Часть 1 "светлый лес”

Деревья как величественные гиганты возвышались над поляной. Сквозь их стволы красного оттенка бил золотистый свет солнца. На могучих древах комьями зелёной краски рос мох, его мягкая поверхность красиво блестела в солнечных лучах. Путники шли по неширокой тропинке, их окружала зелень…и кости. Много костей, тут и скелеты птиц и черепа оленей. Некоторые из них были скрыты под листвой различных кустов, что своими ветвями будто бы пытались скрыть все ужасы этой чащи. Яркие красные ягодки россыпью висели на ветках, они контрастировали с зелёным вернее даже изумрудным цветом листвы. Небольшие плоды как-будто капельки крови оросили многие кусты. Рядом с ними так же росли чёрные, такие тёмные достаточно большие ягоды. Казалось они были съедобны, но никто этого не стал бы проверять. Так как под этим кустом лежало множество скелетов: птиц, грызунов. Испробовали ли они этот сладковатый вкус ягод, украсивший их последние минуты жизни незабываемым вкусом? Или же стали жертвами этого кустика, съев его горькие плоды, жгущие горло, от чего в глазах скапливаются слёзы. Было неизвестно. В лесу было достаточно тихо, только где-то вдалеке был слышен щебет птиц, очаровывающий случайных слушателей. Но возле дороги был слышен шелест одежды и тихий звон металла. Это люди шли куда-то вдаль по казалось бы бесконечной тропинке. Дети, оглядывались по сторонам, возможно они в первый раз в своей жизни шли по чаще леса. Рядом с ними держа их за руки шли взрослые, женщины в белых кофтах, панамах и юбках, некоторые из них были в коротких, видимо в охотничьих платьях. Мужчины были одеты в не менее простую одежду, брюки, кофты. За их спинами были массивные рюкзаки, на поясах висели кинжалы, короткие мечи, у некоторых были боевые топоры, у других копья. У одного даже был арбалет- сложное оружие дальнего боя. В середине этой группы шли старики, с поседевшими волосами, морщинами и немного дряхлые на вид, но всё такие же живые. Их яркие глаза: коричневые, голубые, зелёные, были наполнены какой-то загадочной эмоцией.. может это в их глазах отражалась мудрость накопленная годами? Или же тяжелые воспоминания о не менее тяжёлых временах, когда приходилось не жить, а выживать, когда каждый день мог быть последний, и иногда такие простые мгновения казались невозможными, нереальными. Эти старцы так же как и молодые несли не только бремя ответственности за молодое поколение, но также и рюкзаки и сумки, наполненные самыми важными вещами: еда, вода, деньги. И всё это лишь бы пережить этот долгий путь в большой город. Мирэй была маленькой девочкой. Она ещё не помогала родителям в хозяйстве. И не видела тех ужасов жизни что пережили они, а также старшие. Она удивлённо оглядывалась по сторонам, иногда тряся руку рядом идущего дедушки и спрашивая: а что это за растение? А чей это череп? Когда же ей не отвечали она жаловалась старшей сестре идущей рядом, и всё же получала ответы на вопросы. Девочка была приятно удивлена разнообразными красками леса, которые складываются в весьма красивую картинку. Постепенно картина леса становилась более живой, вдалеке были слышны шаги зверей, хруст веток под их ногами. Где-то рядом выли обеспокоены чем-то волки. Это означало что рядом протекала быстрая речушка, она брала своё начало где-то далеко в горах, в тех далёких землях скрытых от лишних ушей и глаз. Вот наконец эта величественная река показалась из-за стволов деревьев и листвы кустов. На её берегах росло множество растений, от мелкой травы, до больших кустарников, с длинными ветвями-когтями, пытающимися схватить незадачливую жертву. Мирэй вглядывалась в воду, видя своё отражение она радовалась, эти расплывающиеся узоры поднимали ей настроение, такие яркие они сливались в круговорот цветов. Крутящиеся вокруг в воздухе листья, дополняли картину, они будто бы продолжали этот ураган красок но только в воздухе. Много времени было затрачено на путь, и вот уже скоро будет виден город. Рэй была уверена что в таком безопасном месте их жизнь точно наладится. -сестрёнка! А мы будем жить в большом доме? Даже больше чем у нас был, да?-Мирэй была воодушевлена, ею глаза, сияли из них будто бы сыпались маленькие искорки, они светились радостью, улыбка на её лице сияла не менее ярко. -жизнь в городе немного другая, Мира.