал, что от того ожидать и вполне мог предугадать реакцию. К тому же Клим был прямым как баран. Он никогда не старался юлить или что-то недоговаривать. Он не бежал от проблем и всегда отстаивал собственное мнение. В общем, делал все, что сам Яр не мог себе позволить. Кроме телевизора занять себя было нечем. Так что комнату быстро наполнил приятный гул небольшой плазмы на стене. Это было первым и единственным, что Клим смог купить со своей зарплаты от стримов. Это стало подарком матери на день рождения. Теть Марина это едва ли сильно расслабило. Сам же парень еще несколько недель ходил с гордо выдвинутой грудью. Да что там говорить. Он до сих пор временами косился на плазму так, словно она стоила целое состояние. Яр тогда отправился выбирать подарок матери с приятелем. Тот день был единственным, когда Клим без умолку болтал о своей работе. Но он навсегда останется в памяти обоих молодых людей. Остаток вечера Яр провел за бесцельным листанием каналов. Его мысли все время уплывали ни в том направлении. То перед глазами возникало истощенное конопатое личико. То девушка безмолвно кричала, зажав уши руками. Ее тоненький силуэт выделялся на фоне яркого света в окне. Ярослава всегда была разной: она танцевала, совершенно не смущаясь зрителей, а потом ходила по комнате с озабоченным лицом. В один вечер девушка прихорашивалась у зеркала в огромном белоснежном пуховике. В другой же ее тело прикрывала только тоненькая рубашка. Вот только слез Яр не видел ни разу. Только в тот единственный вечер, когда он так и не решился зайти на общую площадку. Ровно как и сегодня не вернется в квартиру. Парень быстро написал матери, что останется ночевать у Клима. Сегодня она дежурила в больнице. Так что ожидать ответа было, по крайней мере, глупо. В лучшем случае прочтет сообщение ближе к полуночи. После перевел денег сестре, чтобы та сама заказала ужин. Та практически моментально напечатала: «Спасибо. Приглашу на ночевку Машку. Не скучай!» На этом сыновий и братский долг оказался выполнен. Яр сунул в уши безмолвные наушники и под мерный звук телевизора закрыл глаза. Сон не шел, и чтобы занять себя, парень начал выводить в тетради непонятные символы. За этим нехитрым занятием парень и провел весь вечер. Часам к восьми на улице заметно потемнело, но фонари еще не зажглись. Вместе с этим к Яру и пришло беспокойство. На его телефон одно за другим приходили новые сообщения. Но парень далеко не сразу решил включить смартфон. Глубоко внутри он боялся увидеть в вызовах одно имя. Он так и не смог стереть старый номер, который отключился в тот день, когда произошел взрыв. Но раз Ярослава вернулась, вполне мог заработать и он. Однако на деле это оказались бесконечные сообщения от однокурсников. Кто-то спрашивал, что на него нашло сегодня. Другие попросили не отмечать завтра на парах. Среди этого мусора было только одно, что смогло на самом деле заинтересовать парня. Света, его самая близкая приятельница, прислала фотографию. На ней Мишка по-свойски обнимал Яру и шептал что-то ей на ухо. Девушка на фотографии тепло улыбалась. Так, словно ей и правда нравилось происходящее. На взводе Яр сумел просидеть до половины одиннадцатого. Ему казалось, что под кожу загнали кучу малюсеньких иголок. И именно они, а не ревность разъедали душу. Парень отлично понимал, что он имеет права ни на какие чувства. Но от этого ураган внутри не утихал. Он не подчинялся никакому здравому смыслу. От этого молодой человек чувствовал себя мерзким. Он ощущал себя грязным. - Поднимай свою задницу, Клим! – как бы Яр не старался, так и не смог усидеть на месте. Он подлетел к другу и с силой пнул того. – И иди давай в душ. Не хочу весь вечер нюхать это амбре. Ты вообще когда последний раз мылся? - В прошлую субботу… - неразборчиво пробормотал парень и постарался с головой скрыться под пледом. Но друг не дал сделать этого. Он все еще с ужасом считал дни с прошлой субботы до сегодняшней пятницы. – Или это была среда? - Черт! – сколько бы Яр не пересчитывал, дней меньше не становилось. – Вали давай. Нещадно ругаясь, Клим все-таки сполз с дивана. После сна он явно плохо соображал, так что придерживался руками за стену. Вот только, даже несмотря на это, умудрился удариться о дверной косяк. Что было дальше, Яр так и не услышал. Мужская фигура скрылась в ванной, а следом квартиру наполнил звук включенного душа. Пока Клим отмокал в ванной, Яр судорожно старался пригладить торчавшие в разные стороны волосы. Он то завязывал их в хвост, то вновь распускал. Но в любом случае отражение совершенно не радовало. Да, все-таки идти в клуб когда на следующее утро в университет – явно не самое лучшее решение. Однако возможность прогула парень для себя даже не рассматривал. Он и без того чувствовал едкое