Глава 4

Мне не передать все те мысли, которые кружились в то утро у Джимма. Смерть, пробуждение в чужом доме, призраки, магия — ни один здравый ум не сможет выдержать такие потрясения. Но герой нашего повествования не придавал этому смысла. Все его мысли перекрывала только одна:"Кто ты такой, черт возьми, Константин Уайт?». Идя по длинным коридорам Уайт-холла увешанных портретами различных людей, которые как показалась Джиму наблюдали за ним как живые, и слушая болтовню Уайта. -А это моя двоюродная пратётушка Габриэль, — сказал Константин, указывая на портрет молодой девушки, одетой почему то в гусарский мундир — весёлая была девушка, как- нибудь я расскажу вам историю её любви с дядюшкой. Увы, у неё печальный конец, что поделать, память иногда изменяет, а любовная магия, увы, не вечна. -Ммм, понятно, — практически не слушая хозяина, выкинул Джимм. -Продадите душу? — с каким-то ехидством спросил хозяин, замечая не интерес гостя. -Да, да, конечно, — все так же не придавая значения словам, ответил Джимм, тут же понимая, что тут что- то не то. — А? Что? Простите, что вы сказали? -Не стоит разбрасываться словами, мистер Маккиндейл, в нашем деле это наказуемо.-с вечной улыбкой и сверкнув глазами, ответил Уайт и тут же добавил — И к тому же не слушать собеседника дурной тон. -Я, конечно, прошу прощения, но, черт возьми, кто вы такой? И в каком деле? — уже, не выдерживая, выпалил Джимм. -Успокойтесь, мистер Маккиндейл, нервные клетки не восстанавливаются, да и к тому же не будем забывать о манерах-даже, бровью неповедя, ответил Уайт-пойдемте, я все объясню в своём кабинете. Сказав это, он вновь направился в глубь коридора, рассказывая про своих многочисленных родственников. Проходя сейчас по этим коридорам, которые увы вместе с картинами не пожалел огонь и разрушение, я думаю о том, как прекрасно здесь было, когда в этом доме царила жизнь. Сейчас же они представляют жалкое зрелище, представляющее голые обоженные стены, с огарками рам и картин. Огонь не пощадил ничего, даже картину тётушки Габриэль, и парадный портрет прадедушки Осипа, который сошёл с ума от собственной жены и провел всю жизнь в далёкой пещере в Тибете, надеясь, что она его не найдёт.