-её старшая сестра отличалась спокойствием и рассудительностью, и вот снова на её лицо при разговоре с младшей всплыла спокойная улыбка. Девочка много болтала по пути, она часто разговаривала на совершенно разные темы, то с беседы о городе перескакивала на разговор о еде, то о птичках скажет, а потом снова вернётся к городу. Взрослые смотря на неё улыбались, такой позитивный цветок энергии и радости не мог оставить никого без счастья и улыбок. Казалось всё было как всегда пока лица взрослых не поплыли превращаясь в гримасы ужаса и глаза наполненные отчаянием. Мир будто бы завертелся, закружился в смертельном танце. Резко их ровный строй прервался, многие начали кричать, все бросились в разнобой. Мирэй не успевала понимать и осознавать что происходит, вот её толкнули, а вот она уже ползёт к ближайшим кустам. Сзади раздавался хрип, звон металла Девочка невольно обернулась, она резко застыла..нет это картинка перед её глазами будто застыла. Весь мир застыл. Чудовище..и никак иначе нельзя было его назвать, большие крылья с коричневыми перепонками, тушка была покрыта чёрным мехом, уши длинные как какие-то трубочки, а по морде будто заехали кирпичом, от того она приплюснута. Но взгляд привлекало не это всё.. а глаза существа. Насыщенные фиолетовые, с тонким как нить зрачком, тянущимся от верха низ и этот зрачок быстро бегал из стороны в сторону, задерживая взгляд на людях, изучая их, как будто думая где же их будет поудобнее разрезать. Этим собственно и занималось существо. Его когти и глаза были единственным что двигалось в этой картине..картине, запомнившейся на всю жизнь. Во все стороны полетели капельки крови пачкая серую рубашку. Они летели на землю, орошая её красной жидкостью. Голова полетела вниз. Было такое чувство что сама физика не хотела позволить ей коснуться земли. Волосы летели вверх прикрывая часть лица..лица её отца. Но что же это..мир как будто вернулся в своё прежнее состояние не давая герою и передохнуть от увиденного. Единственное что было слышно это хлопок от упавшей головы и затем и тела. В воздух поднялись клубы пыли, но они не могли скрыть лежащего за ними человека. От трупа текла кровь, впитываясь в сухую землю, давно не поливаемую дождями. Растения вокруг будто тянулись к этой небольшой луже, с каждой секундой становящийся больше. Их корни хотели отведать сочную, такую сладкую жидкость. Может это именно они пожирали мимо проходящих зверей? А потом тянулись к ним всеми силами. Девочка всё ещё была в ступоре она пыталась встать на дрожащих ногах. Слёзы заполняли глаза, заставляя часто моргать. Дыхание было прерывистым, воздух будто не хотел питать ноющие от долгой ходьбы лёгкие. А сердце билось..пока что билось, с силой, силой к жизни. Наконец девочка рывком добралась до кустов. Ветви царапали кожу в открытых местах, они портили одежду, листва лезла в лицо. Мирэй присела спиной к полю боя. Они обречены, она это знала. Они были обречены ещё в самом начале битвы. Она слышала как звона металла становилась меньше, крики уже были не такими частыми… оставались лишь хрипы боли, такие протяжные, стоящие в контрасте с быстрым чудовищем, быстрой смертью. Существо было тихо, оно будто наслаждалось создаваемыми ею звуками, удары тел об землю, предсмертные хрипы, звон, стоящий в ушах, звон металла. Девочка будто статуя, она замерла не двигаясь и только руки предательски дрожали, слёзы с глаз текли по щекам, каплями падая на футболку. Из горла рвался то ли хрип то ли крик. Рэй закрывала рот руками, она боялась. Она никогда не боялась, даже когда падала с дерева она не так боялась. Сейчас это другое. Сейчас погибнет не только она, но и все её родные. Вот уже умер отец..что же с матерью и другими? Что с дедушкой? Сражается ли он там с монстром или уже лежит и отдаёт всю свою кровь земле. А что будет потом и будет ли оно? Девочка не бежала. Куда ей было бежать? Если она убежит то смерть будет мучительной, долгой, такой затяжной. На несколько мигов звуки будто бы прекратились всё затихло. Мирэй думала что это просто ей кажется и она просто не хочет уже ничего слышать. Она уже ничего не хочет кроме как жить. Девочка понимала что все её мечты, все желания это пустота..