чувство вины после сегодняшнего срыва. - Ты так идти собираешься? – из-за открывшейся двери с запотевшим стеклом показалась лохматая темная макушка. Вода капала с прядей волос прямо на светлый линолеум. - А что не так? – Яр с недоумением посмотрел на свой синий свитер и темные классические брюки. - Маменькин сынок! – фырканье донеслось уже со стороны комнаты Клима. Ярослав и не заметил, как друг успел вынырнуть из ванной. – Возьмешь у меня футболку. Так уж и быть, оторву от сердца фирменную, которую подарил папаша. Но запомни, эта акция доступна тебе только как лучшему другу. - Тоже мне одолжен… - не успел парень договорить, как ему в лицо прилетела черная футболка с маркировкой одного известного бренда. К счастью Ярослава, от нее пахло свежестью стирального порошка. – И давай быстрее. Не хочу пропустить половину веселья. Быстрее, как бы Яр не поторапливал, не получилось. Из дома переругивающиеся парни вывалились только ближе к двенадцати. Клим словно нарочно бесил друга. То свои три волосинки сушил почти двадцать минут, то выбирал одни из идентичных черных джинсов. Потом ему и вовсе взбрело в голову поесть. Говорил, мол, нельзя пить на голодный желудок. Хорошо хоть, что от квартиры Клима до «Версаля» было идти всего минут десять. Иначе бы Яр точно высказал другу, что думает о нем. Тем не менее, всю дорогу они провели в молчании. Каждый думал о том, что был не готов сказать никому. И если Яр бежал от собственных мыслей, Клим наоборот ими наслаждался. По его лицу блуждала довольная усмешка. И знать природу этих мыслей совершенно не хотелось. Ярослав просто боялся этого. В отличие от друга он помнил все, что произошло в десятом классе. В клуб их пропустили без каких-либо проблем. Видимо, Дан заранее внес их имена в список. Причем явно не простой. Не зря же парней отвели к огороженному входу и любезно открыли дверь. Яр не понимал природы подобного отношения. Даже больше – все происходившее ему совершенно не нравилось. Клим же явно не испытывал похожих загонов. Он привычным жестом скинул с плеч куртку и отправился в сторону музыки. Он впервые находился в этой части клуба. Как-то так получилось, что он никогда не входил в специальный список. Да парень никогда и не нуждался в этом. Видимо вход предназначался для особых гостей. Понять это оказалось не так уж и сложно. Едва ли в комнаты с сенсорными замками могли попасть все желающие. Некоторые из них уже были заняты. И, судя по громкому смеху и аромату женских духов, дела шли как никогда лучше. Путь же Ярослава пролегал прямо мимо них. Сначала он старался абстрагироваться от звона бокалов и чужих голосов. Всего в нескольких шагах находилась лестница. Всего несколько шагов – и Яр отключил бы голову и отпустил все переживания. Только вот стоило только ступить на лестницу, как в спину прилетел заливистый женский смех. Парень застыл на месте, совсем как недавно в кабинете. «Нет, это определенно не могла быть она…» - вот что крутилось в голове Ярослава. Он честно пытался двинуться. Но руки с ногами просто не слушались. - Не стой как придурок, Яр! – Клим схватил друга за руку и поволок вниз. Парней мгновенно оглушила громкая музыка. – Я уже нам выпить заказал! Клим говорил еще что-то, но Яр так и не услышал ни слова. Он все продолжал гипнотизировать взглядом закрытые комнаты. И, как оказалось, был прав в своих самых страшных догадках. Она была там, медленно шагала по ступенькам. Такая красивая и хрупкая в своем коротеньком черном платье. Яркие волосы окружали фигурку горящим ореолом, невольно приковывая взгляд. В ее ведьмовских глазах все еще искрился смех. В них отражалась улыбка, подаренная кому-то постороннему. Казалось, что даже с такого расстояния Ярослав мог слышать стук ее каблуков. Даже среди всего этого безумия он чувствовал аромат только ее духов. - Да что с тобой? – Клим начал злиться на друга. А тот все никак не мог отвернуться. И спустя несколько секунд причина его странного поведения оказалась рассекречена. – Слыш… это же Раевская? Ярослав не услышал друга. А может просто не хотел его слышать. Куда важнее казалось наваждение. Он столько времени старался сбежать от него. Теперь же оказался привязанным к страшному видению. Девушка словно преследовала его, хотя было очевидно, что так говорила больная фантазия. Когда же за спиной Ярославы показалась другая фигура, парень до боли стиснул зубы. Неизвестный по-свойски приобнимал спутницу. Их тела соприкасались, а грубые пальцы перебирали солнечные пряди. Ярославу казалось, что после этих прикосновений на волосах оставались грязные пятна. Золото меркло, смешавшись с мусором. - Эй, ты куда? – только и успел крикнуть Клим до того, как его приятель вырвался из хватки и как безумный помчался вперед. Ну а парню не оставалось