Глава 9

Больница святого Аркхэма - гнойник, который Лондон скрывает на своих задворках. Проходя сейчас по его мрачным коридорам, которые впитали в себя страдания тысяч бедняг, вынужденных закончить здесь свои дни, и слушая нервный шёпот и крики нынешних пациентов, я думаю о том что может стоит закончить свое повествование. Но стоит мне дойти до единственной камеры, как я понимаю, что чем больше людей узнают об этой истории, тем больше шансы в будущем не допустить её. Именно в этой палате утром следующего дня проснулся Джимм. Он не сразу обратил внимание, что это не его комната в особняке. Лишь только попробовав встать с постели и потерпев неудачу он вспомнил что было вчера. "Гнида!" - прорычал про себя Джимм и попробовал высвободить руки из ремней, которые надёжно связывали его с кроватью. "Черт, не получается! - подумал он, оставляя напрасные попытки выбраться. - Где же я?" Окинув глазами комнату он определил, что находится в какой-то больничной палате. Это было небольшое помещение, всё пространство которого занимала кровать и рядом стоящий с ней железный стул. Стены в некоторых местах были покрыты известняком и трещинами, а массивное окно было закрыто решёткой. Из комнаты вела массивная железная дверь, у которой не было ручки. "Что ж, подождём, нужно быть спокойным." - сказал себе Джимм, но увы мысли о Уайте мучали его. Что же теперь с ним будет? За тот короткий промежуток времени его обучения они успели стать очень близкими друзьями. Вдруг дверь щёлкнула и открылась, в палату вошли двое амбалов в одежде санитаров, а за ними тот, кого Джимм ненавидел всем сердцем - доктор Джекилл. - А, мистер Маккиндейл, вижу вы уже встали. - с улыбкой и учтивым тоном сказал он. - Как у нас сегодня дела? - Что вам нужно от меня? Где Уайт? Где я? - начал сыпать вопросами Джимм. - Ох, как невежливо, мистер Маккиндейл. Ну что ж, вам простительно. - с той же улыбкой ответил Джекилл и обратился к своим амбалам. - Посадите его! Те сразу же развязали сдерживающие Джимма верёвки и, посадив его, устроились по краям. - Нам всего лишь нужно что бы вы выздоровели, мистер Маккиндейл. - ответил будто маленькому ребёнку доктор. - Вы разве не помните как вас доставили к нам в бреду? Вы говорили о какой-то магии, неком Уайте, великане, доме полном чудес. - Вы врете! - со злостью крикнул Джимм и уже хотел кинуться к доктору, но руки амбалов надёжно прижали его к кровати. - Отпустите! - взревел он ещё сильнее и попытался вырваться, но увы. Доктор на это лишь уныло кивнул одному своему помощнику, и тут же Джимм почувствовал, как в его плечо вонзилось что то острое и он тут же начал терять сознание. Когда Джимм снова проснулся на улице уже была ночь, руки его снова были связаны, рядом с его постелью кто-то сидел. По силуэту можно было определить что это была девушка, что гладила его по голове. - Кто вы? - спросил Джимм у незнакомки. - Тише, меня не должно быть здесь. - прошептала она и Джимм тут же узнал этот голос. - Талия. - так же шёпотом проговорил Джимм. - Что ты здесь делаешь? Я думал ты с ними. - Спасаю тебя. Я была с ними, пока не поняла чего эти гады хотят. - ответила Талия и добавила. - Не волнуйся, милый, сейчас я не смогу освободить тебя, но поверь очень скоро я вернусь. А теперь спи. С этими словами она поцеловала его в лоб и тут же его глаза потяжелели, сон забрал его в свое царство. Следующие дни пролетели в тяжёлых думах для Джимма. Он думал о том что случилось с Уайтом, Адамом, домом и конечно Талией. Талия... Именно она занимала большую часть его мыслей. Джимм не понимал что он чувствовал к ней и как назвать то, что возникало у него в груди, когда он думал о ней. Два раза в день его выводили в туалет, а три раза в день приходила медсестра и кормила его с ложечки. Так же пару раз заходил доктор Джекилл и все с той же улыбкой убеждал Джимма что все это лишь плод его фантазии. "Я не верю вам!" - со всей злобой раз за разом отвечал Джимм. "Жаль, очень жаль. Тогда я думаю, что лоботамия излечит вас. Эх, мистер Маккиндейл, знали бы вы во что ввязались, вы бы сами захотели остаться на том складе." - в один из дней ответил ему Джекилл, и в сопровождении своих Амбалов покинул палату. Та ночь подарила Джимму необыкновенный покой. Он спал и во сне он находился в прекрасном зале в котором играла музыка и он кружился в вальсе с ней. - Это не может быть сон. - ответил Джимм. - Слишком здесь хорошо. - Кто знает, сны весьма пластичны. - отвечала Талия, прижимаясь все сильнее к нему. - Будь сильным, милый. В этот момент она поцеловала его и все вокруг растворилось во вспышке яркого света. Джимм увидел, что все так же лежит в своей палате, за окном все так же была ночь, небо было необычайно чистым. Вид полной луны наслал на Джимма все те же мысли: "Лучше бы я и в правду умер… А хотя, все что не делается, все к лучшему." С этими мыслями он снова погрузился в сон.