пустая глупость не заслуживающая её внимания. В первую очередь нужно жить, а во вторую думать над жизнью. Мира просидела пару секунд в тишине, было слышно только как она шмыгала носом, слёзы бесконечным потоком текли из её глаз. Она прикоснулась к своей груди. В её голове резко всплыло множество вопросов: почему я ещё жива? Почему я не гнию заживо? Что случилось? Девочка медленно обернулась стараясь разглядеть сквозь листву куста что происходит на тропинке. Она не видела никакого движения. Медленно на трясущихся ногах она поднялась с земли. На её личике и футболке оставались следы от слёз. Рэй стала идти через куст к месту битвы. Мокрые места на земле покрылись небольшим инеем. Девочка застыла, увидев картину открывшуюся ей при входе на поляну. Множество тел, с различными порезами. Некоторые были разрезаны в районе горла, другие груди, третьи вертикально. Около некоторых лежали исцарапанные органы, от печени до лёгких. У ближайшего к девочке трупа из разреза на животе выглядывал желудок из которого текла травянисто зелёная жидкость. Мирэй осела на колени прикрываясь рот руками. Девочка только успокоилась как нахлынули новые слёзы. Вот там лежала её мама..в рядом с ней сестра, обе с разрезом в районе живота. Она медленно пошла на четвереньках к матери. Девочка не знала почему но она хотела видеть её, даже мертвой. Живот который ранее был круглым имел ровный разрез посередине. Самое ужасное было не это. Из живота выглядывал малыш. Мёртвый. На его груди виднелась тонкая горизонтальная полоса. Она шла по ключицам и заканчивалась в районе локтей. Монстр будто специально сделал аккуратный разрез что бы оставить ровную отметину и на ребёнке. Малыш даже не успела увидеть свет солнца. Глубокую синеву неба и его отражение в реке. Единственное что на краткий миг было видно ему это морда монстра. Ужасающая, наполненная гневом, злорадством. Девочка держала мать за руку что то бормоча, хныча иногда срываясь на крик. Пока её слова не стали просто всхлипами. С её глаз текла солёная жидкость, она блистала и переливалась на свету, в ней отражались красные оттенки, такие знакомые ей. Такие же алые цветы отец дарил матери. И видимо больше он никогда ей не подарит их…никогда, их больше нет, нету больше ничего, для неё родственники и родители были всем, каждый день она видела их, но не понимала как же важны эти моменты, она просто не знала как легко может оборваться эта тонкая нить жизни. Почему она оборвалась? Зачем её оборвали! Ей хотелось кричать эти слова повторять их, складывая в опечаленную и горестную песню, но всё что она могла это лишь бормотать себе под нос ”мама”. Её мысли путались. Они кружились в сложном танце, борясь за место в голове и право на существование. Но все эти мысли разгоняла какая-то тьма. Она поглощала их, оставляя только пустоту после себя. Медленно её плачь сошёл на нет. И вот она уже сидит держа в ладонях руку матери. Слёзы тихо капают с щёк отбивая понятный лишь им ритм. Вскоре Мирэй почувствовала прикосновение на своём плече, рука схватившая её за плечо чуть сжала его. А может даже и лапа. Когти будто царапали и взрывались в ткань, разрывая её тонкую структуру. У девочки подрагивали плечи, опущенные вниз. Она перевела размытый взор на плечо. Обычная человеческая рука. Ей это показалось. Она развернулась смотря на человека позади неё. Тяжелый взгляд голубых, таких ярких глаз, таких глубоких, как пучина океана, а которой дна и вовсе не видно, вот здесь проплывают рыбки, живущие на поверхности, а блики серые и белые как чайки кружат над водой-радужкой. Он контрастировал с морщинистым и старым лицом. Дедушка помог ей встать. Одной рукой прижав к себе держал он её сестрёнку, двух годов от роду, и вот они вместе побежали к городу, здесь всего 20 минут ходьбы и ещё меньше бега. По пути им встречается патруль бежавший быстрым ходом в их сторону, они помогли добраться им до города, путь к которому прошел быстро в тишине лесной глуши. Но как бы не были велики их старания, а скорость бега велика, сестренке не суждено было выжить и Мирэй с дедушкой остались одни в этом большом и не трепещем слабых городе.