ничего, кроме как последовать за ним. – О, привет, Дан. Похоже, ты развлекаешься в приятной компании? Ты стала красоткой, Раевская! Я бы… - Следи за словами! – одновременно бросили Богдан и Ярослав. И если тон первого был спокойным, то второй едва ли не прорычал слова. Он вообще выглядел так, словно готов броситься прямо на Дана. Останавливала его только девушка. Ярослава так привычно прижималась к груди ублюдка, словно они встречались целую вечность. Ее щеки немного раскраснелись, но кожа на шее до сих пор оставалась фарфоровой. Она всегда жаловалась, что не может загорать, потому что моментально становиться как сваренный рак. От этой мысли Ярославу стало немного легче. Правильно, именно он знал ее любой: красиво накрашенную, с опухшим лицом, обмазанную майонезом. Вот только не к нему она доверчиво прижималась, позволяя касаться своего тела. - Вас нормально встретили? – Богдан стоял выше Ярослава и смотрел на того сверху вниз. Парень мог поклясться, что в его глазах промелькнула неприкрытая насмешка. Да и его рука сама собой переместилась на оголенное плечо с крохотной родинкой. - Конечно, спасибо, чувак! – Клим хохотнул. Он не мог не чувствовать царившее напряжение. Но его жалкие попытки его разбавить успехом не увенчались. – Говорят, у вас сегодня крутой диджей работает? Пройдись, тут только про него все и говорят. - Это я посоветовала Богдану пригласить его. Неплохо вышло, правда? От звонкого девичьего голоса вздрогнули все. Даже Богдан и тот не смог удержать легкое пренебрежение на лице. И Ярославу стало тошно от того, с какой нежностью он смотрел на свою спутницу. Ему не нравилось, как он клал подбородок на яркую макушку и вдыхал аромат волос. Внимание Клима раздражало немного меньше. Яр прекрасно знал друга и понимал, что тот всего лишь шокирован возвращением бывшей одноклассницы. Клим-то, правда как и Дан, проучились вместе с Ярославой с самого первого класса. И никто не ожидал, что после той истории девушка вернется в родной город. Но теперь она стояла прямо здесь, на расстоянии вытянутой руки. - Потанцуем? – Ярослав сам не узнавал в этом хрипе свой голос. Однако руку сразу протянул вперед. Словно и не сомневался, что девушка примет его приглашение. - Если ты не заметил, у нее есть компания на сегодняшний вечер, - холодно бросил Богдан и скривился, кивнув на чуть подрагивающие пальцы соперника. – Вас лучше найти себе кого-то другого. - Я не у тебя спрашиваю! – злость вновь начала разрывать Ярослава. Еще немного, и он бы просто ударил наглого идиота. И Богдан, вставший между ними, никак бы не смог помешать. Парень смотрел только на Ярославу, а та смотрела на него. Казалось, что мио вокруг них просто переставал существовать. Остались только Ярослав и Ярослава – две половинки одного целого. Она была такой манящей, словно самая большая мечта. Парню до безумия хотелось прикоснуться к девушке. Хотелось вновь почувствовать на губах ее сладкий бальзам для губ. И прежде, чем он успел хоть что-то сделать, Яра первой шагнула вперед. Она легко обошла Клима и остановилась вплотную к старому знакомому. Такая грациозная и легкая, шагала по темному залу. Казалось, словно ее окружала светящаяся аура. Именно к ней и хотелось приникнуть еще хотя бы один раз. Слишком ярко Ярослав помнил то тепло, то безграничное счастье. Ему нужно было убедиться, что именно та Ярослава вновь ворвалась в его жизнь. На каблуках она была почти того же роста, что и он. Но все равно ухватила его за ворот рубашки, заставив наклониться. Стоило только горячему дыханию опалить ухо, сердце Ярослава пропустило удар. Он терялся в вишневом запахе волос и знаком аромате женского тела. Но все наваждение пропало так же быстро, как и появилось. - Я научилась плотно зашторивать окно. А потом девушка тепло улыбнулась Богдану, схватила того за край рукава и повела в толпу. Она все продолжала смеяться, словно на самом деле была счастлива. Ярослав же из всех сил закрыл уши руками. Он хотел кричать, но не мог. Он хотел бежать, но его ноги просто приросли к полу. Конечно, она обо всем помнила. Кончено, разве она могла это забыть? Не могла выкинуть из головы то, что навсегда изменило ее жизнь. Видимо, теперь настал ее черед выворачивать чью-то душу наизнанку. В тот вечер Ярослав пил так, будто собирался умереть прямо на месте. Он не слушал взволнованного друга. Парню казалось, что вокруг не было ничего. Его волновали только огненные волосы и искрящиеся смешинки в бездонных глазах. Яр раз за разом прокручивал их знакомство в голове и размышлял, могло ли все закончиться иначе. Но нужного ему ответу так и не находил. Все сходилось лишь к одному – не выйди он в тот злосчастный вечер на улицу, все могло бы закончиться иначе. Они никогда бы не стали друг для друга секретом.