Обе

Вечером обе сестры помогали маме с фрикадельками на ужин и завертелись... Хотя Таня и хотела порасспрашивать Любу про её свидание, но сомневалась: какое будет у систер настроение? Люба могла и быстро отшить старшую. Моя личная жизнь и так далее. Бурных стычек между сёстрами не бывало, но Люба иногда могла проявить норов ни с того, ни с сего. В общем, удобного момента не подвернулось, и разговор между ними произошёл уже тогда, когда обе лежали в постели. Кровать у них была двухъярусная, позволявшая намного более чуткие контакты, и обычно одна девушка знала, когда другая не спит. Вот иногда и возникали полуночные беседы шёпотом в темноте – как произошло и в тот вечер. - Ты же пришла домой позже, чем рассталась со Стасом, - не выдержав, начала Таня. Как более взрослая, она когда-то была назначена следить за сестрой (хотя те времена давно прошли!) Люба только фыркнула. Танька шпионит, как всегда! - Пошла к Юрику докладывать? – продолжала Таня. - Уф, ну прямо-таки докладывать! - Что, рассказала ему, как Стас тебя перед прощанием всю обсосал? - Нет, конечно, зачем я буду ему это говорить? Пусть он считает, что поцеловал меня первым! Тут Люба аж хлопнула себя ладонью по губам: во тьме у неё сорвалось это признание! Таня, конечно, сразу за него ухватилась: - Так у тебя всё же виды на нашего соседа? - Ой, как будто у тебя их нет! Я же вижу, как ты перед ним лебезишь! Таня покраснела. - Не будь дурой! Я просто нам нём пробую – как сказать? Свои женские чары, что ли? Люба аж села в своей постели. - Ага, старушка, боишься, что младшая тебя обскачет! Так вот послушай, что я тебе скажу: и правильно боишься! Сёстры уже говорили в голос, но всё равно негромко, так что родители не пришли на шум; но они понемногу заводились. - Ну и «обскакивай»! Слово то выбрала какое, наездница! - Хочешь сказать, не нужен тебе Юрчик? - Нет, конечно! Просто попробую сделать так, чтобы он захотел меня, а потом – ариведерчи! - Какие у тебя женские планы, Танька, - захихикала Люба. – Теперь тебе имя будет – «Динама»! - А ты что, отдаться ему задумала, что ли? Подумай сперва, что сама говоришь! У тебя парень появился, а ты будешь жопой перед взрослым вертеться? Но этим она Любку не смутила. - А хоть бы и так! Я за Стаса замуж пока не собираюсь. Я молодая, гуляю, присматриваюсь к разным мужикам. Может, Юрчик мне больше понравится, что тогда? Я не буду так держаться за свою невинность, как ты, нафиг мне это надо? - По-твоему, я трясусь над своей невинностью? - А нет? Ты у нас всегда была такая правильная, всё учишься, ни с кем не гуляешь... Если бы у тебя подругой не Ленка была, про которую уже вся школа сплетничает, ты бы наверняка даже по именам своих одноклассников не знала, не то чтобы разговаривала с ними! Таня сглотнула. Действительно, был в её жизни такой период... Не совсем такой, разумеется, вредная Любка переборщила совсем не по-божески, но тогда она и правда даже пугалась парней. И точно, дружба с Ленкой очень сильно повлияла на неё в этом отношении – она стала смелее, открытее, больше начала общаться с парнями... И почувствовала тягу к противоположному полу. Пока она думала обо всём этом, она традиционно огрызнулась на сестру: - Хватит тебе, дураки болтают, а что Ленка? Да, она смелее многих других, девчонки сами выставляют себя невинными, а кто смелее их, так про них и сплетничают! - А ты всё знаешь, что говорят? Я слышала, она уже аборт сделала... При этой злой – и несправедливой, по мнению Тани, сплетне, она так взвилась, что повысила голос, разбудила родителей, и появившаяся в дверях мама в халате сурово приструнила девочек. В доме установился покой. По крайней мере, внешний. Обе сестры лежали тихо, готовясь заснуть, и каждая из них в голове прокручивала возможность того, что эффектный сосед завтра может захотеть поцеловать её и потрогать там, где это будет очень приятно...