Глава 11

Как я и говорил ранее, дом Уайта представлял из себя жалкое подобие себя старого. Стены выгорели, окна выбило от немыслимого жара. В то утро, когда Джимм оказался перед ним, его обуял страх. Ещё несколько дней назад он видел величественный дом, от которого сейчас остался лишь гниющий труп. - Есть вещи, которые нужно пережить самому. - глядя в пол ответила ему Талия. Джимм лишь уныло кивнул головой и пошёл к тому, что ещё недавно было дверью. Миновав её он оказался в полумраке, освещаемом только лишь оконными проёмами. Большинство картин сгорело, но часть небольшой горкой покоилась в углу. К несчастью жизнь покинула их, вместе с магией во время пожара. "Нужно попасть в кабинет." - подумал Джимм и устремился туда. Это крыло было повреждено сильнее, так что не составило труда понять, где начался  пожар. Рядом с уже открытым входом лежала так знакомая Джимму рама. Подняв её, он увидел сильно покореженный портрет старика, который выглядел так, будто готов был отправиться в последний путь. - Ты всё-таки вернулся... - из последних сил сказал старик. -Да, хоть уже и поздно. - ответил Джимм и добавил. - Что всё-же случилось, Урфин? - Земо... - проговорил он и добавил. - явился за полночь, сказал, что тебя схватили, весь трясся. - Гад! - чуть ли не рычал от гнева Джимм. - Константин завёл его в кабинет, а этот с улыбкой взорвал его вместе с собой и домом. - проговорил Урфин. - Мы верили, что ты вернёшься, поэтому остальные и отдали свою энергию мне. Но увы, мне тоже пора. Прощай, отомсти за нас... С последними словами портрет осыпался пеплом, оставив в руках Джимма опаленную раму. "Отомщу старый друг… Даже не сомневайся." - с этой мыслью Джимм ступил в кабинет Уайта. Хотя только с натяжкой это можно было назвать кабинетом. Все стены были в копоти, стол вечно заваленный бумагами полностью сгорел, а остальное представляло грустное зрелище. Лишь одним чистым участком в комнате был центр, в котором отпечатался круг телепортации. "Все таки жив, зараза!" - подумал Джимм садясь в то что когда то было креслом и позволяя себе выплеснуть свою ярость в виде энергии, из-за которой в комнате понизилась температура, а стены, покрытые копотью, оказались под тонким слоем изморози. - Что делать? - рыча спросил Джимм у пустоты. В тот же час в центре комнаты возник знак, который Джимм никогда бы не перепутал, личная печать Уайта. Она лишь коротко сверкнула и тут же на его колени упало письмо в аккуратном конверте и запечатанное сургучом. Распечатав его Джимм углубился в чтение: «Дорогой мистер Маккиндейл, если вы читаете это, то значит меня уже нет в этом мире. Не вините себя, это было неизбежно. Не старайтесь отомстить. Это не то чувство, которое стоит лелеять. Я давно знал, что Генрих предаст. Как не прискорбно, но мне пришлось закрыть на это глаза. Но да не суть важно, теперь к делу. Я, Константин Регулус Имрисс Арктурус Уайт, находясь в здравом  уме и трезвой памяти передаю Джимму Уолдену Маккиндейлу свое Шато в норвежских горах и Н сумму денег. Покажите это письмо Дориану, он расскажет вам все подробнее. Проживите последние дни в спокойствии. Искренне ваш друг Константин Уайт.» - Старый дурак! – заорал Джимм изо всех сил. Обхватив голову руками он начал думать что же ему делать дальше. Вдруг он вспомнил про имя из письма. «Грей, он точно знает где они!» -подумал он и тут же побежал в сторону выхода. Глазам Талии, уже успевшей устать и порядочно замёрзнуть, предстал вылетающий с безумной улыбкой Джимм.